Shrike.

— Ты оторва, раз уж решила попросить что-то. Но могу сказать, что попросить новый протез — умно. За барной стойкой стоял какой-то новый бармен, видимо, после ухода Вандера заменили весь персонал. Севика решила выпить с ней после разговора в кабинете и обсудить последние события, что произошли во всём городе. — А ты оторва, раз решилась потерять руку ради этого мужика, — она подпирает подбородок и издаёт смешок. — Чёткое замечание, но каким бы он не был упёртым, он тот, кто поднимет нас с колен. И если мне пришлось отдать за это руку, что ж, я не против. Тем более так на меня больше малышек начали вешаться, — игривое подмигивание со стороны Севики заставляет усмехнуться. —Теперь мой вопрос: как ты вылезла с этим дерьмом? Мои кости до сих пор болят. — Оно будет болеть ещё долго, — перед тем, как продолжить, Кассандра углубляется в свои воспоминания, будто пытается прожить заново те эмоции в первый год носки протеза. Сначала он был дискомфортным и грубым, а ещё чертовски тяжёлым. — Тебе повезло, мы с Синджедом работали очень детально над протезом для твоей кости, чтобы сверху налепить металл. Это упрощённая версия руки, а ещё многофункциональная. Металл тяжелее кости. Поднятый бокал, который намекал на тост, был принят со стороны её собеседника. Женщина подарила лёгкую ухмылку и отпила своего коньяка, наслаждаясь тем временем, когда в клубе ещё не было людей. — Но могу согласиться, с протезом ты стала намного сексуальнее. — О, Касс, ты что за баром сводила меня с ума, что тут, — хохот, приятный и даже заразительный. — Навевает страх, не так ли? — Добавляет брутальности. Поверь, рука намного лучше ноги. Все, кто пытаются меня обворовать, думают, что этот металлолом будет для меня обузой, пока не сталкиваются с ним своим лицом. Что ж, Кассандра готова признать, что таких простых разговоров ей не хватало. Приятно было осознавать, что с Севикой по большей части всё в порядке, учитывая потерянную часть тела. Она дала несколько инструкций по тому, как ухаживать за рукой, как развивать её функциональность и заставлять слушаться, всё же механика этого протеза была нацелена и на повседневное пользование, не только драку. Синджед не зря выносил ей мозги, заставляя каждую ночь кружиться вокруг него с задачей подавать инструменты. Тут она добавила частичку себя — приносила иногда ему выпить и перекусить, этакая маленькая традиция в их недо-семейке.

***

Самой большой проблемой с протезом была утренняя боль. Иногда она проявлялась фантомно, а иногда физически, заставляя просыпаться на несколько часов раньше обычного. В те моменты, скрипя зубами, Кассандра могла лишь молиться и сжимать место над коленом, желая, чтобы сдавливающая боль ушла, чтобы под протезом оказалась её собственная нога. Синджед предлагал ей лекарства, фиолетовые баночки, которые успокоят эти утренние боли, но подсаживаться на этот наркотик она не имела никакого желания. После такого тяжёлого утра она всегда идёт в ванную, надеясь, что за ночь вода успела натечь и нагреться. Всего лишь один небольшой бутыль, чтобы помыться и не вонять, как некоторые слои Зауна. Поднявшись с кровати, Кассандра может только поджать губы и стукнуть по ноге, что отдавала неприятной болью. Это были адские часы, когда ты ступаешь на не свою ногу, когда металлическая кость впивается в твою, будто ломает её своей тяжестью. — Чёрт. Тихий стон срывается с её губ, когда женщина ступает прямиком к зеркалу в ванной. Синяки под глазами, мокрые волосы, которые прилипли к её лбу, о, Жанна, какое чудесное утро! Сегодня она приступает к своим рабочим обязанностям, а выглядит так помято и убито, будто только вчера ей пришили этот грёбаный протез. Севике не позавидуешь, но держится она стойко. По словам женщины она потеряла руку только месяц назад, а уже так уверенно и без болей выполняет свою работу. Умело, даже круто. Тёплая вода успокаивала все переживания. Каждая капля, которая стекала по её телу, обводила контуры шрамов, спускалась по фигуре прямо к стыку кожи с металлом, успокаивала все боли и переживания. Она не выглядела грациозно с этой штукой на ноге, никак нет, именно поэтому часто её воспринимали как лёгкую мишень, но это чертов Заун, и лёгкой мишени тут никогда не будет. У каждой крысы есть острые зубы. — Давай, Касс, не будь тряпкой! — женщина хлопает себя по щекам, чтобы разбудить и резко привести в порядок. Быстро одевшись в комфортную для прогулки одежду, женщина покидает свою квартиру. Фактически это можно назвать даже просто местом для сна, ведь служило оно по большей части просто для хранения вещей, чтобы у Синджеда ещё больше не захламлялась каморка. Огонёк мелькает в темноте улиц Зауна, поджигает сигарету, что была зажата между губ. Дым никотина попадает в лёгкие, заставляя прикрыть глаза, небольшая традиция перед рабочим днём. Кассандра останавливается в нескольких метрах от входа и поднимает взгляд прямо на вывеску. Око Зауна. Чертовски проницательно. Этот глаз, похоже, видит всё, что находится на Линиях, каждый закоулок, но единственный и правильный вопрос — собирается ли он что-то делать? Женщина ловит на себе взгляд двух разных глаз, мелькнувших в окне. Кабинет Силко выходил очень удобно, он мог видеть каждого гостя. Улыбка падает на её губы, пока сигарета не заканчивается и она не откидывает бычок под ноги. — Что ж, посмотрим, как это дерьмо пахнет, — она проводит пальцами по своему рту и вздыхает. Главное, таким видом не напугать мелкую. Кассандра быстро проходит на этаж, где, скорее всего, был кабинет Силко и жилая зона, в которой находились их комнаты и кухня. Это то, что она узнала из рассказа Севики. Двое головорезов смеряют её взглядом, когда незнакомая особа проходит по лестнице вверх. Первым, если судить по памяти, был кабинет хозяина The Last Drop, и подтверждение сразу же появилось - двери противно скрипнули, показывая сначала охрану, а уже после Силко. — Надеюсь, наш разговор дошел до комфортного для нас обоих конца, — это звучало больше как утверждение, нежели вопрос, пока его взгляд не опускается на женщину, что проходила мимо. — Это маленькая шпионка? — вслед за Силко из его кабинета выходит старик. Мужчина явно не средних лет, о чём говорила седая голова и множество морщин по всему лицу. Как только её взгляд падает на глаза мужчины, бровь лишь слегка вздымается в удивлении — старик был слепой, но, кажется, наученный жизнью, если обострил своё чутьё. Рука опускается на своё железное бедро, желая отыскать кнопку, ибо этот мужик её чертовски напрягал. — М? — его нос вздымается, а после и подбородок. — Юная ещё, приятно пахнешь. Работаешь на Силко? — Она официантка, приносит мне выпить по вечерам. Теперь она насторожилась. Раз уж Силко опустил её до официантки, значит, перед ней влиятельный человек. По одежде не скажешь, что он с Пилтовера, хоть и выглядит опрятно для таких мест. Химбарон? Скорее всего. Тот, кто сохранил задницу и части тела. Не считая глаз. Женщина отступает слегка и расплывается в лёгкой улыбке. — Сэр, что бы Вы хотели выпить в этот вечер? — она смотрит прямо в голубой глаз, требуя немедленного ответа, чтобы поскорее уйти от этой компании. — Чего-то покрепче, со льдом, — он машет рукой, показывая, что отпускает. — Не желаете пригласить и старика на один стакан? Мне было бы приятно провести время с юной особой. — Сэр, персонал не может контактировать с клиентами, лучше пригласите меня не в рабочее время, — она делает голос слаще и приятней. — Обязательно. — Иди, — резкий голос Силко прерывает их разговор и обращает внимание на свою особу. Воу-воу, она не желала разозлить босса в первый рабочий день, потому, виновато подняв руки, женщина последовала вглубь коридора, желая наконец увидеть голубоволосый вихрь. Дверь в комнату Джинкс она находит сразу. Та выделялась какой-то странной эмоцией, нарисованной розовой краской. Агрессия. Под слоем краски были ещё несколько эмоций, которые, видимо, девочка рисовала в самые худшие моменты своей жизни. — Джинкс? — стук, чтобы оповестить, что она пришла. — Я вхожу. И предупреждение. Женщина открывает дверь в спальню ребёнка, желая увидеть, какое же безумство кроется в этих стенах, но первое, что она замечает — летящую краску в её сторону. Дверь резко закрывается перед носом, дабы шар не попал в цель. — Я устану оттирать после тебя краску со своего тела, — дверь снова открывается, чтобы наконец-то впустить брюнетку внутрь. — Иногда я боюсь представить, что ты выкинешь в следующий раз. — Разве это плохо? Джинкс... Выглядела забавно. На её голове был дуршлаг, к которому по-кривому были приклеены шипы, а где-то даже висел бант. В руках девочка держала самодельную пушку, в которую она хотела запихнуть ещё один шар с краской. — Нет, но это может быть травмоопасным, — женщина заходит в безумную обитель Джинкс ещё глубже и садится на стульчик, слыша, как сзади что-то ломается. — И даже не для тебя, а для других. — Я... Это прекрасно знаю, — она снова стихает, показывая, что слова Кассандры задели. Да, с такими фразами стоит быть аккуратной, ибо у Джинкс были проблемы с триггерами на некоторые темы. Которые ещё не всплывали в их разговорах. Что-то случилось с её настоящей семьёй, и, скорее всего, это случилось из-за неё. — И я уже получила травму. Джинкс улыбается шире, показывая отсутствие зуба во рту. Где-то сзади, скорее всего ближе к зубу мудрости была дырка и раздражение. Видимо, выбит он был недавно. — Если положишь его на ночь под подушку, тогда Йордл обменяет его на монету, — Кассандра закидывает ногу на ногу, замечая задумчивость на лице девочки. — Как-то невыгодно, не считаешь? — она отставляет своё оружие и садится посреди хлама в комнате, явно рассуждая о выгоде выдуманного персонажа. — Зачем ему менять мой мёртвый зуб на деньги? — Во-первых, твой зуб и так не живой, живые только нервы. А во-вторых, вдруг ему нужна твоя ДНК, чтобы сделать монстра? Синджед так часто делает. — Звучит... Прекрасно, — Джинкс хватает с пола первый попавшийся рисунок и бежит к женщине, чтобы показать то, что она нарисовала. — Тогда, если он сделает из меня монстра, можно у меня будут ракеты в виде панкейков? — М, — брюнетка на секунду замолкает и прикрывает глаза. — Тебе говорили, что ты странная? — И не раз! — Думаю, это будет твоей изюминкой, когда ты вырастешь. Ты знаешь, что в бою самые страшные люди — безумцы? Никто и никогда не знает, что они могут сделать. Джинкс, кажется, нравится эта идея. Быть безумной, а не проблемной. День в компании этого ребёнка был на удивление приятным, не травмоопасным, как себе представляла это Кассандра, всё же Джинкс была непредсказуемым ребёнком. Но иногда она умела быть невинной и тихой, в эти моменты она запиралась в своем дворце памяти, переживая то, что когда-то травмировало её. И тогда женщина делала отметку «эти темы нельзя затрагивать». День пролетел быстро. Из хобби, как оказалось, Джинкс любила больше всего подрывать что-то, либо рисовать. Видимо, через рисунки она передавала свои приглушённые эмоции, а иногда просто творила. И это сподвигло Кассандру на одну идею, которую она воплотит, как только всё нужное будет у неё на руках. — В такое время мы уже садимся ужинать, но Силко часто пропадает в офисе, — девочка доедает остатки пищи и запивает всё водой. — Тогда я отнесу это ему в кабинет, а ты можешь пока поиграть. Кассандра хватает порцию для мужчины и улыбается на прощание Джинкс. Что ж, заботиться о ребёнке постарше она не намеревалась, но в кастрюле действительно было больше еды, чем она желала приготовить для себя и мелкой, потому либо в мусор, либо скармливать вечно работающему одиночке. Второй вариант был выгодней, потому что еда никогда не должна пропадать просто так. С такими мыслями она останавливается у дверей Силко и смотрит на Севику. — Дорогая, не могла бы ты открыть мне дверь? — Кассандра указывает взглядом на свои руки, в которых были две тарелки, и благодарно кивает, когда двери перед ней открываются. — Для тебя хоть Шиммер с неба. Ох, её будоражит эта женщина и этот лёгкий флирт между ними. Кассандра останавливается около дивана и ставит на журнальный столик две тарелки. — За наши встречи ты только один раз не флиртовала, — звучит уставший голос за столом. Ему точно нужен перерыв. — со мной. — Флирт с собственным боссом? — Кассандра изгибает свою острую бровь и ступает прямиком к глобусу Земли, где обычно хранится выпивка. — это непрофессионально, не считаешь? — Воровка, которая следует правилам совести? — тихий смешок и звук кресла оповестил Кассандру, что Силко встал со своего места. — Босс, который хочет, чтобы с ним флиртовала няня его дочери? — в ответ на колкость прилетает такая же. Похоже, им обоим нравится эта игра, ведь в ответ слышится одобрительное хмыканье. — Я не сказал, что хотел бы этого, — Силко ступает прямиком к дивану и в своём привычном жесте подхватывает сигару. — Но и не отрицал. Тёмная жидкость выливается в два стакана и красиво играет на свету ламп, заставляя Кассандру облизать губы. Виски был дорогой, очень, как и тот, который Силко налил ей при пробуждении. Несколько кубиков льда, и она ставит готовый напиток на журнальный столик. — Флирт тоже оружие, так ты всем кажешься невинной. Особенно мужчинам, — она расслабленно падает на мягкий диван рядом и откидывает голову на спинку, наконец-то позволяя себе выдохнуть. — Это хорошее оружие, согласен. Заставляет терять бдительность и поддаваться чужим чарам, — голос Силко звучит очень близко, что заставляет Кассандру повернуть голову набок и посмотреть мужчине в глаза. — Но есть так же и сила, которая готова погубить красоту и подчинить всё. Так что же будет проще? — Легкий обман или нож в сердце? Мм, в обоих случаях все-равно нужно тратить свои ресурсы, так не считать ли это равноценным между друг другом? — Похвально, — он поднимает стакан с алкоголем и отпивает его, смакуя вкус. — что с Джинкс? — Сегодня она выбила два зуба, — Кассандра смотрит на тарелку с едой и тоже прихватывает со стола стакан. — Первый до моего прихода, а второй — когда чинила свою бомбу. Небольшое кровотечение и два зуба. Принеси ей ночью две монетки и забери зубы, я пообещала ей, что из неё сделают монстра и заплатят. — Безумно, но могу сказать, что в её духе принять такую затею, — Силко выдыхает легко и смотрит перед собой. — Она не ранена? — Нет. Как для человека, который владеет целым Зауном и такой мощной штукой, как Шиммер, сейчас он позволял себе быть удивительно расслабленным. Видимо, его успокаивали разговоры про успехи Джинкс или то, что она веселится. Как и мысль, что за дверью стоит Севика, которая готова в любую секунду помочь боссу. Кассандра наблюдает за человеком, который сидел около неё. В первую встречу около борделя он казался жутким и неприятным типом, а ещё очень грубым, но нельзя судить книгу по обложке, как говорится в Пилтовере. — Что это был за человек днём? — её голос звучит тихо, будто она не желает разрывать это молчание между ними, но интерес брал своё. — Химбарон. Так она и думала. Кассандра потягивается на месте, хрустя хребтом от долгого сидения на некомфортном стульчике в комнате Джинкс, и наконец-то достаёт пачку сигарет. Курить при мелкой она себе не позволяла, но организм требовал дозы никотина, потому женщина, как настоящая дура, пряталась иногда и курила столько, сколько могла. Она издаёт тихий смешок, только сейчас понимая, насколько это по-детски выглядело со стороны. Возможно, времяпровождение с Джинкс оказалось не таким плохим, как она считала, и эта мелкая умела сделать что-то безумное. Кассандра стягивает с себя курточку и откидывает её в сторону, оставаясь только в чёрной майке, и, наконец, вдыхая воздух полной грудью. Тут теплее, чем у неё в квартире. Аж завидно. Она даже не замечает, как пустеет её стакан и она повторяет себе ещё, быстро пьянея от нескольких стаканов. Нет, не настолько, чтобы она унеслась во все тяжкие и пошла блевать в туалет, скорее слишком расслабилась, о чём говорил румянец на её щеках. Долго наслаждаться алкоголем она не смогла, ибо ощутила на себе взгляд. И это отрезвляет, заставляя вспомнить, что в комнате она не одна. Кассандра поворачивает голову в сторону и кладёт в рот сигарету, смотря прямо в глаза Силко. Не прерывая зрительного контакта, она зажигает её и делает первую тягу. Что ж, этот вечер должен закончиться прекрасно. Теперь Силко не был таким ужасающим, особенно. когда смотрел на неё... Как мужчина смотрит на женщину. Где-то глубоко в его глазах играло нечто; заинтересованность и лёгкое желание. Он следил за каждым её движением. За тем, как губы обхватывают фильтр, как следом изо рта выходит дым и втягивается в нос. Как к губам подносится бортик стакана, как её горло дрожит от глотков алкоголя. Язык быстро появляется между губами и слизывает капли, заменяясь следом на сигарету. — Теперь я флиртовала и с тобой, — она расплывается в усмешке, замечая, как взгляд мужчины отрывается от созерцания её губ и перемещается в глаза. Каким бы контролем он не владел, факт остаётся фактом — Силко мужчина, и под правильным давлением и рычагами в нём можно открыть заинтересованность. Она замечает, как перед её лицом появляется рука, и как челюсть сводит от крепкой хватки. Силко ухватился пальцами прямо под её скулами, заставляя запрокинуть голову несильно назад и смотреть на него снизу вверх. Вторая рука у него оказалась свободной, и он этим воспользовался. Обхватив тонкими пальцами фильтр, мужчина, под пристальным взглядом зелёных глаз, делает тягу с её сигареты, что вызывает тихое возмущение во взгляде, ведь это была последняя тяга. Силко склоняется ближе, позволяя носу ухватить его запах: пахло дорогими сигарами, Шиммером и химикатами. Как от любого Заунита, но почему-то этот запах ему чертовски шёл. Ко всему перечисленному добавился ещё и запах её любимых сигарет, приторно сладкий, что делало этого мужчину забавным в глазах Кассандры. Но смех так и не слетел с её губ, его остановил Силко, который склонился над ней, практически нависая. Веки прикрываются сами, будто их хозяйка ожидает чего-то, как и внизу живота всё начинает приятно сжиматься и тянуть, всё так же ожидая чего-то. Но это что-то не наступает, ей попросту выдыхают дым в лицо, заставляя поморщиться и раздражённо скривить нос. — Женщины тоже падки. Он тоже флиртовал. Дразнил. И он снова возвращает себе контроль. Спокойно отпускает её, садится рядом на диван и зажигает сигару, наслаждаясь больше ею, а не Кассандрой, которая сидела в недоумении ещё несколько секунд. С его стороны это было грубо, но ничего не поделаешь, приходится поджать губы и схватиться за стакан, каким бы он ни был по счету. Кажись, сидеть в тишине комфортно им обоим, ведь Силко переместил свои документы на диван и занимался работой на нём, пока Кассандра держала в руке стакан и пусто смотрела на стеллажи с разукрашенными книгами. Что ж, Джинкс постаралась. Под тихий стук стрелок на часах она не замечает, как голова катится набок, заставляя приземлиться на мягкую спинку дивана. Сегодня был выматывающий день, потому алкоголь только расслабил и заставил быстро уснуть.

***

Утро начинается с того, что дверь открывают очень громко, а после слышен топот мелкой. Кассандра тихо стонет и укрывается теплее, ощущая приятный запах табака, химикатов... И Шиммера. Её глаза открываются резко, ловя перед собой беззубую улыбку Джинкс. — Кассандра! Мне йордл принес 5 золотых! Кассандра накрывает голову рукой, слыша счастливый голос девочки. Как это 5 золотых? Она точно помнит, что клала около подушки одну золотую, так что за чёрт? Она растерянно смотрит на Силко, который наблюдал за этим разговором. — Джинкс, там не может быть 5, ты уверена? — она шарит по своим карманам в поисках тех самых монет. — Да, там точно 5, — деньжата приятно позвякивают в руках девочки, вызывая тихий смех со стороны рабочего стола, где сидел отец этой букашки. — Теперь я куплю то, что мне нужно, а Йордл сделает из меня монстра! Мы оба в выигрыше. Джинкс исчезает так же быстро, как и появляется, оставляя двух взрослых людей наедине. Она начинает вспоминать, как в сонном состоянии напомнила самой себе про обещанные монеты вместо зубов. И ведь пошла это делать, несмотря на то, что очень вымоталась и была пьяна. Она тихо стонет и зарывает руку в свои волосы. — Блять. Походу йордл вчера знатно набухался! Остаётся главный вопрос: почему она на диване Силко и укрыта его пледом?