Shrike.

Кассандра напряжённо смотрит на деревянный стол, не понимая, как это произошло. Кажется, это можно назвать свиданием? Хотя Силко это назовёт скорее деловой встречей за пределами кабинета. Они сидели в каком-то баре на окраине Мезонина, он пропах сыростью и где-то даже пророс мхом, что показывало наличие моря недалеко отсюда. За такие пределы Кассандра выбиралась лишь раз, потому судить не может. Приветливый мужчина стоял за баром, он начищал грязные стаканы, будто надеялся это вернёт им первозданный вид, что вызывало смех. Людей было немного, но этим было и приятно — мало кто обращал внимание, играла какая-то спокойная музыка, какой-то заунский джаз. Она любила такое. Силко же сидел вполоборота напротив неё, пока женщина изучала взглядом всё заведение и наличие опасности для главы Зауна. Мужчина выглядел расслабленным, он закинул локоть на спинку кресла, курточку кинул на третий стул и поджигал сигару. — Так... Почему мы здесь? — Кассандра постукивает короткими ногтями по дереву и смотрит, как официантка несёт им два больших стакана пива. Заунский шмурдяк. — Тут начинается переворот, — он делает тягу и смотрит на Кассандру. Кажется, будто он её проверяет, хочет что-то вытянуть. Слухи? Она постоянно в его офисе, тусуется с Джинкс и валится без ног на кровать. — Скоро все Священные Места перестанут таковыми быть, и я уверен, что «The Last Drop» является первым из всех трёх мест. — Ты имеешь в виду, что хотят пойти против тебя? — Кассандра хватает ручку большого стакана и отхлёбывает пива. И как она могла бы считать это свиданием? Он случайно встретил её, предложил выпить и говорит о работе. Это ни капли не похоже на романтику. Но это ведь романтика в стиле Зауна, не так ли? Она гонит эти мысли подальше и слышит хлопок входных дверей. Неприятное шкрябание старого дерева о деревянный пол заставляют её скосить взгляд в сторону входа и приметить одного бугая. — Это мой парень, — Силко будто её успокаивает, но она начинает ощущать какую-то подставу. Теперь это больше походит на проверку, и если она ответит неправильно — её прикончат. — У нас появилась крыса? — задаётся она вопросом и ставит со звуком стакан на подставку. — Послушай, если ты желаешь из меня что-то выудить, то прошу. Только без грубой силы, я дама. — Сорокопуды не просто люди, которые отбирают мусор, — он делает акцент на последнем слове и закидывает ногу на ногу, показывая, кто в этой ситуации главный. — Я не маленький ребёнок, чтобы не знать вашу главную цель. — Я не предатель, я отошла от дел, — Кассандра хмурится и кладёт руки на стол, чтобы показать, что она без оружия. — Я видел твой шрам, — его рука с сигарой указывает на её грудную клетку и это заставляет задохнуться. Этот чёртов мужик всё подстроил! О, Жанна, знала бы ты, как она сейчас взбешена, а по большей части просто разбита от того, какого он о ней мнения. — Не каждый сможет выжженную метку перекрыть другой, — Силко смотрит на неё, изучает реакцию и ожидает промаха. Нет, не ожидает, он скорее где-то в глубине надеется, что его не будет, он хочет, чтобы его не было. Но стандартная операция должна пройти, ведь женщина является няней его слабости. — Я не хочу, чтобы кто-то страдал в моём клубе. Он создан для отдыха, а не для драк. — Именно поэтому ты привёл меня сюда? — кулаки сжимаются с желанием набить это лицо перед собой, ведь этот мужчина даже не отступает. — Я привёл тебя сюда, потому что хотел выпить, — он пожимает плечами и отпивает со своего стакана напиток, дабы подтвердить. — Я сижу днями с Джинкс, — Кассандре нужно выпить, утолить алкоголем своё раздражение, которое прямо сейчас вызывает этот мужчина. — Ты мог просто отправить Севику проверить меня, а не приходить лично. — Именно, с моей дочерью, — он умеет заставить замолкнуть одним лишь взглядом, одной лишь интонацией в голосе, но не её, точно не её. Особенно когда она раздражена. — Именно поэтому я должен проверить лично. — Нет, ты хочешь убедиться сам, что я не являюсь предателем, не являюсь Сорокопудом старого образца. Либо же использовать этот старый образец в своих желаниях. Это было точкой спора, которую Силко быстро принял. С самого начала разговора она наконец-то одержала маленькую победу. Она зарывает руку в волосы и выглядит раздражённой, и спасало лишь холодное пиво. Силко молчал всё это время, изучал её взглядом и понимал, что дальше разговор продолжать нет смысла, он должен встать и уйти. Кассандра молится давно ушедшей богине, чтобы он ушёл и заперся у себя в кабинете, ведь не выдержит и часа под таким взглядом, но он остаётся напротив. — Когда Джинкс злится, она выглядит точно так же, — непринужденный голос вытаскивает её из мыслей. — Я надеюсь, она не переняла от тебя плохих привычек? — Я не курю возле неё, в отличие от тебя, — рука вздымается и она машет, дабы показать, что продолжать не хочет. — Вам с Джинкс придётся быть настороже в ближайшее время. — Ты боишься нападения на клуб? — она поднимает зелёные глаза и встречается с его, едкими, голубо-красными. Одним, который поедает спокойствием и другим, который утягивает в пучину Ада. — Я ожидаю нападения, — упрекает он её в ошибке. — Химбароны будут пытаться захватить власть. Даже если они твои люди, трон остаётся свежим, как и человек на нём. По де-факто ты являешься самоназванным Королём Зауна, поэтому будут люди, которые будут собирать народ против тебя. Это ожидаемо, но твоя задача — избежать этого не боем, не силой, а показать, что ты можешь сделать что-то для города. Люди любят практику, а не теорию. — Имеет смысл, — он проводит языком по внутренней стороне щеки. — для Пилтовера, не для Зауна. Химбароны должны увидеть, что будет, если они пойдут против меня. — Твоя задача напугать не людей, — она понимает его слова, потому кивает. — а верхушку уверенных в своей правоте свиней. Это был похвальный план, в стиле Силко. Каждый хочет себе кусок, отобрать и жадничать между друг другом, хотя у любого из баронов были свои территории. Политика не для неё, хотя единственное, почему она верит в Силко — его планы на Пилтовер. Его подживляет старая обида на этот город, что делает его цели реальными. Стаканы быстро опустели. Мелодия джаза сменилась на тихую, приятную, что избавило Кассандру от раздражения предыдущей темой, и она посмотрела на Силко, которому, похоже, это тоже нравилось. — Эта музыка играла на улицах Зауна в моей молодости. Он поднимается с места, стульчик противно шкрябает ножками по полу. Охранник дёргается, но не делает ничего, он знает тайный знак от своего босса, если нужно идти в бой, поэтому остаётся за соседним столиком. Женщина следит за тем громилой, явно готова к любому моменту, когда её могут застать врасплох. И её застают. Перед глазами появляется раскрытая ладонь мужчины в пригласительном жесте, будто это было очередной попыткой примирения его грубости. Конечно, он обязан быть в хороших отношениях с единственной няней (которая нравится Джинкс), чтобы та ничего не натворила с плохих помыслов. — Я не умею танцевать, — она указывает взглядом на свою ногу. — Я поведу. И что ж, пиво внутри подсказывает ответить взаимностью на приглашение, и она это делает. Два пальца медленно гладят раскрытую ладонь, пока она вкладывает свою руку, пробуя его кожу наощупь, что была чуть больше её самой и сжимает несильно. Следом, второй рукой Кассандра исследует его жакет, чтобы накрыть плечо Силко, пока тот внимательно следил за её движениями. Он пах приятно, даже вкусно, либо так считает её пиво в организме. Но она готова поклясться, что слишком громко вдохнула этот запах, что не удалось скрыть от взгляда Силко. Смешок с его стороны заставляет дёрнуться, как и его рука, которая накрывает её талию и притягивает два тела ближе. И тепло. Тепло его тела заставляло взбудоражиться, вспомнить то, чем она занималась за закрытой дверью ванной комнаты, и сейчас казалось будто этот мужчина подозревал это. Движения начались медленно, чтобы Кассандра чувствовала движения бёдрами, повторяла за ним, позволяя вести себя в танце. — Ты говорила, что ужасно танцуешь, — эту тишину прерывает его голос в её макушку. Тёплое дыхание заставляет толпу мурашек пройти по всему телу и незаметно дёрнуться. — Даже с этим протезом неплохо справляешься. Кажется, он попытался сделать комплимент, который тут же перекрыл своим движением. Её поворачивают лицом к залу, заставляя прижаться спиной к груди Силко, чтобы скрыть что-то. Его руки обвивают её, обнимая на груди и медленно танцуют в такт музыке. — Это непривычно, танцевать с боссом, — она издаёт смешок. Музыка меняется на что-то более быстрое, и Кассандра подумала, что настало время для следующей песни, но Силко её не отпускает. Наоборот, даже прижимает ближе и делает несколько шагов вперёд, заставляя её ступать первой, хотя обещал, что поведёт. Руки исследуют её талию, спускаются ниже к бёдрам и хватают одно. Резкий поворот — и Кассандра оказывается снова лицом к лицу с ним, дыхание сбивается, когда его голос стыкается с её собственным, заставляя обоих смотреть в глаза. Рука до сих пор хранится на её бедре, пока Силко склоняется к ней ближе, что заставляет Кассандру прикрыть глаза для поцелуя, пока ладонь спускается под колено и не задирает его на бедро мужчины. — И чего ты ждёшь? — горячее дыхание опаляет её оголенную шею, что заставляет ресницы вздрогнуть и открыться. С позором поняла, что её только что обманули на поцелуй, чтобы увидеть реакцию. Так ещё и довольный. И кажется, на миг останавливается всё, когда она ощущает крепкую хватку под коленом, какой-то далёкий блик заинтересованности в глубине серого глаза. Силко не любит, чтобы его изучали, это было понятно было с первой встречи, как и сейчас. Ногу отпускают, как и её талию, чтобы прекратить это соприкосновение между ними, будто только что был выстрел. — Выпивка за твой счёт. Кассандра хватает свою курточку со стульчика и идёт напористо на выход. Ей нужно проветриться, остановить это, остановить то, что сейчас вызывает в ней мужчина, которого она оставляет за спиной. И лучшей возможностью кажется прогулка к набережной, где вода пропитана токсинами. Ещё один химбассейн, но не такой опасный, как в глубине Зауна. Сигарета вылетает из пачки быстро, зажимается между тонкими губами и тут же поджигается огоньком из её зажигалки. — Какая я дура, — она зарывает руку в свои волосы, а другой придерживает фильтр сигареты, пока не слышит шаги позади себя. — Бичевание иногда является плохим делом. Силко останавливает около неё, пока женщина опирается на перила и смотрит в тихую водную гладь. Пепел падает прямо в загрязнённые воды, кажется, что там даже что-то шевелится, таит в себе монстров. Как и отражение лица Силко, который стоял рядом. Какие монстры таятся за его маской спокойствия? Такие же, как и в глубинах этих вод? Такие же мутированные болью, ранами? Возможно даже и предательством? — В этих водах погиб прежний я, — его голос прерывает тишину и почему-то сейчас он кажется даже приятным, не таким раздражительным. — Кажется, я дала понять, что встреча окончена. — Я не желаю прерывать столь приятный вечер на плохой шутке, которая обидела тебя. Он умеет шутить? Да, кажется, это вызывает смех, который таился в глубине её груди ещё с начала этой сюрной ситуации. Дым наполняет лёгкие, отвлекает от бродящих мыслей про мужчину, который стоял рядом, которого ничего не покоило и он был уверен в своих действиях. — Сегодняшняя встреча вышла очень продуктивной для меня, — Силко стоит рядом, и кажется, будто говорит сам с собой. — Послушай, разве не ясно, что я хочу побыть одна? Наконец-то одна в свой грёбаный выходной. Её голос снова становится раздражённым, будто грубостью она заставит мужчину уйти отсюда, оставить наконец эту пустую голову наедине со своими собирающими мыслями. Наедине с тем, чтобы обдумать причины, по которым он начинает привлекать её в сексуальном плане, если большая часть партнёров были женщинами. Глаза закрываются, будто она сможет посчитать до пяти и Силко исчезнет. — Было много попыток. И снова он начинает разговаривать, но в этот раз очень близко к ней, прямо за спиной. Его рука хватает кончики её прядей, чтобы убрать бережно волосы на плечо, открыть шею и профиль Кассандры. — Что ты делаешь? Она хмурится, не понимая, что снова собирается выкинуть этот мужчина, пока не чувствует лёгкое прикосновение сухих губ к своему уху. Кажется, будто всё падает вниз в этот момент. Нет, она не влюблена в него, как та глупая девчонка с Пилтовера в своего героя. Скорее, она испытывает притяжение в сексуальном плане, даже к малейшему его прикосновению. — Я не тот мужчина, который удовлетворит твои потребности, — его голос звучит хрипло, кажется, он обдумывает, что скажет дальше. — Я тот, кто первоочередно удовлетворит свои, а после подумает про твои. — В АА тяжело найти девочек, согласных на такие правила, да? — она издаёт смешок, пока чувствует, как его руки сжимаются на заборе, закрепляя её в ловушке. — Скорее, не отвечают моим критериям, — он опускает голову, чтобы смотреть в глаза Кассандры. — Покорные женщины — приятное зрелище, но я предпочитаю видеть это в работниках, нежели в постели. Научить питомца приятнее с самого его приобретения, без наличия хозяина. Дерзкий, непослушный, иногда раздражает, но по итогу она испытывает ответную тягу, которая завораживает и заставляет приучить давать лапу. Он сравнил её с грёбаной собакой, но почему-то мысль о том, что он испытывает такую же заинтересованность к ней, как и она к нему, заставляет вздрогнуть. Холод пробирается за шиворот её курточки вместе с тёплым дыханием Силко. Это было предупреждением: бежать либо поддаться этой соблазнительной попытке удовлетворить желания друг друга. Стать просто секс-партнёрами, либо просто позволить лёгкий флирт для начала. Вступать в секс она пока не желала, Кассандре нравился этот лёгкий флирт, даже если он однажды дошёл до стыдной мастурбации в ванной. — Не каждый мужчина легко подходит под мои желания, — она старается сделать голос уверенней, но что-то ломается, когда его губы ложатся на её шею с задней части. Жанна, зачем ты сделала её такой слабой в таком месте, сто открыто перед Силко, что позорно заставляет её дернуться. — Я не подхожу? Это был риторический вопрос, который лишь подтверждал, что Силко чертовски подходит под её критерии. И, чёрт, возможно, она прыгнет несколько раз к нему в кровать, чтобы удовлетворить свои желания, воспользуется несколько раз. А потом будет видеться с ним каждое утро, вечер, будет смотреть в глаза его дочери и думать, как её отец трахается. — Сексуальные отношения между коллегами? Плохая идея. Он отступает так же неожиданно, как и подошёл к ней. Плен его рук, что создавали тепло вокруг, исчезает, заставляя Кассандру поёжиться от холода и обнять плечи. Скоро придёт её новая курточка, что согреет в холодные вечера на улице Зауна. — Пора идти домой, тебе завтра рано просыпаться. Отлично, Силко знал, как легко избежать разговора и оставить без ответов.