Часть 4
9 мая 2023 г., 20:36
— Отец.
Анакин оторвал взгляд от двигателя, с которым он в данный момент возился.
— Люк, — послал он, — что случилось?
Они с сыном регулярно общались, но чаще разговаривали с помощью головида, чтобы видеть друг друга, а не через Силу. Он услышал настойчивость сына и попытался подавить беспокойство.
— Там был... взрыв. Нападение. Отец… Лея была там.
СТРАХ. Это ведет к ненависти, ненависть ведет... Он отмахнулся от высказывания Йоды. Он будет чувствовать страх, но не позволит ему собой управлять.
— Я полагаю, ты пытался с ней связаться.
— Да. Она не отвечает, и я ее не чувствую. Я уже в пути, отец, но… Я думаю, ты нам нужен.
— Гантел, да?
— Да.
— Знаешь ли ты, кто устроил взрыв и почему? Что сказал Пиетт?
Пауза.
— Отец... Я остался на корабле из-за того, что являюсь известным джедаем, а эта планета, до недавнего времени, была весьма имперской.
— Адмирал тоже находится на планете.
— Да. Генерал Вирс и Хэн тоже там, внизу.
— Почему, во имя девяти преисподних, они все?..
Он почувствовал, как его сын вздохнул: — Конечно, Хэн пошел бы. Вирс — это часть напоминания о том, что сейчас мы работаем с имперцами. И Лея попросила твоего адмирала пойти в качестве личного одолжения. Ты же знаешь, какая она.
Действительно. И Пиетт был так же безнадежен, как и он, в отказе его дочери.
— Я сейчас отправлюсь, но смогу прибыть, самое раннее, через 12 часов, сын мой. Будь осторожен. Сообщи мне, когда что-нибудь найдешь.
— Да, отец.
Анакин долго смотрел на гаечный ключ. Его дочь не поблагодарит его за то, что он бросится на помощь, даже если бы он был последним человеком, способным это сделать. Однако Люк тоже знал об этом и все равно к нему обратился.
Неважно. Она была его дочерью. На самом деле, это был окончательный и решающий фактор. Он должен прибыть и позволить ей ненавидеть его еще сильнее.
Он встал и встретился взглядом со своим отражением в глянцевой панели своего модифицированного СИДа. Чтобы его исцелить, было сделано многое, но шрамы останутся навсегда. Он больше не был таким ужасно бледным, каким являлся, когда первоначально сняли шлем, — по крайней мере, теперь у него был цвет. Он будет носить эти шрамы — часть его покаяния, его возмещения ущерба галактике. Своим детям.
Из укрытия гладкого белого ангара он смотрел на драматический закат Камино — проблеск яркого цвета на фоне темно-серых облаков. Когда они будут нуждаться в нем, он придет. Анакин запустил корабль.
****
Люк посадил шаттл на площадку примерно в двух милях от древнего дворца. В тот момент, когда вышел, он смог услышать вокруг него хаос города. Под ним толпились люди, а над ними развевались и подпрыгивали сотни красных имперских флагов.
На северо-западе темными клубами поднимался дым, и он мог слышать сердитые голоса и... огонь из бластеров. Это был не просто протест. Это даже не было прямым террористическим актом, каким бы ужасным тот ни был. Это была настоящая акция повстанцев, и ирония этого не ускользнула от молодого джедая. Он переместил свой световой меч в светло-серой куртке в более незаметное положение и обдумал, как добраться до дворца.
Вряд ли многие люди знали его в лицо. Однако это уже была напряженная ситуация, и их могло вывести из себя что угодно. Он вытащил свой комлинк, чтобы связаться с Венкой на орбите.
Статические помехи.
Крифф, они заглушили все коммуникационные волны. Люк понадеялся, что Венка сохранит хладнокровие — это сложно, когда его адмирал застрял на планете, а высшие офицеры и лидеры их Новой Республики потенциально мертвы.
Люк попытался обрести спокойствие. Ему нужно было сделать себя незаметным, чтобы быстро пробираться сквозь толпу. Он спроецировал это, а затем плавно спрыгнул с посадочной площадки и оказался на уровне улицы.
Он начал уворачиваться и пробираться сквозь толпу существ, и чем ближе он подходил к дворцу, тем сильнее нарастал гнев. Он звенел вокруг, как музыка, достигающая крещендо.
И теперь он был ближе к зоне активных боевых действий. Охрана дворца не сможет долго противостоять этой толпе. И, конечно, ни один из делегатов не был вооружен на переговорах, касающися мирного договора.
Люк нырнул в темный угол и потянулся к своей сестре.
— Лея.
— Люк!! — ее облегчение затопило их связь. — Люк, где ты?
— Возле дворца. Я вижу его с того места, где стою. Где ты находишься? С тобой все в порядке? Остальные?..
— Я немного потрепана, но в порядке. С Хэном все в порядке, и с генералом тоже. Адмирал был со мной в главном зале, так что он тоже немного пострадал. В основном, у нас все в порядке. Я точно не знаю, где мы находимся. Возможно, на южной стороне?
— А как же Мон Мотма?
— Я... я не знаю. Ее не было с нами, когда раздался взрыв, — он почувствовал беспокойство сестры за своего товарища-лидера.
— Ладно, по одному делу за раз. Я попытаюсь проникнуть внутрь и найти тебя. Лея... Это — настоящее восстание. Будьте осторожны, они пытаются проникнуть внутрь, и если им это удастся... Боюсь, это будет еще более кроваво, чем сейчас. Они заглушили связь — я не могу связаться с флотом.
— Сын хатта, — донеслось от его сестры.
Он позволил ей почувствовать его веселье: — Вот именно. Нам нужна поддержка.
— Лея. Я обратился к отцу.
Никаких слов, только красный гнев.
— Я не сожалею. Злись на меня, сколько хочешь, но я не потеряю тебя, если он сможет нам помочь.
— Прекрасно. А потом он уйдет.
Люк вздохнул: — Хорошо, попробуй осмотреться и скажи мне, что ты видишь. Я приду, когда...
Присутствие его сестры снова исчезло. Это совпало с другим взрывом к юго-западу от здания.
— Нет.
****
— Проклятье! — прошипел Пиетт, когда все они нырнули за свое импровизированное укрытие.
— Тогда это не просто взрыв, это — настоящий бунт, — мрачно заявил Вирс.
— Нам нужно оружие, — вставил Соло, потянувшись к своему пустому бедру и выругавшись.
— Перво-наперво, — сказал Пиетт, — если мы собираемся оказаться в боевой ситуации, нам нужно быть более подготовленными. Ваше высочество, как ваши травмы?
— Я справлюсь, — твердо сказала она. — Я думала, что сломала ребро, но, мне кажется, что это — просто ушиб. — Соло скептически посмотрел на нее, но промолчал.
— Генерал? — спросил Пиетт, поворачиваясь к нему следующим.
— Сломанное ребро, но бывало и похуже, — ответил Вирс, видя, к чему клонит Пиетт, и уже расстегивая тунику. — Мне бы не помешала помощь, Соло, чтобы перебинтовать грудь, прежде чем мы отсюда выберемся.
Кореллианин быстро бросился на помощь. Принцесса внезапно напряглась и посмотрела куда-то вдаль.
— Ваше Высочество?.. — начал Пиетт.
— Это Люк. Одну минутку.
А. Связь Скайуокеров.
— Хорошо, ваша очередь, адмирал, — сказал Вирс, застегивая тунику. — Одно плечо или два?
— Что вы делаете? — с любопытством спросил Соло, когда Пиетт осторожно снял перевязь.
— В крайнем случае, как в этой ситуации, есть способ зафиксировать это плечо, чтобы он мог использовать руку. Это не идеально, — и Вирс бросил на него острый взгляд, который Пиетт притворно не заметил, — но иногда необходимо.
— Полная фиксация, оба плеча, — ответил Пиетт. — Мы не знаем, как долго мы здесь застрянем.
— Это будет зверски больно, Фирмус.
— Да. Я в курсе, но это самый надежный способ, и я смогу дольше использовать руку.
Пиетт твердо посмотрел своему другу в глаза, подталкивая его оспорить решение, и Вирс вздохнул и отступил: — Это — режим упрямого ублюдка, адмирал.
Чтобы отвлечься от Вирса, дергающего и натягивающего ткань на место (и разве это не было просто восхитительно, что он чувствовал, словно был заколот?), Пиетт выглянул из-под треснувшей арки в сторону города.
— Мне кажется, что приближается еще больше людей?
— Вам не кажется, — ответил Соло, когда Вирс закончил с крепким узлом, а затем поднял адмиральский мундир, снова одел его и помог Пиетту застегнуть застежки.
Соло осторожно двинулся к открытой арке, чтобы выглянуть наружу.
— Генерал, потрудитесь сказать мне, на какую тяжелую артиллерию я смотрю?
Пиетт и Вирс обменялись краткими взглядами, затем генерал быстро подошел к контрабандисту...
….и тут с оглушительным грохотом рухнул мраморный потолок.
Пиетт вслепую схватил принцессу и отбросил их обоих как можно дальше от спускающейся смерти.
Он подождал, пока стихнут последние звуки камней и арматуры, прежде чем осмелился поднять голову.
— Принцесса? Ваше высочество, с вами все в порядке?
Она яростно закашлялась и сплюнула, чтобы очистить рот от грязи.
— Я… со мной все в порядке, адмирал. Крифф, мы не можем продолжать так делать.
Он в шоке смотрел им за спину. Коридор был завален огромной горой обломков, и две красивые колонны из зеленого мрамора тоже рухнули, эффективно преграждая им путь. Что еще хуже, он не мог видеть Вирса или Соло.
— Макс! — закричал он и закашлялся.
— Хэн! — принцесса присоединилась к нему.
— Вирс!
Ничего.
— Мы должны их найти, — сказала она, пытаясь подавить свою боль, но Пиетт посочувствовал. Он тоже ее ощущал. Он сделал движение к куче, когда над их головами прогремел выстрел из бластера. Адмирал резко обернулся и увидел приближающуюся толпу, все довольно хорошо вооруженные.
— Назад в комнату! — крикнула принцесса, для разнообразия хватая его за руку (и, Сила, это было больно), когда они побежали к толпе и арке дальше слева. Они часто спотыкались и падали. Пиетт пытался сориентироваться среди обломков, когда еще один выстрел ударил совсем рядом с его левым боком.
— Ваше высочество! — позвал он. — Направляйтесь на свои десять часов! Этот путь приведет в главный вестибюль!
У него появилась идея, и он мог только надеяться, что память ему не изменяет. У Леи Органы Скайуокер была выдержка — после того, как ее отбросило двумя взрывами, и она не была уверена, мертв ли ее возлюбленный или нет, она все еще двигалась настойчиво и целеустремленно. Пиетт последовал за ней, по мере необходимости указывая направление и снова клянясь, что будет защищать дочь командира даже ценой своей жизни.
Они добрались до арки, к которой он стремился, и укрылись за ней, когда Пиетт рискнул быстро выглянуть в коридор. Мимо пробегали люди, и еще больше людей подходило извне. Он осмотрел местность в поисках... есть! Она была богато украшена и гармонировала с зеленым мраморным полом, но решетка была на месте.
Еще один бластерный выстрел прогремел у них над головами и осыпал обломками.
— Ваше высочество. Через коридор есть решетка, которая ведет в канализацию. Если мы сможем туда спуститься, у нас, возможно, появится шанс выбраться отсюда и встретиться с вашим братом. Я полагаю, он придет?
— Да, он... — она остановилась, чтобы пригнуться, когда мимо просвистел еще один выстрел. — Я расскажу вам в канализации.
— Держитесь рядом, — сказал он, готовясь. Мимо пробежала еще одна небольшая кучка людей.
— Вперед, быстрее! — скомандовал он и бросился через коридор, молясь, чтобы решетка не была привинчена.
Им повезло, это было не так, но, в то же время, она была криффовски тяжелой. Пиетт ее дернул, и у него из глаз посыпались искры, когда плечо запротестовало. Затем принцесса оказалась рядом.
— Вместе, — выдохнула она, — вперед! — они дружно потянули, и тяжелая решетка с грохотом упала на мрамор рядом с ними. Конечно, это не осталось незамеченным, и в их сторону снова понеслись крики и бластерный огонь.
К счастью, отверстие было достаточно большим для них обоих (и в этой ситуации он был благодарен за свой небольшой рост), чтобы заскочить туда вместе. Он встретился взглядом с принцессой, а затем они нырнули в темную пасть.
****
До главного туннеля было всего двенадцать футов. Лея могла бы рассмеяться от облегчения, если бы все не было так ужасно. Адмирал негромко застонал от боли, и она потянулась к нему в тусклом свете.
— Все в порядке? — спросила она, найдя его руку и осторожно коснувшись ее.
— Со временем будет, — ответил он сквозь то, что, как она подозревала, было стиснутыми зубами. — Мы должны продолжать двигаться, если они решат последовать за нами вниз...
При его словах выстрел из бластера на мгновение осветил канализацию: — Идемте, — крикнул он.
И они пошли. Это была большая канализация, построенная из камня обширными усилиями в более древние времена. Случайные проблески света показывали, где на поверхность вели другие решетки.
— Продолжайте идти, пока не найдете ответвление направо, — пропыхтел адмирал, немного позади нее. Она остановилась и снова нащупала его.
— Дайте мне руку, — сказала она, — ту, что не пострадала. Я не хочу потерять вас здесь, внизу.
Он крепко сжал ее руку как раз в тот момент, когда еще один выстрел пронесся мимо них так близко, что Лея почувствовала жар возле головы.
— Проклятье! — воскликнула она, и они снова побежали. К счастью, вода была неглубокой, может быть, дюйма четыре, когда они плюхали по ней, и Лея старалась не думать о том, что та покрывала. Пока они бежали, ей в голову пришла идея, и, прищурившись, она, как ей показалось, смогла разглядеть темное отверстие другого ответвления справа, как и сказал адмирал.
— Я вижу его, — прошипела она. Они снова набрали скорость и рванули вправо, и она остановила адмирала.
— Что такое?..
— Тсс! — и она начала топтаться на месте. — Нам нужно оружие, — настойчиво прошептала она сквозь шум. — В тот момент, когда они придут...
Пиетт быстро сообразил: — Да, — ответил он, становясь прямо на краю закругленного туннеля и прижимаясь как можно ближе к стене.
Шлепающие шаги. Возможно, четверо? Больше? Лея не знала, и им оставалось только надеяться, что элемента неожиданности будет достаточно.
Две фигуры вылетели из-за угла, и Лея пригнулась, подставив подножку ближайшему к ней мужчине, в то время как адмирал схватил протянутое запястье ближайшего к нему человека и проделал несколько довольно впечатляющих маневров, вывернув бластер из руки ругающегося нападавшего и нанеся ему быстрый удар ногой в колено, чтобы сбить с ног, прежде чем выстрелить в него и снова вскинуть оружие, чтобы выстрелить третьему преследователю в лицо. Лея, наконец, вырвала бластер у своей жертвы и сильно ударила его ногой в лицо, прежде чем направить оружие на вход в их туннель.
Они стояли там, тяжело дыша и прислушиваясь к звукам новой погони, но все было тихо. Неясная фигура адмирала переместилась к третьему человеку и забрала его бластер, сунув за пояс.
— Отличная работа, ваше высочество. Быстро соображаете, — сказал он, возвращаясь к ней, и она улыбнулась, хотя он и не мог этого видеть.
— Тогда мы должны продолжать идти, — ответила она. — И, адмирал, вам придется давать мне уроки рукопашного боя. Это было довольно удивительно.
Он издал то, что могло быть смехом, когда они побежали дальше по бесконечным канализационным трубам: — Я тренируюсь с кем-то, кто намного меня превосходит.
— Генерал? — догадалась она. — Что ж, я должна его поблагодарить. Это, безусловно, окупилось.
— Я был бы рад вам показать, — сказал он через мгновение. — Когда человек не одарен ростом, ему нужны другие преимущества.
По большому опыту девушка знала правдивость данного высказывания, и ясно понимала, что и ему тоже это известно.
Они молча двигались, наверное, около часа. Было довольно ошеломляюще, насколько звук здесь был приглушен. В конце концов, свет от каждой решетки, мимо которой они проходили, становился все ярче, и Лея догадалась, что они, наконец-то, вышли на улицу.
Адмирал озвучил то, о чем она думала.
— Вероятно, нам следует подумать о том, чтобы в ближайшее время вернуться наверх, — сказал он.
Она согласилась, отчаянно нуждаясь в свежем воздухе. Лея не думала, что у нее клаустрофобия, но ей не нравилось это чувство замкнутости. Конечно, на этот раз стены не смыкались… Она вдруг громко рассмеялась, надеясь, что ее смех не прозвучал истерично.
— Ваше высочество? — адмирал определенно казался смущенным.
— Извините, адмирал, я только что вспомнила, что это не первый мой побег через канализацию.
— Похоже на историю, которую я хотел бы когда-нибудь услышать, принцесса.
— Ммм. Так я познакомилась с Люком, Хэном и Чуи. Но нам нужно быть чистыми, в тепле и что-нибудь выпить, если я расскажу вам об этом.
Они остановились под другой решеткой и на мгновение прислушались. Затем Лея взглянула на Пиетта.
— Может, попробуем здесь? — спросила она. Он кивнул, бегая глазами по сторонам и оценивая, как они могли бы попытаться выбраться. В изогнутую стену были встроены поручни, но из-за угла они не смогли бы достаточно упереться, чтобы отодвинуть в сторону тяжелую решетку.
Пиетт вздохнул, и она вопросительно на него посмотрела.
— Войти было определенно легче, чем выйти, ваше высочество. Итак, мы можем попробовать это сделать, но если не сработает, нам, возможно, придется следовать по этому пути до любого водоема, в который он впадает.
И... Нет. С нее было довольно.
— Что вы предлагаете, адмирал?
— Вам нужно будет встать мне на плечи, ваше высочество, и попытаться столкнуть решетку. Это не самый лучший способ, — продолжил он, увидев ее лицо, — но мы должны хотя бы попытаться. Мне жаль, что я прошу вас об этом...
— Дело не в этом, — ответила Лея. — Адмирал, ваше плечо...
— Хорошо закреплено. Уверяю вас, я справлюсь, ваше высочество.
Лея посмотрела на его яростно решительное лицо: — Это то, что генерал Вирс имел в виду под выражением «упрямый ублюдок», адмирал?
Он уставился на нее на мгновение, прежде чем рассмеяться: — Да, я полагаю, что это так. Но в данный момент у нас действительно нет выбора, ваше высочество.
Он опустился на колени у стены, чтобы она могла хорошо опереться.
— Очень хорошо, — вздохнула Лея. — Просто знайте, что мне это не нравится, и я заранее прошу прощения. — Она ухватилась за один из поручней в стене и сначала поставила ногу на его здоровое плечо. Он держал ее за лодыжку на удивление сильной хваткой.
— Готовы? — спросила она.
— Да, — коротко ответил он, и она шагнула вверх. Пиетт хмыкнул, и она почувствовала, как он вздрогнул, прежде чем успокоил себя и ее.
— Мне очень жаль. Хорошо, я достаточно держусь за стену, вы можете встать.
Он сделал это осторожно и плавно, они оба приспособились к такому расположению, и Лея просунула руки под тяжелую решетку.
— Хорошо, адмирал, приготовьтесь, я собираюсь подтолкнуть его, — он подтвердил, и Лея напряглась против тяжелой крышки, она слегка сдвинулась, но это было все. Она остановилась и тяжело дышала. Проклятье, почему хоть что-то не может сработать в их пользу?
Сила...
Она сама испугалась этой мысли, поскольку еще никогда не пыталась делать что-то физическое с помощью этой проклятой способности, которой, казалось, обладала ее семья. Честно говоря, Лея не была уверена, что хочет в себе это развивать. Глубоко внутри это ее пугало. Что, если она станет, как отец?..
— Я собираюсь попробовать еще раз, — сообщила она адмиралу и поняла, что не может долго так продолжать, больше ради него, чем ради себя.
— Хорошо, — он тяжело дышал и снова собрался с духом. Лея просунула руки сквозь узкие отверстия в решетке, закрыла глаза и потянулась. Двигайся, нам нужно выбираться. Двигайся.
Она чувствовала, как адмирал дрожит под ней, когда она прижалась к нему, и знала, что ее время почти вышло.
ДВИГАЙСЯ! Отчаянно подумала она, и вдруг решетка взлетела вверх и исчезла, отдаленно звякнув обо что-то на поверхности. Лея глупо моргнула, глядя на теперь уже открытую дыру. Затем она ухватилась за край и подтянулась, слезая с адмирала и переваливаясь на тротуар наверху. По счастливому стечению обстоятельств она оказалась в переулке, единственными обитателями которого в данный момент были лишь несколько удивленных местных крыс. Она повернулась, чтобы откинуться назад.
— Если вы сумеете взобраться наверх, адмирал, я могу вам помочь.
Он так и сделал, двигаясь осторожно, и Лея почувствовала себя виноватой из-за того, насколько больше повреждений она, вероятно, причинила плечу мужчины. Когда он был достаточно близко, она потянулась к нему, и вместе им удалось вытащить его из канализации. Какое-то время оба сидели, тяжело дыша, а затем он заговорил, глядя на крышку решетки, которая лежала примерно в 8 футах от него.
— Это, эм, это было довольно впечатляюще, ваше высочество. Вы делали подобное раньше?
— Нет, — ответила Лея, пытаясь подавить испытываемые ей смешанные чувства страха и силы. Она посмотрела на адмирала, чтобы оценить его реакцию, и была слегка удивлена, увидев легкую понимающую улыбку на его довольно грязном лице.
— Я думаю, возможно, с такой небольшой способностью вам не понадобятся уроки рукопашного боя, — прокомментировал он и шевельнулся, чтобы подняться на ноги, не совсем способный скрыть при этом резкое вздрагивание.
Лея поднялась вместе с ним: — Мне так жаль, адмирал...
Он отмахнулся от нее: — Боюсь, это было необходимо. Нам нужно найти способ немного привести себя в порядок. В таком виде мы довольно приметны.
Она не могла не согласиться. Они двинулись ко входу в переулок…
...и трое мужчин вышли из-за угла, чтобы преградить им путь.
