Часть 5
10 мая 2023 г., 19:26
Вирс оттолкнулся от пола, на который он приземлился после того, как нырнул подальше от рушащейся конструкции. Рядом с ним кашлял Соло. Да, это определенно была тяжелая артиллерия.
— Лея! — Соло повернулся к огромной куче, которая теперь блокировала коридор. Крики и бластерный огонь теперь звучали ближе.
Соло снова позвал принцессу, но Вирс знал, что им нужно двигаться и выбираться из этого криффова здания.
— Соло, — сказал он, подходя к кореллианину. — Мы должны надеяться, что они смогут выбраться другим путем.
— Если их не раздавило это, — отчаянно сказал Соло, указывая на бывший потолок.
— Я буду верить, что у них обоих хорошие инстинкты самосохранения, — спокойно ответил Вирс, признавая, что он был в бесстрастном боевом режиме генерала. Но внутренне он мог сопереживать страху, что, возможно, в этот раз Пиетту не так повезло…
— Ладно, ладно, — Соло заставил себя вернуться в настоящий момент. — Какой лучший способ отсюда выбраться?
Вирс укрылся за тем, что осталось от одной из колонн, и оглядел улицу внизу. Все больше сердитых лиц и оружия по мере того, как толпа приближалась. Тяжелое артиллерийское орудие буксировалось дальше на север, вероятно, к главному входу. Спуск с того места, где они находились, на улицу был почти выполним, но при такой плотной толпе, как сейчас, их сразу бы заметили.
— Соло, нужно направиться к заднему входу во дворец. И нам потребуется какое-нибудь проклятое оружие.
— Ну, у меня в комнате есть бластер, но...
— Вы принесли свой бластер на мирные переговоры? Как вы пронесли его мимо охраны?
— Эй, — кореллианин пожал плечами. — Контрабандист, помните? И я не собираюсь рисковать безопасностью принцессы.
Вирс, на самом деле, в данный момент, в какой-то степени, этому сочувствовал: — Где ваша комната?
— На другой стороне этого комплекса. Это заняло бы слишком много времени, генерал. Нам придется... приобрести несколько бластеров на пути отсюда.
Они начали двигаться по длинному коридору, в любой момент ожидая столкнуться с мятежниками, но, возможно, обрушение потолка помешало им добраться до этой стороны, по крайней мере, на данный момент. Это было круглое сооружение, они могли пройти через главный зал, что замедлило бы их продвижение.
Конечно, пришла Вирсу в голову неприятная мысль, Пиетт и принцесса тоже были на этой стороне событий. Нет, он не мог так думать. Его друг был более чем способен оказаться на высоте, и все, что Вирс знал о мятежной принцессе, говорило о ее долгом опыте выхода из плохих ситуаций.
У него возникла идея, когда они продолжали легкой трусцой пробираться по огромным коридорам, и в поле зрения появился длинный низкий комплекс, ведущий прочь от дворца. Это был крытый трамвай, доставлявший частных гостей с посадочных площадок дальше по городу.
— Соло! — крикнул Вирс, прикидывая расстояние от того места, где они находились, до крыши трамвая.
Контрабандист остановился и подошел к нему.
— Кажется, я знаю, как нам отсюда выбраться.
***
<Ее адмирал — пропал. Она слышит, как Нервный говорит об этом — Венка. Она тоже обнаружила взрыв на поверхности. Местоположение — дворец, текущее местоположение ее адмирала, генерала Вирса, принцессы Органа, сенатора Мон Мотмы, генерала Соло.>
<Код — страх. «Помогите!» — говорит она. Но Темного нет рядом, чтобы с ней поговорить. Она пытается просканировать поверхность, приближая изображения настолько, насколько это возможно с орбиты. Решение стрелять? Оценка — нет, не тогда, когда у нее нет местоположения ее адмирала и его спутников.>
<Оценка — войти в атмосферу для более тщательного сканирования? Нет. Нервный будет переживать. Она могла бы сделать это, она была в состоянии, но это могло нанести ей некоторый ущерб и вызвало бы у всех существ на поверхности сильный страх. А страх, как она узнала, мог вдохновить их на причинение вреда... Нет. Она не должна покидать свою орбиту.>
<«Адмирал!» Она знает, что он не может услышать ее, когда она зовет таким образом — только Темный может. Но она... в отчаянии (тоскует, тревожится, горюет) и беспомощна.>
<Она — звездный суперразрушитель. Это самый могущественный корабль в галактике, несущий смерть, когда пожелает, и защищающий свой флот. Но она ничего не может поделать. У нее нет Темного, чтобы направлять. И у нее пропало сердце.>
<Печаль! Она плачет. Пустота. И она парит на орбите.>
****
Люк пробирался сквозь толпу, стараясь поддерживать в Силе свою «незаметность», пока направлялся к дворцу. Люди начали бросать камни, и куски улицы были подняты, чтобы также использовать их в качестве снарядов. Он мог слышать усиленный огонь бластеров и время от времени более тяжелые удары артиллерийских орудий.
— Лея.
— Лея…
Запутанные образы... темнота… бег.
— Где ты находишься?
— Не сейчас, Люк!
Человек с бластером... он падает... ваше высочество. Быстро соображаете…
— Я свяжусь с тобой, когда смогу.
И она прервала связь. Но она жива и не одна — тогда, скорее всего, Пиетт, поскольку Хэн не назвал бы ее так, по крайней мере, с подобным уровнем уважения.
Люк осторожно приблизился к главному входу.
Силы безопасности отчаянно сражаются, но толпа подобна неизбежной волне цунами. Здесь развеваются многочисленные имперские флаги. Является ли это полноценной попыткой государственного переворота?
Люк должен просто оставаться инкогнито. Это было бы самым разумным поступком. Но эти храбрые мужчины и женщины пытаются защитить всех безоружных участников переговоров и политиков внутри, которые ранены и умирают...
Люк никогда не преуспевал в том, чтобы просто стоять в стороне и смотреть, как умирают люди. Он принял свое решение.
Сила отточенных мышц подбрасывает его вверх, чтобы присоединиться к превзойденным числом защитникам на широких мраморных ступенях, его световой меч появляется и отражает выстрелы бластеров, исходящие из толпы.
От них исходит коллективная реакция страха и гнева. Джедай! Пользователь Силы! Мятежный сброд!
Люк потянулся, чтобы оценить количество охранников, с которыми он находится.
— Половина из вас пусть вернется внутрь! — рявкнул он. — Помогите раненым выбраться отсюда в безопасное место! Делайте все, что в ваших силах, а мы постараемся их сдержать!
Он использовал Силу, чтобы поднять большие участки тротуара перед ними для создания барьера. Еще больше страха и криков из толпы по этому поводу.
— Вы — Скайуокер, сэр? — крикнула одна из охранников, снова стреляя в толпу.
— Да! — ответил Люк, зеленое лезвие двигалось, как живое существо.
— Думала, вы не спускаетесь, — сказала она, опускаясь на колено, когда в их сторону полетело еще больше камней, и она выстрелила в нападавшего.
— Я не собирался! Но потом какой-то криффер решил взорвать этот дворец! У меня здесь, внизу, есть друзья!
— Что ж, сэр, мы рады, что вы с нами, — она выстрелила еще раз, а затем откатилась в сторону от ответного выстрела. — Добро пожаловать на Гантел!
Люк рассмеялся над ее явной дерзостью: — Спасибо! — Его лезвие гудело и шипело, когда он разрезал на части несколько больших кирпичей.
Сила выдала предупреждение, когда у их ног приземлился термический детонатор. Люк мгновенно схватил его и швырнул обратно над толпой, делая все возможное, чтобы спасти жизни. Он взорвался как раз в тот момент, когда еще пять приземлились перед ними.
— Отступаем! — крикнул Люк оставшейся команде охраны, сам отступая назад и таща за собой столько охранников, сколько мог.
Детонаторы сработали с ослепительной вспышкой, и Люка и остальных отбросило назад, в массивный портик дворца. Он сморгнул пыль и свет, попавшие в глаза, и увидел, как толпа начинает взбираться на их импровизированный барьер.
— Вперед! — закричал он, снова вскакивая на ноги и отражая выстрелы, летящие в его товарищей. Некоторые из них, пошатываясь, поднялись, чтобы выполнить его приказ и попытаться вывести людей. Некоторые все еще были внизу.
— Уходите сейчас же!— крикнул он женщине, с которой был, но она лежала тихо и неподвижно.
Проклятье.
Люк отразил еще несколько выстрелов, а затем потянулся к массивной крыше портика над ними и потянул вниз. Когда мрамор треснул и покатился в сторону толпы, которая теперь переосмысливала свои действия, он погасил свой клинок и побежал вправо.
Ему нужно найти остальных.
***
Пиетт остановился, протянув руку, как будто это могло каким-то образом остановить либо нападавших, либо принцессу, которая подошла прямо к нему.
— У нас нет ничего, что стоило бы украсть, могу вас заверить, — сообщил им Пиетт.
Один из мужчин взглянул на открытую канализацию и снова на них.
— О, я в этом не сомневаюсь. Вы двое выглядите так, словно вернулись из перестрелки в центре.
— Ну, конечно, мы это сделали, — вставила принцесса, ныряя под его руку.
Проклятые Скайуокеры-самоубийцы.
— Мы не хотим быть частью этого, мы просто пытаемся вернуться домой.
Пиетт посмотрел на нее. Возможно, ей просто удастся изобразить невинность с ее глазами лани.
— Домой? — спросил самый низкорослый из троих, носатый мужчина со шрамом на лбу. — Я не знал, что здесь все еще живут имперские офицеры.
Что ж, полагал Пиетт, было бы слишком надеяться, что на совсем недавно имперской планете не заметят его униформу.
— Ты думаешь, мы настолько глупы? — продолжил он, когда все они вытащили свои бластеры и направили их на принцессу и Пиетта. — Бросьте их. Вы пойдете с нами.
Принцесса бросила на него быстрый взгляд, а затем на удивление быстро подчинилась. Он последовал ее примеру, уверенный по ее взгляду, что она что-то замышляет.
— Пни их сюда, — протянул лицо со шрамом, и Пиетт сделал это своим чрезвычайно грязным сапогом. Принцесса легонько пнула адмирала, а затем напугала, придвинувшись ближе к нему и обняв, как будто в ужасе.
— Пожалуйста, — взмолилась она, и Пиетту пришлось сдержать свое изумление, когда она превратилась из женщины, которая только что силой мысли выбила тяжелую решетку, в робкое и испуганное существо, цепляющееся за него в поисках защиты. Он положил руку ей на плечи, полный решимости помочь ей, подыграв.
— Мы ничего не сделали. Пожалуйста, просто отпустите нас.
Мужчины засмеялись и подошли, чтобы забрать их бластеры: — Очевидно, вы здесь для того, чтобы решить судьбу планеты, которая хочет выбрать свой собственный путь. Мы покончили с тиранами, решающими за нас, на самом деле, не имеет значения, на чьей вы стороне. — Он потянулся к ее бластеру на земле, и принцесса отреагировала, сжимая Пиетта одной рукой, в то время как другая за его спиной вытащила бластер, который он там держал.
Она была быстрой и маленькой и сделала первый выстрел, все еще обнимая его рукой, прежде чем отскочить, чтобы застрелить двух других, прежде чем они выпрямились, подняв бластеры с земли.
Мгновение они оба смотрели на дымящиеся перед ними тела.
И она не была его дочерью, но Пиетт все равно не мог сдержать волну гордости за нее и широко улыбнулся.
— Вы, моя дорогая, чертовски опасны, — сказал он, перешагивая через тело, чтобы поднять свой бластер и забрать имевшиеся у людей.
Она улыбнулась в ответ: — Очевидно, это у нас семейное. — И затем оба снова остановились, задумавшись о важности сказанного.
И, надеюсь, у нее будет время поработать над этой семьей, когда все закончится.
Она быстро пришла в себя, сунув два бластера за пояс брюк и спрятав их, расстегнув рубашку и позволив ей их прикрыть.
Он засунул оба своих бластера за пояс и протянул ей руку.
— Нам нужно попытаться добраться до посадочных платформ. Мы могли бы украсть корабль и, по крайней мере, попытаться связаться с Леди.
— Перво-наперво, адмирал, — ответила она, беря его за руку, — нам нужно куда-нибудь проникнуть и привести себя в порядок, иначе нас заметят.
— Справедливое замечание.
Они явно находились за пределами центра, но все еще в оживленном и густонаселенном пригороде. Решив, что выглядеть скрытно и виновато было плохо, они попытались продемонстрировать как можно больше уверенности, и, хотя они получили несколько очень заинтересованных взглядов, в основном из-за их грязного состояния и униформы Пиетта, в них не усомнились. Они оба знали, что это долго не продлится, и Пиетт, наконец, выбрал другой переулок, чтобы спрятаться.
— Здесь довольно много балконов, ваше высочество, — указал он, прикидывая расстояние. Над головой между зданиями трепетали многочисленные бельевые веревки. Оставалось надеяться, что в одном из этих домов было открыто окно или дверь на балкон.
— Я прошу прощения, принцесса. Но сначала мне придется отправить наверх вас. Боюсь, мое плечо не позволит мне достаточно хорошо держаться, но если вы сможете подняться и отправить вниз парящую лестницу...
— Адмирал, — она остановилась и серьезно посмотрела на него. — В этой войне мне приходилось делать гораздо худшие вещи. Если вы встаете между мной и опасностью, я думаю, мне позволено время от времени оказывать вам ответную услугу, вы не согласны?
Он встретился с ней взглядом: — Мы останемся при своих мнениях, ваше высочество. Я могу вас подсадить. — Он опустился перед ней на колени и сплел пальцы в стремя. Он услышал, как она слегка раздраженно вздохнула, глядя на него (Мне очень жаль, принцесса, но ваш отец и ваш контрабандист рассчитывают на ваше возвращение), прежде чем схватила его за здоровое плечо и вложила ногу в его ладони.
— На счет три, ваше высочество, раз...два...ТРИ! — и он подбросил девушку вверх, к самому нижнему балкону. Принцесса прыгнула к перилам, легко ухватилась и перемахнула через них. Она на мгновение снова посмотрела вниз и подняла один палец, прежде чем осторожно попробовать открыть окно. Заперто.
Она покачала головой и вскарабкалась на перила, добираясь до следующего балкона. Пиетт пытался сдержать рвущееся у него из груди сердце, наблюдая, как она поднимается все выше. Она исчезла из его поля зрения за декоративным растением, вернувшись через несколько секунд и кивнув. Затем вошла внутрь.
Он ждал, сердце колотилось гораздо сильнее, чем сегодня почти в любое другое время.
Что, если жильцы были дома и сначала стреляли, а потом задавали вопросы? Что, если ее поймают? Он может и не узнать… Как он объяснит это лорду Вейдеру? Соло…
Он встряхнулся. Остановись. Он должен относиться к этому, как к тактической ситуации. Она была одним из его офицеров, они были на задании.
— Адмирал! — прошипела она из двери примерно в 25 футах ниже по улице. Стараясь не растаять от облегчения, он побежал, чтобы к ней присоединиться.
Оказавшись внутри, она повела его к узкой металлической лестнице: — Очевидно, никого нет дома, — тихо сказала она, когда они трусцой поднимались по лестнице. — Я также собираюсь совершить набег на их шкаф.
Что ж. В этом был смысл.
Оказавшись внутри, она превратилась в вихрь, за считанные секунды находя полотенца и швыряя одно в него.
— Я воспользуюсь освежителем, чтобы заодно сменить прическу. Боюсь, вам придется избавиться от форменного кителя. Их кухонная раковина слева.
Он оставил ее наедине с этим и отправился на поиски раковины. 10 минут спустя они оба рылись в маленьком шкафу в спальне. Женской одежды не было, но это нисколько не замедлило принцессу, и она нашла какие-то брюки и рубашку, которые, как она заявила, подойдут, и снова исчезла в освежителе.
Пиетт остановился на простой коричневой замшевой куртке, которая сидела на нем достаточно неплохо, и с легкой болью оставил свой форменный китель. Он позаботился о том, чтобы положить свои кодовые цилиндры в карман брюк. Оставалось надеяться, что они пригодятся позже.
Они снова встретились на маленькой кухне, где оба выпили по нескольку стаканов воды, а Пиетт порылся в поисках еды, которая не испортится.
— Это немного, но, надеюсь, поможет нам поддерживать энергию, — сказал он принцессе, протягивая ей несколько обнаруженных протеиновых батончиков. Оба с жадностью съели что-то вроде сухофруктов, а затем пришло время отправляться в путь.
Пиетту казалось, что он годами задерживал дыхание. Однако, как только они оказались снаружи, он смог его выпустить. Ему помогло снова находиться в движении. Они остановились, пока он ориентировался.
— Так, — сказал он, наконец. — Мы движемся на юго-восток, а хотим направиться более точно на восток. Насколько я помню по приезду, именно там расположено большинство основных посадочных площадок.
Принцесса смотрела на него с легкой улыбкой на лице.
— Ваше высочество?
— Да, извините, адмирал, тогда идем.
— Что это было? — спросил он, когда они пошли в указанном им направлении.
— Ничего, извините. Я просто... так странно видеть вас без формы, и знаете ли вы, что ваши волосы слегка вьются, когда они влажные?
— Я в курсе, — вздохнул он.
— У меня тоже, — сказала она, — а у Люка совсем нет. Я часто думала, на кого каждый из нас похож.
Тогда все в порядке. Неужели они сейчас ведут этот разговор?
— Простите меня, ваше высочество, но я не знаю, кем была ваша мать, — осторожно начал он, оглядываясь по сторонам, пока они шли, в поисках чего-нибудь подозрительного.
— Я тоже до недавнего времени не знала, кто она такая. Сенатор Падме Амидала, некогда королева Набу.
Пиетт чуть не остановился от неожиданности этого откровения: — Ну что ж. Значит, и в вас, и в коммандере Скайуокере течет королевская кровь.
— Да, не то чтобы сейчас это имело большое значение.
Он видел, как солнце опускается все ниже в небе, и догадался, что время приближается к 17:00.
— Мой отец летит сюда, — резко сказала принцесса. — Люк с ним связался.
Пиетт посмотрел на нее, когда она сердито шагала рядом с ним.
Ладно. Им было недостаточно того, что они имели дело с мятежниками, весь день пытавшимися их убить. Ему придется играть роль советника, находясь в бегах. Сколько еще галактика может в него бросить? Нет, забудьте об этом, он не хотел этого знать.
— И вас это не радует.
— Как вы могли догадаться, адмирал?
— Ваше высочество...
— Я никогда не хотела и не нуждалась в его «помощи» ни в одной из многочисленных других, гораздо более тяжелых ситуаций, в которых я оказывалась. Люк идет. Я должна верить, что Хэн и генерал выберутся. Флот находится над головой. У меня есть вы. В нем нет необходимости.
Подобного абсолютно точно не было в его должностных инструкциях.
— Дело не в необходимости...
— Он никогда не компенсирует зверства, которые совершил! — она открыто призывала его это отрицать.
— Нет, — тихо ответил Пиетт, — но он намерен провести остаток своей жизни, пытаясь, даже если и знает, что это невозможно.
На это она промолчала.
— Давайте попробуем свернуть в эту сторону, — сказал он через некоторое время. — И нам нужно подумать о том, где мы сможем остановиться на ночь.
И я постараюсь сделать так, чтобы вы не застрелили своего отца, когда он прибудет.
