Аристарх

Мне было нечего ответить. Ну честно. Было кристаллически похер. Корабль, как я могла заметить, оглядываясь по сторонам, пришвартовался на каком-то крохотном причале. Причальчике, я бы сказала, сравнивая с размерами родного острова. Для людей местных, мы были, явно, событием века. Пока матросики наспех начинали разгрузку, поторапливаемые начальством, я просто семенила своими крохотными ножками вслед за стариканом. Ох, матерь божья, одышка, откуда ты взялась-то? Не было, не было и раз появилась! Аборигены тутошние тихонько переговаривались, смотря на всех нас, и, в частности, естественно на меня. Пальцем даже тыкали и как-то лыбились. А я, конечно, пусть и привыкшая к вниманию и всеобщей любви, лишь воротила от них нос, попутно откидывая волосы назад. Нужно показать всем, что я лучшее, что они вообще видели в своей скучной жизни. Попутно я поправляла на руках Эйса, постоянно подкидывая скатывающийся хачапурик по рукам. Где-то пару раз мелькнула в ногах Макино-тян, какие-то еще дети, подростки… Как скудно и скучно, хм! Старика я догнала оригинально. Врезалась. Меня если честно уже раздражает взаимодействие с ним. Мы явно астрологически несовместимы. Я близнецы, а он говнюк. В общем, пока он разговаривал с какими-то людьми, я, так и не дождавшись обещанных объяснений, просто выпала в астрал, попутно напевая в голове песенку про кузнечика. Да-да, того самого, которого сожрала лягушка. В реальности я оказалась, когда меня уже подняли на руки. Не поняла прикола, уважаемый. Кто разрешение давал? А медкомиссию прошел, прежде чем лапы тут свои ко мне тянуть. А ну-ка, брысь! Блин, мои кочерыжиния были неважны Гарпу, он просто усадил меня на сгибе локтя и попер в неизведанные дали. Дали были темными и непроглядными. Приближались стремительно и пугающе. Мы вышли за пределы небольшой прибрежной деревни, обогнули какие-то огороды и вышли на тонкую, как ниточка от трусов, тропку, ведущую куда-то пугающе ввысь. Ввысь? Пусти меня, ирод! — Не-е-ет, старик. Старик, ты серьезно? Гора? На кой ляд нам нужно переться на гору? Ну, старик, — молчание. — Ну, ёмаё, Гарп-сан? Вице-адмирал? — опять молчание. — Пусти! К черту горы! Деревня тоже неплохой вариант, если так подумать. Море, пляжик, огороды… ничего лишнего, да? Я трагикомично, и немного реалистично начала высовываться из рук, попутно вытягивая братца из всего этого сюрреализма. Собакен подскакивал рядом. — Грохнешься всмятку, Мелкая. — Пусти-и-и! Не хочу в горы! — я вполне себе осознавала куда и к кому нас тащат, поэтому, извольте, но подите нахер! Мне не нужны такие няньки-встаньки! Мне совершенно не нравится молчание Гарпа, под мои крики на всю чащу леса. Твою дивизию, мы уже в чаще леса. Немного насторожившись, я чуть сжалась, притягивая к себе недовольно гуливщего мини-Портгаса, который корчил рожицу и недовольно разевал рот, слюнявя всё вокруг. Фе. Ох уж эти детские сопли-слюни, это как завести себе крохотного Квазимоду, неспособного к существованию на ближайшие десять, а то и в некотором случае, двадцать лет. Солнце куда-то неожиданно пропало и надо мной закрыла свои ветви довольно густая крона деревьев. Как бы январь, да, туда-сюда, вроде бы и снег даже есть в тенёчке… листва откуда? В такой тени даже стало чуть по холоднее. Не смертельно, но зябко, морозец прошелся по коже. Но скорее от страха, чем от холода. Кустики заснеженные стали как-то более пугающие выглядеть, треск древесных стволов нагнетал ужаса, а улыбка вице-адмирала, как мне казалось, с нижнего ракурса, становилась с каждым шагом всё шире и злораднее. — Ирод. Как пить дать, ирод. Тащит нас, бедных сироток в какие-то долбеня, к черту на кулички! — Я шептала себе под нос, но в такой тишине, конечно, была хорошая слышимость. Тут порхание птиц за сто пятьсот метров, будто под ухом звучало. Не то что мое «бу-бу-бу» под носом. Гарп на кочке какой-то многострадальчески «экнул», под моё «старпер». На следующей кочке, я «неожиданно» подлетела на метра три, вцепляясь в Эйса и группируясь уже для падения. Падение как таковое не последовало, но вот железные бицепсы и трицепсы мужика меня не очень радостно поприветствовали. Я даже не пикнула пока летела, потому что, знатнейше пересралась в полете, когда головой задела какую-то ветку. Дальнейшая пешая прогулка сопровождалась милейшим напевом Гарпа, когда он фальшивил на каждой ноте, напевая песенку маленького морячка. Я про себя вспоминала полюбившийся в этой жизни «Отче наш», прося уже забрать меня в царствие его, да не карать или же карать мою душу, поскольку я чето уже всё… В какой-то из моментиков, пока мы топали уже почти что по вертикальной тропке, когда начинало заваливать назад, из глухомани откуда-то слева раздался пиздецки страшный рёв того, кого бы я вообще не хотела встречать. Ригель испуганно вжался в дозорного, на каждом шаге втираясь в ноги сильнее и сильнее. — Э-это что? — задрожала я, закрывая глаза руками. — А-а-а, так. Местный горный монстр. Метров пять, наверно, в высоту, давно его уже не видел, гхе-хе-хе. По молодости всё думал прибить, да потом лень стало, гхе-хе. — ДА ЛУЧШЕ БЫ ПРИБИЛ! — закричала я, напугав Эйса, который начал громко плакать. Вторил плачу еще более громкий рев, куда ближе, чем до этого. — Мамочки-и-и! Куда ты нас притащил, дурацкий старика-а-ан?! — НЕ ОРИ! Мелочь, екарный, ты как ультразвук, — Гарп аж задрожал от визга и потер рукой оглушенное ухо. — Ещё раз завизжишь, в свинарнике жить будешь. — он сурово зыркнул на меня. Да куда еще суровее? — И вообще, не прибил и бог с ним. Живет себе зверушка, не кусается, никому не мешает. — А просто целиком сжирает бедные заблудшие души. У меня уже правда нет сил плакать. Я просто уже не могу нервничать. Стресс сжирает меня целиком и полностью, вытягивая последние силы. Эйс вот поорал и успокоился, выпустил, так сказать, скопившееся недовольство, а я так не могу. Мне мой электровеник в одном месте не дает быть в ладах с телом и душой. У-у-у! Чертовы неприятности! Я главная героиня своей жизни! Кыш! Надоели всякие неприятности уже! — Мне страшно! Страшно, понимаешь? Куда ты нас тащишь?! — Почти пришли. — Это не ответ, глупый старик! Верни нас вниз! Дозорный продолжал настойчиво переть вверх по, уже почти невидимой тропе, взбираясь всё выше и выше. Можно я сделаю вид, что у меня кислородное голодание и откинусь? Пейзажи по обе стороны не слишком отличались, настоятельно рекомендуя мне даже не соваться к ним. Вот, кажется, пролетела птица или это была бабочка? Ах, мать твою, это была летучая мышь. В снежном лесу. Зимой. Она зацепилась лапками за ствол и куда-то поползла по своим мышиным делам. Вот промелькнула еще какая-то живность, Ригель, идущий позади заскулил. Как я тебя понимаю братец, тут капец как всё стремно и страшно, не то, что наша родная теплая Батерилла. Вот я неожиданно заметила немного света впереди, кажется мы приближались то ли к вершине, то ли к опушке. Да не важно, главное, что там был свет. Вышли мы довольно быстро и Ригель кажется тоже вздохнул где-то внутри, по-собачьи матеря всё вокруг. Картина передо мной предстала неказистая. Этакая избушка на курьих ножках, версии хренового дизайнера оформителя, и чуть более реалистичного строителя-исполнителя. Полный гранд-деконструктивизм. Хай-тек плачет горючими слезами в платочек, выкидывая тот сразу в топку, чтобы не дай боже, по его следам не вылепили похожее примитивное уродство. Эйс агукнул, пукнул и крякнул. Полное подтверждение моего видения и мыслей. Чего и следовало ожидать мини-бро. В последний раз я испытывала такие эмоции, когда впервые попала в свою шарагу. Хотя, нет, она была лучше. В разы. Опустили меня на… крыльце? Ну вроде бы да, это оно. Гарп немного сдвинул меня своей лапой в сторону и в следующий момент забарабанил в дверь. Будь я внутри — обосралась бы. Из ягушкиной избушки послышались непередаваемые маты и вопли всех тамошних обитателей. Не сказать, что я им сочувствовала, но по-человечески да, пожалела. Раздался отборнейший крик, перекрывающий остальные и громкий топот ног, приближающийся к двери. После же дверь была вынесена почти что с петель, распахиваясь на сто восемьдесят градусов, отскакивая обратно от удара о стену почти впечатываясь во всех нас. Гарп, конечно, поймал, но это было ужасно быстро и стремно. — Кто-о-о-о?! КАКАЯ С-С-СУКА-А-А…! А-А-А! — громогласный низкий бас перетек в пугливый взвизг, и сигарета в зубах этого создания одиноко выпала мне под ноги. — Г-Г-ГА-А-АРП?! — Гхе-ехе! Стареешь с каждым днем, Дадан! Названная «Дадан», была… неописуемой. Ну, я попыталась бы, но стояла с отвалившейся нижней челюсть, которая казалось пробила крыльцо под ногами. Челюсть мне благополучно никто не спешил возвращать. Не Эйсу же, да? Вот я и стояла, смотрела. Знаете, канон каноном, но ёперный театр, как-то в живую всё выглядит совершенно иначе. Ну просто не могу я спокойно стоять, пусть и зная кто это и молча ахреневать. Огромная женщина судорожно пыталась придумать чего вообще ответить дозорному, стоящему у неё под дверью. Ручкой своей я по макушкам не мерила, но думаю да, со стариком они где-то одного роста, что делало меня между ними вообще крошечной козявочкой. Плед или шаль, болтающаяся на плечах Дадан, была завязана под грудью на кучу оборотов, выделяя её и не без того огромный бюст. Она прям вываливалась и как-то опасно качалась, пока та блеяла перед дозорным, попутно пряча пистолет за пазуху, а ножи аккуратненько так, в задние карманы. — ТЫ ВООБЩЕ КРЯКНУЛСЯ К ЧЕРТЯМ СОБАЧЬИМ?! — Не ори баба ты эдакая! Либо делаешь как я говорю, либо упеку за решётку! — За решётку давай! Хрен ты старый, — она смачно сплюнула возле меня, а я боязливо сделала шажок в сторону. Хрена… — Так, хлопцы! — она крикнула себе за спину, оповещая тех, кто внутри избушки. — Собираемся и отчаливаем за решетку. Нас выжить от сюдого хотят! Гарп стукнул кулаком по стене, прямиком с повернутой головой, заставляя рыжую заголосить от испугу сильнее. — Придурок! Гарп! И хрен блять бы побрал, что почти пол жизни знакомы! Дозорный он и есть дозорный! Ха-а тьфу! — Я сказал ты будешь приглядывать за детьми, значит будешь! — НЕТ! Фиг тебе! Чур меня, плешивый пес! Ладно бы один был, так их двое?! Девчонка и младенец! — Дадан натурально приложила руку ко рту, испуганно смотря на меня. В глазах её так и читался страх за такую навязанную ответственность. Понимаю, но осуждаю. — Берешь и воспитываешь! — Какой воспитываешь?! Мы бан-ди-ты! Бандиты, понимаешь, — пыталась донести она. — нам на роду написано пугать и жрать таких целиком и с косточками. Я же сказала, избушка ягушкина. Жихарка, тащи лопату, нам тут не рады. — Не пизди мне каланча старая! — разошелся мужик. — Как золотишко пиздить — так ты первая, как и бухло разномастное. Сколько раз я тебе с рук спускал всё по старой дружбе? Вот шас пойду и оставлю в штабе местном заявочку, так еще и исполню сам! Сгниешь на шконке два на два и всё. И прихлебалы твои по статье с тобой пойдут! — Хуевый ты законник, Гарп! — она опять смачно сплюнула в мою сторону, зыркнула из-под бровей и плюнула еще раз. — Старикан, — подала я голос впервые. — Нам тут не рады. Пошли. Я эту Генгему терпеть не буду! — указала я пальцем в женщину. — Она меня задолбает, я её в гроб сведу и крышечкой заколочу! Пока названная возмущенно хватала воздух ртом, как рыба на суше, вице-адмирал раздраженно хренакнул по стене кулаком еще раз. По стене пошли трещины. По моим ушам пошла кровь от воплей хачапурика. Конечно же я принялась успокаивать малого, укачивая, но при этом я параллельно высказывалась, споря со взрослыми. — Ну ты головой то подумай? У неё ж тут ничего нет? Какие ей тут дети? Мы сдохнем! — С собой всё упаковали и приперли ради этого! — Вот и тащите обратно! Фууся вполне подойдет для двух изнеженных карапузов! — Да ты сама как карапуз переросток, тетя! — ну по габаритам так точно. Бесите вы меня все тут и всё. — С-с-с-сучонка! Шас как полетишь кубарем с горы, не одной костяшки не соберешь! — На меня гравитация не так давит, как на вас! Спикирую и живой останусь! Женщина уже было замахнулась на меня рукой, когда я просто в два шага спряталась за ногой Гарпа, покрепче перехватывая Эйса. Ригель же наоборот позволил себе выскочить и вцепиться в ногу этой ведьмы, вгрызаясь в основание её сапога, начиная звучно рычать и пытаться растерзать ногу. Получалось неплохо. От сапога мало что осталось, поскольку он просто разлетелся на маленькие ошметки, под натиском острых клыков и напора собакена. Дадан пыталась отцепить Ригеля, размахивая ногой, пока прыгала на второй, правой, заваливаясь из стороны в сторону. Она смешно размахивала руками, голосила и материла нас на чём свет стоит, но у неё так и не вышло отцепить пса, как бы она не хваталась за моего бедного мальчика, своими руками. В конечном итоге она эпично распласталась на заднице, оглушительно бухнувшись в паре метров от нас. Я лишь пожала плечиками, выглядывая из-за дозорного. Рассвирепев, она громко и устало задышала, казалось, даже пламя из ноздрей начала извергать, пока вставала на корячках, разворачиваясь к нам лицом. Выступивший на лбу пот говорил лишь о том, что тетя явно давно не двигалась, хе-хе. Не благодари. — ТЫ-Ы-Ы! ВОН! — указала она своим толстым пальцев на тропу, по которой мы шли. — Вон с глаз моих! Убирайтесь оба! Оба! Кого ты притащил, хрен моржовый?! Шконку предлагаешь? Вот и веди меня! Но никаких соплячек в моем доме не будет! — Не тебе решать, Дадан. — Гарп включил суровый режим. Подойдя к женщине, он вздернул её вверх за локоть, возвращая в вертикальное положение. На пса моего он лишь взглянул и замахнулся ногой, но тот шустро подбежал ко мне. — МНЕ! МНЕ! Раз они живут у меня, то мне и решать!!! Гарп лишь слабо помотал головой. Резко притянув к себе ведьму за всё тот же локоть, он что-то негромко зашептал той на ухо. По мере сказанного, лицо женщины то бледнело, то краснело, то вообще брови ползли к затылку. Челюсть же она придерживала сама. Когда она отстранилась от вице-адмирала, то всё тем же пальцем она ткнула в меня и лишь вопросительно замямлила: — О-она? — Оба Дадан. Оба. — Нет. — сказала как отрезала. — Дадан… — Нет Гарп, не-е-ет. Говори что хочешь, но после такого — скатертью дорожка вам всем. — она нервно вытащила откуда-то из-под рубашки пачку сигарет и закурила, с трудом разжигая зажигалку. — Тут она будет в безопасности! Эйс сможет вырасти нормальным ребенком! — А я? Меня убьют, идиот! Мои же люди помрут! — Да никто вас не тронет! — Ой, да не лей в уши мне саньё! И так уже блять по горло в дерьме с местными! — Дадан взмахнула рукой и устало шмякнула ей себя по лбу. — То из Фууси припрутся с домыслами, то другие бандиты покушаются на наше! — Это просто дети! — Вот сам их себе и бери! — Я не могу! Если прознают что они, — Гарп перевозбуждено замолчал, понижая уровень голоса, — если узнают, что они дети Роджера, я под трибунал пойду! — А меня, — Дадан тоже перешла на шепот, хватая Гарпа за лацкан, — а меня сгнобят! Ты то, хоть, репутацию имеешь! Вице-адмира-а-ал! Тьфу ты! А на нас охоту откроют, раньше, чем я успею сказать «Р» от имени их папаши! — Дадан, — старик отодвинул от своей формы её руки, зажимая в своем кулаке. — я не прошу уже. Я говорю, что они будут тут. Тут безопасно. — В лесу? — Подальше от людей. Да-а, безопасно… в глуши живи — листком подтирайся. Дадан замолчала, не находясь с ответом. Волосы на её голове уже заходили от напряжения, а закуренная недавно сигерета, в две затяжки была выкурена до фильтра и разжёвана в зубах. — Если они помрут — мне будет насрать. Ты меня понял? — Вот и договорились. Я даже присвистнула от такого синхрона. — Э, алё гараж, какой договорились? Я тут подыхать не собираюсь! — Энн, — начал было Гарп, но его прервала ведьма: — А ты рот не разевай, когда не просят! Нашлась тут, — Дадан вытянулась в лице, пытаясь подобрать слово по эмоциональнее, — хренотерка пиздявая! Вот за братцем своим смотри, наследнички блять тут вырисовались! — Уважаемая, ты смотри не надорвись слова то выдумывать. Я тоже не особо блещу желанием тут прозябать. — Ригель под моей рукой вновь оскалился, демонстрируя зубы. Я презрительно окинула всю её фигуру демонстративным взглядом и отвернулась к Гарпу. — Я тебе еще припомню. — Энн, — вновь одернул меня Гарп на манер матери. — Следи за языком, Мелочь. Был бы другой вариант, тебя бы тут не было. А так, гляди никто и не додумается искать вас в слабейшем из морей и на родине Роджера. Я дернулась от очередного упоминания родителя и замолчала, утыкаясь носом в мягонькую макушку Эйса. Маленький пучок шелковистых волосиков пах приятно и дарил легкое спокойствие, пока руки любовно придерживали детское тельце. — Значит на том и решили. Дадан, — обратился мужчина к рыжей, — к вечеру принесу часть их вещей. Потом все остальные. С этого дня они твоя ответственность. Гарп подманил меня рукой, и я нехотя поволоклась к нему. — Энн, это Дадан Кёрли. Она — босс горных бандитов. С этого дня ты будешь жить тут и слушаться их. — я, скорчив недовольное лицо, вскинула брови, — Слушаться, а не выеживаться, Мелочь. — Дадан, — Гарп указал на нас рукой, — Это Портгас Д. Энн. Девочка не по годам умная, думаю это будет тебе на руку. Самостоятельная и ответственная. А это, — он указал на мой хачапурик в руках, — Это Портгас Д. Эйс. Дадан хмыкнула и выплюнула пожеванную сигарету. Спасибо, что в это раз не в моём направлении. — Считай так, Мелочь. Если выживешь тут — то может быть че и выйдет из тебя, «умная не по годам девочка», хе!