Вдвоём под звёздами.

***

      У Сонхуна явные проблемы с английским. Как бы он ни пытался заучить дурацкие правила, не выходит у него. И говорит он с забавным акцентом, с которого умиляются не только остальные ребята, но и фанаты.       А Сонхуну это совсем не нравится.       Ему бы правда стоило подучиться, да и желание есть, но свободного времени мало. Учителей свободных, кстати, тоже не так много. Оба хёна, говорящих на английском безошибочно и ужасно красиво, вечно заняты: пропадают в комнатах для тренировок, либо повторяя хореографию, либо вокалом занимаясь, либо ещё чем-нибудь, что интереснее Пака. Сонхун к ним не лезет. Ну, бывает, конечно, иной исход событий: Джей говорит о том, что ему ужасно лень учить кого-либо, потому что, видите ли, поздний вечер на дворе. Джейк же утверждает, что забывает о том, как говорить на своём родном языке.       М-да, они друг друга стоят.       Макнэшечек он попросить не может, потому что у них имеется такая же проблема на плечах. Помощь Ники имела бы смысл, да вот только в том случае, если бы Сонхун решил японский учить. Но нет, ему нужен другой язык.       Остаётся только самый-самый старший, который вполне себе владеет базовыми знаниями. Сонхуну будет этого достаточно, поэтому, подхватив чистую тетрадь и пару ручек, он покидает свою комнату и идёт на поиски Хисына.       Он может быть где угодно.       Но Пака не могло не радовать то, что Хисын оказался в своей комнате, лежа на кровати и наверняка отвечая на комментарии фанатов. Придется пролистывать все, чтобы прочитать все написанное. — Хён, — начинает Сонхун, прикрывая за собой дверь. Ли подскочил на кровати и, облегченно вздохнув, прикрыл глаза. — Зачем ты так пугаешь? Рано или поздно я с вами всеми… — и без продолжения понятно; Хун понял. — Говори, короче, что хотел. — Я хотел позаниматься английским. С тобой. — брови Хисына ползут на лоб, мол, «со мной?». — Почему не с Джеем или Джеюном? — Им лень. — пожимая плечами, Сонхун проходит в комнату окончательно и укладывает принесенные вещи на стол, сам же усаживается на край кровати. — Ясно. — нет, на самом деле, Хисыну совсем не ясно, почему его младшие такие хаотичные и непредсказуемые. Когда в последний раз Пак-младший заявился с желанием учить английский? Это было…       Никогда такого не было.       Сонхун лишь изредка просил перевести пару фраз, ссылаясь на то, что телефон оставил в другой комнате. Ну, или во время совместных прогулок, когда не хотелось лезть в переводчик. В общем, мимолетные вопросы, из которых он ничего не запоминал и даже не пытался запомнить — не горел желанием забивать голову «ненужным».       А вот теперь ему оно надо. — Что конкретно ты бы хотел выучить? — Хисын молчаливо согласился, потому что не может не помочь младшим, когда те просят. — Правила какие-нибудь, чтобы потом их использовать. Ну, или с чего там обычно начинают…       Хисын протягивает руку, мол, «давай сюда свои тетрадь и ручку», а Сонхун всё это вручает, нахмурив брови. — Я уверен, что ты точно что-то знаешь, поэтому давай устрою тебе небольшой тест. — Хисын принимается записывать какие-то предложения, намеренно оставляя пропуски. — Если будут ошибки, разберём темы, запишешь себе все.       Сонхун кивает и подгибает под себя ноги, ожидая, пока старший напишет все то, что он там хотел. Написал он всего пару предложений, а Пак уже успел трижды поскучать и дважды рассмотреть небольшой бардак на столе, приукрашенный грушевым светом от лампы.       Как только целая страница исписана, Хисын вручает тетрадь и ручку младшему и кивает, мол, «можешь приступать». Во времени не ограничивает, потому что все прекрасно понимает.       Хисыну кажется, что он сделал самые простые задания, в которых тяжело допустить ошибки, только вот Сонхуну это все кажется непосильным трудом. Откуда же ему знать, какой глагол нужен поставить в пропуск? Он что, на гения похож? Видимо, Ли его таковым считает.       Как наивно и глупо.       Сонхун справляется с данным заданием быстрее — кажется, Хи и то дольше выписывать каждую букву, лишь бы понятно было. Отдает все принадлежности обратно и поджимает губы, потому что уверен, что сделал абсолютно все неверно.       Хисын вздыхает и разочарованно ставит везде минусы, кроме первого и третьего предложений. Наверное, он поспешил делать что-то… такое. В нижнем углу вырисовывается лазурная «F» — худшая оценка, которую когда-либо Хун получал по английскому. — Хун-а… — Ли поворачивает тетрадь и указывает пальцем на листочек, на отметку. — Придётся работать много и усердно. И я тут вряд ли тебе помогу, потому что у самого проблемы с этим. — Это ты мне удачи пожелал? — с улыбкой спрашивает Сонхун, почему-то ни капли не расстроившись после сказанного. — Ну, типа… файтин?       Да-да, Сонхун, именно это. — Это я сказал, что ты — fool. — Хисын смеётся, за что получает легкий удар в плечо. Сонхун, однако, намек понял, да и перевод вдруг возник в голове. — Сам ты дурак, слушай! — Вот видишь, знаешь такое слово. Это уже хорошо!