Враг моего врага

Очень может быть, что тебе предстоит несколько нелегких дней или лет, это правда. Ты не захочешь, да и не сможешь принять свою судьбу и будешь бегать: от нее, от себя, от моих предсказаний и от собственных предчувствий. Но даже эта дурацкая беготня — чудесное занятие… М.Фрай. «Энциклопедия мифов». Катя шла по перрону, уткнув нос в воротник пальто. Пальто было новое и модное. Анька уговорила зайти ее в магазин «Max Mara» на Невском, в котором работала очередная Анина подруга, и где с неприличной скидкой можно было купить великолепную одежду. Пальто действительно было прекрасным. Бежевого цвета, с модным в этом сезоне меховым воротником и очень-очень уютным. К пальто понадобились новые сапоги, к сапогам — сумка. Потом — новый чемодан и то, что в чемодан собирают — новый гардероб. Катя негодовала от таких ужасных расходов, но Аня везде имела друзей и возможность покупать по «специальной цене», в результате чего внушила Кате, что «затраты, конечно ужас, но не ужас-ужас-ужас». Катерина с благодарностью расцеловала Анюту, пообещала держать в курсе событий и напоследок расплакалась. — Ну не реви — все наладится. Раньше или позже, так или иначе. — Откуда ты знаешь эту фразу? — Катя точно помнила, что где-то уже это слышала. — Из книги, очень правильной книги. Приедешь — дам почитать. Оставлю для тебя приманку. А то закружит тебя любовь — не вытащишь в наше болото. Наконец сестры расстались, и Катя поспешила занять свое место. «Вагон 13, место 13 — замечательно. Странно, что поезд не 13. Просто удивительно!» — Катя прошла по вагону, заглянула в купе. Там уже сидела веселая компания, состоявшая из двух мужчин и милой девушки. Попутчики весело смеялись и встретили Катю, как дорогого гостя. Стали суетиться, чтобы устроить ее как можно лучше. Наконец все расселись. Из ниоткуда появилась бутылка вина. — Катенька, это Франция! Самая настоящая! Попробуйте — нектар богов, а не это пойло, которое выдают за вино плохие люди! — уверял ее мужчина, преставившийся странным именем Франк и похожий на профессора. Когда поезд стал набирать обороты, Катерине уже казалось, что они знакомы сто лет. — Катюш, а Вы из Питера? — спросила Софья, молоденькая симпатичная блондинка с удивительными зеленовато-желтыми глазами. — Нет, я москвичка. — Значит, возвращаетесь домой? — спросил Франк. — Домой — это замечательно! Макс — вот ты хочешь домой? — спросила Софья молчавшего до этого парня, который чем-то неуловимо напоминал Кате Малиновского. — Домой? Это, смотря что считать домом! — Макс засмеялся. — Еще вопрос, остался ли дом — тем домом, который ты покинул. И ты — сам-то прежний? — спросил серьезно Франк. — Как же я могу остаться прежним? — Макс довольно потянулся. — Все меняются, и всё меняется, правда Катя? Вот вы, Екатерина, это вы, или не совсем? Катя смущенно улыбнулась. Крылась в разговоре знакомцев какая-то тайна, не предназначенная для непосвященных, и Катерина почувствовала себя неловко. — Ну вот, Макс! Смутил девушку! — Софья картинно приложила руки к груди. — Катя, не обращайте на нас внимания! Мы столько лет знакомы, что понимаем друг друга без слов. Просто Макс у нас — путешественник, на месте не сидит и дома не имеет, а свои профессии, пристрастия, окружение и судьбы меняет как перчатки. — Да, и мне это по душе, — Макс задрал нос к верху. — Я вообще считаю, что жизнь — одна и прожить ее надо так, чтобы…. — Не было мучительно больно? — Франк смотрел на Макса с усмешкой. — Нет, чтобы не было мучительно скучно. Вот вы, Катенька, как хотите прожить свою жизнь? — Макс подпер рукой подбородок. — Я? Наверное, обычно? Как все: дом, муж… — Угу, борщи-кастрюли, прелестная перспектива, — Софья хмыкнула, — а главное, многообещающая. — Но мои родители так живут — и счастливы! — Но вы-то — не они! А хотите, я вам погадаю? — и не дожидаясь ответа, Макс схватил Катину руку, стал водить по линиям пальцем. — Оставим в покое ваше темное будущее. Давайте сперва разберемся с прошлым. Соф, видишь? — О, да, у вас, Катя, было интересное прошлое. Вы всегда были не как все. Правильно? Катя потрясенно кивнула. — И друзей у вас не было. Может, один или два. Но зато — самые верные? — Макс оторвался от разглядывания Катиной ладони. — И вам снятся сны, в которые вы мечтаете попасть, но как — не знаете. И сердце ваше разрывается на части, и вы не знаете, как с ним быть? И с таким своеобразным прошлым, в котором в последнее время то и дело происходили чудеса, вы собираетесь прожить обыкновенную, скучную, предсказуемую жизнь? Я вас расстрою, наверно, но — не получится. — А я добавлю, — Франк смотрел на Катю пристально. — Вам, Катя, предстоит решить, чего вы в действительности хотите от жизни. Если только захотите — чудеса уйдут навсегда, но не будете ли вы потом проклинать себя за это желание? Важно еще то, что от вашего решения зависит жизнь других людей. Неправда ли? Так всегда, что бы ты ни решил — кто-то пострадает от этого решения. Но выбор делать надо — всегда. — Вы что-то знаете? — Катя побледнела. — Вы… — Мы знаем, все знаем, и мы не враги тебе, — тихонько сказала Софья, и глаза ее блеснули желтым огнем. — А теперь — отдохни. Тебе понадобятся силы перед приключениями. — Но я не хочу спать, я хочу спросить! — воскликнула Катя, чувствуя, как слипаются глаза. Катя зевнула, свернулась калачиком и моментально уснула, и проспала всю дорогу, проснувшись за полчаса до прибытия в Москву. Оглядела купе — ничего не напоминало о присутствии странной троицы. И ей показалось, что эта встреча ей просто привиделась. *** Она приедет! Андрей прислушался к себе. На сердце потеплело, он даже не мог предположить, что так соскучится. Представил, как она войдет завтра в его кабинет. Такая смешная, со смешными косичками. Милая странная девочка. Кто бы мог подумать, она что-то тронула у него в душе. Может, это начала пробиваться любовь? Звонок от Киры прервал его размышления. — Андрюш, я ужин приготовила и жду тебя. Ты приедешь? — Да, Кирюш, выезжаю. Надо было давно поговорить с Кирой. Надо. Но не сегодня. Пусть сегодня будет последний их совместный вечер. Пусть она порадуется, а он будет мил и нежен. А потом, при случае, он обязательно с ней поговорит. *** Рома постоял в коридоре своей квартиры, рассматривая в тусклом свете лампочки до оскомины знакомую обстановку. Потом достал ключ, крепко зажал его в руке и погасил свет. На всякий случай закрыл глаза и, нашарив в темноте ручку двери, смело потянул ее на себя…. Он оказался на знакомом перекрестке миров — в коридоре с множеством дверей. Появился Макс: — Привет! Ух ты, решился! Здорово! — он хлопнул Романа по плечу. — Добро пожаловать! *** Ленинградский вокзал, как всегда, напоминал шумный рынок. Воропаев быстрыми шагами пересекал зал, сам себя ругая последними словами: Зачем он сюда приехал! Убедиться, что она вернется? Посмотреть в глаза человеку, которому суждено отнять у него жизнь? В это момент он задел какую-то девушку в шикарном пальто, по инерции схватил ее за плечи и пробурчал извинения, тут же узнавая — не лицо, а чувство, накрывающее с головой. — Извините… Катя, — с трудом выдохнул он. — А-александр Юрьевич? — она тоже схватилась за его рукав так, будто была готова упасть. — Какая неожиданная встреча, — он смог взять себя в руки и нацепил на лицо непроницаемую маску холодности. — Побег пошел вам на пользу. Вас и не узнать!.. Вас встречают? — Не-нет, — она сделал шаг в сторону от него. — Это сюрприз. — Действительно, сюрприз, — он раздумывал мгновение и тут же принял решение. — Пойдемте, я вас отвезу. — Это неудобно, вы, наверное, кого-то встречаете? — Я уже встретил и проводил. Пойдемте, — он забрал у нее чемодан и, развернувшись, первым направился к выходу. Катерина поспешила за ним. В машине они напряженно молчали, потом Катя поинтересовалась, что происходит в «Зималетто», а Алекс только пожал плечами. Он стал расспрашивать ее про Санкт-Петербург. Катя оживилась и стала рассказывать о городе и о людях, с которыми ей удалось познакомиться. А вот о странных попутчиках распространяться не стала. Может быть, потому что не была уверена в их реальности. — Вот и приехали, — Алекс обошел машину, достал с заднего сидения чемодан, открыл дверь и по инерции протянул Кате руку. Не надо было этого делать! Как только ее ладонь легла в его руку… Море, пляж, он, она, …. Он согнулся, как от удара в солнечное сплетение, со свистом вздохнул и с трудом распрямился, с изумлением глядя Катерине в глаза. — Пляж, мы… Это было? — спросил он, не в силах выносить неопределенности. Мог бы и не спрашивать: Катя привалилась к машине и выглядела не лучше, чем он. — Откуда вы знаете? Это… это мне только почудилось и этого… — Мы были… вместе? — он схватил ее за плечи. — Отвечайте, черт вас побери! — Мне померещилось тогда, просто померещилось, что вы и я… да отпустите меня! — она попыталась вырваться из его рук. — Идите… — он разжал затекшие пальцы. — Идите… — повторил, когда Катя уже скрылась в подъезде.