Насмешки молодых богов

***

      Музыка и блеск обволокли меня точно застрявшую в смоле бабочку.       После тишины парка это всё оказалось настолько ошеломляющим, что мне понадобилось несколько минут, чтобы привыкнуть ко всему великолепию праздника.       Величественный зал был украшен нарядными драпировками и зажжёнными свечами. Вокруг меня кружились парочки, одетые в пышные платья и нарядные камзолы, танцуя под музыку. А для тех, кто уже устал танцевать, были предложены столы с закусками и скамейки, на которых можно было отдохнуть. Некоторые лорды, не обращая внимания на стайки молоденьких льет, собирались в группы по интересам и вели оживлённые разговоры. Были заметны группки девушек и женщин постарше, ведущих свои разговоры о моде, детях, творчестве, немножко политике и, конечно же, мужчинах.       Мне совсем не верилось в их улыбки. Каждый из них здесь носит свою маску. Сколько же здесь приторной фальши и лицемерия. Но не смотря на все сомнения и мысли, мне тоже пришлось принять участие в этой игре и надеть маску глуповатой притворщицы, которая всем довольна и не знает о масках остальных.       На миг мне показалось, что принцесса разделяет моё мнение насчёт всех этих балов. Иначе от чего бы её губы ненадолго, но сжались?       Едва мы вошли в зал, гости тут же обратили на нас внимание и в глазах и шёпотках многих из них я заметила удивление и недоумение. Второе точно касалось меня. Ещё бы, принцесса пришла не с одной из известных в свете льет, а с мало кому известной леди, дочерью военачальника. Удивление тоже было понятно. Как-то раз мне довелось услышать о том, что некогда весёлая и жизнерадостная принцесса после долгого отсутствия в родном секторе вернулась совершенно другой, отстранённой и будто угасшей. Слухов ходило так много, что я просто не знала, что из всего услышанного звучит правдоподобнее. Сегодняшнее её появление точно вызвало большой ажиотаж.       Принцесса была спокойна как насытившаяся львица и с равнодушной уверенностью провела меня до середины зала, прямиком туда, где было свободное местечко между двух собравшихся стаек льет. Едва моя ладонь освободилась из несильного, но на удивление твёрдого захвата, я невольно захотела снова ощутить его. И на то была своя причина в лице моего ненаглядного брата Эрагона. Вот уж кто чувствовал себя как рыба в воде в таких местах.       Сегодня богиня удачи смотрела на меня явно через пальцы…       Брат был известен тем, что не пропускал ни одной юбки, даже занятой. А ещё он каким-то непостижимым для меня образом был в курсе почти всех событий и сплетен, даже не находясь во дворце.       Шаг, второй, третий и перед нами предстал красивый молодой лорд в светлом камзоле и убранными в свободный хвост медными волосами. И если судить по взгляду, его целью была принцесса. — Рад приветствовать вас, Ваше Величество и моя дорогая Ириэль! Ах, этот вечер обещает быть чудесным! — Рыжий обольститель одарил нас обеих широкой улыбкой и по очереди поцеловал наши запястья. Кажется, он задержался дольше положенного возле руки Хельвины. — Позволите украсть ваш второй танец? — Позволяю. — Принцесса ответила этому лису спокойной улыбкой и коротко кивнула. — Ах, вы не представляете, как я рад услышать такой ответ!       Надеюсь, мои глаза не закатятся слишком далеко и не провалятся внутрь головы. Вот уж хитрый и вездесущий лис! Мало ему уже имеющихся подружек, так он хочет записать в свой список ещё и принцессу. Эрагон точно не ограничится одним лишь танцем — к своей цели он привык идти до конца, в особенности когда дело касалось женщин.       Последовавший обмен любезностями прошёл мимо меня — я почти наизусть знала все его фразочки и могла сказать всё то же самое вместо него. Сначала он скажет о красоте её глаз, потом добавит слова о платье и фигуре, затем оценит её голос и движения, а завершит приглашением на скорое свидание.       Её величество принимала все комплименты спокойно и несколько равнодушно, привыкшая к такой гирлянде одинаковых фраз, когда нужно кивать в определённые моменты. Ох и зря она так поступала — такая холодность только подогрела интерес брата к ней.       Музыка и разговоры вокруг стали постепенно стихать, и принцесса поспешила в сторону возвышения с двумя тронами и двумя обитыми бархатом скамьи с высокой спинкой.       И в этот момент моё сердце забыло, как биться. Навстречу Хельвине Аль-Кардан уверенно ступал прекрасный принц Лирвейн.       Свет огней придавал сияния алмазам малой короне, покоящейся на гладких молочно-белых волосах длиной чуть ниже лопаток. Стройное и высокое тело облегал тёмно-серый костюм с вышивкой из серебристых нитей, сплетающихся в инеевый узор. И стоило один раз заглянуть в эти глаза цвета ясного неба в обрамлении светлых длинных ресниц, чтобы надолго потеряться в их очаровании. А эти мягкие губы, словно созданные для поцелуев…       Мой восторженный вздох подхватили остальные льеты.       Принц и принцесса заняли свои места возле родителей — правящей четы Тайнмира и Хельветии Аль-Кардан, которые открывали последний день бала словами о важности мира между народами. — Сегодня важный для нас день… День памяти ушедших за Грань во имя нашей с вами мирной жизни! И не менее важным будет напомнить о том, что победу нам принесли наши союзники из Дивного народа обоих Дворов.       Весь зал с придыханием слушал столь торжественную речь, обращая внимание на гостей этого вечера — фейри. От лица Благого и Неблагого Дворов прибыли оба королевских советника и несколько знатных лордов и леди. Среди драконов тоже встречались представители этой расы, которые по самым разным причинам жили не на территориях своих Домов.       Имён всех этих советников и важных господ я не запомнила. Интереснее было рассматривать их внешность и наряды, отмечая про себя, как непривычно и в то же время гармонично выглядят их рога, копытца, голубоватая кожа или хвосты.       И среди всей этой разномастной толпы я вдруг заметила Эрагона, который после речи короля вёл оживлённый разговор с одним из советников, однако тот отчего-то хмурился и смотрел на моего брата с явным равнодушием и неприязнью. Среди гостей были и те, кто отчего-то в упор смотрел на меня, но даже и не думал подойти ближе и заговорить.       Однажды в детстве я случайно подслушала разговор отца и Эрагона обо мне. Со временем эти воспоминания немного стёрлись из памяти, но не забылось только одно. Я тоже была одной из фейри. Однако все разговоры о том, почему мы живём среди драконов и кем была моя мама, резко пресекались отцом. Брат тоже всегда старался уйти от этой темы. Став постарше я начала задумываться о другом: почему я так не похожа на брата? Порой проскальзывала мысль о том, что он не родной мне человек…       Но обо всём этом я рассказывала только своему дневнику, перестав попытки узнать правду от отца. Возможно, они хотят как лучше для меня…       Мои мысли прервали звуки музыки, что вновь стали громче. Бал открывал принц со своей сестрой, а вскоре к ним присоединились и все остальные.       Празднество продолжалось до самого рассвета и я успела вдоволь потанцевать. И стало неожиданностью появление в моём обществе Хельвины. Во время затяжных перерывов между танцами она вела со мной интересные беседы на самые разные темы, словно найдя во мне собеседника на весь этот вечер. Но я была не против. К тому же, она была единственной из девушек, кто общался со мной, что не могло не радовать. Да и собеседницей она оказалась интересной и можно было простить некоторые её странности в виде отрешённого взгляда и задумчивости в определённые моменты.       Под конец вечера, когда мои ноги уже гудели от напряжения, Хельвина с улыбкой попрощалась со мной и даже провела до выхода на каменные ступеньки. Обратно она возвращалась не одна, а в компании с Эрагоном, который поймал её в опустевающем зале. И он был так близко к ней, приобнимая за талию… Они точно не чай собрались вместе пить и любоваться звёздами. От этих мыслей щёки полыхнули румянцем.       Домой я ехала вместе с Финном, который с улыбкой слушал мои восторженные рассказы о празднестве.       Вернулись мы очень поздно и моих сил хватило только на то, чтобы раздеться, умыться и с довольным стоном рухнуть на постель. Однако сон пришёл не сразу. Разглядывая сияющий мягким светом кристалл на подставке, который играл роль ночника, я вновь вернулась мыслями к Хельвине и Эрагону. В душе поселилась затаённая грусть и слабые отголоски зависти. В своём возрасте я ещё ни разу не целовалась с парнями, а о большем нечего было и говорить…       В моём распоряжении было много книг, в том числе и любовных романов, которые стали для меня первыми рассказчиками об отношениях между мужчиной и женщиной. Папа, конечно, тоже заводил со мной такие разговоры, но они все заканчивались напутствием о том, как важно найти достойного мужчину и быть разборчивее в связях… которых у меня не было. И будучи по своей природе любопытной, пару раз я смогла подглядеть — разумеется, случайно, — за прислугой и даже братом, который тогда не удостоверился в том, что меня и отца нет дома.       В памяти надолго остался образ обнажённой пары на постели, которая извивалась в страстных и жарких объятиях. И та девушка так громко стонала, прижимаемая к постели братом, что мои щёки, кажется, могли по цвету соперничать с помидором.       И мне до сих пор не известно, как брат узнал о том, что я всё видела, но после того дня он стал либо вовсе не появляться дома, либо быть потише и убеждаться в закрытости дверей.       Прислуга в этом отношении была попроще и во время моих ночных вылазок летом — русалки и сильфиды сами на себя не посмотрят — я частенько могла слышать крайне интересные звуки со стороны большого сеновала. Один раз я из вредности уронила рядом с ними фонарь и спряталась в кустах, с улыбкой наблюдая за потревоженной парочкой.       Эти воспоминания вызвали у меня улыбку, с которой я заснула, крепко обняв подушку.