Не вздумай спалиться!

      К пятому уроку я бился головой о стол, а после седьмого попытался повеситься на собственной Алисиной косе под партой. Больше никогда не буду орать на учеников.       Дома я оказался только после трех часов дня. Спасибо, что никого не было: братья Алисы в музыкалке, ее мать — на работе. — Можно я спать лягу? — простонал я, почти рухнув на кровать. — Нет, быстро что-нибудь съешь и за домашку, — отозвался голос в голове. — Госспаде, святая колбаса! — вырвалось у меня при взгляде на страницу с дз на школьном портале. — На уроках надо было часть сделать, — кажется, Алиса пожала бы плечами, если бы могла. — А так можно? — Ну ты даешь. Зачем нужны уроки, где ничего не нужно писать, если не под дз? Ты реально не знал? Сори… — Понял… — Я еще раз пробежался взглядом по домашнему заданию. Литература — прочитать рассказ. Алгебра — 18 примеров в сумме из 4 номеров. Русский язык — повторить причастные обороты. География — параграф 26. Музыка — повторение изученного материала. Английский — учить слова, записанные на том уроке. — Ну что, пошли страдать?       Но страдать не пришлось — Теслина была читером года. — Литра и география идут лесом сразу же, по музыке мы на всех предыдущих уроках вплоть до самого первого в первом классе делали целое ничего, английский у тебя родной язык, так справишься, по русскому на четверг никогда ничего не задают, это для проформы. Пошли делать алгебру на два мозга. Возможно, у гуманитария и химбио их хватит на эти задания.       Следующие полчаса мы занимались чем угодно, но явно не тем, что нужно для спокойной жизни. — АААААААААААААААААААААААААА — Да что это ваще такое??? Руны вон читать проще! — Ну ты сравнил. Руны — это хотя бы местами интересно. — Так. Мать твою. Давай еще раз. «Приведите подобные члены многочлена». Что такое многочлен?! — Учебник в помощь, я так и не поняла.       Пролистав учебник и вчитавшись в нужный абзац раз пять, я понял две вещи: 1 — я ничего не понял, 2 — у меня уже глаз дергается. — Слушай, — осенило меня, — есть же гдз! — Наивный, — фыркнула моя подруга. — ТетьАня строго следит за тем, чтобы мы не списывали. У нее даже тетрадка есть с решениями из гдз. Для сравнения. — ТетьАня? — Ну она же Анна Александровна. Вот я и дала ей такую кличку. — А она всегда дает в классе задания проще, чем в домашке??? — Это две разные темы, если что. — Закатывание глаз было слышно через голос. — Да? — Так, понятно. Открывай окно и садись на подоконник к нему спиной. — Я не буду выходить в окно спиной вперёд. — Ну, тогда средство, к которому я не хотела прибегать, но раз уж у нас не выходит… Бери телефон, заходи в телегу.       Хорошо, оказывается, когда ты с человеком думаешь об одном и том же: — Алло, Лиииз? Ты сделала алгебру?       Уже спустя пару минут я наконец-то пошел есть. — Еееееедааааа! — торжествующе протянул я, доставая картошку с котлетами из сковородки и накладывая на тарелку. — А ты ничего не забыл? — вкрадчиво поинтересовалась Алиса. — А если точнее? — Ты песню выучил?       Дьявол. Вроде как и да, но тут подкралось то самое состояние «НиХрЕнАуМеНяНеПоЛуЧаЕтСя!», и следующий час соседи имели сомнительное счастье слушать из квартиры слегка истерическое пение, ибо лучше у меня не получилось.       К девяти часам вечера Алиса в кои-то веки осталась довольна, а в замке входной двери зашуршал ключ. — Алиса! — услышал я, как только дверь открылась. Мать Теслиной была очень даже красивой женщиной, достаточно молодо выглядящей для того, чтобы иметь дочь такого возраста. Следом за ней зашли двое мальчишек лет семи, этакие двое-из-ларца: каштановые волосы, большие серые глаза, смуглая кожа. Не знал бы — никогда не заподозрил, что они с Алисой родственники. — Привет, мам, вечерочка, черти. — Я высунулся из-за двери. — Привет. Ты можешь мне объяснить, почему тебя видели с петардами? — Когда? — не понял я. — ТЕСЛИНА??!! — Это не я. — Да вот полчаса назад мне позвонила твоя классная руководительница и сказала, что одна девочка видела в компании мальчишек с петардами девочку с красными волосами. — Мам, — я едва не заржал, — у меня уже черные волосы. — Ой, — спохватилась женщина. — Извини, я забыла совсем! — Мне интересно, как Карина Елизаровна забыла, как выглядит одна из ее учеников, — сообщила Алиса. — Потом узнаем. Чаю сделать? — предложил я.       Спать я лег почти в 12, за время до сна успев выпить чаю, устроить мини концерт для Алисиных родных, прочитать половину Собаки Баскервилей, кинуть на батарею джинсы и пушистую фиолетовую кофту, в которых планировалось идти завтра в школу — из-за концерта форма для выступающих была свободная, чтобы не бегать домой, списаться с Лизой, которой без пяти 11 срочно потребовалось узнать, в каком веке жил Беовульф — страшно даже представить зачем — и сожрать половину яблок в доме.       Утром меня ждало просто шедевральное пробуждение: — Просыпаемся! Солнце сияет, ласточки, пеликаны и Жуткие Жути весело щебечут за окном!.. — Какие, нахрен, пеликаны? — шепотом спросил я. Сон как рукой сняло. — Не умничай, здесь умная я. Так, на взлет. Одеваемся и ползем в школу.       По дороге я недовольно расшвыривал снег пинками и параллельно клевал носом. Перед уроком Лиза насильно впихнула в меня шоколадку, а Алиса нервно распевала песни и, кажется, грызла ногти.       Половину алгебры я благополучно проспал, а оставшуюся половину сидел с улыбкой психа из аниме. Я не специально, просто меня немножко нервно перекосило. И, как выяснилось, не просто так.       После урока ко мне подошла Софья. В отвратительно ярком желтом платье она выглядела ещё более карикатурно, чем в школьной форме. — Все ещё планируешь выступать?! — поинтересовалась она. — Да, — тихо отозвался я, — и если бы я отказалась, тебе было бы только скучнее без своего главного оппонента. — Ну посмотрим, как ты выступишь с этим! — взвыла она и взмахнула правой рукой. В ту же секунду я почувствовал резкую боль и схватился за нос. Под пальцами отчётливо чувствовалась кровь. Даже если не сломала, болеть будет долго.       Я выпрямился и посмотрел в большие карие глаза с холодной яростью. — Даже думать не смей. За нее есть кому драться, тебе никто помогать не станет, — предупредила Алиса. — Плевать!