To Be Human

      Ураган глухо застонал и сплюнул вязкую слюну. Он с трудом поднял голову и поморщился от песка, летящего в лицо. Всадник на томе тащил его по барханам на юг. Осипший Вульфвуд болтался рядом.       Рассветные лучи озарили высокие холмики вдалеке. Вскоре посветлело, и стало ясно, что это палатки дикарей-бедуинов.       Когда Вэш работал телохранителем торгаша на рынке, он видел шипастые причудливые плоды в плохо сколоченных ящиках. Бизнесмены торговали с жителями Пустоши, и тогда блондин узнал о них. Народ не злой, но непредсказуемый. Так говорили.       Любители свободы предпочитали жить за пределами поселений, а не в городах. Они снисходительно смеялись над людьми, которые полностью зависели от станций, и в отличии от рафинированных граждан Семиградья, питались червями, мелкой дичью, плодами местных кактусов и даже умудрялись добывать воду в пустынных условиях. Промышляли собирательством всякого хлама.       — Неужели доехали, — пробурчал Николас и ткнулся макушкой в песок. Он презрительно глянул на всадника, замотанного в бежевые одеяния, и добавил: — Эй, мумия! Ты хоть знаешь, с кем связался?       — Вульфвуд! — прошипел Ураган и попытался пнуть любовника, чтобы молчал.       Он окинул взглядом лагерь. Семь неровных брезентовых тентов, кострище по центру, обложенное крупным песчаником, пузатый котёл над огнём. В песке матово блестели куски хитина и мелкий мусор. Рядом с очагом высилась скромная кучка угля.       В лагерь въехали пятеро всадников на ездовых птицах. Они по-особенному засвистели и трое бедуинов выскочили из палаток на шум.       Несмотря на частичный отказ от благ цивилизации, жители Пустоши носили современную одежду — штаны, комбинезоны, рубашки и майки, но поверх разномастного шмотья обязательно наматывали тёмно-бежевые хлопковые полотна. Они защищали от песка и палящего солнца днём, а ночью играли роль пончо, тонкого одеяла или полотенца при необходимости. На головах бедуины носили тюрбаны. Выгоревшая ткань, свёрнутая рулькой, вызывала ироничные ассоциации.       — Чё, песчаный червь на бошку навалил, и думаешь, что крутой? — не выдержал Николас, когда его отцепили от тома.       — Сейчас прибью, — пригрозил незнакомец.       В его руке блеснул ножик. Священник оскалился и рьяно завозился в песке. Одна из верёвок лопнула, и он собрался вскочить, но Вэш молниеносно подполз к нему как гусеница и навалился сверху. Он состроил серьёзную гримасу и попросил заткнуться. Ник открыл рот, но ответить не успел.       — Что происходит? — спросил один из дикарей, который вышел из палатки на шум. — Зачем их притащили?       — Так это, — стушевался главный похититель, — в тачке ничего ценного не было, но машина — люкс! Пусть богатенькие родственнички их выкупают!       — Аки-ил, — страдальчески протянул мужчина в ответ.       Незнакомец подошёл к парочке ближе. Бронзо-оранжевые лучи солнца уже жарили прохладные пески. Ночная тьма уползала в глубокие пещеры и пряталась тенями у валунов. Бедуин подозрительно прищурился. Он наклонился к светлой макушке, посмотрел на красный плащ и знакомый протез и развернул блондина к себе.       — Вэш! — радостно воскликнул он. — Вэш Ураган?!       Каратель зыркнул на него, а потом на партнёра. Тонгари сдвинул брови к переносице и ёрзал на месте, пытаясь узнать человека, но нижнюю часть его лица прикрывала ткань. Темнокожий пустынник стащил с головы тюрбан и повязку, закрывающую рот и сверкнул белоснежной улыбкой. Он помахал рукой с нарушенной пигментацией — витилиго — и смущённо хихикнул.       — Белоручка! — расхохотался Вэш. — Джимми!       — Давай-ка я тебя развяжу!       — Очередной психованный родственничек? — проворчал Николас.       Тонгари фыркнул и сел ему на лицо, а когда святоша возмущённо завопил, то мстительно поëрзал.       Люди сидели кругом у костра. В котле бурлило тёмное варево, и в воздухе летал яркий насыщенный мясной аромат, который сложно сходу определить нравится он или нет. Пустынники не воротили нос и завтракали с аппетитом. Вульфвуд недоверчиво пялился в глиняную миску с рагу из червя с сушёными травами. Вэш отказался от еды и грустно смотрел на алые головки углей.       — Извини за похищение, приятель. В декабре-месяце народ в том особняке отмечает какой-то масштабный праздник, а это прекрасный повод пощипать богачей по дороге на обратном пути. Обычно мы не воруем людей, но Акил новенький.       Молодой парень, сидящий напротив Джимми, смутился и занялся похлёбкой. Остальная банда сочно чавкала и разглядывала парочку гостей поневоле.       — Так сходка проходит каждый год? — отозвался Ураган. — Неужели они каждый раз кого-то сжигают?       — Скорее всего, далматинец имеет ввиду Рождество. Но до него ещё три недели.       Святоша подцепил кусок разваристого мяса двузубой вилкой и отправил в рот. Судя по угрюмой морде, угощение могло быть и вкуснее, но по меркам кочевников это был роскошный завтрак.       — Ну да, обычно богачи собираются позже. Но они готовятся за несколько дней, и мы подумали, что тусовка переносится на начало месяца. Вэш, я и не думал, что ты какая-то важная шишка! Как же тебя угораздило тогда угодить в каталажку? Вот чёрт, мы твою машину раскурочили?!       — Не-е-ет, какая я шишка? — блондин рассеянно почесал затылок. — Я туда случайно попал. И тачка не моя. На самом деле нам не стоит здесь задерживаться, потому что за нами наверняка пустили погоню.       Джимми хихикнул и понимающе закивал. Он подумал, что его знакомец тоже решил поживиться добром богатеев, но появление пустынников нарушило планы блондина. Ураган посерьёзнел и посмотрел на окровавленную руку Николаса. Кровь подсохла, но пропитанные алой влагой бинты на пальцах (вернее на том, что от них осталось) — панацея кратковременная и ненадёжная.       — Моего партнёра ранили, — он взял руку святоши за запястье и продемонстрировал травму. — Не знаете толкового лекаря в округе?       — Дык во!       Один из кочевников вытащил длинную железную палку из песка, которой перемешивал угли, и поднёс к носу Вульфвуда.       — Прижечь надо. Давай я! — азартно предложил бедуин. — Пошипит и заживёт как на собаке!       Священник бросил на Тонгари умоляющий взгляд. Вэш нахмурился. Он обнял Ника за плечи и наклонил к себе, защищая от самопровозглашённого целителя. Механическая рука уверенно отодвинула от возлюбленного ужасную железку.       — Он не собака.       — В десяти километрах есть поселение, — выдохнул Джимми и махнул рукой к горизонту. — Если ехать на томе, то за час доберётесь. Там и доктор есть. Хорошая девушка, в прошлом году рану на ноге зашила, когда меня муравьиный лев подрал и вкрутил в песок.       — Джим, мне неловко просить о помощи, но твои парни могут сопроводить нас? У меня при себе несколько тысяч двойных баксов, и я с радостью отдам их вам. Люди из особняка ищут двух мужчин, а если они встретят четырёх-пятерых кочевников, то максимум, что произойдёт — спросят — не видели ли они двух беглецов.       Услышав о баснословной для жителей Пустоши награде, мужчины оживлённо зашептались. Ураган общался с Белоручкой, но официально он не был главой пустынных людей, а потому им требовалось обсудить предложение.       Вскоре на дорогу выехали четверо всадников на ездовых страусах. Всех укутывали бежево-серые полотна ткани, а головы украшали причудливые закрученные тюрбаны. Процессия оживлённо двигалась к крохотному поселению, у которого даже не было собственного названия на карте, но по рассказам Джимми, жители величали себя мирянами, потому как место их жизни носило нежное и трепетное название — Мир.       Поселение состояло из пары десятков домов. Прямо в центре построек возвышался ветряк. Его лопасти медленно и лениво крутились, вырабатывая жалкие крохи энергии, но опрятные домишки вселяли надежду.       Чернокожий парень подвёл друзей к скромному дому. Он постучал в дверь и завис на пороге со смущённой улыбкой.       Из глубины дома послышалась брань. Вэш тревожно стиснул рукав Вульфвуда и приготовился удирать. На пороге появилась молодая женщина в длинной ночной сорочке и со сковородой внушительных размеров. Её темные волосы разметались по плечам, а глаза с медовой радужкой метали искры. Увидев старого знакомого, она выдохнула и опустила «оружие».       — Астрид?       Белоручка широко заулыбался своей коронной улыбкой. Он раскрыл объятия, и женщина охотно обняла его. Вместе с тем она окинула тревожным взглядом остальных гостей и выдохнула низким прокуренным голосом:       — Вы уже не первые люди, кто ломится в мои двери с утра пораньше.       — Кто был первым? — выпалил Вэш.       — А ты кто?       Судя по интонации, жительница Мира не доверяла никому.       — Мои друзья, — заверил Белоручка. — Им нужна твоя помощь. Раны обработать.       Вульфвуд угрюмо показал руку и вздохнул. Астрид расслабленно опустила плечи и посторонилась, чтобы пропустить гостей. Джимми неловко попрощался с Ураганом и Ником, потоптался на пороге чужого дома, несколько раз вежливо отказался от денег, но в итоге забрал их и умчался со вторым кочевником в скромную лавочку с продуктами. Мужчины проводили его взглядом и пошли за хозяйкой дома.       Она завела их в одну из светлых комнат. По центру стоял хирургический стол, а вдоль стены расположилась длинная стойка с потрясающим набором инструментов. Все они имели разные размеры и клейма изготовителя, кое-какие отливали серебром, а некоторые потемнели от старости. Прекрасная коллекция, собранная за долгие годы с разных уголков Гансмоука.       — Ну и кто вы такие? — спросила Астрид, когда Вульфвуд сел на кушетку и протянул ей руку. — Чёрта с два бы я пустила вас на порог, если бы не Джимми.       — Всего лишь странствующий священник и его друг.       На этот раз Николас говорил без энтузиазма и особого шарма в голосе. Он устал, онемевшая рука ныла тупой и пульсирующей болью, в животе подозрительно урчало после неизвестной похлёбки, а скорбь по утраченным пальцам нервно сворачивалась в груди шершавой гадюкой.       — Ну-ка «друг», покажи-ка руку, — скомандовала женщина и обернулась к Вэшу. Когда тот удивился и вытащил здоровую пятерню из-под объёмной бежевой ткани, Астрид топнула ногой и воскликнула: — Другую!       Тонгари подпрыгнул и издал жалобный взмяв от её крика! Он пошевелил носом, предчувствуя подвох, и показал механическую конечность. Откуда она знает?..       — Так это вас ищут?       — Мисс, вы нас с кем-то путаете, — попытался соскочить с темы блондин. — Я и Джимми…       — Не еби мне мозги! — огрызнулась женщина. — Это вас ищут те проклятые сектанты? Заявились ко мне час назад и спрашивали про двух мужчин, один из которых носит красный плащ и протез вместо руки. Живо отвечайте, или я вышвырну ваши задницы к чёртовой матери!       — Выходит, что нас, — несчастно выдохнул Вэш. — Но мы правда ничего такого не…       — Сектанты? — переспросил Вульфвуд. — Они сектанты?       — Проклятое «Око», — процедила женщина сквозь зубы. Она наконец размотала слипшиеся полоски ткани и посмотрела на увечье святоши. — Демон, говорили, сбежал. Запугивали. Деньги предлагали.       — Ну и сколько?       — Какая разница? Всё, что они получили — удар сковородой по темечку. Никто из поселения не будет иметь дела с проклятым «Оком». Чёртов Миллионс превратил нашу жизнь в Ад, и даже если бы он лично заявился ко мне на порог, то не получил бы ничего, кроме плевка в морду!       — Враг моего врага — мой друг, — выдохнул Вульфвуд.       Он бросил любопытный взгляд на обрубки пальцев и поморщился. Астрид поцокала языком, разглядывая руку со всех сторон, после подошла к стойке с инструментами. Она так и не причесалась. Кажется, женщина даже не умывалась с утра, но выглядела невероятно собранной и серьёзной.       — Пальцы я не верну. Но зашить так, чтобы ничего не сгнило, могу. Но не бесплатно.       — У нас есть деньги.       Женщина обернулась и хмыкнула. Она взяла в руку большой шприц, будто грозила им.       — У меня достаточно денег.       Тонгари и Ник переглянулись. Астрид намекала на что-то, но сложно понять ход мыслей столь яркой и эмоциональной незнакомки. После подобных театральных пауз следуют необычные предложения, а потому партнёры затихли, ожидая, когда новая знакомая скажет, что ей нужно.       — В деревне остались женщины и старики. Дети. Наши мужчины работают в Ноябре и обеспечивают семьи, но не могут обеспечить нам крепкие мужские руки здесь и сейчас.       — Хотите… интим? — обалдело выпалил Вэш и ревниво стиснул плечо любимого.       Астрид звонко расхохоталась и едва не выронила шприц. Она поглядела на блондина как на идиота, а потом пробормотала, что не позарится на такого придурка даже в голодные годы за мешок лапши.       — В деревне много работы, где требуется сила. Останетесь на пару недель, поможете нам, а потом гуляйте дальше.       — А если сюда снова явятся по наши головы?       — Спрячем, — с улыбкой выдохнула Астрид. Она с любовью погладила пилу для костей и добавила: — Что мы, звери какие?       — Полагаю, выхода у нас нет, — пробурчал Николас. Он больше не смотрел на свою руку, так как начало тошнить от вида желтоватых костей в центре обрубков. — Вэш?       — Да, мы согласны. Лечите его, скорее!