Begin

      Хисын немедля двинулся в сторону доков. Он знал, что старик Хэш обитал там круглосуточно, даже не делая перерывы на сон. От этого его вид всегда был несколько потрёпанным и… несколько взбалмошным. Как будто он не в себе.       Однако таким он был всегда. Даже в детстве, когда Хисын и Джей прибегали к нему после домашних занятий, он постоянно что-то чинил. Корабельные штуковины, коими был напичкана вся его небольшая подсобка около мыса святой Елены, всегда были разбросаны. Однако старик Хэш всегда знал, где что лежит, и без труда находил любой гвоздь, даже самый маленький, в этой горе металлолома.       Своих детей у Хэша не было, а потому любые набеги Хисына и Джея на его мастерскую он принимал с улыбкой. Кроме того, старая дружба с родителями мальчишек как будто обязывала его заниматься воспитанием. Маленькие оболтусы всегда вытворяли что-то из ряда вон выходящее, однако Хэш позволял им это. Повзрослеют рано или поздно, и тогда будет не до игр.       А повзрослели они быстро.       Отцы Хисына и Джея, будучи торговыми партнёрами, всегда полагались друг на друга в вопросах мореплавания - они были единственными в их стране, кто проделывает такой огромный путь до Индии, чтобы привезти местные диковины оттуда и сбыть товар подороже.       Дела шли в гору, путь до мыса Доброй Надежды стал настолько привычным, что, казалось, именно этот участок пути они оба могут проплыть с закрытыми глазами. Однако не стоило зарекаться и играть в игры с судьбой, потому что одна единственная ошибка может стать роковой.       Корабль старшего господина Ли потерпел крушение - судно нашло на риф вблизи Кейптауна. Господин Пак погиб вместе с ним, спасая товарищей. Никто из команды так и не смогу вернуться домой.       Мать Хисына умерла при родах, мать Джея - от чахотки, когда мальчику не было и 5 лет.       Оба остались одни. И единственные друг у друга.       Хисыну должно было вот-вот стукнуть 18. А пока то время, что он не мог вступить в законные права наследника, он проводил за учёбой. Хотел продолжить дело отца, а по вечерам бегал к старику Хэшу, чтобы усваивать корабельную грамоту.       Джей присоединился. Сам Хисын и не знал почему, но Джей сам выказал желание пойти по стопам своего отца. Хотя всё это время только и занимался тем, что стрелял бедных птиц в лесу.       Старик Хэш сидел на причале и курил трубку. Весь его вид говорил о том, что он пребывает в глубокой задумчивости и что его лучше не трогать хотя бы несколько минут.       Хисын остановился и прислушался к шуму морского прибоя.       Вокруг царил покой. И только маяк чуть выше сигналил далёким путникам о том, где находится их дом.       - Долго там стоять будешь? - спросил Хэш, так и не обернувшись.       - И так каждый раз. Да как ты это делаешь? - изумился Хисын.       - Вас поганцев легко можно угадать по стуку каблуков. Мы народ простой, носим старую обувь, пока она не начнёт сама распадаться. А вы вечно со своим цоканьем…       - Ладно-ладно, не серчай. Я к тебе по делу.       - Дай угадаю, какое у тебя дело, - проворчал старик, наматывая трос на руку, - попрёшься ты за этим оболтусом на другой край света. Хорошо, если не потонешь где-нибудь за Африкой. Если тебя не съедят аборигены - тоже будет славно. Ну так что, это твоё дело?       Хисын тяжело вздохнул. Хэш как обычно. Хисын знал, что за его шуточками скрывается беспокойство. Но иногда это было слишком не вовремя.       - Джей оставлял тебе бумаги?       - А что если и оставлял? - буркнул Хэш, - поплывёшь в Австралию?       Это тот вопрос, на который Хисын не хотел отвечать даже самому себе. Он всё ещё надеялся, что это одна большая шутка.       - Так оставлял? - с нажимом в голосе Хисын.       Старик Хэш посмотрел на него исподлобья, вздохнул, тихо ругнулся и, покачиваясь, зашёл в свою мастерскую.       Здесь, как обычно, царил хаос.       Хисын и моргнуть не успел, как ему под нос протянули небольшую стопку бумаг, среди которых явно проглядывала карта.       - Не понимаю я вас, молодых. И куда вас вечно несёт?.. Что ваши родители, что вы. Угробиться решили? - не унимался Хэш.       - Дядь, ну ты чего? - захныкал Хисын, словно маленький ребёнок.       - Я-то ничего, а вот вы - между прочим - старика одного оставляете. Жили бы здесь спокойно. Оба. Один укатил по причине "так нужно". А другой… а ты-то что удумал, а?       - Я ничего пока и не думал, - Хисын потупил взгляд.       - Себе хоть не ври, по глазам вижу, что всё уже решил.       Хисын смотрел на старика побитым взглядом.       - Чего этот поганец умотал в Австралию, правда не знаешь?       - Не знаю, - у Хисына свербело внутри.       - Понятно. Ты ему хоть привет передавай. И да, как надумаешь плыть, приходи ко мне. Корабль вон стоит, - махнул рукой Хэш в сторону, где начинались торговые ряды, - Джей сам контролировал процесс строительства.       У Хисына словно оборвалось всё внутри. Значит, он думал об этом давно?       - И ещё, - Хэш на прощание похлопал Хисына по плечу, - твой путь только начинается, поэтому… попутного ветра, мой мальчик.       - Попутного моря, дядя. Надеюсь, свидимся.       Хисын неуверенно ступал в сторону дома, пока рассматривал подробнейшим образом составленную карту всех остановок. Руки его дрожали: помимо записей Джея, внизу, почти выцветшими чернилами, был различим чей-то ещё почерк. Хисын без труда узнал почерк своего отца. И где только достал…       Письмо Хисын запрятал во внутренний карман. Прочитает тогда, когда не будет возможности повернуть назад.       А пока следующий пункт - Канарские острова.