Fatum meum

Блейз с недоумением уставился на друга, влетевшего в кабинет, словно ураган. Таким перепуганным он видел Драко только после его заявления о присоединении к Ордену Феникса. Но и теперь Малфой наотрез отказывался объяснять причину своего состояния. Редкие визиты в уютный дом Забини обычно давали разрядку, но вывести его на честный разговор Блейзу так ни разу не удалось. — Командировка окончилась? — В ином случае я бы не был здесь. Виски есть? — Обижаешь, — мулат потянулся к ящику, плотно закрытому на ключ. Одним заклинанием отперев замок, Блейз со звоном поставил на стол массивную стеклянную бутылку. — Давай, рассказывай. Не тяни кота за яйца. — Грейнджер, — выдохнул Драко и тяжело опустился на диван у стены. — Видел ее фото в газете? — Блейз… — Малфою было невероятно сложно выговорить правду, которую он так долго скрывал. — Что? — в голосе Забини мелькнуло искреннее недоумение, смешанное с тревогой. — Малфой, в какое дерьмо ты опять вляпался? Драко протянул руку, требуя стакан. Лишь сделав первый глоток, он заговорил: — Мы связаны, — голос звучал ровно, почти отрешенно. Блейз медленно провел рукой по своим черным, словно уголь, волосам и вгляделся в лицо друга. — Что ты сказал? — Связаны, блять, Блейз. Я не знаю, что теперь делать. Тишина упала тяжелым грузом. Где-то вдалеке гулко откликались голоса других сотрудников. — Ты… — Забини моргнул, словно пытаясь уложить услышанное в голове. — Она — омега, — наконец выдохнул Драко. — А я — ее пара. — Подожди… — Блейз поднял руки, будто отгоняя нелепые мысли. — Подожди, черт возьми. Один вопрос. Какого хера ты молчал? — Потому что был идиотом, — глухо произнес Малфой. — Думал, если не говорить вслух, оно исчезнет. — Не исчезает, — покачал головой Забини. — Ты вляпался, дружище. Драко безрадостно усмехнулся: — Уже по горло. Словно великан присунул мне за щеку и не вытаскивает. — От меня что-то требуется? — Блейз залпом осушил бокал, все еще пребывая в шоке. — Да. Как и тогда, так и сейчас. Меня вымораживает, что она сопротивляется, Блейз. За несколько дней ей досталось так, что врагу не пожелаешь, даже тупоголовому Уизли. — Драко допил виски, встал, плеснул себе еще. — Я не могу контролировать гнев: по щелчку туман в голове, инстинкты кроют разум, а когда отхожу и вижу ее — беспомощную, заплаканную, — я начинаю себя ненавидеть. Она же слабее. Я должен защищать ее, но выходит наоборот. Блейз долго молчал, барабаня пальцами по столешнице. Его взгляд метался от бутылки к другу и обратно, но в конечном итоге застыл на лице Малфоя. — Драко, — произнес он наконец медленно. — Ты понимаешь, что сам это не разрулишь? — Думаешь, я идиот? — Драко резко дернул головой. — Конечно, понимаю. Что я должен сделать? Запереть ее? Привязать к себе насильно? Она и так смотрит на меня, будто я чудовище. Блейз тяжело выдохнул и вновь наполнил дно стакана янтарной жидкостью. — А ты и есть чудовище, если продолжишь так, — мулат поднял бокал, но не стал пить. — Тебя ломает, это заметно невооруженным взглядом. Но Грейнджер ломает сильнее. Драко вздрогнул. — Ты не понимаешь… — он сжал стакан так, что суставы побелели. — Когда она рядом, я не могу думать. Все тело орет: «Моя». И если кто-то подойдет ближе, я готов убить. — Тогда учись контролю, — резко оборвал его Блейз. — Или уберись подальше, пока не научишься. Малфой вскинулся, словно хотел огрызнуться, но слова застряли в горле. В глазах на миг мелькнула паника. — Ты хочешь, чтобы я… оставил ее? — Я хочу, чтобы ты перестал делать ей больно, — жестко сказал Блейз. — Если это значит уйти — значит уйти. Если это значит приволочь свою задницу ко мне каждую ночь, пока не научишься держать себя в руках, — значит так и сделаем. Но, Драко, — он наклонился вперед, сверля его взглядом, — выбора у тебя нет. Малфой опустил голову. Виски в стакане колыхнулось от его дрожащих пальцев. — Я не смогу. Она тянет меня, как кислород. Без нее… — он сжал зубы, будто не решаясь договорить. Блейз молча перехватил стакан из его рук, поставил на стол и накрыл ладонью руку друга. — Тогда остается только одно, — сказал он тихо, но твердо. — Научиться быть ее защитой, а не дополнительной бедой. — Она требует подписать магический контракт. Блейз нахмурился. — Это обезопасит ее. — Да, — согласился Драко мрачно, — но что-то подсказывает мне, что мирно сойтись на его пунктах мы не сможем. — Войди в доверие, Малфой, — наконец сказал он и, допив остатки виски, убрал стакан и бутылку подальше с видимого места. — Тогда и не придется думать, как обходить выдвинутые условия. Драко прищурился. — Заверишь? — Конечно, — спокойно ответил Блейз. — Она слишком умная, чтобы не заметить твоих слабых мест, и слишком упрямая, чтобы отступить. Но если увидит, что ты не враг… тогда контракт станет не клеткой, а опорой. Малфой криво усмехнулся. — Ты звучишь так, будто уверен, что я способен на это. — А у тебя есть выбор? — парировал Блейз. — Либо ты докажешь, что можешь быть надежным партнером, либо докажешь, что все вокруг были правы, считая тебя жалким наследником с манией контроля. В воздухе повисла тишина. Драко уставился в свой пустой стакан, и лишь спустя минуту глухо произнес: — Черт, Блейз… если я сорвусь, я потеряю Грейнджер окончательно. — Вот поэтому я и рядом, — сказал Забини. — Чтобы ты не сорвался. Завтра жду вас после обеда с черновым вариантом контракта, устроим мозговой штурм. И держи себя в руках, пожалуйста.