Итог известен

      Торд слегка закусил нижнюю губу и уже начал смотреть на Эдди так, будто правда слишком сильно накосячил. Устремив взгляд в стол, он продолжил пить свой кофе.       Внимание Эдда привлекла девушка, которая сидела одна и, похоже, ждала свою вторую половинку, но она, видимо, так и не пришла. Девушка сидела долго, дожидаясь своего партнёра. По прошествии недолгого времени, когда поняла, что он не придёт, дама уже не могла сдержать внутри себя эмоции, как и слёзы, явив их наружу. После она неторопливо собралась уходить. Кажется, молодая особа не пыталась покинуть это место, как можно скорее… она, вероятнее всего, давала шанс своему любимому человеку появиться здесь и сейчас. Она давала шанс и себе, продолжая питать свою надежду на то, что этот человек вот-вот откроет входную дверь заведения, подбежит, обнимет, утешит… нет. Даже через несколько минут ничего не поменялось. Она — одна. Эдд, посмотрев на букет роз, подаренный Тордом для него, вытащил из него три розочки и, подойдя к ней, тихонько положил их на стол, пока она, закрывая лицо, плакала. Эдвард не стал трогать её, понимая, что это будет лишним. Предпочёл поддержать её словом, как бы ему сильно не хотелось утешить её дружеским, успокаивающим поглаживанием по спине и плечам, напоминая, что она — не одинока. — Всё будет хорошо. Я обещаю.       Тепло ей улыбнувшись, он ушёл обратно к себе за столик, а девушка же, немного краснея, улыбнулась, явно ободрившись поддержке от незнакомого человека, кому было небезразлично её горе. Взяв розы и мысленно поблагодарив за них, она окончательно собралась на выход.       Сначала Торд не понял, куда направился Эдд, так как он ничего не сказал перед тем, как встать со стола. Не заметил ту плачущую девушку, ведь сидел к ней спиной, а ещё всё внимание было сосредоточенно на Эдди. Когда он вернулся на своё место, через какое-то время Торд перевёл свой взгляд на Гулда с девушки, которая явно приободрилась подаренным розам, их крупным бутонам. — Жаль её.       Голос был тих, наполнен состраданием, но его обладатель своим видом хитрых глаз не выражал ни малейшей жалости, и, Эдд это замечал. — Всё нормально, надеюсь. Прости пожалуйста за то, что я отдал ей подарок, просто… ну, я уверен, что они ей определённо нужнее в эту минуту. Ну ты посмотри на неё…       В подтверждении своих слов, он указал рукой в сторону уже уходящей из ресторана девушки, прижавшей к себе розы, пытаясь вызвать у Торда ту же оправданную эмоцию, что ощущает сам, надеясь, что Ларссон так же, как и он, пожалеет её, но тот даже бровью не повёл. На подобную реакцию, Эдд нервно потеребил край рукава приталенной тёмно-зелёной рубашки, посмотрев на него с недоумением. Гулд сглотнул. Ему не нравился его взгляд, но, поправив галстук-бабочку, Эдвард попытался разбавить накалившуюся атмосферу тем, что сделал бы и сам Торд в неудобный для себя момент, а именно — игриво и непринуждённо улыбнулся. Посмотрев на него прямо и будто бы с вызовом, Эдд заставлял его невольно заинтересоваться таким поведением. — Ты правда не обиделся из-за роз?       Но Торд лишь совершил последний глоток кофе, а как только чашка опустела, поставил её обратно на блюдце. Парень посмотрел на Эдди немного искоса, думая, что он это несерьёзно спросил. Словно совершенно не замечал с каким выражением лица сейчас сидел сам, что, естественно, он вполне мог задать подобный вопрос. Ему было плевать, что он отдал несколько цветочков той девушке, как и плевать на то, что она почувствовала, когда Эдд захотел её поддержать, не справившись со своими излишними дружелюбием и открытостью. Ему, скорее, не понравилось то, что Эдд отвлёкся, захотев потратить время на ту, которую больше никогда в своей жизни не увидит. Торд с тихим, осторожным выдохом, будто хищник, что старался не спугнуть свою жертву, соединил подушечки пальцев вместе, поставив себя в уверенное, доминирующее положение над ситуацией, заставляя натянутую улыбку Эдда сойти с лица вмиг. — Ох, милый, с чего я должен обижаться на тебя? Ты же не отдал ей весь пышный букет, а если бы отдал… тогда, возможно, я был бы не только расстроен.       Почему-то Эдд испугался, не разглядев правдивого намерения в действиях Торда, будто бы сначала не признал, как пошло звучит его голос. Выражение лица совершенно не подходило к тому подтексту, что содержал в себе тон его речи. — В плане «не только»?       Спросил тот, улыбнувшись как-то криво и истерически. Он положил руки на стол, и они были накрыты тут же руками Торда. Лицо норвежца стало слишком расслабленным и даже чересчур хитрым. Он наслаждался его смятением. — Прошу, скажи, что это значит. — Поясняю, если бы ты подарил ей абсолютно весь букет, а не три цветочка, я бы был на тебя… немного зол. В конце концов тратил я свои деньги для того, чтобы сделать приятно тебе, а не ей. А если бы я был злым, тебе бы пришлось отрабатывать свой косяк.       Последнее предложение Ларссон выдал угрожающе, а после пошленько улыбнулся, сразу смягчившись.       Мурашки пробежались по телу Эдварда, и, вздрогнув, он сильно покраснел, ведь понял реальный смысл сказанных слов в тот момент, когда увидел его ухмылку, чего в принципе и добивался Торд. Эдд был в курсе его подобных манипуляций, но в силу своей правильности, хотел думать о том, что это не так, но уже не мог выкинуть вульгарные мысли со своей головы, играя по его правилам. Отдёрнул свои руки из-под его рук. Торд сначала посмотрел на свои уже пустые руки, а после скрепил их в «замок». — Я не хочу знать, насколько ты можешь быть злым… — Не воспринимай это близко к сердцу. Я никогда не буду злиться на тебя и неважно, что произойдёт между нами.       Эдду от этих слов стало легче и он потихоньку начал успокаиваться. Ему захотелось немного поразмышлять, наконец приступив к стейку, но тут он резко перевёл взгляд обратно на Торда и произнёс неуверенно с проявившимся смущённым румянцем на щеках. — А как бы я отрабатывал эти прекрасные розы? Просто у меня фантазия играет… — Ах, ты шалун.       Торд закинул ногу на ногу, сделав вид, что и думать не мог о подобном смысле ранее своих же произнесённых слов, а Эдд, такой вот испорченный, надумал там что-то своё. Типа решил подыграть. — Как-нибудь и отработал бы, ты же знаешь… я смог бы придумать тебе занятие.       Всё это звучало, как самый настоящий, слишком вульгарный флирт с намёками, учитывая тот факт, о чём сейчас думает правильный Эдд. Он покраснел сильнее, сдвинув ножки плотнее. Сердце забилось чаще. — Не самое лучшее время и место, чтобы смущать меня. — Да тебе это точно нравится… признай.       Улыбка стала неестественной, будто его что-то внезапно насторожило. Казалось, атмосфера вокруг них теперь была в очень игривом ключе, что стало невероятно жарко. Ларссон расстегнул одну пуговицу на своей чёрной рубашке, открывая шею полностью. Удивительно, но он будто бы тоже смутился. — Как скажешь, детка. Больше ты не услышишь от меня ни одного пошлого словечка, пока не вернёмся домой.       Сердце забилось ещё быстрее. Рассматривая Торда, Эдд быстро бегал глазами по его личику, шее, груди… — Хотя, знаешь, можешь продолжать… мне и правда нравится.       Сумел наконец-то согласиться с ним, поддавшись соблазну, не в силах противостоять. Ларссон ожидал этого и понимал, что он обескураженно пытался задержать свои глаза то на его лице, то на теле. — Продолжать — так продолжать, мой сладкий, как скажешь.       Произнеся это, он медленно опустил томный взгляд на его губки и неосознанно, желанно слегка провёл языком по своей нижней губе. — Тебя перестало смущать то, что мы находимся сейчас в людном месте? Мне это нравится. А знаешь, что мне ещё нравится? — Ч-что?       Спросил у него тот, краснея сильнее, прекрасно зная ответ. Ухмыльнувшись шире, Ларссон поставил руки так, чтобы была возможность облокотиться на локти. Он смотрел на парня перед собой и чувствовал сильный жар по телу, который приятно опускался по всему нему куда-то вниз. — Мне нравится, как ты слушаешь меня, при этом невинно краснея. Это так мило… меня это возбуждает.       Продолжал неотрывно глядеть на его губки, представляя себе что-то грязное и действительно постыдное. Говорил не тихо и не громко, но эти слова навряд ли услышал бы кто-нибудь другой. Усмехнувшись каким-то неестественно грубым голосом, облокотившись на спинку весьма удобного стула, Торд медленно перевёл свой взгляд ему прямо в глаза. — На этом сюрпризы не заканчиваются… это ещё малая часть того, что я приготовил для тебя.       Эдд покраснел окончательно. Он закрывает лицо руками, стараясь уже просто не обращать внимание на его слова, но эти «хищные» глаза, которые смотрят прямо в душу, этот грубоватый, ласкающий слух тон, красивые ноты в его речи и острые, маленькие клычки заигрывающего, манящего парня так и заставляют Эдда грешить. Чувствуя себя неловко, шатен набирает в лёгкие воздуха и тяжело выдыхает, собравшись снова, убирает руки с лица. В то время, когда Эдди закрыл лицо руками, Торд состроил самодовольную мину лица, понимая, что сегодня и именно сейчас особенно в ударе. И как только он убрал руки и показал своё милое, раскрасневшееся личико, Ларссон решил, что ещё может сказать несколько похабных фразочек, но так, чтобы не перегнуть палку, ведь нужно же всегда знать меру и вовремя остановиться. Да, для него это звучит смешно, но в данной ситуации и именно с ним — это было правильно. Тем более уже добился результата, которого особенно хотел. — Так ты хочешь узнать, что за следующее приятное чудо я приготовил для тебя, как только мы вернёмся домой?       Эдд неуверенно кивнул, поджав ножки сильнее. Сейчас было довольно любопытно, даже если и знал, что этот подарок может быть сексом, насколько понимал тот. Это было бы довольно банально, но ему бы понравилось и такое, поскольку просто любит проводить время с тем парнем, который сидел перед ним и продолжал смотреть своими серебристыми глазами. — Д-да, я хочу.       Эдд пытался это сказать так, чтобы это выглядело как спокойный, а не дёрганый тон, но только вот вышло наоборот, потому что уже чувствовал, как начинает «таять» из-за Торда, и из-за его манящих, флиртующих слов. Ларссон не читал его мысли, но, похоже, был прав в том, что он не перестаёт об этом думать ни на секунду. Это было заметно. Парень в чёрной рубашке искренне улыбнулся. Он буквально на секунду отвёл взгляд куда-то в сторону и, будто убедившись, что нет посторонних ушей, вернул его на своего любимого парня, снова опустив свой взор на его губки. Выглядел сейчас крайне спокойным. Сдерживал своё внутреннее я, как мог, чтобы не ухмыльнутся, как психопат, и не напугать его.       Эдд медленно встал и, оглянувшись, нашёл глазками выход. Быстро пошёл к нему, по пути схватив Торда за руку и сжав её. Он чувствовал себя очень неловко и, подойдя к выходу, тут же остановился. — Погоди, а мы же заплатили за ужин?       Торд немного растерялся, что Эдди просто взял, потащил его в неизвестном направлении и при этом ничего не сказал. Как только он остановился возле выхода и задал вопрос, Ларссон с недопониманием похлопал глазами. — Когда бы? А мы уже уходим? — Да, я не собираюсь здесь оставаться.       Недовольно прошептал парень ему в ответ, уткнувшись в его грудь. — Ты мог остановить меня в любое время, но ты же этого не сделал, а предпочёл продолжить слушать мои сладкие речи.       Вздохнув, погладил его по спинке, как бы делая вид, что принимал его ошибку. — Я больше и слова не скажу.       Демонстративно жестом показал, как типа застёгивает свой рот, закрывает на замок, а ключ выбрасывает. Эдд же жестом поднял ключ и открыл его «ротозамок». Немного нахмурил брови. — Нет, мне нравятся эти слова, даже не смей затыкаться.       Прошептал Эдд вновь. — Тогда не возмущайся, детка.       Ухмыльнувшись, приобнял Эдда и положил руки чуть ниже его талии, скрепив руки в «замок». — Так что… ещё что-нибудь закажем, или тебе действительно уже некомфортно здесь находиться?       В подтверждении своих слов, нагло опустил свой взгляд вниз, посмотрев прямо ему между ног. Эдду не очень понравилась его данная бестактность, ощущая, как этим действием он начал на него морально давить. — Прошу, пойдём отсюда и всё, я не желаю здесь оставаться.       Улыбнувшись шире, Торд фыркнул. Беспрекословно согласился с ним. — Как хочешь, душа моя, только пойдём после того, как ты заберёшь букет, а я расплачусь за ужин.       Как-то нехотя отпустил любимого человека, затем подошёл обратно вместе с ним к столику. Казалось, будто специально делал всё не торопясь, но это не так. Чтобы не ждать официанта, уже давно сложил между собой сумму всех блюд и напитков. Расплатился и, оставив чаевые, вновь подошёл ближе к Эдварду, который уже держал цветы в руках. Торд положил руку на его спинку и пошёл к выходу, направляя объект своего обожания. После, как они вышли из ресторана, он позволил себе опустить руку ниже.