memento mori

— доктор Ким, у меня для Вас хорошие новости, — объявляет с порога Чон, заходя в чужой рабочий кабинет как к себе домой, без стука и предупреждения, ожидает очередного упрека со стороны старшего из-за этого. Но сидящий за очередным отчетом вскрытия Тэхен уже не удивляется подобному поведению и лишь тяжело вздыхает в ответ, с немым вопросом глядя на человека, потревожившего его. — с Вас три свидания и поцелуй, — с нескрываемой радостью и гордостью заявляет альфа, опуская на чужой стол несколько бумаг, доказывающих выполнение условий, — я нашел, с кем связана прокуратура, и выяснил, кто является убийцей До Бёнчоля — просвети. В подробностях — в общем-то… Дело довольно запутанное… — начинает младший, — по Вашему совету я с трудом смог добыть историю звонков прокурора Ёна, пусть и… Впрочем, пришлось обращаться к профессиональному хакеру. Не совсем законно, но результативно. Мы нашли несколько одноразовых номеров, отслеживали их местоположение, а ещё установили слежку за директором. Все это я делал без ведома начальников. За это время он встретился с одним человеком, имя которому Юн Хэджун. Стоит упустить то, сколько дней я потратил, чтобы выяснить его личность и все прочее… Но зато через него, через доступ к его информации мы вышли на одну из преступных группировок Кореи, деятельность которой завязана на наркотиках. Я поговорил со своими коллегами из прокуратуры и полиции, удалось поймать одного из их людей, мы лишь выбили… Вернее, узнали у него информацию о связях с прокуратурой. Наши покрывают их убийства иногда… И, как оказалось, те тоже готовы убить, если им прикажут… То есть, разумно предположить, что прокурор До и Ваш муж встали у них на пути… Несколько дней назад Вы рассказали мне, что помните, как он жаловался Вам, что его заставляют нарушать правила его работы? А прокурор До грозился выдать тайну его убийства после того, как доктор Ли отказался подделывать отчеты о вскрытиях. Схема оказалась предельно простой. Что же до убийства До Бёнчоля… Человек с «призрачной винтовкой» — сам Юн Хэджун — шестерка босса той группировки, главный в налаживании связей с прокуратурой, бывший боец отряда специального назначения, получивший оружие в качестве тестового и утаивший его у себя. Вряд ли кто-то ещё из той компании может пользоваться этим, так что смею предположить, что ответственность за оба убийства на нем, — завершает глубоким вздохом свой длительный монолог прокурор. — хорошо… «Призрачная винтовка», — усмехается сдержанно Ким, — прокурору Чону надо было идти в журналисты, не кажется? Заголовок, достойный главной страницы… — эй, я пересказал Вам то, на что потратил целый месяц, а вы смеётесь надо мной?! — то, что ты сделал за месяц, обычные работники прокуратуры делают за полгода, а то и за год, — замечает омега, пролистывая бумаги с доказательствами всего сказанного Чоном, — если бы ты не был таким активным и не лез куда не надо, вряд ли бы был успешен. Или тебя так свидания смотивировали? — доктор Ким, у Вас нет совести. Как Вы можете смеяться надо мной и сразу же хвалить?! — возмущается тот с искренним недоумением и недовольством. — не совести, не души, не сердца нет, знаю, слышал, — кивает равнодушно старший, явно не удивленный таким заявлением, — совесть — социальный конструкт для манипуляции сознанием человечества. — свидания когда? — настойчиво спрашивает альфа и пропускает мимо ушей все ранее сказанное. — а ты уверен, что у тебя есть время для этого? Тебе нужно доказать все то, что ты мне поведал, в суде. И, поверь мне, тебе придется очень постараться ради этого, если ты, конечно не хочешь закрывать дело просто так, но избежать увольнения — я всегда найду для Вас время, — решительно заявляет Чон, чьи глаза смотрят прямо в чужую душу так изучающе и с издёвкой. — 5,7,9 вечером после работы ты забираешь меня и мы едем в выбранные тобой места, платишь тоже ты — приятно с Вами сотрудничать, я выберу все самое лучшее, — улыбается довольно получивший желаемое Чон. — ой, иди уже по своим делам, пока я снова с тобой ругаться не начал, — фыркает ему в ответ омега, которого застали врасплох этими свиданиями. Был последний раз он на них с Сынхуном… Впрочем, это был единственный человек, с кем он в принципе ходил на нормальные свидания. Альтернативы были неизвестны. А потому могло быть страшно. — бросьте, господин Ким, я заметил, что вы смягчились по отношению ко мне. Видите, контакт налаживается! — искренне радостно заявляет прокурор, — хотя, пожалуй, сначала Ваша недосягаемость была для меня вызовом собственному очарованию. Как думаете, это означает, что у меня получилось? — я думаю, что тебе нужно чаще держать язык за зубами, — шипит Тэхен сквозь зубы, явно разозленный таким заявлением, — ещё одна такая фраза и вместо свиданий ты пойдешь без очереди на мой стол для вскрытий, — практически рычит он, окидывая младшего взглядом исподлобья. — понял-понял, ухожу, — нервно усмехается альфа и пулей вылетает из чужого кабинета. Тишина не продолжается долго, к великому сожалению мужчины. За только что закрывшейся дверью снова слышатся шаги и вскоре из нее выглядывает уже успевшая надоесть черная макушка. — а… Доктор Ким, вообще-то я тут к Вам за отчётом пришел со вчерашнего вскрытия, а не бегать от Вас, — Чон немного неуверенно проходит снова в кабинет и боязливо останавливается у стола в ожидании нужной бумажки. Старший же с явным безрадостным выражением лица отрывается от экрана компьютера, чтобы дотянуться до ближайшего листка в стопке на краю стола и протянуть его прокурору. — он был перед твоим лицом вообще-то, — ворчит тот. — извините… И за слова извините… Они, наверное, Вас расстроили, — Чонгук немного отдаляется от стола, получив нужное, — я правда пригласил Вас на свидания из искренних намерений, доктор. Вы мне интересны, — тихо произносит он и на этих словах быстро скрывается за дверью, не желая слышать ответа, каким бы он ни был. Ким же только слабо мимолётно улыбается на своеобразное признание этого мужчины. Не то чтобы он не догадывался, но услышать это из первых уст так рано явно не ожидал. Не то чтобы он чувствовал симпатию, но такой же интерес по отношению к прокурору Чону явно присутствует. Не то чтобы он сопротивлялся, но отторжение чувств иногда происходит само собой. И это, несомненно, очень большая проблема. Отвержение симпатии, постоянное недоверие, нежелание открыться новому человеку — скрытые проблемы, преследующие его уже седьмой год. Но постепенно начинает казаться, что этот надоедливый прокурор — его шанс начать все сначала, залечить старые раны, все исправить. Но все ещё страшно. Страшно думать, что что-то может пойти не так. Но и вовсе не думать не получается. А потому эти мысли преследуют его перед сном каждый раз. *** — Тэхен-а… Я думаю, пришла пора нам с тобой расстаться, — мягко вполголоса говорит Сынхун, сидящий напротив омеги. — что ты такое говоришь… У нас ведь… Все впереди… Дорогой, я очень люблю тебя, нам не нужно расставаться, я хочу быть с тобой вечно, понимаешь? — тараторит испуганно омега, крепко хватающий мужа за руки и двигающийся к нему ближе. — ничего не вечно, ты же знаешь, ты же судмедэксперт. Я не твой смысл жизни. — нет, все как раз наоборот! — возражает на последнюю фразу младший. — Солнце… — вздыхает от безысходности альфа, а у сидящего рядом с ним Кима перехватывает дыхание от прозвища, — ты как ребенок, который не может избавиться от своего воображаемого друга, — объясняет Ли и крепко обнимает готового заплакать Тэхена. В этот момент помещение их старой квартиры заполняется каким-то ужасным надоедливым звуком. *** Звук телефонного звонка просачивается в сознание спящего Кима и заставляет его сонно потянуть руку к потревожившему его сон объекту и тянет тихое «слушаю», сопровождаемое зевком. По ту сторону вызова слышится тот, кого он услышать вообще не ожидал. — Доктор Ким, Вы что, спите?! На работу не собираетесь?! — возмущённо восклицает позвонивший Чонгук. — у меня выходной. И лучше бы тебе не тревожить меня, — все ещё сонно, но уже с заметной нотой раздражения отвечает омега. — мне говорили, Вы не берете выходных! — начал брать, захотелось отдыхать побольше. Чего тебе надо? — снова зевок. — вообще-то я хотел, чтобы Вы выступили в качестве свидетеля на судебном заседании по делу До Бёнчоля и Вашего мужа… Мне нужны люди с авторитетным мнением, чтобы меня не посадили за клевету на органы власти… — объясняется мужчина. — ты что… Ты собрался обличать прокуратуру в сделках с преступниками? Ты идиот?! — моментально вскакивает с кровати старший, шокированный подобным заявлением. — а что такого? Они виновны в смерти Вашего мужа, прокурора До и других людей… Это всего лишь справедливость — ты кем себя возомнил? Пойти фактически в одиночку против убийц и власти? Ты действительно глупец. Если хочешь раскола — тебе нужны люди, которые смогут тебя поддержать. А сейчас я тебе советую просто закрыть в суде дела о двух убийствах без всяких намеков на коррупцию, — омега заметно оживляется после всего услышанного и сказанного, почти забывает про выходной. — но я… — ты не супергерой, не персонаж фильма. Прекрати играться. То, что ты периодически в этом деле действовал без ведома директора и против закона — основание для увольнения. Просто раскрой убийство. Не геройствуй, — со всей серьёзностью просит Ким с пониманием того, что в случае, если младший не последует совету, его в это дело втянут тоже. А работу терять не хочется, несмотря на то, что цель, с которой он сюда пришел, уже достигнута. Постойте… Цель достигнута. Убийца найден. Найден не им, а человеком абсолютно чужим… Получается ли, что Тэхен воспользовался прокурором Чоном, чтобы раскрыть дело и не запачкать при этом руки. Он воспользовался энтузиазмом этого мужчины и фактически за два месяца добился того, чего не мог шесть лет. Шесть, мать его, лет он сидел на этом месте в надежде, что когда-нибудь появится хотя бы какая-нибудь маленькая зацепка, а теперь… Теперь кто-то вместо него просто решительно взял все в свои руки и довел дело до конца. «Я позабочусь обо всем». Действительно позаботился. Минимально втягивал старшего в это дело, рисковал работой, а может иногда даже и жизнью. А ради чего? Ради бесполезного дела, которое имеет значение только для одного человека в этом мире? Он, конечно, все понимает, но такого поведения понять ему не дано. Хотя, пожалуй, все совершенно иначе. Он знает это поведение. Он прекрасно понимает, кого Чон напоминает. Но он не понимает, почему тот вообще это делает. Что двигало альфой в моменты, когда он соглашался на эту очевидно безнадёжную затею? Жажда справедливости? Азарт? Симпатия? Все вместе? Ответ на главный вопрос всей его жизни был найден. Появились новые, ответы на которые казались такими же далёкими, как и ответ на первый. Чонгук для него — одновременно открытая книга и неприступная огромная крепость, скрывающая за собой множество секретов. И был один шанс узнать на все ответы — спросить напрямую, на свиданиях.