Без тебя не умею (ещё жив)

      Я набрал Кириллу ответное сообщение, скрасив его сердечками и смайликами. То, что в данный момент меня тошнило от одного слова «секс» никак не должно повлиять на мои отношения с Киром. «Я счастлив. Обсудим при встрече?»       Я не хотел оставлять письменных свидетельств наших отношений. Хрен знает, вдруг кто-то увидит переписку? Поэтому она не должна вызывать подозрений. Зря я добавил сердечки, но теперь было уже поздно что-либо менять.       Я решил, что не стану звонить Киру прямо сейчас — разговаривать адекватно на эту тему после всего увиденного в той квартире было достаточно трудно. Только один человек, в который уже раз, мог оказать мне помощь.       Так странно, я уходил из дома утром, сама съёмка заняла от силы часа два, а у меня было такое ощущение, что прошло как минимум несколько дней. Я чувствовал, что во мне что-то изменилось, и надеялся на Романа. Он поможет мне правильно расставить акценты и навести порядок в том хаосе, что воцарился в моей душе, ведь эта тема ему знакома. Внутренняя уверенность была непоколебима — Роман должен быть в теме.       Такси остановилось на углу дома, и до двора, в котором прятался магазин, я дошёл быстрым шагом. Стоило мне появиться в зале, как Рома вышел мне навстречу. — Руслан? — он подошёл к краю прилавка и даже немного наклонился вперёд — Что с тобой? На тебе лица нет! — Ром, мы можем поговорить? Только не здесь, не в зале. — Подожди минуту, — он скрылся в другом помещении и через несколько минут появился уже в куртке и шапке. — Пойдём, тут есть небольшое кафе неподалёку. Я отпросился на час, тебе хватит?       Я не знал. Сколько времени мне понадобится, чтобы перестать думать о том, что я видел? Как быстро в моей памяти потускнеют и сотрутся картины растраханной задницы, из которой вылезает кишка? Или вид двух членов, нещадно растягивающих анус какого-то парня, до этого принимающего их в себя спереди и сзади? Смогу ли я теперь вообще нормально реагировать на само слово «секс»? Да уж, удружил мне Роман с подарком! Хотя, его вины здесь нет — он-то хотел как лучше. Хотел показать наглядно. Атмосфера? С избытком.       Мы пришли в какую-то забегаловку, и Рома сразу прошёл вглубь зала и занял угловой столик, на котором едва ли могли уместиться два подноса с едой. — Рассказывай. — Короче. Я сегодня ездил туда, ну, по адресу. — И?       К нам подошла официантка, и Роман, не глядя в меню, заказал ей два больших кофе. — Я не знаю, Ром, как так получилось, но… Не было там ванильных мальчиков. Был тройничок и…       Мне было трудно говорить о таких вещах вслух. Можно фантазировать в своей голове, можно смотреть порнуху на телефоне. Но увидеть такую жесть в живую и остаться спокойным было выше моих сил.       Пришлось замолчать, потому что к нам снова подошла официантка. Наверное это было не самым хорошим решением — идти в кафе. Разговаривать на подобные темы там, где могут услышать окружающие, было стрёмно. Но ведь не торчать же на улице! Зима, как никак. Я наклонился как можно ближе к Роману, и тот отзеркалил меня. Теперь мы практически упирались лбами друг в друга над чашками с кофе, но только так можно было не опасаться быть услышанными другими посетителями. — Короче, они оттрахали парня вдвоём, потом вдвоём, ну… Прямо туда. А потом один начал трахать парня ладонью. Ты понимаешь?! Он запихивал ему туда всю ладонь, а когда вытащил, то оттуда… Блядь, Рома! Что это было? — Пролапс. — Что? — Когда кишка вываливается. Это называется пролапс. Блядь, как же так получилось? Ведь Толян сказал, что будет съёмка двух конфеток. — Там был ещё один парень. Не знаю, ассистент, а может хозяин хаты. Он сказал, что ваниль была вчера. Но когда я позвонил по номеру на карточке, мужик сказал адрес и время и бросил трубку. Рома, как мне это развидеть? — Руслан, тебе понравилось? — По мне видно, что мне понравилось? Ром, я не извращенец. — Но ты не ушёл. Ни сразу, как только увидел троих, ни когда пошла вся эта, как ты называешь, жесть. Ты же не встал и не ушёл. Поэтому я и спрашиваю — тебе понравилось?       Что я мог ему сказать на это? Я не только не ушёл, я там кончил. Но признаться в таком было стыдно. — Руслан, случилось что-то ещё?       Я молча кивнул. Нужно сказать. — Я кончил. Прямо там, в штаны, даже не трогая себя. Я кончил просто от того, что смотрел. Пиздец.       Мне хотелось выйти в окно. До того момента, как я увидел двойное проникновение меня всё устраивало. Мне нравилось смотреть, как парня натягивают ртом на член, в это время как второй вбивается в него сзади. Но к последующим событиям я явно готов не был. — Руслан, в каждом из нас живут демоны. И у каждого они свои. Это не значит, что нужно бездумно следовать своим желаниям, но… Их надо осознавать, понимаешь? Нужно знать своих демонов и уметь держать их на коротком поводке.       Я молчал и слушал; слишком много всего свалилось на меня сразу. Да, нужно было задуматься о своей природе ещё в тот момент, когда я увидел тот бордовый дилдак и впал в ступор от его вида. Нужно было задуматься, когда я захотел увидеть растраханную дырку Кирилла. — Ром, это лечится? — Что именно? — Ну, вот это. То, что мне понравилось. Это же извращение. Блядь, я даже не знаю, что теперь делать с… — Делать с чем?       Роман смотрел внимательно, словно пытаясь не напугать меня и в то же время не упустить момент. — Помнишь, я сказал, что признался Кириллу? Так вот. Когда я вышел со съёмки увидел его сообщение. Он согласился, понимаешь? И… Теперь я не знаю, как быть. Если я такой… Как же я с ним? — Вот только давай ты не будешь ставить себе диагнозы, хорошо? То, что произошло, конечно плохо. Ты не был готов к подобному зрелищу. Чёрт, мне нужно было ехать с тобой и не позволить случиться этому дерьму. Но… Оно уже произошло.       Роман отбивал на столешнице ритм, обдумывая ситуацию. — О чём вы с ним договорились? — Я написал, что мы обговорим всё при встрече. — Что ж, у нас есть время всё обдумать и подготовиться.       И в этот момент всё встало на свои места. Я даже обрадовался, что узнал про себя такое до нашей близости с Киром. Всё просто, как кирпич. — Я знаю, что делать. — Да? И что же? — Ты должен меня трахнуть. И тогда я узнаю каково это и смогу держать себя в руках.       Роман смотрел на меня так, словно с ним заговорила кадка с цветами. — Прости, что я должен сделать? — Трахнуть меня. — Не, не, не, — он покачал головой, — я на такое не подписывался. Я вообще пассив. — Тем более! Ты научишь меня, как обращаться, ну… Короче, ты понял. — Ты больной, да? Вот на всю голову? Ты готов подставить свою задницу под член ради того, чтобы узнать, что чувствует нижний? Вот так просто?       Мы шипели друг на друга, пытаясь не говорить слишком громко и не стать объектом чужого внимания. Блядь, нельзя было идти в кафе. — Это не просто. И если ты думаешь, что мне не страшно, то глубоко ошибаешься. Мне пиздец, как страшно. Но я должен. И ты тоже. — А я-то почему? — Потому что ты всё сделаешь правильно. А если ты откажешься, мне придётся искать другого. И тогда ничем хорошим это не закончится. — Ты чёртов маленький манипулятор!       Из-за того, что Роман не мог орать, его голос звучал особенно сипло. — Ты, блядь, школьник. Я со школотой не трахаюсь. — Мне восемнадцать, забыл? Ром, ну пожалуйста, помоги мне. Я же нихрена не умею. Я же наврежу ему.       Рома откинулся на спинку стула и смерил меня взглядом. Блядь, я просил, практически умолял парня трахнуть меня. Что со мной не так? — Ты так сильно его любишь? — Да. Люблю. И боюсь навредить. — О, боги, за что мне это? Неужели ты не мог зайти тогда в другой салон? — Это судьба, Ром. А тебе будет плюсик к карме. — Этот идиот ещё и смеётся!       Я понял, что он согласен.       Роман покрутил чашку с остатками кофе и поднял на меня глаза. — Когда тебе в школу? — Одиннадцатого. — Блядь, три дня… Ладно, зайди завтра в салон, я скажу что и как. — Ром, я твой должник. — Иди ты знаешь куда? Должник, блядь.        Страшно? Ну, не то, чтобы. Я понятия не имел, что именно почувствую в тот момент, когда Ромкин член ворвётся внутрь меня, безжалостно раздвигая плоть. Но ведь от этого не умирают? Ведь если бы это была запредельная боль, то миллионы людей не долбились бы в задницу по всему миру?       Да, я уговаривал себя. В конце концов это было моё решение. И вообще, к этому нужно отнестись, как к экзамену по предмету, которым ты не очень-то владеешь. Или как к походу к стоматологу, если дырка есть, но зуб не болит. Нужно отринуть неуверенность в себе и преодолеть это вязкое, оседающее горечью в горле беспокойство. Если струсишь, то в будущем не оберёшься проблем и сделаешь хуже только самому себе. А если на собственной шкуре, точнее заднице, прочувствовать всю прелесть анального секса, то это может стать тем фактором, который удержит от необдуманных действий. Так? Так. А значит единственное, что я мог сделать, это взять яйца в руки и подставиться под член. Ради Кирилла. Ради нас.       Когда я вошёл в магазин там снова было пусто; Роман появился спустя пару минут. — Надеялся ты передумаешь. — Прости, Ром, я нагло эксплуатирую тебя, но мне просто не к кому пойти с этой проблемой. — Проблемой? — Ромка заржал, как конь, — блядь, Руслан, ну ты и сказал! Проблемы будут у тебя, точнее у твоей задницы. Ладно, ты подготовился?       Я покраснел. Стыд горячей волной затопил мне щёки. В последний раз мама делала мне клизму в далёком детстве, а сегодня утром я чуть умом не поехал, пока почистил себя. Ведь не обращаться же с этой просьбой к матери? — Да, подготовился. — Я возьму куртку и пойдём.       Мы вышли на улицу. Интересно, а кто… — Ром, а кто остался в магазине? — Мой новоявленный адепт гейского секса, вот скажи, если бы в твой первый визит сюда в зал вышел бы не я, а девушка или, скажем, дама возраста твоей мамы, ты бы начал её спрашивать про типы смазок? Или попросил бы её показать тебе дилдо? — Так вас что, всегда двое? Поэтому в зале всегда пусто? Вы сначала смотрите, кто пришёл? — Конечно.       И тут я вспомнил, как Роман отсасывал мне во втором зале, прямо у витрины. — Ром, а у вас везде видео наблюдение? — А что? — Ну, я тут подумал…       Блядь, ведь если у них постоянное видеонаблюдение, то… Пиздец. — Рома… Тогда, в зале… — Ну, да.       Он посмотрел на меня насмешливо, а я был готов провалиться сквозь землю. — И твоя напарница всё видела? — Видела. — И как… Она. В смысле, как она с тобой? — Руслан, ты думаешь, что работая в таком месте она не знает про геев? — Так одно дело знать, а другое… — А как ты думаешь, куда мы идём? — Домой? К тебе. — Не-а. Мы идём домой к ней. — Что? Ты с ума сошёл! Я не пойду! — Руслан, я живу не здесь, и даже не в этом районе. И вообще, я к себе не вожу. — Да как так-то? — Кончай выёбываться. Это тебе приспичило. — Просто мне не удобно. — Хорошо, пошли домой к тебе.       Исключено. Дома родители. Вряд ли они проявят понимание в данном вопросе. — Вот видишь. Да не парься ты, всё путём.       Весь дальнейший путь я молчал. И когда мы оказались в маленькой однокомнатной квартире я молча снял куртку, ботинки и прошёл в комнату. Это было странно — вот так прийти в дом совершенно незнакомой девушки, чтобы заняться сексом с парнем на её кровати. С парнем, который был мне… Кем? Единственное слово, которое приходило на ум — приятель. И ему я собирался отдать свою девственность? — Руслан, я не заставляю. Одно твоё слово, и мы уйдём отсюда и забудем. — Я просто не знаю, что должен делать. — Заголять жопу и бегать.       Похоже, это была одна из любимых стебаловок Романа. — Ром… Что я вот сейчас должен?       Он устало вздохнул и подошёл совсем близко, положил ладонь мне на грудь, провёл по ней вниз, подцепил край толстовки. — Сначала мы должны привыкнуть друг к другу, поэтому раздевайся. Если стесняешься догола, то останься в трусах.       Сам он начал скидывать одежду без малейшего стеснения. Не было покрасневших щёк, брошенных украдкой взглядов. Словно мы были в раздевалке перед физрой. Это немного успокоило меня. — Иди сюда.       Он сжал моё запястье, притянул к себе и прижал уже мою ладонь к своей груди. — Потрогай меня. Попробуй на ощупь, на запах. Я не собираюсь валить тебя и трахать, я хочу заняться сексом, но не с запуганным ягнёнком. Поэтому давай, смотри, трогай.       До этого момента в моих руках побывал только Кирилл, но зато столько раз, что видом мужского члена меня было уже не испугать. Я провёл ладонью по груди Романа, по бокам. Он был немного ниже меня в отличие от Кирилла, с которым мы были одного роста. Я сжал Ромкины волосы и потянул его голову назад, открывая шею. Прижался носом и вдохнул запах. Мне было приятно ощущать под пальцами крепкое мужское тело, напряжённые мышцы, терпкий запах. Вряд ли я смогу променять эту упругость и жилистость на мягкие формы женщины. Поезд ушёл. А может и не приходил никогда? Ведь не просто так у меня до сих пор ни разу не было девчонки? Я провёл губами по Ромкиной шее, с удовольствием отметив, что кожа покрылась мурашками. Я осмелел. Ладони легли на лопатки и скользнули вниз, сжав полужопия. Мне нравилась их худоба — они словно были созданы для широких мужских ладоней, помещаясь в них просто идеально. Я слегка раздвинул его ягодицы, и Ромка немного напрягся, а я наоборот полностью успокоился. Страх неизвестного куда-то улетучился, и на его место пришёл интерес, который без сомнения перерастёт в возбуждение.       Я толкнул Ромку к кровати и повалил его на покрывало.