Без тебя не умею (ещё жив)

      Кирилл выскочил из машины, хлопнул дверью, и я увидел его спину. Мне понадобилось мгновение, чтобы выскочить следом и броситься за ним. — Кир, подожди!       Я догнал его и обхватил руками, прижимая спиной к себе. — Не уходи. Только не так. Я не могу потерять тебя снова. Пожалуйста, не уходи.       Я уткнулся в его волосы, целуя и одновременно вдыхая такой родной и такой забытый запах. — Я не хотел тебя обидеть. И мне всё равно, кто ты и какой. Если у тебя проблемы со здоровьем — я помогу с лечением и деньгами. Если с работой — я тоже постараюсь помочь. Не смогу сам — попрошу о помощи начальника. Если тебе негде жить — живи у меня. Я пальцем тебя не трону, если ты не хочешь меня. Только не уходи. Я больше не смогу без тебя. Я без тебя не умею.       Пока я сбивчиво говорил Кирилл не перебивал. Я не видел его лица, не знал, какие эмоции он испытывал в этот момент. Я только дышал его ароматом и чувствовал, как в ладонь заполошно бьётся сердце. — Не бросай меня снова. — Забыл? Ты сам меня бросил.       Я резко развернул его и схватил за плечи. — Что за хуйню ты несёшь? Я не бросал тебя, это ты… Думаешь, я не видел? Как тот козёл трогал тебя? Как ты смотрел на него? Ты ушёл, даже слова мне не сказал. Чем вы занимались в туалете? Или куда вы там ходили. Ты забыл свою смс-ку? Ты послал меня!             Я почти кричал. — Пусти. Мне больно… Я всего лишь хотел заставить тебя ревновать. Ты оставил меня, занялся своей учёбой. Я всего лишь хотел, чтобы ты обозначил своё отношение ко мне. Ты говорил, что любишь меня, но хоть раз обнял меня на людях? Поцеловал? — Кирилл, ты с ума сошёл? На людях? Да нас бы с дерьмом сожрали все! Кто бы смог нас понять?! Да наши же одноклассники… А учителя? Я берёг тебя! Я каждый раз наступал ногой на глотку, только бы не показать всем, что ты для меня значишь! А ты даже не сказал мне, что собираешься поступать в другом городе! — Я хотел, чтобы ты поехал со мной. За мной. Но, похоже, я хотел слишком многого! Ты прекрасно нашёл, чем себя занять в моё отсутствие! Работу себе нашёл. — Я не мог поехать в другой город. Ты просто не понимаешь. Думаешь, моим так легко было бы объяснить? Это же деньги! Да и… Они бы не поняли меня. И не приняли. Они и так…       Я должен был сказать о том, что мои отношения с родителями испортились вконец после моего развода, но я даже не мог представить себе реакцию Кирилла на мою женитьбу. Впрочем, реакция была вполне себе предсказуемая. — Не только у тебя есть прошлое, которое может не понравиться, Кирилл. — Что ты хочешь этим сказать? — Я считаю, что нам нужно откровенно поговорить. Но я предпочитаю делать это там, где никто не помешает. Пойдём.       Я сжал его ладонь и повёл к парадной. Уже у самой двери я спохватился и поставил на сигнализацию машину. Я чуть было не забыл позаботиться о своей малышке.        — Проходи. Будь, как дома. — И не забывай, что в гостях?       Господи, сколько же в нём сарказма! Или это наконец нашла выход давно копившаяся обида?       Кирилл прошёл в комнату. — У тебя неплохая квартира, вот только… Пустая она какая-то. Обычно у людей дохера мелочей, а у тебя нет ничего.       Он был прав. Когда-то давно я дал себе слово, что не превращу свой дом в кладовку, в которой будет копиться всякий ненужный хлам. Может быть это превратилось со временем с манию, но я тщательно следил за тем, чтобы так оно и оставалось. — Мне хватает.       Кирилл прошёлся по комнате, вышел на кухню, заглянул в ванную. — Ну, женщины у тебя нет. Как насчёт мужчины?       Я покачал головой. — Чё, правда? Вот реально один?       Судя по его реакции у самого Кира с этим был полный порядок. — Что ты будешь пить? — Хочешь найти себе оправдание? Это не я, это всё алкоголь?       Меня достали подъёбки. — Я никогда не искал себе оправданий, но ты этого можешь не помнить конечно. Раздевайся и иди на кухню. — Совсем раздеваться? Как эта хуйня называется, когда с голого тела едят? Не боишься захлебнуться слюной?       Сука, он ведь просто выводил меня на эмоции. Чего он добивался? Что я сорвусь и выгоню его? Или наоборот трахну тут же на столе. Я представил себе картину, как вбиваюсь в него, лежащего на этой столешнице, упирающегося в край ступнями широко разведённых ног. Как он выгибает спину и просит ещё. Быстрее и глубже. Брать его. Любить.       Я стряхнул наваждение, не хватало ещё спалиться после недавнего обещания и пальцем его не трогать. Ну, вообще-то я представлял, как трогаю его членом. Блядь. — Ты так и не сказал, что будешь пить. Может шампанского? За встречу. — Может обойдёмся чем-нибудь другим?       От меня не укрылось беспокойство в его голосе. Я обернулся и увидел, что Кирилл обхватил себя руками. Он даже немного побледнел. — Не любишь? Ну, как хочешь. Просто его обычно для счастливых моментов берегут. Но если ты против, то я не настаиваю. Тогда откроем то, с чем я и так собирался провести вечер. — Только не говори мне, что ты по-тихому пьёшь по пятницам и в выходные. — А что мне ещё делать? Жены, как ты сам видишь, у меня нет. Мужчины тоже. Остаётся два варианта — пить или работать.       Пока я нёс эту херню, быстро накрывал на стол тем, что было в холодильнике. Помидоры, сыр, маслины, зелень. — Мясо хочешь? Если да, то я закажу. — Нет, не нужно.       Кирилл как-то сник, словно в его батарейках резко упал уровень заряда. — Эй, ты в порядке? Что-то не так? — Не бери в голову, всё нормально. Тебе помочь? — Нет, я сам. А впрочем, достань бокалы из шкафчика.       Кирилл открыл дверцы и уставился на полки. — У тебя всего… К тебе что, вообще никто не приходит? — Нет. Ты — первый гость в этом доме. — Руслан, что за херня? Как можно жить вот так? — Как видишь живу. Как умею, так и живу.       Да, два бокала, два стакана для воды, пара салатниц, две тарелки для второго и две глубокие — вот и весь мой столовый инвентарь. Ложки и вилки шли стандартным комплектом по шесть штук, а всё остальное я покупал по минимуму. Приводить к себе в дом посторонних я не собирался, нахуй надо. Друзей у меня не было, как-то не получалось у меня сблизиться с людьми настолько, что впустить их в дом и душу. А загромождать никому ненужными сервизами и без того небольшое жизненное пространство…       Я достал бутылку своего любимого портвейна. Old porter, больше его не привозят в страну. Когда-то я ухитрился сделать небольшой запас этого вина, НЗ, и расходовал его крайне экономно. Только по особым случаям. Сегодняшний ёбнутый день оказался одним из таких. А уж появление Кирилла тянуло по важности момента на целую коробку дефицитных бутылок. — Не думал, что ты любишь бабские вина. — Почему бабские? — Сладкие. Как-то не помужски. — Мне похуй. Я люблю это вино, и пока что у меня не отвалились от этого яйца. — Проверим?       Кирилл оказался рядом в одно мгновение и положил ладонь на ширинку, сжал её, провёл вверх и вниз, запустил руку ещё дальше между ног. Это было откровенно нагло, бесцеремонно и провокационно. И ещё приятно. Мне бы расставить ноги пошире, чтобы ему было удобнее, упереться в столешницу, чтобы не сползти, нахуй, на пол. Я прикрыл глаза, позволяя себе представить как это могло бы быть. Кирилл, уверенно расстёгивающий и стягивающий мои штаны и бельё, опускающийся на колени и забирающий в рот тяжёлый член. Его мокрые от слюны губы скользили бы по стволу, мягкое горло обнимало своим теплом и теснотой. Его пальцы перекатывали бы мои яички и пробирались бы дальше между ягодиц. Он бы консулся моего ануса и надавил на него…       Я открыл глаза и наткнулся на почерневшие глаза Кира. Я не испытывал стыда от своих фантазий, мне было приятны его прикосновения, и, да, я хотел большего, поэтому не стал смущаться и прикидываться нежной фиалкой. Я смотрел на него, он — на меня, и это внезапное противостояние, кто кого пересмотрит лично меня возбуждало. — Хочешь? — Да.       Всё так же смотря мне в глаза Кирилл расстегнул молнию, приспустил брюки, освобождая мой член. Неужели правда? Я боялся даже моргнуть, чтобы не разрушить этот внезапный контакт. Ну же! Даже если бы он просто мне подрочил, уже было бы здорово. Но фортуна явно хотела извиниться за блядское утро, поэтому Кирилл провёл пальцем по моей груди, оттянул край бадлона и приказал. — Снимай. Хочу видеть тебя.       Мне нечего было стесняться: на боках не висели жировые складки, а пресс был вполне себе рельефным. Я никогда не комплексовал из-за отсутствия на груди зарослей волос, меня устраивало то, что была дорожка от пупка, плавно переходящая в покрытый волосами лобок. Вот чего не любил, так это волосатую мошонку. Да и об удобстве потенциального партнёра или партнёрши нужно было думать, поэтому там я всегда депелировал. Ну и пох, что секс у меня случался не так уж и часто.       Поэтому, когда Кирилл велел снять верх, я тут же стянул одежду, позволяя увидеть своё тело. Он провёл пальцами по грудным мышцам, прищемил соски, огладил пупок. — Нравится? — Вполне. У тебя красивое тело, я и в школе от него балдел, хорошо, что держишь себя в форме, — Кирилл оглаживал тазовые косточки, вызывая тьму мурашек. — Что ты хочешь, чтобы я сделал?       Мне не понравился его вопрос. Как-то очень по проститутски он прозвучал, а я не хотел между нами даже подобия таких отношений. Только если договоримся на ролевуху. — А что хочешь сделать ты сам? — Позволяешь выбрать? А если я хочу нагнуть тебя? Согласишься? — Если потом позволишь взять себя, то да. А если ты просто глумишься и выёбываешься, то нет. И вообще…       Я хотел предложить уже выпить за встречу, но Кирилл просто стёк вниз, опустившись на колени, и положил ладони на мои бёдра. Я замер, кажется даже перестав дышать, боясь спугнуть его и себя. — Красивый.       Он покрывал мой член маленькими короткими поцелуями, постепенно передвигая ладони на мои полужопия и сжимая их. Почти так, как я фантазировал. Мой член дёргался в предвкушении, пачкая живот влагой, и Кирилл наконец сжалился надо мной, забирая головку в рот.       Я не могу сказать, что это был фантастический отсос, но тем не менее он был замечательным. Хотя бы по той причине, что за прошедшие годы Кирилл безусловно улучшил свои навыки, которые у него и в школе были весьма неплохими. И мне было обидно до слёз, что я сейчас пользовался тем, чему он научился не со мной. А ещё ему явно нравился сам процесс. Нравилось лизать и обсасывать тонкую натянутую кожицу головки. Нравилось пускать слюну, втягивать щёки. Он насаживался на мой стояк ртом до упора, утыкаясь лицом в лобок, а затем отпуская меня. Я запустил пальцы в его волосы, слегка потягивая их и массируя голову. Видеть его у своих ног было настолько правильным, что я не понимал, как вообще прожил эти годы без него. Как у меня хватило силы воли отказаться тогда от парня? Как я мог позволить ревности или глупости возобладать над здравым смыслом? Да я должен был бороться за него, за нас, вместо того, чтобы, как слюнтяй уйти в сторону! И сейчас у меня может быть появился шанс вернуть Кирилла. Просто потому, что сейчас он здесь, со мной. Он не свалил в закат, показав мне средний палец, услышав предложение провести вечер вместе. Он не стал вырываться, когда я догнал его на стоянке. Он не ушёл. Значит он тоже хотел быть со мной. И даже если у него и есть кто-то, то он отодвинул этого человека в сторону. Ради меня.       Я сжал его голову, фиксируя в одном положении, и начал сам совершать фрикции. У меня сорвало внутренний стоп-кран, позволяя так долго сдерживаемым словам прорваться наконец-то наружу. Я много чего говорил. И что Кирилл самый красивый, самый лучший. Что я безумно скучал по нему. Что жалею о каждом дне без него. Насколько моя речь была связной и вразумительной сказать было сложно, но в тот момент, когда волна оргазма накрыла меня, я кричал его имя и что люблю его. А потом поднял к себе и впился губами в его, распухшие и мокрые. Я вылизывал его рот, испачканный моим семенем, и не мог оторваться. В голове стучало набатом одно слово: «Мой». Когда-то я уже проходил через это состояние. И сейчас я бы отдал половину оставшейся жизни, лишь бы остаток дней провести с ним.       Когда я стал уже хоть что-то соображать, то прижал Кирилла к себе, утыкаясь в его плечо. — Спасибо. Знаешь, я так скучал по тебе… — Знаю. — Откуда? — Твоя машина мне рассказала. — Ты уже с машинами разговариваешь?       Всё скопившееся напряжение растаяло в том охуительном оргазме, что мне подарил Кирилл, и теперь я мог даже шутить. — Мне было достаточно увидеть её и то, как ты к ней относишься, чтобы понять. Ты действительно скучал по мне. — Я не понимаю. Как одно связано с другим? — Ты заботишься о ней, здороваешься, ты нежен с рукояткой коробки передач, гладишь руль. Это мелочи, но они заставили меня задуматься. — Прости, я тупой. Я всё ещё не понимаю. — Тогда в следующий раз посмотри на неё моими глазами. — Твоими?       Я нихера не понимал, но посмотрев в лицо Кира, заглянув в его глаза, вдруг понял, что он имел в виду. Блядь, вот оно как работает? — Что? Оговорочка по Фрейду?       Он был прав. На все сто, нет — на тысячу процентов. Моя машина была цвета серо-зеленых глаз Кирилла. Оплётка руля, цвет чехлов — серыми с зелеными вставками. Я никогда не задумывался, почему выбираю именно эту цветовую гамму, просто она мне нравилась. Мне было в ней уютно. А когда какой-то мудак поцарапал мне крыло, я потратил хуй знает сколько сил, времени и денег в поисках именно этого оттенка эмали, чтобы не было заметно место повреждения. — Блядь. Знаешь, я даже не задумывался. — Ты выбирал подсознательно. Именно поэтому я тебе верю. И в торговом центре, и на стоянке, и здесь. Я верю тебе, Руслан, что ты скучал, помнишь. — Люблю. Я люблю тебя, Кирилл. Так и не смог разлюбить. Но прежде, чем ты что-то скажешь, я должен признаться.       Он смотрел на меня своими невозможными глазами, в которых можно утонуть, а я собирался с духом, словно перед прыжком в пропасть. Вот только тарзанки у меня нихуя не было. — Я был женат.