Трика

      Рейнира мерила шагами трапезную, прокручивая кольца на своих тонких пальчиках и поглядывая изредка на суженого. Принц вальяжно раскинулся на стуле, расположив ладонь с посланием на бедре. Безразличный взгляд проходился по тексту, смакуя в уме каждое слово, что изводило принцессу.       Леди Джейн восседала во главе стола. Язык её тела не выдавал заинтересованности: девушка держала себя собранной.       Срочное послание из Королевской Гавани предназначалось для принца Деймона, что не могло не насторожить принцессу. Она старалась успокоить себя тем, что будь это вопрос самочувствия отца, известили бы её, верно? Наследницу. Этими мыслями она отметала серьёзные причины.       Дядя же не позволял ей даже выглянуть из-за его плеча. Текст оказывался тут же свёрнутым. Рейнира томительно вздыхала, продолжая манипуляцию над кольцами, и шагала из стороны в сторону.       — Не нервничай, — монотонно произнёс Деймон, откладывая наконец-то пергамент в сторону.       Принцесса подскочила к супругу. Она не схватила письма, предназначенного для него, но ждала ответа.       Мужчина тянул с ответом, драматично вздыхая и проведя ладонью по лбу. Наблюдая нетерпение племянницы, он всё же сжалился и растянул губы в довольной улыбке:       — Леди Джейн, думаю, вам с моей супругой стоит организовать скромный семейный праздник. Таргариены победили в первой борьбе за трон, и это то, за что мы должны выпить. Даже моя жена.       Рейнира нахмурила брови, осмысляя обращение Деймона к Джейн Аррен.       Он поднялся из-за стола и притянул к себе за талию жену. Аккуратно, чтобы не надавить телом на выпирающий живот. Приподняв подбородок супруги, он наблюдал за её мыслительным штормом, а после, когда её глаза распахнулись, а губы ошарашенно раскрылись, принц поцеловал супругу в уста.       Отец… Он действительно защитил их дом? Он заставил Хайтауэров ответить за свои преступления?       Изящные пальцы обхватили широкую шею, а губы с жадностью впились в сухие губы мужа.       Поцелуй был безмолвным криком победы. Маленьким праздником для пары, ведь голова рыбы, прогнившей до основания, наконец-то была срублена. Без семьи «наследника», её брата Эйгона, любой мятеж против будущей королевы будет выглядеть ещё большей глупостью, чем оно было в прошлом Чёрной Королевы.       — Пока вы не съели друг друга, могу ли я узнать, о какой победе идёт речь? — Джейн не могла сдержать едкость в голосе.       Рейнира попыталась отклониться назад и разорвать поцелуй, но Деймон, словно ненасытный дракон, не отпускал драгоценность, упиваясь ею столько, сколько сам того желал, а когда она отвернулась, впился в нежную кожу шеи. Аромат масел за поездку на карете уже выветрился, оставив после себя травянистый душок.       Его совершенно не волновало чужое присутствие, потому не только уста, но и ладони совершали бесстыдные вещи. Пальцы мужчины стиснули одну из ягодичек жены, которые, стоит отметить, стали больше с началом беременности.       В конце концов, Стерва Долины заставала его и за более развратными действиями с незамужними девами её владений.       — Деймон! — Рейнира вырвалась из плена рук супруга, истерзанная с ног до головы.       Мужчина хмыкнул, довольный своей работой. Деймон отступил обратно к письму, чтобы спрятать его под камзолом.       Сдерживая раздражение, Джейн вновь потребовала объяснений письма и заявления Порочного принца. Девушка, сбитая с толку, не желала наблюдать за нежностями супругов.       — Завтра утром я отправлюсь в Королевскую Гавань. — Деймон вальяжно опустился обратно на стул. — С братом мы закроем дело о покушении на Рейниру раз и навсегда. Хайтауэра и его жену держат в Чёрных Камерах, чтобы провести над ними суд. На нём я поднесу топор к их шеям и избавлю их плечи от жалких голов.       Ликование пропитало монотонную речь принца. Радость скрывалась за приподнятыми уголками губ и искрой озорства в глазах.       Рейнира нахмурилась и, оперевшись руками о стол, склонилась над мужем и с недоумением спросила:       — Ты один?       Деймон не повёл и бровью. Только поднёс ладонь к округлившемуся животу жены, скрытым не только тканью платья, но и походной накидкой. Взгляд принца скользнул к груди жены. Декольте и золотой поясок под бюстом подчёркивали не только беременность, но и увеличение груди.       Во время пребывания в охотничьем лагере Рейнира подарила ему занятие любовью, и не раз. Придерживая её за голень, принц сдерживал порывы перевернуть супругу с боковой позы в излюбленную на колени, а также жёсткие толчки. Рейнира откинулась головой на грудь, слишком громко реагируя на движение его члена. Во благо удовольствия племянницы он опустил её голень и коснулся манящей груди. Пальцы обхватили затвердевший сосок, и по шатру разнёсся вскрик.       Опешив, Деймон отдёрнул руку, так ещё и замерев с недоумевающим видом. Рейнира запрокинула голову. С тяжёлым дыханием она попросила опустить руку ниже и довести её до «грёбаного экстаза своим членом и пальцами».       Он и не понял тогда сразу, что дело в чувствительности груди. Лишь выполнив приказ своей королевы и прижимая её задремавшее тело к себе, он присмотрелся к её груди. Она стала больше.       Боги, им обязательно нужно исправить это упущение и посвятить вечер налившейся груди жены.       Это будет подарок ему. Возможно, это станет его желанием за победу в споре.       — Таков приказ твоего отца, ābrazȳrys.       Блик печали мелькнул в глазах племянницы, что не скрылось от принца.       — Прошло достаточно времени с нашей свадьбы. Думаю, Реджио выполнил одну мою просьбу. — Деймон взял изящные пальцы жены в собственные. — Я вернусь к тебе не только с победой, но и с подарком. И я буду ждать теплый приём, милая.       — Irudy? Spare irudy issa?       Плечи принца задрожали от сдержанного хохота. Блик во взгляде Рейниры сменился искрой интереса, что позабавило его.       — Сначала я должен вернуться в Королевскую Гавань. Один. Это не просто прихоть короля, Рейнира, а его желание защитить тебя, — голос принца стал низким, а с уст разнёсся хрипловатый валирийский акцент: — Yn aderī, mōrī, aōt māzīli se hēnkirī īlvi biarvī manaerili.       И Рейнира верила ему.       Ей не нужно было говорить, принц прочитал согласие жены по её теплой улыбке и морщинкам на углу глаз.

***

      Сколько лет она ждала возмездия над предателями трона? Жаждала увидеть своими глазами, как пламя Сиракс поглощает зелёные одеяния, а в воздухе стоят крики и вонь сгорающей плоти. Чёрная королева мечтала о возмездии над лицемерной королевой и её отцом-кукловодом. Ей плевать на Хоберта Хайтауэра — упустить его смерть не значит упустить всю жизнь.       — Стоит ли праздновать победу так рано? — прервала супружескую идиллию Джейн, никак не смущённая их плотоядными переглядываниями меж друг другом.       Хранительница Долины не была удивлена пересказом письма Порочного принца. По большей части, у неё были свои причины для обид на Хайтауэров. Рейнира помнила, что Отто всегда уводил короля от запросов Долины, что привело к полному отказу Джейн выплачивать налоги короне.       Род Арренов постоянно подвергался оскорблениям со стороны «благородной семьи новой, благословленной Семерыми, королевы-консорта». Они унижали матушку Рейниры и говорили о проклятье крови.       И это лишь то, что знала сама принцесса.       У леди Джейн было достаточно мотивов не скорбеть по преступникам.       — Хайтауэры больше никуда не денутся. — Во время речи супруга Рейнира поглаживала суховатую кожу мужской ладони, вырисовывая пальчиком выступающие вены. — А если мой брат решит помиловать их, я не дам этому случиться.       Слова прозвучали как угроза, но ни Джейн Аррен, ни Рейнира не сомневались в решимости Деймона.

***

      Караксес и Сиракс вернулись к Орлиному Гнезду за день до приезда всадников, потому Кровавый Змей был готов к полёту уже на следующий день после прочтения письма.       Вновь супругам предстояло разлучиться, и Рейнира молилась Четырнадцати, чтобы это было всего на неделю, иначе она за себя и Золотую Леди не ручается. Скоро начнётся шестой месяц беременности, и именно на этом сроке они планировали отправиться домой на Драконий Камень, поэтому Деймону лучше не задерживаться.       Мужа она проводила верхом на Сиракс до Кровавых врат. Драконы нежились в небе, пока принц, держа ладонь на животе племянницы, шептал на валирийском непристойности, которые он воплотит при возвращении в Долину. Принцесса прильнула лбом к лбу мужа, пообещав всё это, когда он принесёт добрые вести и подарок для неё.       Извивающаяся фигура Кровавого Змея устремилась вдаль, и улыбка на лице Рейниры померкла.       Что теперь будет?       Как пройдёт суд?       За покушением на жизнь наследницы стоят не только лорд и леди Староместа.       Будет ли разоблачён Отто? Повлияет ли суд на Алисенту, ведь её семью разоблачили в преступлении.       Суд над благородным домом — редкость, требующая неопровержимых доказательств. Если речь идёт о наказании столь серьёзном, как казнь, это может вызвать гнев сюзеренов, в этом случае, Тиреллов. Что уж говорить о беспорядке в самом доме Хайтауэров.       Дни тянулись мучительно долго из-за тревожных мыслей. Возможно, столица и королевский двор погрязли в суматохе и судебных разбирательствах, порождающих шёпот и сплетни.       Жар воды, смешанной с травянистой настойкой, дарил домашний комфорт. Рейнира проводила в ванне каждый вечер, и именно в ней её настигали удушающие мысли о будущем. Пока служанка массажировала отёкшие за день стопы, принцесса представляла очередной вариант решения суда. Точнее, его отмену. Арест Хайтауэров мог оказаться ловушкой или частью плана. Рейнира даже не знает, покинули ли столицу после неё союзники Зелёных — те же Ланнистеры. Если нет… Её отец и дядя окажутся в ловушке, и суд прервётся бунтом. Узурпацией. От короля и мужа избавятся, а на малыша, ещё с трудом связывающего речь, возложат корону, пока она отлёживается в ванной.       Днём Рейнира отвлекала себя подготовкой к возвращению на Драконий Камень. Сиракс неохотно позволяла всаднице подняться в небо, а если они взлетали, то драконица летела очень медленно и низко. Приземлившись однажды в ущелье, принцесса присела отдохнуть на камень, пока Золотая Леди гналась вдали за стадом диких баранов.       Принцесса в очередной раз восхищалась обилием зелени, покрывающей даже скалы. Что удивительно, даже деревья прорастали на склонах, хотя казалось, никакой почвы там и нет. Только камни.       И тогда Рейниру посетила новая идея.       Вернувшись с сытой Золотой Леди в Орлиное Гнездо, принцесса немедленно отправилась искать свою кузину. Одну из высоких башен замка занимали прирученные охотничьи соколы. Осторожно ступая среди сена, травы и птичьих испражнений, Рейнира подошла ближе к кузине, стоящей на просторном балконе. Она была одета в изысканное голубое пальто с белоснежным воротником и рукавами, рядом находилась её доверенная спутница.       Но едва Рейнира приблизилась, её плечо ощутило тяжесть и лёгкий укол сквозь ткань платья. Крошечная вспышка серого и белого цвета мелькнула перед глазами, а потом волосы взволнованно всколыхнулись от сильного хлопанья крыльев. Это была Муна. Хищница горделиво уселась ей на плечо, склонив голову набок, и внимательно разглядывая хозяйку своим зорким глазом. Улыбка мгновенно озарила лицо девушки, и свободная рука потянулась погладить шею пернатой подруги.       — Кузина? — голос Джейн прозвучал немного удивлённо.       Повернув голову, девушка настороженно смотрела на Рейниру, пытаясь угадать причину столь неожиданного визита. Принцесса изо всех сил пыталась сдерживать эмоции, однако радость, сияющая в глазах, говорила сама за себя. Но очарование от общения с новой подругой почти заставило забыть главную цель прихода.       С Муной на плече принцесса обратилась к кузине с просьбой, а именно — семенами. Принцесса надеялась перенести малую частичку Долины на Драконий Камень. Сады Эйгона уже должны были очистить от сорняков в отсутствие принцессы, так что по возвращению домой она тут же могла приступить к усовершенствованию сада.       — Ты могла не спрашивать об этом, Рейнира, — привычно монотонный голос леди, был тёплым и оживленным. Переглянувшись с Джессаминой, девушки улыбнулись мысли, одновременно пришедшей им в умы. — Обратись к моему дяде Джону. Помимо глубокой ночи, он редко проводит время в своих покоях и очень любит свежий воздух и болтовню. Охотно с ним разговаривают только слуги, так что, думаю, он сможет познакомить тебя с садовником. Я отправлю служанку найти его, а пока отдыхай в покоях.       Даже Рейнира не до конца понимала всю суть отношений Джейн с её компаньонкой. Они никогда не говорили об этом, но принцесса не спешила предрешать… к кому питает любовь кузина. Когда-то дружба заставляла глаза принцессы светиться так же, как у Джейн.       Принцесса поблагодарила кузину и на прощание вновь погладила сокола по шейке. Муна не торопилась слезать с плеча и сильнее цеплялась в кожу, но благо платья в Долине в основном были из плотной ткани.       Принцесса не успела даже усесться в кресло своих покоев, чтобы вытянуть ножки на пуфе, как в дверь постучались и объявили о приходе не только сира Джона, но и кастеляна.       Она встречалась с мужчиной неоднократно, но никогда не заводила бесед. Его лицо всегда озарялось широкой улыбкой и искрящимся взглядом ярко-голубых глаз, что подходило его «болтливой» натуре, о которой говорила Джейн. На охоте он выглядел настоящей душой компании: громко смеялся, шутил и весело проводил время вместе с остальными охотниками в лагере.       Теперь же этот человек стоял перед ней — вежливый, почтительный и сдержанный. Однако, его глаза всё равно источали теплоту.       — Должно быть, вы уже знакомы с нашим садом, принцесса, — проговорил он мягким бархатным голосом, слегка почёсывая белоснежную шевелюру. — Он расположен прямо в центре замка, мимо него невозможно пройти! Почва там твёрдая и каменистая, так что семена пришлось брать исключительно из высокогорных сортов…       Мужчина говорил медленно, словно припоминая подробности разговора, услышанного когда-то ранее. Затем добавил с лёгким смешком:       — Леди Джейн сама признала, что кастелян знает замковые закоулки лучше неё! Он приведёт нас к садовнику, который поделится с вами всем, чем нужно. Ещё и наставления даст!       Рейнира молча кивнула, прислушиваясь к словам гостя. Её взор метнулся вокруг, ища какую-нибудь сумку или поясной мешочек, пригодный для хранения семян. Но тщетно — ничего подходящего поблизости не оказалось. Оставив поиски, девушка последовала за мужчинами, крепко сжимая пальцами складки платья.       Шаги двоих мужчин впереди вдруг ускорились, послышались громкий смех и оживлённая беседа. Глядя на них украдкой, принцесса ощутила неприятную дрожь, пробежавшую вдоль позвоночника. Стражники остались возле покоев, Деймон отсутствовал, да и привычный металлический жар валирийского кинжала больше не согревал ей ногу под платьем. Сейчас она была совершенно одна среди чужих людей, которым едва доверяла, позволяя направлять себя туда, куда они пожелают.       Её мысли вновь вернулись к тревожащим ощущениям одиночества и опасности. Эти чувства становились привычными с тех пор, как она рассталась с дядей. Исчезновение привычного ощущения оружия и отсутствие поддержки возлюбленного заставляли девушку чувствовать себя уязвимой и одинокой. Ночью она долго ворочалась, пытаясь уснуть, терзаемая мыслями о неизвестности будущего и возможной угрозе, таящейся в тени.       И теперь снова: та же тревога и неуверенность овладели ею. Пусть внешне принцесса сохраняла спокойствие, внутри царило напряжение.       Настороженно ступая в открытый коридор сада внутреннего двора замка, Рейнира молила валирийских богов, чтобы дверь в конце прохода, спрятанная в тени, с ржавой кольцевой ручкой оказалась не той, куда им нужно было прийти. Но увы.       Рейнира постаралась унять тревожность напоминанием, что Джон Аррен является и её дядей тоже, пусть и совсем далёким, и не станет же он причинять вред принцессе?       «Возьми себя в руки. Сиракс всё ещё в Долине, испытай ты страх, она тут же примчится и сожжёт половину замка, чтобы добраться до тебя».       В помещении было темно, и даже зажжённые свечи не помогали увидеть что-то дальше своего носа. Пыль щекотала нос вместе с запахом земли. Ей потребовалось привыкнуть к полумраку помещения, пока сир Джон разговаривал со скрюченным силуэтом пожилого, судя по голосу, мужчины.       В помещении царил беспорядок. Балетки шаркали по земле, местами разбросанной по каменистому полу. Орудия труда стояли вдоль одной из стен, но некоторые из них, похоже, рухнули на пол. Рейнира наткнулась на столик, покрытый полностью пылью, с черенками с разными металлическими наконечниками. Принцесса коснулась необычного приспособления, похожего на вилы, но с двумя тонкими зубчиками на конце.       Этим и защититься можно было бы…       Рейнира вздрогнула, когда перед ней поставили ящик. Она сжала деревянную рукоятку и хмуро посмотрела на подошедшего мужчину, но тот, казалось, был настроен добродушно.       — Не обременяйте себя этим, принцесса, — смущённо посмеялся старичок. — Знания ведения хозяйственного дела полезны будущему правителю, но ваше время слишком драгоценно, чтобы разбрасываться им на грязную работу. Вам нужен знаток садоводства — мастер своего дела. Тот, кто взрастит семена, привезённые вами, и посвятит всё своё время земле Драконьего Камня.       Найти мастера? На Драконьем Камне есть люди, ведущие своё собственное хозяйство. Стоит ли выбрать кого-то из них? Кто лучше знает почву острова, кроме его жителя?       В ящике лежали мешочки. Бумажки, привязанные к ним, были испачканы то пылью, то грязью, но даже через это препятствие она увидела рисунки цветков.       Страхи принцессы не оправдались: пока кастелян и спутник Рейниры больше были заняты болтовней, она внимательно слушала советы садовника. Он оказался очень дружелюбным, а когда глаза привыкли к сумраку, она разглядела его прилизанные назад седые волосы, за которые он часто держался от волнения в разговоре с ней, принцессой. Его брови замерли в одном положении, поэтому казалось, что он был чем-то удивлён или поражён. Он собрал ей несколько мешочков, оставив рядом с рисунками подпись, какого цвета будут бутоны изображённые на бумажках.       Рейнира чувствовала себя по-детски удовлетворённой, возвращаясь в покои с семенами в руках. Всё же ей стоило взять с собой сундук, подаренный Риконом Старком. Туда она бы сложила семена, не боясь, что они рассыплются, а сейчас ей придётся везти их вместе с платьями.       Сир Джон провёл её обратно до покоев, и в этот раз тревожность отступила.       Поблагодарив мужчину за помощь, Рейнира вошла в покои, прямиком в гостевую комнату. Положив семена на столик, принцесса обнаружила, что верх её платья был безобразно испачкан грязью.       С тяжёлым вздохом принцесса опустилась в кресло, стряхивая крупицы земли с груди. След всё равно остался на голубой ткани, но хотя бы с неё ничего не сыпалось.       Темнело.       Принцесса Рейнира стояла у окна своей спальни, погружённая в собственные мысли, когда дверь тихо открылась, впуская свет бра коридора и знакомую фигуру кузины Джейн. Её каштановые волосы свободно струились по спине, отражаясь золотым свечением в мерцающих огнях канделябров. Халат небесного оттенка мягко укрывал её плечи, изящно подчёркивая тонкую талию. По краю рукавов переливалось нежное бежевое кружево, будто сотканное специально для неё.       За девушкой двигались две молчаливые служанки. Одна несла поднос с парой серебряных кубков, наполовину наполненных тёмно-красным вином. Другая бережно придерживала небольшой бумажный свёрток. Бесшумными шагами, они прокрались в спальную комнату. Девушка осторожно поставила поднос на столик возле кровати, и вторая поспешила следовать примеру спутницы.       Удивлённо хлопая глазами, Рейнира посмотрела вслед служанкам, а затем, её взяли за руку.       — Пришло послание из Королевской Гавани. Не от принца, но новости хорошие. Думаю… пока Деймон не успел вернуться, мы должны посвятить хотя бы один вечер девичьим посиделкам.       Пока дамы говорили, служанка помогла Рейнире снять наряд и облачиться в удобную ночную рубашку. Ткань больше не могла скрыть округлившийся живот.       Девушки устроились удобно на широкой постели. Рейнира расположилась ближе к изголовью, подложив под спину большую пуховую подушку, а Джейн легла чуть ниже, поддерживая свою голову рукой, и рассказала об основном содержании письма.       Суд признал шесть человек виновными в недавнем нападении на принцессу, среди них оказались лорд Хайтауэр и его жена. Но куда более радостнее ей было слышать имя шлюхи и бывшего щита. Отцу удалось разоблачить и Кристона Коля. Пусть Рейнира и не знала о его роли в покушении, но она не была удивлена, услышав его имя среди виновных.       Эти новости вызвали у Рейниры еле сдерживаемую улыбку, но вслух она ничего не сказала. Напротив, приняв серьёзный вид, ответила кузине о справедливости возмездия.       Джейн не спешила поздравлять кузину и предупредила, что Деймон, скорее всего, вернётся после исполнения приговора. Состоится прилюдная казнь, которую принц точно не пропустит, и Рейнира с этим была согласна. В этом был весь её муж.       Первый глоток вина расплылся теплом по телу. Мейстеры говорят о пользе напитка даже для беременных женщин, и на один вечер Рейнира решила довериться этому суждению. Возможно, вино поможет ей наконец-то расслабиться, и ребёнок в утробе почувствует это.       Лёгкость.       Свёрток бумаги, который не давал принцессе покоя весь разговор, наконец-то был поднят кузиной. Отогнув краешек бумаги, она продемонстрировала богато украшенную материю синего оттенка, испещрённую тонкой вышивкой нитей, образующей скромный узор на груди и рукавах. Ткань была лёгкой, почти невесомой, на вид.       Плечи, похоже, украшала бархатная отделка с едва заметным голубым блеском. Жаль, что принцесса не могла примерить его прямо сейчас. Джейн шустро скрыла платье бумагой обратно, чтобы вернуть на столик.       — Увы, швея не смогла закончить первое платье в срок из-за болезни. Она скончалась. Мне пришлось искать новую, не менее искусную мастерицу. Она сшила это платье к нашему возвращению с охоты.       Глаза Рейниры засветились, но ткань обратно сокрыли бумагой.       — Синий тебе к лицу, кузина. Носи его почаще.       Принцесса расплылась в благодарности, затем и вовсе обняв кузину, когда та вернулась на кровать.       Спустя долгие часы бесед, смех и улыбки остались позади. Наконец, когда усталость начала брать верх над настроением, они решили перейти ко сну. Их пальцы нежно сомкнулись в последний раз, а глаза с изнеможением и теплотой смотрели друг на друга. Джейн опустила взгляд на живот Рейниры и с тоской в голосе попрощалась и с малышом.       Принцесса в звенящей тишине смотрела на закрытую дверь покоев, чувствуя тепло и спокойствие впервые с ухода Деймона.       Она обрела не просто кузину или сестру. Она обрела подругу. Союзника.       Это случилось не сегодня вечером, нет, и даже не в первый визит принцессы в родные земли. Их дружба взяла начало в Королевской Гавани, когда принцесса и леди Долины впервые поговорили по душам. Возникшая связь товарищества побудила Джейн пригласить её в Орлиное Гнездо, и Рейнира не пожалела о решении прибыть сюда.

***

      Принцесса заснула с улыбкой на лице, но утро встретило её шумом дождя и прохладой в покоях. Рейнира укуталась в халат, покоящийся на стульчике возле кровати, и прошла в нем в гостевую.       Погладить животик по утрам, а затем любоваться видом из окна стало её маленьким ритуалом в Орлином Гнезде. Скоро Деймон вернётся к ней, и они должны будут покинуть замок, потому, не смотря на дождь, принцесса высунулась на балконе, довольствуясь видом, открывшимся перед ней. Она хотела запомнить каждое дерево и скалу, на которые открывался её вид из окна. Дождь размывал пейзаж вдали, поэтому Рейнира не стала долго задерживаться на маленьком балкончике.       Рейнира была готова приступить к утреннему посещению септы, но стражник объявил о том, что леди Джейн ждёт её в зале Совета.       Глаза Рейниры неподдельно засверкали.       Быть может… Деймон? От него пришло письмо?       На лице принцессы расплылась улыбка. Не смотря на погоду, утро выдавалось прекрасным. Рейнира оставила подарок кузины в стороне. Она хочет оставить его для дома, где тоску по Долине будут скрашивать синие ткани.       Она должна была заметить тревожный тон в голосе мужчины, но Рейнира была больше озабочена мечтаниями.       Предвкушая содержание письма, принцесса даже не позвала служанок для помощи с платьем, поэтому ей пришлось выбрать что-то лёгкое, без завязок на спине. Рейнира облачилась уже в шёлковое платье, вместе с которым должен был быть крупный металлический пояс на животе, но принцесса заменила его тонкой цепочкой под грудью, а на голубой ткани раскинулись белые лепестки.       Локоны были расчёсаны наспех, а флакончик с парфюмом так и оказался нетронут.       В этот раз стражники провели принцессу до дверей зала Совета. Лёгкой подпрыгивающей походкой Рейнира поднялась по двум ступенькам, придерживая юбку платья, и оказалась пред распростёртым круглым столом. В белом камне вырезали ножки, расползающиеся, как корни деревьев. Ветви поднимались вверх, удерживая мраморную пластину, за которой и собрались советники леди Долины. На ветвях можно было заметить поразительные детали — гнёзда и разного размера птичек.       Джейн восседала напротив дверей, и, столкнувшись с её взглядом, Рейнира больше не видела той теплоты, что была между ними вчера. Принцесса застыла.       Ей не нравится сочувствие и жалость, с которой на неё смотрят присутствующие мужчины и женщины. Будто что-то случилось. Что-то с Деймоном?       Душащая тишина проникала в разум, пробуждая тревожные мысли. Дрожь хлынула по телу, особенно отзываясь в коленях.       — Рейнира, — наконец произнесла Джейн, и голос её вдруг стал пустым, но всё ещё спокойным и уравновешенным, — пришло послание из Королевской Гавани.       Слова будоражат.       Может быть, Хайтауэры сбежали? Может, отец отменил судебное решение? Да, она бы хотела, чтобы эти плохие новости стали правдой, а не то, что первое пришло ей на ум.       — В Красной крепости произошёл переполох. И связан он с принцем Деймоном.       Шаг назад едва ли не становится для Рейниры роковым. Она забыла о ступеньках за спиной. В доказательство своих слов Джейн держала в руках послание со сломанной печатью.       — После суда Деймон напал на королеву-консорта. Как говорится в письме, он проник в её покои, когда королева отдыхала вместе со своим братом. После суда она была слаба и больна, что неудивительно — она не просто следила за процессом, но и свидетельствовала против своей семьи. И тогда между ними произошёл… Спор. Написано, что когда король явился на крики в опочивальню королевы, то застал брата с мечом, а жену — рыдающей и с порезом на груди за спиной сира Гвейна. Королевская гвардия арестовала твоего мужа, Рейнира.       Пальцы касаются холодной стены за спиной. Ногти цеплялись за выступы в камне. Принцесса вжалась в неё лопатками и с распахнутыми глазами смотрела на сочувствующие и жалостливые взгляды.       Что? Что за бред?       — Рейнира, кузина, — начала осторожно Джейн, короткими шагами приближаясь к Рейнире, как к загнанному животному.       — Что с моим мужем?.. — Рейнира и сама не понимала, зачем спрашивала это. Голос тихий, писклявый, сдерживающий бурю в груди.       — Тебе нельзя волноваться, прошу. Ты изводишь себя переживаниями, это вредно и тебе, и ребёнку.       — Что с моим мужем?! — вопль разносится по помещению вместе с драконьим рыком за пределами стен.       Джейн помедлила, прежде чем окончательно выбить почву из-под ног кузины:       — Он в Чёрных Камерах.       Глаза распахиваются, а губы дрожат в попытке сделать вдох, но тщетно. Холодный пот окатывает тело, и принцесса чувствует липкость своих ладоней. Живот стягивает спазмом, заставляющим её упасть на дрожащие колени.       Что, во имя Четырнадцати Огней, творит её отец?! Что творит Деймон?!       Стук.       Она слышит только собственные всхлипы.       Они не понимают, к чему может это привести? На что похожи их действия? Зачем вообще Деймон напал на Алисенту? Она… что-то сделала?       Стук.       Мир перед глазами плывёт. Языки пламени от свечей становятся ярче, застилая весь взор.       Стук.       На секунду ей кажется, что она снова пылает. Жар окутывает тело.       Стук.       В сердце вонзаются иглы, или клыки дракона пронзают плоть?       Стук.       Что случилось в столице, пока она беспечно поедала пирожные в Орлином Гнезде? Что с Деймоном?       Ноздри заполнила вонь дракона и гари. Воздух застревал в горле, не продвигаясь дальше. Она будто вновь оказалась в своём самом главном кошмаре. В мире, где не было его, и в котором Рейниру ждала смерть. Смерть от дракона.       А потом тьма.