Миражи из прошлого

Спал Мэн Яо плохо, хоть и вымотался за день. Искусственные волосы оттягивали кожу и немного чесались, раздражая, и он уже пожалел о своём решении экспериментировать так радикально. Но утром, глядя на себя в зеркало и понимая, что Не Минцзюэ он в таком виде очень понравится, смирился. Главное, что перемены временные, и после они вместе расплетут и снимут пряди. Не Хуайсан завалился к нему с самого утра, и они занялись делом. Но Мэн Яо не давала покоя мысль, что он хочет прислать ханьфу и Лань Сичэню тоже, поэтому в середине дня пришлось сбиться с графика. Мерок эргэ у него не было, поэтому пришлось выбирать размер по памяти в надежде, что подгонять не придётся. В итоге он отослал с курьером голубое ханьфу с красивой серебристой вышивкой, надеясь, что Лань Сичэнь одобрит его идею. — Яо-гэ, ты уверен, что мы ничего не забыли? Я так переживаю, будто это у меня свадьба! — Не волнуйся, А-Сан, я уверен — всё будет хорошо. У меня большой опыт в организации торжеств, и я вряд ли что-то упустил. — О-о-о, а откуда опыт? Мэн Яо, поняв, что сболтнул лишнее, был вынужден приврать: — Работал недолго в такой фирме, многое успел узнать. — Здорово, у тебя просто феноменальная память и золотые руки, я бы не смог столько всего уметь. — Ты умеешь прекрасно рисовать, А-Сан, да и других талантов у тебя немало. Никогда себя не принижай. — Хорошо, — легко согласился Хуайсан, пребывая с самого утра в противоречивом настроении. На телефон пришло сообщение от Не Минцзюэ, и Мэн Яо с улыбкой поделился его содержимым: — Твой брат желает нам приятного аппетита, намекая на обед, и передаёт такое же пожелание от Лань Сичэня. Смотри, что они едят без нас. Тут он повернул телефон, чтобы Хуайсан увидел, чем Лань Сичэнь угощает его брата. На столе стояли исключительно вегетарианские блюда. — Ой, и правда уже время обеда! Пойду спрошу, чем нас будут сегодня кормить. Господин Сяо готовит угощения для гостей, боюсь, нам достанутся только неудачные порции. Но он оказался не прав, повар накормил их по-императорски. Завтрашний день неумолимо приближался, пришлось привлечь к украшению дома всех свободных телохранителей, горничных и даже садовника. Последний украшал сад, предварительно наведя там идеальную чистоту. Мэн Яо лично проследил, чтобы не трогали дерево, под которым Лань Сичэнь закопал ритуальный нож, но садовнику было чем заняться на обширной территории. После обеда со всех сторон стали поступать сообщения разного характера, а потом ему позвонил Лань Сичэнь. — А-Яо, — раздался его спокойный голос в трубке, — я поражён и, честно сказать, не ожидал такого подарка на вашу церемонию. — Тебе впору ханьфу? — с замиранием сердца спросил Мэн Яо. — Наряд идеально сел на меня, спасибо. Минцзюэ-сюн сказал, что вы хотите отдать дань традициям, но я тронут, что ты нашёл время и подобрал для меня столь красивое ханьфу. — Мы и Хуайсану купили, — словно оправдался Мэн Яо. — Я рад, что ты настолько заботишься обо всех. Кстати, мне кажется, эта идея пришлась по вкусу господину Вэю, когда я вышел показаться в обновке Ванцзи. В общем, они уехали искать себе ханьфу. — Это будет чудесно. Жаль, что я так поздно подумал о дресс-коде и не предложил всем гостям прийти к нам в традиционной одежде. — Не переживай, наши гости — люди взрослые, а учитывая общительность Вэй Усяня, все наверняка уже в курсе. Кстати, насколько я помню, у госпожи Цзян есть национальные одежды, её брат показывал нам фотографии. Так что у девушек проблем не возникнет. — Нужно позвонить Цзысюаню, — спохватился Мэн Яо и чуть не отругал себя, что забыл о родном брате, зато помнил о названом. — Он уже в курсе, не переживай. — Ох, я чувствую, что упустил что-то ещё. — Ты и так делаешь очень много, А-Яо, не забудь отдохнуть и лечь спать до полуночи. — Я постараюсь. — Обещай мне, — настойчиво попросил Лань Сичэнь. — Обещаю, — с облегчением выдохнул Мэн Яо и улыбнулся. — Спасибо. — Я ничего не сделал. — Ты успокоил меня и не дал впасть в ненужную панику. — Ты бы справился и сам, я уверен. Пойду покручусь у зеркала. Мне действительно очень идёт этот наряд, удивительно. — Очень хочу увидеть это своими глазами. — Как я кручусь у зеркала? — рассмеялся Лань Сичэнь, и Мэн Яо подхватил его смех. — Не трудись слишком долго, я серьёзно. — Хорошо, остались последние штрихи, и я пойду отдыхать. А-Сан грозился со мной поделиться какой-то маской для лица. — Вот и отлично, отдыхайте. Лань Сичэнь тепло попрощался с ним, и, убирая телефон в карман, Мэн Яо счастливо улыбался, чувствуя поддержку на расстоянии. Пока он разговаривал с названым братом, Минцзюэ прислал ему несколько сообщений о том, как сильно скучает, и Мэн Яо отправил ему в ответ целую горсть смайликов. «Скучаю каждую секунду, но цель близка». Мэн Яо так и подмывало отправить хотя бы намёк на свою новую причёску, но он сдержался, не позволив себе испортить сюрприз. В ночь перед свадьбой он принял лёгкие успокоительные капли, чтобы наутро быть выспавшимся и не расстроить близких своим измученным видом. А утром всё завертелось со страшной скоростью. Мэн Яо, заканчивавший приготовления, едва успел скрыться с глаз, когда приехали Не Минцзюэ с Лань Сичэнем. Из-за двери он слышал, как Хуайсан убеждал брата потерпеть и не стремиться встретиться с женихом немедленно. И юноша был благодарен за заботу. Мэн Яо так сильно соскучился по возлюбленному, что не отвечал за свои действия. Вскоре к нему вежливо постучались, и он открыл, с удовольствием увидев на пороге Лань Сичэня. — А-Яо, ты чудесно выглядишь. Тебе идут длинные волосы. Плотно закрыв за собой дверь, Сичэнь обнял названого брата, прижимая к себе. — Помочь тебе одеться? Не могу сидеть без дела, тем более Хуайсан увёл Минцзюэ-сюна готовиться. Кажется, он собрался делать ему укладку, не хочу быть свидетелем скандала. Мэн Яо рассмеялся: — Он ему ещё и глаза грозился подвести, я надеюсь, что обойдётся без убийства. Давай я тоже помогу тебе одеться. Мне жаль, что я подумал о ханьфу так поздно. Уверен, ты смотришься в нём как Небожитель. — У тебя идеальный вкус, А-Яо. Вэй Усянь вчера тоже что-то такое про Небожителей говорил. — Лань Сичэнь улыбнулся и достал из большого пакета коробку, в которой лежал его костюм. Гости между тем приезжали, их встречал Цзунхуэй, назначенный Хуайсаном на должность распорядителя, а потом ставший гостем и сам. В большой гостиной царило оживление, потому что Вэй Усянь действительно развил присущую себе бурную деятельность, и друзья половину дня занимались тем, что ездили по магазинам и примеряли ханьфу. В итоге подобрали всем, даже Вэнь Нину, который дико смущался и постоянно теребил пояс, который то и дело развязывался, и Вэнь Цин терпеливо поправляла его. — Прости, цзецзе, я правда нормально выгляжу? — Ты выглядишь очень хорошо, — улыбалась ему сестра. — А как выгляжу я? — Ты самая красивая, — доверительно проговорил Вэнь Нин и смутился, потому что Цзян Яньли тоже была очень красивой, и совсем недавно он сказал ей об этом. Вэй Усянь же любовался своим парнем в белоснежном наряде, тогда как ему в магазине подошёл только чёрный с красной отделкой. При его росте и телосложении продавцы сбились с ног, ища что-то достойное. Оказалось, что выбор не так уж и велик, но Вэй Усянь не унывал, решив, что белое намного лучше подходит Лань Ванцзи, а в красном положено быть молодожёнам. Войдя в гостиную, Не Минцзюэ, малость обомлел от открывшегося ему сборища заклинателей. Память услужливо подсунула некоторые фрагменты из прошлой жизни, и он едва не уверовал, что ритуал прошёл не очень хорошо и у него снова видения. Но короткие стрижки мужчин и стены собственного дома быстро вернули его к реальности. Всё-таки различия были существенными, впрочем, как и совпадения. — Господин Не, — вперед тут же вылез Вэй Усянь, — вам очень идёт причёска и… всё остальное, — даже он не рискнул упоминать про подводку. — Вы тоже переоденетесь в ханьфу? — Обязательно переоденусь. Не ожидал, что все в едином порыве купят себе традиционную одежду. — Ну а как иначе, мы вчера весь день в магазинах провели, чтобы поддержать идею Мэн Яо. Его, кстати, ещё никто не видел! Интересно, какой он будет. Не Минцзюэ тоже было очень интересно, откровенно говоря, он уже извёлся в ожидании начала церемонии, но старался проявлять терпение. — Скоро сами увидим. Подождите немного, через полчаса всё начнётся, а я пока переоденусь. Цзунхуэй, пожалуйста, оставь всё остальное слугам и отдохни, ты мой друг и гость, а не распорядитель праздника. — Спасибо, господин Не. Ваш брат, кажется, и для меня что-то купил, пойду тоже сменю одежду. Не Минцзюэ со вздохом отправился в спальню. Его заинтриговало желание Мэн Яо сохранить в секрете свой наряд, а также пара дней, проведённых в разлуке. То, как Яо решил устроить их клятвы, трогало его сердце. Но ещё сильнее он радовался, что в эту неделю юноша выбросил из головы переживания за отца и полностью отдался организации церемонии. У Цзинь Гуаншаня были адвокаты, жена и куча других помощников, чтобы пережить заключение. И хотя до вынесения приговора дело не дошло, все и так понимали, что выйти он ещё долго не сможет. Как и Вэнь Жохань, будь они все трижды неладны. Силой воли Не Минцзюэ выбросил из головы всех посторонних и развернулся к своему костюму. Он уже надевал его, чтобы примерить и выявить погрешности, но всё было пошито идеально и практически идентично тому, что он носил в прошлой жизни. Исключением, пожалуй, являлось качество тканей, ставшее за века иным и более тонким. В дверь постучали, и Не Минцзюэ пригласил посетителя войти. — Тебе помочь? — заглянул к нему Лань Сичэнь в своём идеальном ханьфу. — Будь так добр, — обрадовался Минцзюэ. — Всё-таки ты здорово похож на того себя, из воспоминаний. Тебе только флейты не хватает. — Флейты? — удивился Сичэнь, подавая нижний халат. — Да, прямо картинка перед глазами, ты и флейта. Это так сейчас странно, мне даже почудилось, что ты принёс её с собой и начнёшь играть. — Я не умею играть на флейте в этой жизни, Минцзюэ-сюн. Но ты заинтриговал меня, и я хочу попробовать. Плотно зашнуровав пояс, Лань Сичэнь взял в руки верхний халат Минцзюэ и улыбнулся: — Всё-таки у А-Яо отменный вкус. Ты вроде и не в красном, но вышитые золотой нитью драконы будто дань традиции предков. — У А-Яо всё идеальное, если честно. Иногда это даже пугает, нельзя быть таким безупречным. Лань Сичэнь мелодично рассмеялся, разглаживая едва заметные складки на рукавах названого брата: — Можно, А-Яо отлично с этим справляется. Позволю себе небольшую интригу — ты будешь в восторге от его внешнего вида. Не Минцзюэ досадливо цокнул языком: — Все уже что-то знают, но мне не говорят! Идём уже скорее, не могу больше ждать. — Совсем скоро, Минцзюэ-сюн, он станет только твоим, не торопись. Я хочу сделать вам подарки к свадьбе. Достав из рукава ханьфу две коробочки из простого дерева, Лань Сичэнь протянул их Минцзюэ: — Это свадебные браслеты из шёлковой красной нити. Чтобы ваши души не расставались и в следующих жизнях. Надень браслет А-Яо до начала церемонии. — Сичэнь, — потрясённо прошептал Минцзюэ, принимая подарки, — знаешь, я ведь раньше ни во что не верил, а после смерти отца где-то даже ожесточился… — Все мы прошли нелёгкий путь, пусть он и был тернист, но привёл нас всех в этот момент. Как брат, я чувствую счастье и радость за вас двоих и желаю вам долгих лет вместе. Идём, пора начинать. А то Вэй Усянь выпьет всё вино и начнёт приставать к Ванцзи. — Скорее я второй раз этого не переживу. — Минцзюэ был благодарен, что Лань Сичэнь не стал заострять внимание на его повлажневших глазах и свёл всё к шутке. Они вышли из комнаты и спустились к гостям. Вэй Усянь действительно пил, спасибо, что не из горла, а вполне себе прилично, из фужера. При этом он, как обычно, был душой компании, висел на своём парне, чем дико бесил Цзян Ваньиня, который пытался сдерживаться рядом с невестой, но натура брала своё и только ханьфу мешало ему от души пнуть брата. — Идёмте в сад, пора, — пригласил всех Не Минцзюэ и поискал взглядом Мэн Яо, шестым чувством зная, что его тут нет. — Мне сходить за А-Яо? — Не нужно, — положил руку ему на плечо Лань Сичэнь. — Поверь, он лучше знает, как и что здесь сегодня пройдёт. Идём. В саду, рядом с небольшим возвышением, где обычно Не Хуайсан принимал солнечные ванны, сейчас стояли стулья, а само место было украшено цветами и лентами. Гости расселись, Цзысюань заботливо усадил невесту и тревожно обернулся в сторону дома. Он и сам не знал почему нервничает, но что-то отвлекало его от торжества. Скорее всего это было осознание, что его брат решил признать свои отношения с мужчиной и заявить о них, пусть и среди тех, кто и так всё знал, но в весьма сокровенной форме. Прознай такое отец, его хватил бы удар. Но он не собирался ничего и никому сообщать. Чем ближе Мэн Яо подходил к саду, тем больше нервничал, хоть и понимал, что причин для этого нет. Ненадолго замерев у открытой двери, он преодолел себя и сделал первый шаг на уличную дорожку, по бокам которой стояли высокие фонари. Вуаль немного мешала разглядеть лица собравшихся, но Мэн Яо был уверен, что и без неё вряд ли смог бы что-то понять — слишком переживал. Фигура Не Минцзюэ, стоящего в конце пути Мэн Яо, пока была едва различима, и юноша немного ускорил шаг, чувствуя, что ему срочно нужна опора. Подойдя к возлюбленному, он замер рядом, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. — А-Яо… — Не Минцзюэ прочистил горло, чтобы его не подвёл голос. Юноша, одетый в расшитое золотыми фениксами красное ханьфу, выглядел как драгоценная статуэтка, и Не Минцзюэ было жаль, что лицо и волосы возлюбленного скрывает традиционная вуаль. — Прежде чем мы поклонимся небу, земле и друг другу, позволь вручить подарок от нашего брата Сичэня. Можно? Не Минцзюэ бережно взял юношу за запястье и надел браслет, протягивая ему второй, который Мэн Яо ловко закрепил на запястье жениха. Вэй Усянь сидел молча, что отметили многие, а точнее все. Он был поражён, это явственно читалось у него на лице. Но Мэн Яо этого не видел. Он видел только их с Минцзюэ руки и красные браслеты, от которых тепло горело внутри и немного щипало глаза. Он не знал, как выразить свою благодарность, но поклялся, что никогда не забудет доброты Лань Сичэня ни в этой, ни в следующей жизнях. Они с Не Минцзюэ опустились на колени, делая земные поклоны. И пусть рядом не было их родителей, они поклонились им. А затем небу и друг другу. Лань Сичэнь поднёс им две пиалы с вином, как равный и родной человек. Они отпили по два глотка. Чтобы напоить друг друга, Не Минцзюэ пришлось снять вуаль с головы Мэн Яо. Все, кроме Хуайсана и Лань Сичэня, с восторгом увидели изменившегося с помощью причёски Мэн Яо, а Не Минцзюэ заново испытал потрясение, а затем восторг, глубоко смешанный с желанием. — А-Яо… — Тебе нравится? Не Минцзюэ кивнул и поднёс пиалу с вином к губам Мэн Яо, чтобы напоить его. Тот выпил и сделал то же самое. — А теперь чайная церемония, — прошептал Лань Сичэнь, потому что Не Минцзюэ не мог оторвать взгляд от своего партнёра. Мэн Яо вздрогнул, резко вырванный из гипнотической связи с Не Минцзюэ, и потянулся к нему, надеясь на поцелуй. Уговаривать мужчину не пришлось. Положив ладонь Мэн Яо на затылок, он поцеловал его с такой нежностью и страстью, что голова пошла кругом. Прерваться они смогли только после вежливого покашливания Лань Сичэня. Красные, перевозбуждённые и едва справляющиеся с эмоциями, они пересели за низкий столик и дождались, когда все гости присоединятся к ним, рассевшись на низких подушках. Церемонию проводил Лань Сичэнь, и Мэн Яо, слегка привалившись боком к супругу, любовался его идеальными пальцами и точными движениями, принимая пожелания и поздравления от друзей. Первую пиалу они выпили молча, впитывая все те добрые слова, что успели получить. Взяв вторую, Мэн Яо попросил слово: — Каждый из вас стал дорог моему сердцу, и я хочу, чтобы всё счастье сегодняшнего дня осталось с вами навсегда и принесло и в ваши жизни такую же любовь и верность, как теперь есть у нас с Минцзюэ. Необязательно интимную, но и дружескую, семейную, ту, которую жаждет ваша душа. — Это очень трогательно, Яо-гэ, — всхлипнул Хуайсан. — Вы такие красивые и счастливые, я вам подарок приготовил. Там, на столике, лежит. И юноша махнул в сторону дома. — Спасибо, А-Сан, — внимательно присмотрелся к брату Минцзюэ. — Ты как? Тот явно был не в себе и немного пьян. В отличие от Вэй Усяня, на него алкоголь действовал как положено и после двух-трёх бокалов он обычно ложился спать. — Всё хорошо, просто я первый раз на свадьбу попал, это так волнительно! — О, я ведь тоже первый раз на свадьбе, только на помолвке был два раза, — тут же отозвался Вэй Усянь. — А-Чэн, Вэнь Цин, у вас тоже будет так красиво? — У нас будет ещё красивее, — невозмутимо ответил Цзян Ваньинь. — Особенно если господин Цзинь поможет. — Да, всё так изысканно украшено, — поддержала брата Цзян Яньли. — Сразу видно, что у господина Цзинь есть вкус, и просто потрясающий. А какие на вас наряды красивые! Вы же их на заказ шили? — Для Цзюэ — да, а я выбрал уже готовый, лишь немного по фигуре подогнал, — Мэн Яо был доволен, что беседа сразу перетекла в светскую. — И я так рад, что вы поддержали наше начинание. Вы все такие красивые, у меня просто слов нет. — А где ты так волосы нарастил? — поинтересовался Вэй Усянь. — Ты как из исторической дорамы. Хоть сейчас на съёмки. — Тоже хочешь? — Лань Чжаню пошли бы длинные волосы, — мечтательно посмотрел на своего парня Вэй Усянь. — Я дам тебе адрес, хорошее место. Разговор шёл легко и непринуждённо, именно так, как Мэн Яо видел общение между друзьями и близкими людьми. В какой-то момент его брат покашлял, привлекая к себе внимание, и все замолчали. — Я не знаю, правильно ли говорить тост с чаем, — он улыбнулся, видя, что Вэй Усянь готов поддержать его и пойти за шампанским. — А-Яо, ты стал мне братом практически сразу, как мы с тобой познакомились, и я рад этому. Теперь у меня есть ещё один брат, и хотя у нас сейчас не самые лучшие времена, я говорю господину Не — добро пожаловать в семью! Минцзюэ поклонился с пиалой чая и выпил, за неимением вина. — Может, поедим уже? — спросил он у остальных. — Я, признаться честно, пару дней на диете сидел, чтобы ханьфу лучше смотрелось, да и А-Яо отселил меня, а у Сичэня мясо в доме не водится. — Я тебе предлагал заказать доставку, — тут же оправдался Лань Сичэнь с улыбкой. — Я не мог осквернить твоё жилище, — невозмутимо, но со смешинкой в глазах ответил Не Минцзюэ. — Тогда идёмте за стол, господин Сяо два дня готовил угощения, уверен, это что-то несравненное. — И Мэн Яо первым встал из-за чайного столика. Хуайсан с удовольствием уселся за их огромный стол, где так долго чувствовал себя одиноким, а сейчас за ним сидели его парень, брат с супругом и огромная толпа друзей. Он счастливо улыбался, потянувшись к бокалу, но стоило взглянуть на Минцзюэ и желание пить пропало. — Думаю, мне достаточно, да, — немного неловко помялся он и тут же расслабился, почувствовав руку на бедре. Цзунхуэй придвинул ему бокал с соком, а брат подмигнул с другого края стола. Всё-таки свадьба вышла отменная, Хуайсан надеялся, что у него будет такая же. Или ещё красивее, как заявил о своей Цзян Ваньинь.