Tiny Dancer

Несмотря на лето, на улице стояла легкая прохлада. После тяжелой смены в автомастерской Эрен напомнил Зику о вечернем концерте Микасы и поплелся в душ. Капли горячей воды стекали по телу, и усталость в мышцах утопала в водовороте слива вместе со струями. Он пару раз провел руками по лицу в попытках преодолеть желание выйти и залезть в мягкую теплую кровать, но он не мог пропустить выступление сестры. Выбравшись из душа, он полез в шкаф и вытащил любимую серую футболку с чёрными джинсами. Эрен надеялся, что в балетной школе нет какого-то особого дресс-кода и ему простят его плебейский вид. Подвеска в форме ключа, синяя бейсболка, ключи от машины, и он готов к выходу. Карла с Гришей уже были там, подбадривая дочь и занимая место в передних рядах. Зик отмазался на этот вечер, сказав, что кто-то должен остаться следить за мастерской. Дела в последнее время шли не очень хорошо: каждый клиент был на счету. Добравшись до большого белого здания в классическом стиле с огромными окнами-арками, он показал заготовленный билет на входе и прошел в светлый коридор. На стенах висели картины с изображениями балетных па, а на полу лежали красные помпезные ковры. Эрен каждый раз заглядывался на окружающую обстановку роскоши. Для простого парнишки, который даже в колледж не ходил, это было экзотикой. Перед входом в зал толпились люди, ожидая, когда их впустят. Он стоял, глубоко засунув руки в карманы своих джинсов и бездумно рассматривая людей. Его взгляд привлек маленький хмурый мужчина в углу комнаты, о чем-то спорящий с высокой женщиной, на лице которой были огромные очки с толстыми стеклами-лупами. Черноволосый парень с причёской андеркат был в черных кожаных штанах, что облепляли его стройные ноги с сильными бедрами. У Микасы были такие же — последствия долгих изнуряющих тренировок с раннего детства. Балет был крайне сложным и изнуряющим видом искусства, несмотря на внешнюю напускную изысканность. На плечах парня висела укороченная кожаная куртка, из-под которой виднелся такой же короткий черный топ, открывающий вид на плоский живот с кубиками пресса. На шее висело множество тонких подвесок. Красивый. Очень. Только какой-то злой. — Леви! — вскрикнула женщина, но парень уже отвернулся от нее и поспешил удалиться. Дверь в зал, наконец, открылась и люди двинулись к входу. Эрен занял свое место рядом с родителями, которые каким-то образом умудрились попасть внутрь раньше всех остальных, но он не был удивлен. Карла Йегер могла и гору сдвинуть, если ей не нравилось, где та стоит. — Это так волнительно, правда? — она схватила мужа за руку, заглядывая тому в лицо своими сверкающими от гордости глазами. — Дорогая, концерт еще не начался, а ты уже сходишь с ума, — мягко сказал тот, нежно улыбнувшись. — оставь восторги для Микасы. Я уверен, ей будет приятно услышать твои отзывы. — Да, да, ты прав, — она обратила внимание на своего сына и ее брови сошлись на переносице. — Эрен Йегер, какого лешего ты оделся, как деревенский мальчишка в такой важный для сестры день? — Тшш, мама, мы в храме искусства, — он прижал палец к губам. — ты что, хочешь, чтобы нас выгнали за твое сквернословие? Он еле сдерживался от смеха, а Карла недовольно шипела. От гнева матери его спас ведущий, который объявил о начале выступления. Тяжелые бархатные шторы, на концах которых были золотые кисточки, медленно разъехались, и в свете софитов появились первые танцоры. Гибкие тела в классических белых колготках летали по сцене, завораживая своей красотой. Микаса сегодня дебютировала в одной из главных ролей в балете «Щелкунчик», что объясняло весь ажиотаж, который наводила Карла вот уже несколько недель. Она медленно выплыла на сцену, совершая все эти невероятные вещи своими руками и ногами. Вот, ради чего его семья уже много лет работала без выходных, ради чего сам Эрен не пошел в колледж, отказавшись от спортивной стипендии, чтобы помогать отцу и старшему брату в автомастерской, и он ни дня не жалел о своем выборе. Мечта сестры того стоила. Он верил в нее, как никто другой. Еще в детстве маленькая молчаливая девочка, которую родители взяли в их семью, рассказала единственному человеку, которому по необъяснимым причинам доверяла с первого дня, о том, что мечтает стать балериной. Она показала ему маленькую музыкальную коробочку, в которой миниатюрная танцовщица в розовой балетной пачке двигалась по кругу под нежную мелодию. Это было единственное, что осталось от ее мамы, которая погибла вместе с ее отцом в автокатастрофе, когда Микаса была совсем крохой. И тогда он поклялся нерушимой клятвой на мизинчиках, что поможет ей исполнить ее мечту. Он держал слово. Сердце Эрена сжималось от нежности, когда он вспоминал тот трепетный момент. Он любил сестру больше всего на свете. Послышался тихий всхлип и он увидел, что по щекам Карлы стекают слезы. Эрен мягко взял ее за руку, разделяя с ней этот момент. Я тоже горжусь ею, мама. Я тоже. Он скользил взглядом по разворачивающемуся перед ним представлению, когда на сцене появился тот парень из коридора. Его ноги казались длиннее из-за вытянутых носков в молочных балетках, а сам он как будто бы возвышался над залом, словно неземное существо. С передних рядов Эрен отчетливо видел стройную спину и изящные тонкие руки. Бледная кожа светилась в ярких лучах. Зал замер, наблюдая за плавными движениями. Это был настоящий талант; алмаз среди горстки углей. Дыхание сперло, и он не в силах был оторвать глаз от него. Эрен никогда раньше не понимал разговоров родителей, когда они говорили о силе искусства. Но сейчас… это было оно. Хотелось схватить парня со сцены и утащить его куда-нибудь далеко. Эрен хотел быть единственным, кто мог видеть невероятные движения, выходящие из-под его рук. Казалось, что тот буквально парит над сценой, не ведая о гравитации. Йегер сходил с ума. Мысли ушли куда-то далеко и остались только оголенные, как провода, чувства. На секунду их взгляды пересеклись, и грудь сдавило. Леви. Так его назвала та женщина. Ему подходило. Язык прикоснулся к задней стенке верхних зубов, а потом губы чуть сомкнулись. Имя этого невероятного ангела само появилось во рту, и хотелось повторять его снова и снова. Он должен найти его. После концерта. Проведя как в тумане оставшееся время, он очнулся только от громкого звука аплодисментов. Карла громко засвистела, от чего на них посыпались неодобрительные взгляды сидящих рядом людей. Они вышли в коридор, чтобы встретить Микасу и подарить ей большой букет цветов, который притащили родители. Стоя в коридоре вместе с остальными, Гриша и Эрен терпеливо слушали восторженные ахи и вздохи Карлы, которая от переполнявших ее эмоций не могла формулировать внятные предложения. Наконец к ним вышла Микаса, и Гриша быстро пошел к ней навстречу, раскинув руки для объятий. — Это моя девочка! — с гордостью сказал он, подхватывая дочь на руки. Его глаза блестели от слез. Он мало говорил о своих чувствах, но каждый его ребенок знал, что отец верит в них и сделает все для их счастья. Особенно для любимой дочки. На самом деле они были настоящими счастливчиками, ведь у них была потрясающая семья. Когда Гриша отпустил Микасу, которая уже немного посинела от медвежьих объятий, пришла очередь Карлы, которая снова захлебывалась слезами. — Ну ма-а-ам, — тихо сказала Мика, утирая ее лицо. — ты чего? — Ой, ну простите, что сердце бедной матери переполняют эмоции после прекрасного выступления единственной дочери! — заворчала Карла, но тон быстро сменился на нежный. — Я так горжусь тобой, доченька. Ты была лучше всех! — Хэй, а брату дадут уже обнять любимую сестренку? — шутя, спросил Эрен. — Эрен! — воскликнула Микаса. Сегодня, видимо, было какое-то лунное затмение, раз даже Мика так расщедрилась на свою любовь. Эрен крепко прижал ее к груди и шепотом сказал: — Ты невероятная, знаешь? Она мягко улыбнулась, отстраняясь от него, но потом ее глаза вдруг хитро сощурились. — Странно, что ты заметил, ты ведь весь вечер смотрел только на Леви, — хихинула Микаса и ткнула его локтем в бок. Лицо Эрена горело от смущения из-за того, что его так неожиданно поймали на подглядывании. — Он сейчас в гримерной, собирается домой. Иди, я отвлеку родителей, — прошептала она. — Ты самая лучшая сестра на свете! — сказал он, еще раз быстро прижимая ее к себе. — Мам, пап, давайте я покажу вам кулисы, а потом все вместе поужинаем, — начала она. — А куда Эрен побежал? — хмуро спросила вездесущая Карла. — Он быстро, — бросила она матери. — ну так что? Где будем ужинать? — Не думай, что я не заметила, но поговорим об этом позже. — и вечно этот нравоучительный тон. — Что насчет той итальянской кафешки, которая тебе понравилась в прошлый раз? — Да, было бы… — их голоса становились тише, но Эрен уже ничего не замечал. Он мчался в гримерную, боясь упустить своего ангела. Добежав до двери, он заметил черный андеркат, и, пару раз глубоко вздохнув, чтобы успокоить дыхание, подошел к его обладателю. Аккуратно постучав пальцами по плечу, чтобы привлечь внимание смотрящего в телефон парня, он пялился на него, не в силах оторвать глаз. Блядский Боже. Он пропал. Вблизи тот был еще красивее. — Что надо? — неожиданно грубый низкий голос вырвал Эрена из потока мыслей. — Я… Я хотел сказать, что мне очень понравилось твое выступление, — уверенно сказал он, быстро преодолев смущение. — Сказал? Молодец, иди дальше, — и тот снова отвернулся. Что, блять, происходит? — Меня Эрен зовут, — продолжил он. — Поздравляю, — все еще не отрывая глаз от экрана телефона, буркнул парень. — А тебя как? — он не мог признаться, что уже знал его имя. Это выглядело бы, как будто он сталкерил парня. — Пошел нахер, — улыбка расползалась по лицу Эрена. Так даже интереснее. — Интересное имя, — хихикнул Эрен. — Слушай, что тебе от меня нужно? — он все-таки посмотрел на него. Это уже прогресс. — Руку и сердце, но для начала хватит и номера, — уголки губ ползли все выше и выше по лицу. — А хуй тебе не пососать? — угрюмо спросил парень, складывая руки на груди в защитном жесте. — Это только после третьего свидания. — Это откуда такие точные сроки? — его бровь удивленно выгнулась, и Эрен заметил, что тот пытался спрятать выступающую на лице улыбку. — Правило такое. Не я его придумал, — Эрен лишь пожал плечами, мол, ничего не могу поделать, таков мир. Леви прикрыл глаза ладонью, сжимая пальцы на переносице. Его плечи начали дрожать, и Эрен сначала знатно запаниковал, боясь, что сболтнул лишнего и обидел его. Но потом послышался глухой низкий смех и сжимающие внутренности тиски сразу же отпустили. — Окей, это было хорошо, — отсмеявшись сказал он, протягивая руку. — Что? — недоуменно спросил он. — Телефон дай, номер запишу, тупица, — ответил он. — сам же просил. Эрен быстро начал хлопать руками по карманам в поисках телефона, чтобы не проворонить удачу. Открыв вкладку с цифрами и вложив его в руку Леви, он заглянул в экран и наблюдал, как маленькие пальцы быстро порхают, набирая номер. Получив телефон обратно, он нажал на зеленый кружочек, и из кармана кожаной куртки послышалась стандартная мелодия звонка. — Это на всякий случай, — быстро сказал Эрен. — А ты не такой тупой, каким кажешься, — с ухмылкой заметил Леви. — Та-а-ак, как тебя зовут? — снова спросил Эрен, растягивая слова. — Леви. — Леви, — наконец-то он смог произнести его вслух. — до встречи, Леви. — Тц, с чего ты взял, что если я дал свой номер, то захочу с тобой увидеться? — в его глубоких серых глазах мелькало веселье. — Я умею быть убедительным. — Высокомерный мальчишка. Эрен хотел было ответить, но Леви быстро отвернулся и пошел к выходу из гримерной. Сердце Эрена сдавливало от счастья. Он начал танцевать победный танец, ужасно дергая конечностями, но заметив, что остальные присутствующие пялятся на него, поспешил выйти в коридор. Ему хотелось написать прямо сейчас. Какое-нибудь жутко глупое сообщение с кучей смайликов, но он решил подождать, чтобы не показаться слишком навязчивым. Хотя этот поезд, наверное, уже ушел. Леви. Он еще раз мысленно повторил его имя. Красивое имя красивого человека. Кажется, он влюбился.