Визит

— Не она же их убила. Мысль настолько внезапная и абсурдная, что в неё впору открещиваться. Джокер именно так бы с сделал, находясь в одиночестве, но сейчас на него пялились две пары глаз. — Не дотащила бы с ранением, — продолжил он, переводя взгляд с Арины Ильиничны на Цветкова. — Чёт тут не так. Соня заёрзала, устраиваясь поудобнее и прижимаясь ближе, но вроде не проснулась. Переключив на неё внимание, Александр постарался не думать о том, что вдруг взял и обвинил её в нескольких убийствах. Он же этого не хотел, верно? С первого беглого осмотра крови ни на руках, ни на одежде не заметил. Одета Соня была в то же, что и вчера — вариантов других просто не имелось, — из чего следовало, что переодеться и выбросить окровавленные вещи она не могла. Не могла ли? Поганой метлой бы гнать такие мысли, но не получалось. Пока Джокер то обвинял, то оправдывал Соню хотя бы для себя, Скворцов быстро просмотрел записи с камер на стоянке и вернулся. — Камеры находятся на углах здания. Слепых зон нет, из чего следует, что убийца либо из персонала, либо из пациентов. — Он косится на Соню, но ловит хмурый взгляд Джокера и, прочистив горло, отворачивается. — Так вот, убийца наверняка всё ещё в здании. Либо этом, либо каком-то из соседних. Корпуса наверняка связаны подземными переходами, так что… В любом случае, никаких особо подозрительных лиц я не заметил. — Значит кто-то выдал себя за персонал или пациента и убил оперативников, — сделала неутешительный вывод Гордеева. — Придётся проверять всех. Разговор перешёл на более углублённую в полицейские дела тему, и больше в нём Джокер участия принимать не стал. Арина Ильинична вместе с экспертом вернулись в палату, а Скворцов сел рядом с Александром и посмотрел на него с примесью чего-то совсем для него не свойственного — Джокер даже не сразу понял, что это. — У тебя всё нормально? От такого вопроса Александр ненадолго впал в ступор. — Да, — коротко ответил он, сам же отметив про себя, что прозвучало слишком неуверенно. Но какое ему дело, что там Серёга подумает. — Это сейчас к чему? Скворцов пожал плечами. — Видел на записи, как ты почти целый час корчился как от головной боли, пока София Александровна не прибежала. Эта информация в очередной раз заставила Джокера удивиться. Он ведь даже не думал, что прошло так много времени. Вернулась мысль о том, что Соня и есть убийца, но только для того, чтобы с хлопком лопнуть как воздушный шарик. Ну не могла же она сначала разделаться с ментами, а потом выбежать на улицу, потому что Джокеру видите ли поплохело. Ну чушь же. — Она сказала, зачем вообще из больницы вышла? Александр вздохнул. — По этой причине и вышла. — Понял. Когда врач всё же пришёл в себя, определил Соню в другую, уже третью палату. Джокер предупредил Ворона о своём отсутствии как минимум до обеда, получив пусть недовольное, но согласие. Благодарить за понимание он не особо умел, но в словах не было никакой необходимости — отчим знал, что на языке вертится искреннее «спасибо», а уж слышать его необязательно. А за Александра и Шрам побегать может, ему не впервой. — Мы закончили. — Гордеева приоткрыла дверь в палату. — Ты тут останешься? — Вы кого-то вызвали? — вопросом на вопрос ответил Джокер. — Да, должны скоро приехать. — Тогда останусь. До утра оставалось почти шесть часов. Всё время, что Соня спала, Александр сидел на стуле у кровати и не сводил с неё глаз. Ни о чём, кроме прошедших событий думать не получалось. И всё же мысли разбавило сообщение, пришедшее ближе к двум часам ночи: «Не благодари». Варианта было два: либо пара трупов, либо человек с папкой, где вся подноготная на «неугодных членов общества». Джокер не знал, что предпочтительнее, но был бы рад любому исходу. Главное, чтобы проблема была решена и опасность миновала. А уж нужно ему будет доделывать работу — не столь важно. И звонок от Гордеевой: — Брахводских мёртвыми нашли. Животы вспороты, а в ранах карта дамы треф. Знакомый почерк? Джокер усмехнулся. И как тут не благодарить?