Визит

Джокер не так часто просыпался по будильнику и последнее время ставил его чисто по привычке. Сегодня же звон будил трижды, прерываясь на стандартные пять минут. Вставать совершенно не хотелось — усталость нескольких дней навалилась единым грузом, разобраться с которым нужно было как можно быстрее. Тихо рыча, Александр сел и откинул тонкое одеяло. Вспомнив ушедшую ночь, с надеждой и лёгким подозрением осмотрел комнату. Ничего необычного. Впрочем, он и не ожидал увидеть Соню или что-то, что могло бы после неё остаться. Смешок. — Да уж, ну и хрень. На четвёртом звонке Джокер отключил будильник и, наконец, вылез из кровати. Душ, чашка кофе с бутербродом и можно ехать в офис, Шрам подъедет к половине девятого. Шаркающими шагами передвигаясь по квартире, он не заметил, как под ногой проскользнуло что-то металлическое и отлетело в сторону. Зато услышал, как это что-то с тихим звоном ударилось о ножку стола. — Это ещё чт… Глядя на находку на ладони, Александр совсем не понимает, как это могло оказаться у него в квартире, и почему он не заметил его раньше. Тонкая золотая цепочка браслета с двумя подвесками: английская буква «S» и лук со стрелой. Сама цепочка оказалась порванной, поэтому одна из подвесок упала на пол. — Интересно, — пробормотал Джокер, рассматривая украшение, — кто ж тебя потерял. Девушек он к себе приводил редко, а уж с именем на «С» — не было никаких сомнений в том, что это именно заглавная буква имени — и вовсе не помнил. А потом усмехнулся возникшей мысли, мучившей с самого момента пробуждения. Чушь как она есть. Нечего Соне у него в квартире делать, да и адреса она не знает. А уж то количество охраны, которое должна была оставить доблестная полиция, её бы с территории отделения не выпустило, не то что за километры от больницы. Так что вариант у Джокера оставался только один: он сам каким-то случайным образом смахнул браслет с тумбочки и принёс в квартиру. А уж как не потерял по дороге с одной встречи на другую — одному Богу известно. «Или чёрту», — усмехнулся голос в голове. Александр выдохнул. — Господи, блять, опять ты. «Ты же не думал, что избавишься от меня». — Мечтать не вредно. — Положив браслет на стол. Пока Джокер занимался утренней рутиной, голос «развлекал» его чередой вопросов и рассказов о том, как было здорово с утра до ночи носиться по Охтинским борделям отчима и разбивать головы особо несговорчивых людишек. Истории-воспоминания не слишком интересовали, особенно те, которые заново переживать не хотелось, но именно их голос считал самыми увлекательными и расписывал в ярчайших красках и подробных деталях. — Когда ты заткнёшься уже? — бросил Александр, допивая кофе. Не замолкающее радио в черепной коробке подбешивало сильнее блеющих клиентов, просящих оказать помощь, но не способных объяснить — какую именно. Голос захихикал. «Когда ты сдохнешь». — Отлично, значит к старческому маразму я уже готов. «Браслетик не забудь», — вздохнул голос и неожиданно затих. Джокер хмыкнул, но украшение всё же оказалось у него в кармане. Шрам ждал у парадного точно по расписанию и уже в 8:57 они припарковались у здания офиса. Ворон с охранником уже ждали на улице, поглядывая на наручные часы, словно куда-то сильно торопились. Едва Александр захлопнул дверь гелика, Вениамин Сергеевич махнул ему рукой и торопливо вошёл в здание. Стас под вопросительным взглядом только качнул в сторону босса головой, мол «иди и узнаешь». Выпытывать из него Джокер ничего не собирался. Поднявшись на второй этаж, они скрылись в кабинете Ворона. — Что там по Брахводским? — монотонно спросил Вениамин Сергеевич, проходя к столу и положив на него телефон. — Так… — удивлённо протянул Джокер, замерев в дверях, — ещё вчера устранили. Я ж говорил. Ворон выглядел задумчиво-отстранённым, при этом ни на чём не задерживал внимание. Словно что-то искал или сильно нервничал. Александру это не нравилось. — В чём дело? Сев в кресло, Ворон посмотрел на Джокера. Постучав пальцами по столу, махнул рукой. — Так, небольшие проблемы. Сам разберусь. «Ага, как же». — А по тебе и не скажешь, что небольшие, — прокомментировал Александр и устроился напротив. Глядя на отчима, и не ожидает, что ему сейчас всё выложат и начнут жаловаться на всё, что в бизнесе идёт не так, как должно или как хотелось бы. Если нужна помощь в разборках, поисках или безопасности — скажут, в остальном его деятельность Ворона не особо касается. И всё же Джокер не любил быть не в курсе чего-то, касающегося непосредственно Вениамина Сергеевича и его бизнеса. — Разберусь, — повторил Ворон и, наконец, взял себя в руки. — Завьялов попросил, чтобы ты пару дней за вашей этой Софьей Александровной присмотрел. Видите ли, она тебе больше доверяет. От исправлений в имени в этот раз Джокер решил воздержаться. Как и от проявление удивления и чего-то похожего на радость. Надо же, сам товарищ полковник попросил посидеть с жертвой, да ещё кого — уголовника, по которому тюрьма давно плачет. И это всё со слов того же полковника. Так ещё и Ворон в открытую не возмутился, разве что тоном показал, что не особо доволен сложившейся ситуацией. — Так что ты временно переходишь в распоряжение Романа Евгеньевича. — Понял, — кивнул Джокер, немного забыв сказать стандартное «я на ментов работать не буду», пусть после этих слов он почти всегда летит на помощь то Гордеевой, то Скворцову, то местному третьему участковому — Рыжову. Похоже, Ворона это несколько смутило, учитывая как близко он свёл брови к переносице. — Ладно, — вздохнул он, — иди уже. Шрама мне оставь. — Да на здоровье. — Александр пожал плечами. — Только пусть до больницы меня подкинет. Проходя мимо поста, Джокер задумался над тем, что в больнице явно не хватает медицинского персонала — одну и ту же медсестру он видел уже третий раз за четыре дня. Эта мысль заставила усмехнуться. Надо же, он встретил Соню совсем недавно. «И уже влюбился». — Да иди ты, — беззлобно бросил Джокер, чуть дёрнув головой. Перед палатой сидели двое в форме: один что-то печатал в телефоне, другой смотрел по сторонам, следя за коридором и проходящими мимо. По сравнению с ночным временем, сейчас отделение выглядело очень оживленным. И не подумаешь, что прошлым вечером все спали и не слышали, как убивают людей. Джокер невольно вздрогнул. Окинув Александра беглым взглядом, полицейский кивнул ему и продолжил наблюдение за коридором. Надо бы поблагодарить Гордееву за то, что его не трогают. Наверняка же опять с её подачи на него особого внимания не обращают. Соня уже не спала. Встретив Джокера взмахом руки, она продолжила заниматься своим делом: перебирать вещи в сумке. Судя по всему, искала что-то конкретное. Полицейский, сидевший на стуле, потянулся и вышел, сказав: — Я спать. Джокер, хмыкнув, занял его место. — Чего потеряла? Вздохнув, Соня прервала поиски и подняла на Александра немного расстроенный взгляд. Натянув слабую улыбку, отложила сумку в сторону. — Да браслет никак найти не могу. Помню, что вчера вечером он ещё был, а сегодня… В палате будто резко стало душно. Поперхнувшись воздухом, Джокер сделал вид, что просто закашлялся. Наклонившись вперёд, упёрся локтями в колено и бедро и постарался придать голосу всего лишь лёгкую участливость, но никак не выдать всю свою напряжённость, потому что нет. Это не её. Её там просто не могло быть. — Не помню, чтобы у тебя был браслет. — Я его в вещах только вчера нашла и решила надеть. — Отвечает взглядом палату и дернула плечами. — Где потерять могла? Никуда ж не выходила. Рука сама потянулась к карману и, нащупав тонкую цепочку с двумя подвесками. Показав её Соне, Джокер не понимал, на что надеяться больше: на то, что это её или всё же нет. Всё казалось таким странным и невозможным. Но, если всё подтвердится, объяснение искать придётся. — Где ты его нашёл? — воскликнула Соня, разом поменявшись в лице — глаза радостно распахнулись, а широкая улыбка стала искренней. — Спасибо! Неопределённо махнув рукой куда-то за спину, он передал ей браслет и поднялся. — Сделаю один звонок и вернусь. — Да, хорошо. — Соня качнула головой, рассматривая украшение. Кажется, повреждение не сильно её огорчило. Едва оказавшись в коридоре, Джокер набрал номер Гордеевой. Но ни через три гудка, ни через восемь она так и не ответила. А потом включился автоответчик. Окунев и вовсе оказался «вне зоны действия». С Тельцовым говорить не хотелось, тем более он вроде как обиделся, так что толку от него не будет. А Александру точно нужно знать: покидала Соня больницу или нет, или кто-то украл браслет и подбросил в квартиру. Немного поразмыслив, Александр нашёл в контактах ещё один номер и, немного поборовшись со внутренними разногласиями — не то, чтобы они были в очень хороших отношениях, но за помощью к нему обратиться можно, — нажал на вызов. — Надо же, какие люди! — на язвительный тон хотелось ответить тем же, но случай неподходящий. — И тебе привет, Скворцов. Помощь нужна. — Ничего себе! И с чего это вдруг? Сделав глубокий вдох, Александр на несколько секунд прикрыл глаза и только потом произнёс: — Пожалуйста. На том конце воцарилась тишина, которую резко разрезал кашель Сергея. Было слышно, как он пьёт и пытается восстановить дыхание. Думая, что над ним просто издеваются, Джокер хотел положить трубку, но ему необходима информация. Наконец, выдохнув, Скворцов ответил: — Для тебя всё, что угодно. Говори.