Визит

«У меня для тебя кое-что интересное. Жду в «Круассане» через час». Таким было сообщение, полученное в 13:28. Информация от Скворцова ещё не пришла — на это требовались время и дополнительные телодвижения. Будь у Джокера необходимые полномочия и возможности, он бы и сам всё решил, но даже связи Ворона не давали доступ ко всем камерам: вы не полиция, так что обойдётесь. Оставалось лишь смиренно ждать. Александр почему-то даже не сомневался по поводу того, что его ждёт на встрече, хотя знать о ситуации должны были только они с Серёгой. Впрочем, удивляться не приходилось — Королеве известно всё. — Я ненадолго отъеду, — предупредил он Соню, — вернусь ближе к ужину. Тебе нужно что-нибудь? Вздохнув, она лишь отрицательно покачала головой и слабо улыбнулась. Джокеру показалось, что новость её немного огорчила. Хотя, возможно, действительно просто показалось. Бодрая охрана что-то бурно обсуждала в коридоре, но Александр не стал вслушиваться, а лишь прошёл мимо. До кафе ехать около получаса, если на пути не окажется дневной пробки, что маловероятно, так что можно будет и немного отдохнуть, и заказать у Мишель кофе. Они не виделись чуть меньше двух лет. Возможно, за это время вкусы Ники изменились, но Джокер прекрасно помнил последний визит в их с Татой квартиру и с грустью произнесенные слова: — Знаешь, я ей ещё до больницы арбузный сироп для рафа покупала. Теперь, наверное, выбросить придётся, мне такое не по душе. Может возьмёшь? Она его даже не открыла. Он ведь тогда вполне искренне разозлился на то, что Тате ничего не рассказали, оставив горевать в одиночестве в пустой квартире. Хоть и понимал, почему Ардова и другие так поступили. Сам не лучше. Несколько раз после этого он подвозил пьяную Саблину домой, и каждый раз она возвращалась в «Эстерграунд» за новой порцией алкоголя. Должно быть, это как-то ей помогало. Сделав заказ на американо и раф с арбузным сиропом, он поймал удивленную и искренне светлую улыбку Мишель. Это даже немного расслабило, не смотря на то, что услышать сегодня Джокер ожидал нечто не очень хорошее. — Неожиданный выбор, — сказала Мишель и принялась за заказ. — Присаживайтесь. Ника пришла, когда готовый кофе уже стоял на столе. Помедлила, на секунду переменившись в лице. Всего миг, но Джокер заметил. Кажется, поняла. — Спасибо, — чуть севшим голосом произнесла она. — Тата рассказала? — Да. Ника сделала небольшой глоток и, облизав губы, кивнула. Не выдавая эмоции, Джокер всё же порадовался, что не ошибся с напитком, но они здесь всё же не ради этого. — Так о чём ты хотела поговорить? Хмыкнув, Ардова достала из кармана тонкого пальто флешку и положила на стол. — Это тебе как дополнение к рассказу. Ты, конечно, не просил, но я немного напрягла Егора и кое-что выяснила по поводу Сони, Брахводских и ещё нескольких личностей. И поверь, ты даже не представляешь, насколько тесен этот мир. Внимательно слушая, Джокер невольно отвлёкся, рассматривая Нику и сравнивая с той, кого он неплохо знал в прошлом. Пожалуй, кроме чёрных волос — по его мнению, натуральные русые ей шли куда больше — и внезапно высоких каблуков, которых прежде на его памяти не было, всё осталось прежним. Услышав имя «Мария», Александр мотнул головой и поставил чашку. — Погоди… Лебедева? — Ага. Она сестра Брахводских. Судя по некоторым данным, она с ними созванивалась в день похищения. И несколько раз до этого: ещё в Перми, где-то за две недели до поездки в Питер, и уже в Питере как раз в день приезда. Джокер усмехнулся, откинувшись на спинку стула. Едва слышно скрипнула кожа перчаток. Он предполагал, что подружка не такая уж и… подружка. Но даже предположить не мог, что всё обернётся именно так. — Значит, она сдала Соню братьям-маньякам. — Насчёт маньяков ничего сказать не могу, этого не проверяла. — Ника пожала плечами и пододвинула стул ближе, облокачиваясь на столик. Глаза её странно сверкнули. — Но есть кое-что ещё. После того, как я узнала, что Лебедева причастна к похищению, я решила установить за ней слежку. «Прям как мент выражается», — усмехнулся голос в голове. «Зато по делу». — На всякий случай, вдруг она и к убийствам в больнице руку приложила. — И? — Лично Лебедева никого не убивала, но у больницы этой ночью была. А с ней ещё двое. Джокер лишь слегка нахмурился, внутренне нервно поёжившись. Значит система безопасности где-то всё же сбоила, потому что полиции, похоже, ничего известно не было. По крайней мере до этого момента, потому что Окунев по одной просьбе Королевы узнал предостаточно, так что может рассказать и майору — никто же вроде бы не запрещает. Стало быть, скоро они примутся за Марию Глебовну и двоих неизвестных, тогда всё разрешится и Соня сможет спокойно выдохнуть. Но… Его беспокоило ещё кое-что — эта ночь. Все остались живы, только у Сони пропал браслет, оказавшись почему-то в квартире Джокера. «Это был сон», — мысленно повторял он, постепенно переставая в это верить. Отчасти и не хотелось. Могли ли они выкрасть браслет, вскрыть дверь в квартиру и просто оставить его там? Вполне. «Надо и замки сменить. Подкину Рыжову работу». Только мотивы всего этого Александру были абсолютно непонятны. Если она хотела избавиться от Сони, то почему не сделать это прямо в Перми, зачем тратиться на Питер? И что же такое движет Лебедевой? Вздохнув, Ника посмотрела за задумчивого Джокера и продолжила: — Примерно в два часа они вывезли Соню с территории больницы. Он дёрнулся. — Что? Кивнув, Ника коснулась пальцами края белой чашки. — Они забрали её из больницы и отвезли по твоему адресу. А в шестом часу повезли обратно.

***

Когда Джокер ушёл, Соня осталась совсем одна и никак не могла найти себе занятие. Привезённые им из гостиницы книги так и остались на дне сумки даже не начатыми. Игры в телефоне убивали время без должного удовольствия. А спать и вовсе не хотелось, и дело было вовсе не в постоянном тумане из-за успокоительного. Казалось, стоит ей только заснуть, как случится что-то плохое. Хотя сон, пожалуй, мог бы и порадовать. Как последний, например, но одинаковые сны Соня видела редко и особо не надеялась. Но, как говорят, если долго и упорно об этом думать… Обед закончился, впереди ждали два часа режимного отдыха. Соня смотрела на порванный браслет на тумбочке и мечтала поскорее его починить и вновь надеть. Украшение — подарок родителей на двадцать пятый день рождения, который Маша дополнила символом её знака зодиака. Ценный подарок родных, оставшихся далеко в Перми и ждущих её назад. Ей так хотелось их увидеть, но хотелось ли в… Поток мыслей замер на уведомлении об смс. «Сонечка, здравствуй! Как ты себя чувствуешь? Можно к тебе сегодня заглянуть?» От неожиданности она чуть не выронила телефон, не зная, стоит ли вообще этому радоваться. Сообщение пришло с номера Маши. Но ведь она всего несколько дней назад отвечала так сухо, словно ей совершенно всё равно. Что же изменилось? И всё же Соня хотела увидеться с подругой. «Привет! Уже лучше. Да, конечно, приходи», — отправила она ответ. Улыбнулась, глядя в окно и ожидая скорой встречи. Но глубоко в душе таилась мысль, которая на самом деле не должна была существовать, но она была и потому волновала: Джокеру это не понравится.