Burning pile

- Боюсь вас расстроить, но у него Марс в Весах. Для вашего же блага я бы посоветовал держаться от него подальше. Тем более у него Венера в Овне, это вообще ни в какие рамки. Дорогая, тебе не нужны такие отношения, я серьёзно. – причитал демон в своём человеческом обилии, продолжая руками перебирать сияние звёзд над головой. Его грациозные тонкие пальцы учтиво указывали на каждое небесное тело в натальной карте, словно доказывая неоспоримые истины каждого суждения. Столас был крайне сосредоточен на своей работе и, кажется, искренне сопереживал девушке. На его лице читалось искреннее беспокойство, пока он продолжал трактовать натальные карты. Девушки столпились вокруг мужчины, восхищённо наблюдая за блеском созвездий. Рыжая шаболда, будучи виновницей торжества, поражённо кивала головой на каждую реплику Столаса, едва не плача. Неужели её уже мёртвая подружка была права? Да уж, возможно, конечно, не стоило хуярить её полной бутылкой джина по голове. Таинственную атмосферу прервал внезапный гул выстрела, который прорезал воздух, едва не задев рыжулю, отчего она вскрикнула и отпрыгнула в сторону. В курятнике началась неподдельная паника. Столас, услышав звук выстрела, вздрогнул, но отнюдь не из-за страха. Просто этот звук был слишком знаком ему, и он знал какая конкретно модель адского оружия это может быть. Принц в непонятках озирался по сторонам, прижав ладонь к груди и судорожно выдыхал, надеясь, что ему показалось, но таких совпадений просто не бывает. Особенно учитывая последний расклад на таро. Блиц в это время тихо матерился под крайне осуждающий взгляд Мокси с другой половины поляны, который он мог отчётливо чувствовать всем телом. Сука. Их цель драпанула вместе с остальными курицами и теперь их план усложняется внезапной погоней. А он так надеялся отстреляться по-быстрому и наконец-то выспаться… Цепляясь хвостом за ветки сосны, имп ловко спустился с дерева, приземляясь на четыре лапы и снова получая винтовкой по затылку. Он проигнорировал иголки, которые зацепились за ткань излюбленного костюма и неприятно раздражали кожу сквозь одежду. Неразборчиво прошипев себе под нос очередную грязь, бес помчался за их целью, пытаясь вычленить её голос среди какофонии женского визга. К счастью, в панике, девушки разбежались в разные стороны, что несколько облегчило задачу мужчине. Его тонкие губы изогнулись в садисткой улыбке, когда он взял нужный след и начал преследовать рыжую. Шаги убийцы были неслышны в гуле девчачьих визгов, что позволило ему бежать достаточно стремительно в гуще деревьев. Наконец-то он разыгрался и мог с головой погрузиться в любимую работу. От адреналина сердце билось так громко, что закладывало уши, а ветер приятно обдувал тонкую фигуру, которая уже подобралась достаточно близко к рыжей. Да уж, она явно не была спортсменкой, если судить по её тяжёлому дыханию от обычной стометровки. Ну, ему это только на руку. На таком близком расстоянии – их отделяло буквально несколько метров и пара деревьев, Блиц мог использовать излюбленный ствол, а не эту уебанскую винтовку. Скинув лишний груз в ближайшие кусты, он вытащил из кобуры пушку и направил её на девушку, спуская курок. О да, блять. У папочки не ружьё, конечно, но и эта шмара не пара возлюбленных. Выстрел. Девушка падает на землю, её щиколотка активно кровоточит, когда сразу за хлопком оружия следует пронзительный женский крик. Конечно, с простреленным ахиллесовым сухожилием уже не побегаешь. Рана не смертельная, но пиздец какая болезненная. Мучать жертв, не убивая одним ударом не совсем в стиле Блица, однако эта напыщенная дура просто вывела его из себя. Имп обозлился на неё, словно она была источником всех бед в его жизни – этот мудоёбский заказ, тупые рассуждения тупого говна в кабинете, необходимость видеть Столаса (особенно в его человеческой форме). Погодите-ка… Так она и есть источник всех бед. Ну, или, по крайней мере, в этом было легко себя убедить бесу, который бежал от более глубоких рассуждений, как от надёжного типа привязанности. Блиц вышел из своего укрытия, остервенело сжимая в руке оружие. Он смотрел на жертву нечитаемым взглядом, подходя к ней практически вплотную. Девушка, на глазах которой уже призвали высшего демона Гоэтии, кажется, вообще не удивилась факту того, что по её душу пришёл бес. Нет, безусловно, её лицо всё ещё выражало всю палитру боли и ужаса, но класс убийцы был последним из того, что её смущало. Из уверенной в себе стервы она быстро превратилась в испуганного оленя в свете машинных фар. Хрипя от боли, рыжая отползала на локтях назад, но это было тщетно. Под аккомпанемент очередных визгов, имп наступил на её простреленную щиколотку, с особым удовлетворением прокручивая жесткую подошву сапога на ране. Испытывая самое мерзкое низменное удовольствие, он вдавливал ступню в кровоточащую женскую ногу, наблюдая за тем, как белые чулки девушки расцветают маками. Это зрелище завораживало беса и позволяло неплохо так выпустить пар. - Сука, какого хуя ты делаешь? На сайте не писали о таких отходах от призыва демона. – верещала рыжая, ноготочками с огромным количеством фигурок, впиваясь в сырую землю. - Ой, что такое, дорогуша? Неужели первая ссылка в гугле с названием “вызов демона для чайников точка ру” могла врать? – с очаровательной улыбкой злорадствовал имп, строя самое невинное личико. – Понимаешь, я просто выполняю свою работу. Твоя подружка очень скучает без тебя в аду, ей больше не с кем советоваться по поводу маникюра. Услышав о старой подруге, лицо рыжей исказилось в смеси ужаса и отвращения. Она начала нервно теребить свою одежду, опустив взгляд в землю. - Да ладно тебе, пупсик, скоро свидитесь. Не усложняй мою работу ещё больше. – имп отвернулся буквально на секунду, стряхивая с плаща иголки сосны, когда его ногу пронзила жгучая боль, вынуждая упасть на колени, а ствол едва не выпал из донельзя напряженной руки. – Ебать, какого хуя? Шаболда на земле не теряла времени даром, и, ослабив бдительность беса, вытащила из-под слоёв одежды ритуальный клинок, который в отместку вонзила в его икру практически насквозь. Лицо импа тронул дикий оскал, а ярость затмила глаза, вынуждая едва ли рефлекторно выстрелить ей в голову, разъёбывая черепушку. После этого, Блиц проскулил от жгучей боли в ноге, сев на землю. Он громко материл покойную. Мужчина явно не считал, что о мертвых говорят или хорошо или никак. Он, шипя, повернул ногу, чтобы оценить рану. Зачётная. На самом деле это не было что-то смертельное, однако зудящая и жгучая боль его ощутимо нервировала. Повезло, хотя бы, что клинок остался в ноге. Нужно всего лишь дозвониться до Мокси и Милли, а потом сгонять в травмпункт. Хотелось бы, конечно, обойтись без него, учитывая животный страх врачей, однако рана была чертовски глубокой. Ещё и последние деньги он слил на страховку Луны, а на себя любимого ничего не осталось. Вариант бесплатных поликлиник он даже не рассматривал – себе дороже. Заебётся потом лечиться от гноя и заражения крови. И это не говоря о том, что в таких заведениях бесы не знали об анестезии. Блять. Тогда более-менее сносный травмпункт точно отменяется. Учитывая цены на лечение, он разорится. Загибать цены настолько мощно было богохульным даже по меркам ада. Из бесконечных размышлений мужчину вырвал хруст веток за его спиной. Хвост дёрнулся скорее инстинктивно. Убийца потянулся за пистолетом, настороженно оборачиваясь на источник звука. Сегодня явно не его день. Столас, услышав выстрел во всеобщей панике, словно вышел из транса. Он понимал, что происходит лучше, чем когда-либо. Ему было по-человечески страшно делать хоть что-то. Принц не знал будет ли уместным начать разговор или просто подойти к явно замешанному в этой заварушке Блицу. Извечное ноющее и склизкое ощущение собственной жалости заполняло его тело, расползаясь от груди к ногам, из-за чего он не мог сдвинуться с места. Эта неугомонная навязчивая идея о том, что он навязывает собственную компанию и не способен осчастливить импа крутилась в голове, подобно виниловой пластинке. Мысли бегали, путались и сплетались в неразборчивое месиво. Всё началось с сомнений о надобности приветствия, а дошло до параноидального желания исчезнуть, чтобы не усугубить ситуацию. Как же ловко его мозг вырисовывал самые мрачные варианты развития событий, ловко парируя старыми травмами. Пластинку сняли с проигрывателя ровно в тот момент, когда среди женских визгов раздался знакомый крик и последующая ругань. Что-то явно шло не по плану. Где-то на глубинах подсознания, Столас уже сделал выбор и понял, что было для него важнее в общем шуме навязчивых идей. И вот он уже стоит в лесной чаще за пределами поляны для призыва, глубоко хватая ртом воздух после непродолжительного бега. Его глаза хаотично очерчивают фигуру беса, цепляясь за явно напряжённую позу и учащённое от боли дыхание. Мужчина стоит чуть поодаль, словно не решаясь сделать эти оставшиеся пару шагов на встречу собственному страху и соблазну в одном лице. Красные зрачки его глаз встречаются с расширенными от удивления и, будто бы страха, красными глазами импа. Но что говорить? Нужно ли говорить хоть что-то? Спросить всё ли в порядке, должно быть, будет слишком глупо даже для него. К счастью, тишину нарушили прибежавшие коллеги Блица, который тут же окружили его с расспросами. В этой шумихе Столасу хватило сил незаметно сделать ещё один шаг навстречу. - Сэр, вы уверены, что вам не нужно в больницу? Рана, конечно, не смертельная, но и пластырь явно не поможет. – сетовал Мокси, нервно жестикулируя руками в воздухе. Он явно выглядел обеспокоено, пока Милли пыталась дозвониться до Луны. - Мокси, повторяю – я не собираюсь тратить на этих тварей в белом сумму равную раритетной фигурке Пинки Пай из первого поколения. Пока Блиц отнекивался и спорил со своим коллегой, Столас продолжал безмолвно наблюдать за происходящим. Его разрывало от желания помочь и сделать хоть что-то в той же степени, в которой от страха навязаться и услышать очередной отказ. С другой стороны, речь сейчас не о нём и не о его состоянии, поэтому он снова совершает ту же ошибку – ставит других выше себя. При этом от едва ли не отчаянно убеждает себя, что ничего не потеряет, хотя бы предложив помощь. Его моральное состояние в случае очередной колкости или отказа – не в счёт. Именно поэтому бессмысленный спор импов прерывает нервный кашель принца, который делает завершающий шаг в пропасть. - Извините если прерываю ваш спор, но я мог бы помочь. Понимаете, дело в том, что помимо астрологии я многие годы изучал различные травы и неплохо разбираюсь в вопросе исцеления. – голос его звучит крайне неуверенно, будто он оправдывается за факт того, что вообще решил открыть свой рот. Принца несколько напрягает, что три пары красных глаз уставились на него в упор, действительно слушая его. Лицо Блица искривляется в отвращении, воспринимая это как очередной повод потрахаться. Однако сейчас, в его положении, он больше походит на зашуганного зверя, который забился в угол и шипит на каждого, кто подойдёт. - Ваше Высочество, это просто замечательно, разве нет, сэр? – Мокси укоризненно смотрит на своего начальника. Он всем своим видом подталкивает его не кусать руку, которая его кормит. - Ага, крутой момент для выебонов, не спорю. – огрызается Блиц, усиленно делая вид, что не понял настолько прямой намёк. Имп избегал зрительного контакта со Столасом, продолжая изучать взглядом землю. Он не мог позволить себе малейшей близости с элитарным ублюдком сейчас. Не тогда, когда он настолько уязвим. Столас улыбается мягко, почти снисходительно, когда садится на колени, чтобы рассмотреть рану поближе и прикинуть возможные способы исцеления. Ему в голову сами по себе лезут ассоциации с тем, как маленькая Октавия капризничала, не желая лечиться. Возможно, стоит поменять подход на соответствующий. Он молчит какое-то время, набираясь упорства не дать заднюю. - Я просто предлагаю помощь, Блиц. Только её, не более. Обещаю. – от этих слов хвост импа снова слабо дёргается и ему хватает решимости поднять голову, вглядываясь в человеческие черты лица принца, будто пытаясь найти какой-то подвох в его предложении. Однако Гоэтия смотрит на него самым тёплым взглядом без намёка на похоть. На его губах видна слабая улыбка и бес хочет поверить этому жесту. - Давай я сейчас открою портал для твоих коллег, а потом отнесу тебя к себе. Мы быстро тебя подлатаем и, если будешь хорошо себя вести сможешь взять леденцы. – Мокси закрывает рот рукой, пытаясь сдержать смех от того, как принц обращается к его непутёвому боссу. Блиц готов послать всех нахуй в эту же секунду, но жгучая боль в ноге будто только усиливается с каждой секундой. Тем более, выбирая между бесплатными больницами, где импов вообще ни во что не ставят и дворцом Гоэтии, где ему по первому зову на подносе приносят любые хотелки надо быть совсем тупым, чтобы остановиться на первом варианте. Так сказать, дают – бери, бьют – беги. Однако Блиц не был бы Блицем, если бы всё было настолько просто. - Ебать, а на отлизать тебе не завернуть за леденцы? – он, конечно, не в выигрышном положении, но и позволять диктовать ему правила он не намерен. Вообще-то он главный тут, исходя из того, что не ему вставляют, поэтому обращение к нему, как к ребёнку кажется оскорбительным. Ну это, конечно, если опустить нюансы всех остальных пунктов превосходства Столаса, начиная от финансового вопроса и положения в обществе и заканчивая эмоциональным интеллектом, который у беса остановился на уровне капризного пятилетки. Гоэтия грешил аутоагрессией, а не деструктивным поведением, что вредило исключительно ему. Он, как и Блиц любил своих близких, но в отличие от чертёнка ему удавалось не ранить их своими действиями так активно. Это злило и заставляло завидовать. Вау, это что, классическая реакция ребенка, который бесится из-за более крутой машинки и не в его лего-гараже? Столас нервно улыбается, делая глубокий вдох. Он старается вспомнить, как заставлял Октавию принимать горькие лекарства и делает ещё одну попытку. - Если захочешь, конечно, но в твоём состоянии это придётся отложить. Слушай, Блиц, - опять это нарочито правильное обращение по имени, - если захочешь я постелю тебе в гостевой спальне. Там тоже очень уютно. Есть телевизор, много подушек и я попрошу слуг приготовить тебе что-то вкусное. Я действительно не хочу, чтобы ты воспринял мой жест помощи как-то иначе. Бесу тошно становится от этого сладкого тона и детского обращения. Может, конечно, ему и важно слышать подобное, чтобы избавить свой мозг от навязчивых мыслей, но он не собирается давать кому-то и шанса хотя бы догадаться об этом. Однако шипы на его спине и хвосте расслабляются и больше не прижимаются к коже, а ладони расслабляются, больше не сжимая землю до побеления костяшек. - Ну ахуеть теперь, боюсь представить какой счёт ты мне потом выкатишь за такое королевское обращение. Десять сеансов сидения на лице? Фельчинг? Может доступ к моей дырке? Столас, безусловно, очень терпеливый и участливый папочка, но любому терпению есть конец. В какой-то момент его лицо приобретает раздражённый вид, а голос начинает звучать серьёзно. -Блиц, ты теряешь кровь и остатки совести. Давай закончим на том, что ты явно не в том положении, чтобы выёбываться. Мокси и Милли в ахуе. Блиц в двахуе. Он затыкает свой понос желчи. К боли в ноге добавляется сдавливающее ощущение в груди. Чертёнок кривит лицом и тянется рукой к рукаву принца, словно кот пытающийся привлечь внимание хозяина. - Только ты несёшь меня на руках. Из-за кровотечения, мне, кажется, нога отказала. Столас открывает портал.