Имперец

Свадебное путешествие, затянувшееся почти на три месяца, пролетело неожиданно быстро, слишком хорошо Броку было с Локи. Всё хорошо: просыпаться, завтракать, изучать планету, на которой они остановились в этот раз, просто гулять, заниматься любовью и многое-многое-многое другое. Локи светилась от счастья. Ей было так свободно! Когда Один объявил, что выдает её замуж за наследника империи Гидры, она испугалась, что потеряет и те крохи воли, что ей удалось выгрызть. Локи мрачно смотрела на деда. Очень мрачно. — Кому ты хочешь отдать меня? — в лоб спросила она. — И за сколько? — Ты! — задохнулся негодованием Один. — За наследника Гидры. Виктора Пирса. — О... Она прижала пальцы к губам. Про наследника по галактике ходила масса слухов. Начиная с его исчезновения и заканчивая внезапным возвращением. Да ещё и под именем пирата с кличкой Кроссбоунс, от которого Фенриром выли все. За его голову огромную награду объявили Гидра, Танос, Крии, Асгард. И такое вот решение Всеотца. — Интересно. Почему ему? — Потому что он... Пожалуй, достоин тебя. Как бы мне ни было неприятно это признать. Ты знаешь, через что он прошёл. И... — Один скривился, — этого достаточно, чтобы я принял предложение Гидры. Интересно. Локи ненадолго задумалась. Человек, который смог отказаться от благополучия и власти, выстроить жизнь с нуля, создать репутацию в армии Гидры, пережить оговор, сбежать к пиратам, построить у них карьеру, сдать пиратов, удрать, исчезнуть и вернуться... — Будет интересно с ним пообщаться. — И постарайся унять характер! Чтобы тебя не вышвырнули через неделю! — Да-да, — пропела тогда Локи, не упустив возможность взбесить Одина лишний раз. Он избавлялся от проблемного актива, который не считал сколько-нибудь ценным, делая вид, что снисходит до людей и одновременно указывая Локи её место. И как же старый хрыч просчитался! Виктор Пирс оказался неожиданно мягким и заботливым человеком, но только в личной жизни. Стоило ему обратить своё внимание на кого-то ещё, кроме жены, как и взгляд, и выражение лица, и поведение кардинально менялись. И остальные Пирсы удивляли: даже император с императрицей приняли Локи намного теплее, чем собственные родственники. Не отказались из-за магической силы, хотя сами от магов пострадали весьма жестоко, на долгие шестьдесят лет лишившись своего первенца. Окружили почти незнакомым Локи теплом и пониманием. Все до единого. От этого хотелось плакать. И порой накрывала паранойя. Не получалось не искать подвоха, не ждать неожиданной подножки или удара в спину. Но каждый день, каждый миг рядом с Виктором потихоньку отсекал страхи один за другим, позволяя открываться навстречу. Виктор был идеальным! Реальным воплощением мечты. Вот только Локи слишком многое повидала, чтобы верить в такое и надеяться на кого-то, кроме себя самой. И было до того странно чувствовать, что у неё теперь прикрыта спина! — Мне нужно занятие, — заявила она в очередной раз. — Я знаю, что Альмара ведёт хозяйство дворца и всех принадлежащих императорской семье недвижимых активов. Но я-то этим заниматься сейчас не буду. — А что тебе интересно? Чем бы ты хотела заняться? — получила в ответ она вместо ожидаемых вариантов из тех, чем пристало заниматься супруге наследника императорской семьи. Виктор снова давал ей выбор. — Я не знаю. — Локи пожала плечами, глядя на транслирующий пейзажи Исландии экран в каюте. Она всю жизнь просто выживала. Это и стало основным занятием. Всё прочее — учёба, вылазки на охоту, мелкие войны и бои — служило просто фоном. — А тебе необходимо принять решение прямо сейчас? — поинтересовался Брок, устроившись рядом с ней на невероятно удобном диване. — Теперь ты знаешь, что из себя представляет империя. Не торопись, подумай, прикинь, попробуй всё, к чему тянет. — Я постараюсь определиться лет за десять, — улыбнулась Локи. — Понимаю, для тебя это большой срок. — Никто тебя во времени не ограничивает, — улыбнулся в ответ Брок. — Мама занимается дворцом и всем остальным не потому, что обязана или больше некому. Ей нравится вести хозяйство, да и чтобы не заскучать. — Я с ней посоветуюсь, — сказала Локи. — Меня ничему такому не учили. Даже странно. Хотя… Брок, я только сейчас сообразила: ведь Один, выдавая меня за тебя, кроме прочего, рассчитывал, что после твоей смерти я вернусь в Асгард. — Она злобно прищурилась и сжала кулаки. — Не дождётся! Я… Я придумаю что-нибудь. Обещаю. Брок сжал ладонь Локи в своей и поднёс к губам. — Нисколько в тебе не сомневаюсь, родная. И в этом он был весь. Заботился, поддерживал, словно Локи не довелось прожить намного больше, чем он, словно не было неравенства в их силе. Притом супруг не пытался приуменьшить возможности Локи или доказать неспособность что-то сделать. Он просто переживал, просто заботился, просто… любил. Локи вздохнула, в который раз выпуская так долго копившееся напряжение. Надо поговорить с Хелой. Не привыкла он к такому. В Асгарде поддержку искать было негде. Фригга, конечно, пыталась как-то защитить Локи, укрыть её ото всех, окоротить сына и мужа, но женщины мало что могли. Даже её, царицу, не особо слушали. Если в других мирах, той же империи, к сексизму относились с неприязнью, то асгардским женщинам и мечтать не приходилось, чтобы быть услышанными. Лафей н не слишком интересовался «неполноценной» дочерью. Не убил, не оставил умирать на морозе — и на том спасибо. — Ты невероятный, — сказала Локи, устроив голову у мужа на плече. Брок ничего не ответил, лишь прижал её к себе сильнее. Про то, что произошло с Тором, Локи узнала в тот же день, как Альмара связалась с сыном. Брок не стал ничего скрывать и выложил всё как есть, вместе с пренебрежительным отношением к асу и беспокойством, как бы он не попытался отомстить Локи за своё бедственное состояние. Локи приняла угрозу всерьёз. Тор не то чтобы неадекватен — не по меркам асов. Но он не умел и не желал учиться смирять свои порывы. Один лишь поощрял сына в этом. Так что царевич мог явиться, жаждая отмщения. Чем не ещё один повод для Локи пообщаться с матерью? Уже появились как минимум две темы, чтобы начать разговор с родным, но совершенно незнакомым существом. Отец о Хеле ничего не рассказывал и закрывался тут же, стоило дочери поинтересоваться. В Асгарде узнать получилось чуть больше, но только из открытых источников. Дед дочь словно вычеркнул из списка живых. Фригга была бы и рада рассказать Локи о её матери, но они с Хелой никогда не встречались — Один отправил ту в ссылку как раз накануне свадьбы с царевной ванов. Появление Хелы на свадьбе дочери стало для всех, включая саму Локи, полной неожиданностью. И теперь нужно было как-то начинать общаться. Конечно, расправа над Тором их ненадолго объединила, но после Локи уехала — а Хела с ней даже не связывалась никак. Или она просто не умела? Или ей было не до того? Локи отлично помнила, как перекосило деда, стоило Хеле появиться в сопровождении Дормамму. Кто знает, не попытается ли Один снова упрятать дочь, тем более после того, как Тор потерял способность к продолжению рода? Конечно, это было бы глупо, но Всеотец мудростью, на взгляд Локи, лишь славился, но не обладал. Выстроенный имидж, как это называли люди. Детали и подробности можно было выяснить только в Асгарде, к чему Локи пока что была абсолютно не готова. Лучше они с Броком прикончат Тора при попытке покушения, чем она снова сунется в эту золотую банку с пауками. Лететь домой оказалось неожиданно приятно и правильно. Оказалось, что Локи страшно соскучилась по ненавязчивой теплоте Альмары, по яркой улыбке Санни и вечерам в их обществе. Соскучилась по Земле, Петербургу, прекрасным паркам и прогулкам по берегам залива и гранитным набережным. В золотом Асгарде и ледяном Йотунхейме и близко не было подобных покоя и воли. Брок не тормошил задумавшуюся жену. Будет нужно — она расскажет. Нет так нет. Они не пубертатные недоросли, чтобы трещать сороками без передышки. Им вместе и молчалось прекрасно. Случались вечера, когда Локи увлечённо изучала информацию о новой планете или отрасли, а Брок просто рядом занимался своими делами, не отвлекая, но в то же время согревая своим присутствием. Рядом с Локи, юной и прекрасной, он чувствовал себя втрое моложе. Она подпитывала его просто тем, что была подле него. Единственное, что Брок пока не успел сделать, так это познакомить её со своими ребятами, представить официально, так сказать. На свадьбе команда присутствовала, конечно, но Броку и Локи оказалось совершенно не до них. — Я хочу представить тебя со своему отряду, — сообщил он Локи. — Это те, про кого я так много всего интересного слышала? — предположила Локи. — Особенно от Санни. — Да, они, — улыбнулся Брок. — Странное дело: я прослужил в армии империи не один десяток лет, у меня были и друзья, и подчинённые, однако сильнее всего я прикипел именно к этим парням со старой Земли. Сам не знаю почему. — Я с ними не знакома, так что ничего сказать не могу, — развела руками Локи. — Но, возможно, они более созвучны с чем-то внутри тебя? Более понятные? — Более надёжные, — покачал головой Брок. — Они те ещё придурки временами, но я всегда мог положиться на любого из них. — Буду рада познакомиться с теми, кто тебе так дорог, — заулыбалась Локи, понимая, насколько это ему важно. У неё самой до недавнего времени был только отец, хотя их взаимоотношения и сложно было назвать близкими или тёплыми. Ну и Фригга, пусть они и редко виделись. Локи всегда жалела об этом. — Дорог, да, — улыбнулся Брок. — Но какие же они придурки! Особенно Лаки. — Оу, чувствую с ним мы подружимся, — расхохоталась Локи и потянулась к губам мужа. Брок поцеловал её, и на некоторое время они забыли обо всём, кроме друг друга.