Сын Израилев

***

POV АЛФИ — Но я уверен, ты была бы не прочь вернуть то время. — заверил я Изабель, возвращаясь на подушку, довольный собой и своей честностью. Она была готова провалиться под землю, теснее прижимаясь к Шломо, хватаясь за него, как за спасательный круг. — Никогда, — прошипела моя женушка, вздернув подбородок. — Слышишь? Это никогда больше не повторится! — Хм… Ты бросаешь мне вызов, моя милая? Если так, то я могу поймать тебя на слове, да? — ухмыльнулся я, закидывая руки за голову. — Уверяю тебя, нам хватит половины этой дурацкой кровати. Должен был признаться — эта мысль, быть пойманными, замеченными, заводила меня. Изабель передернулась от напряжения. — Ты настоящий дьявол. Она злобно глянула на меня, собираясь встать с постели и уйти. Но я вскочил и быстро схватил её за левое бедро, впиваясь пальцами в тонкую кожу, от чего она вздрогнула, громко схватив губами воздух. — Нанесешь ребенку ещё одну травму? — защебетала она, ожидая, что Шломо вытащит её из беды, но мальчик только причмокнул губами, продолжая спать. — Чем же я по-твоему травмировал его? — Уточни-ка ты это у Мэри, когда вернешься домой. К тому же, она гораздо лучше удовлетворяет твои потребности столько лет, нежели я! — Причем здесь Мэри и наш сын? — я заглянул в её большие глаза. У меня была удивительная способность вытаскивать наружу все самое худшее в Изабель, и я стал буквально выковыривать грязь, что копилась в ней. Об этом можно было догадаться с самого начала. — Может, дело все же в тебе, в твоем свободолюбии и стервозности, м? — спросил я, и ее глаза вспыхнули от гнева. — А может в твоем излишне высоком самомнении и эгоизме?! А может в любовнице, с которой ты не расставался даже в нашем браке?! — она со всей силы вцепилась ногтями в моё запястье, что лежало на её бедре. Её тонкие ногти на указательном и среднем пальце вошли в слой моей кожи. Я шикнул, отдернув ладонь, поднявшись с кровати. — Тебе кто-нибудь говорил, что ты конченная психопатка, Изабель? — А кто в этом виноват?! — ее шепот был истеричным, заставившим Шломо приоткрыть глаза. — По-твоему, блядь, я? — мой вопрос был выстрелом в лоб, пока я собирал губами кровь. Что было не так с этой женщиной? — Знаешь, за что ты получила по губам в тот единственный раз? Её змеиный язык просто выводил меня из равновесия. Я уже не думал головой, вытаскивая ее за край ночного платья в коридор, прикрывая за нами дверь. Черт, эта мадам на эмоциях совсем забыла о Шломо. — За правду! — ударяя меня в грудь кулаками, Изабель захлюпала носом. — Если бы не тюрьма, не мой возраст, ты бы женился на Мэри, на этой паршивой шлюхе. Тогда-то я всё и поняла. Ни словом, ни жестом, ни единым намеком я не показал, что в этих словах есть хоть капля правды. Я схватил ее запястья. — Пусти меня! — дернулась она, однако я был сильнее. — Отпущу, как только ты угомонишься, мать твою, — ответил я. — Ты делаешь больно! — воскликнула Изабель, выпрямившись, чтобы взглянуть мне в глаза. — Зачем ты вообще приехал? Я отпустил её, и она с силой, настоящей ненавистью пихнула меня, прежде, чем направиться вниз. Схватив пустую чашку из пары сервиза, она налила себе воды и мигом осушила её. — Что у тебя за неприязнь ко мне, а? — спросил я. — Изабель, ты же родила от меня ребенка, неужели ты так ненавидишь меня за это? Изабель с искренним недоумением посмотрела на меня. — Ты глупец, Алфи, — сказала она, и я нахмурился. — Тупой, упрямый, эгоистичный бандит. Дело не в ребенке. Мне не противно, что я родила его именно от тебя. В этом нет проблемы. Мне не мерзко, что я забеременела от тебя с первого же случайного раза. Мне горько от того, что даже в ту священную для нас ночь, в самую главную для меня, я была вторая. Ты уже был с Мэри, но предпочел молчать. — У тебя все в порядке с башкой, м? — ответил я, отступая в сторону. — Ты просто сумасшедшая, да? С чего ты взяла, что я был с ней в нашу ночь? — Я знаю это. Знала с самого начала, как только возлегла рядом. О, Всевышний, какая же я была дура. — Изабель прикрыла лицо руками. — Я была просто новой игрушкой, более молодой, более интересной. — Тебя одолевает какой-то бес ревности, Изабель. Я не спал ни с кем в ту ночь, когда заделал тебе Шломо! — гневно возразил я. — Значит, спал после. — отрезала Изабель, — Прекрасно. — и я просто взвыл. — Мне не ясно только одно — как такой осторожный в бизнесе, деньгах и женщинах тип, вдруг позволил себе отключить голову и полностью расслабиться в постели именно со мной? — Не желаю больше слушать этот бред, Изабель, — сказал я, направляясь в гостиную, опускаясь на диван. Я запрокинул голову, опустив ноги на кофейный столик. Она последовала за мной, продолжая мучать меня какой-то чепухой. — Ты сделал это специально, чтобы я никуда не делась в случае развода. — пробубнила она, скидывая мои ноги со столика. Я уже пожалел, что затеял этот разговор, впрыскивая правду: — Черт возьми, у меня не было презервативов, Изабель, вот и всё, а. Да и как бы тебе понравился первый раз с грубой резиновой натяжкой? Изабель вцепилась в этот разговор, снимая с крючка моё пальто. — Пережила бы. — отрезала она, швыряя мне его. — Хм, правда? — я поймал верхнюю одежду. — Ты выгоняешь меня? Изабель отвернулась, но её голос выдавал тот факт, что она плачет. — Ты не изменился. — Я приехал сюда к сыну… если ты не забыла. Подбородок её дрожал, отличаемый в полупрофиль. — Разговора не выйдет. Ты и ему не поверишь, что Мэри настоящая ведьма. Что он боится её, как черта. — продолжала доказывать Изабель. — Если он тебе скажет, что это и в самом деле так? — А если он всего лишь повторяет за тобой всякую чепуху, так? — поднял я глаза на юную леди, и Изабель презрительно фыркнула от моего взгляда. — Ты не собираешься прислушаться к словам собственного сына? Тогда, мне кажется, тебе лучше убраться отсюда, — сказала она и протянула мне мою шляпу. — Прямо сейчас, пока Шломо не проснулся. Я схватил пальто и шляпу, направляясь к двери с прямой спиной. Эта девица окончательно поверила в себя. — Я оставляю тебе выбор, Алфи. Или ты бросаешь эту потаскуху, или теряешь сына. Натянув шляпу, я резко обернулся, подавляя желание схватить Изабель и сделать ей что-нибудь нехорошее. — Мда? — я отразил спокойствие, закидывая в рот лимонный леденец, — Тогда и ты выслушай мое предупреждение, девочка. Я не отдам тебе Шломо так просто. — Украдешь его? Увезешь в Израиль? Я рассмеялся, обнажив зубы. — Как же ты наивна, Изабель. Что за детские игры? Её лицо побледнело. — Мне казалось, играть в игры в твоем стиле. — Да, пожалуй, но наш солдатик вырос, став наоборот, ещё более беззащитным, — сказал я, приближаясь к её дрожащим губам. — В прошлый раз ему не было и года, когда ты начала войну. Крошечный, маленький, по закону, остающийся с матерью. Но теперь, ему не нужно твое отравленное злобой молоко, полный уход и абсолютное присутствие матери, ведь так?