Всего лишь помощь и ничего больше

×××

— Думаю, нам надо пока прекратить наши встречи. Так резко. Неприятно. И больно. Всё ведь было хорошо… Что вообще это значит? — В смысле прекратить? Почему? Минхо, наверное, никогда не испытывал столько эмоций за раз. Замешательство, злость, грусть, разочарование, предательство, сожаление и обида. Почему Джисон так поступает? Ли впивается ногтями в ладони, чтобы удержать своё привычное холодное лицо и не подать виду. Он не должен выглядеть расстроенным, ему должно быть плевать. — Как это - почему? Ты что, меня не слушал вчера? — Вчера? — нахмурился Ли. — Да. Когда мы фильм смотрели. Из вчерашних воспоминаний перед глазами только оголённые бицепсы Хана в безрукавке. Пожалуй, надо сжечь всю подобную одежду Джисона. — Ааа… Младший цыкнул, поняв, что Минхо вообще ничего не помнит. — Я тебе рассказывал, что моя бабуля с дедом наконец прилетают ко мне и будут гостить тут около недели. У меня абсолютно не будет времени: я собираюсь показать им город, посетить разные музеи, и всё вот в этом старческом духе, ну ты понимаешь. Минхо распахнул глаза. Какой же он глупый. Успел себе напридумывать всякого, разозлиться на Хана и прослушать вчерашний важный разговор. Как же глупо. — Тогда нам определенно не стоит видеться, — побледнел Ли. — Ни в коем случае не попадайся им на глаза. — Это вообще-то из-за тебя они меня ненавидят. Кто просил разговаривать с ними по видеосвязи в моей квартире, когда я принимаю душ и выхожу оттуда в одном полотенце! — Минхо обхватил себя руками, по телу пробежала дрожь. Джисон заржал от воспоминаний, хлопая по столу. Это было примерно год назад, когда младший пришёл к Минхо в квартиру после его неудачного секса и спалил своим родным обнажённое тело соседа. Тогда старики так громко кричали, негодуя с того, почему какой-то голый мужчина ходит в квартире Джисона. Хотя это была не его квартира! Тогда смущённый Ли, прикрывая грудь руками, выслушал от стариков лекцию о том, что геи попадают в ад, и чтобы он никогда в жизни не подходил к их внуку и не попадался им на глаза, показывая через экран охотничье ружьё, как угрозу, пока Хан еле сдерживал хрюки от смеха за кадром. — Да я же уже извинился и купил тебе целый сет роллов, а ты меня выгнал и не дал даже одной штучки попробовать, — заворчал Джисон. — То есть ты считаешь, что роллы стоят моей жизни?! Мне будет страшно выходить из дома эту неделю! — эмоционально раскинул Ли руки в стороны, забывая, что в кулаке он всё ещё сжимал огромный нож. — Кстати, когда они приезжают? Хан опустил взгляд, посмотрев на кисть, словно там были часы. — Ты прикалываешься? — Нет, я написал время у себя на руке ручкой, — Минхо шлёпнул себя по лбу и замер, когда услышал: — Через три часа. — В смысле?!

×××

Минхо аккуратно открывает входную дверь, прислушиваясь и пытаясь хоть что-то разглядеть из-за щели. Ещё никогда в своей жизни он так не боялся выходить в свой же подъезд. Прошло всего два дня, а Минхо, засевшему в квартире за работой и слушающему ворчания и смех стариков через стенку в соседней квартире, уже катастрофически не хватало солнца и места в мусорном ведре. Поэтому, подобрав идеальное время — шесть утра, и надеясь, что ни одна душа не выходит в такую рань, он направляется на свежий воздух, что так манит совершать рисковые поступки. Вроде всё было тихо и спокойно. Выдохнув напряжение из легких, он ступил за порог и в эту же секунду услышал хлопок подъездной двери, а потом чьи-то разговоры, и это точно был голос не молодых людей в расцвете сил. Сердце подскочило от страха, и за какую-то долю секунды он уже был в своей квартире, запертый на два замка, а то мало ли. И не прогадал, увидев в глазке, как бабушка с дедушкой Джисона заходили в соседнюю квартиру. Теперь вопрос, откуда они, чёрт возьми, возвращались в шесть утра! С таким успехом за эту неделю Минхо наверняка не избежит встречи с этими пугающими людьми. Остаётся надеяться, что они просто не узнают его. — Или вообще перекраситься, чтоб уж наверняка… Не проходит и минуты, как Минхо слышит стук в дверь. Он замирает, потому что там могут быть только они. О боже, это смерть. Может, пора уже через окно бежать? Взять паспорт, деньги, оставить прощальное письмо и купить билет в Японию? Он как раз всегда мечтал там жить и кушать пудинги на завтрак каждый день. Сосед Хан: Ты спишь? Ли вздрагивает. Сообщение выводит его из мыслей, заставляя напрячься. Хан хочет помочь ему сбежать, предупредив об опасности за дверью?

Минхо: Да. Ой, нет. Я в горах, вернусь через неделю. Может быть. Или не вернусь.

Сосед Хан: А связь откуда?

Минхо: Связь? Какая связь? Аааа. Я мама Минхо, он оставил мне свой телефон и ушёл в горы.

Сосед Хан: Ладно, это мило, но открой, пожалуйста, дверь. Что? Так Джисон заодно со своими бабушкой и дедушкой? Или они ему угрожают?

Минхо: Ты меня продал?

Сосед Хан: Что? Минхо на ватных ногах подходит к глазку, всматриваясь в силуэт, очень сильно напоминающий Хана. Так это и вправду он? Ли распахивает дверь, одним движением хватая младшего за руку и затаскивая в свою квартиру, снова запираясь на два замка. — Ты чего такой нервный? — взволнованно спрашивает Джисон, прикладывая ладонь ко лбу соседа. Простое и мимолётное действие, но такое приятное. Минхо, наконец, успокаивается. — Ты меня напугал. Точнее твои старики. Куда они вообще ходили в такую рань, и почему ты ко мне пришёл сразу после их возвращения домой? — Минхо чётко видит синяки под глазами у Джисона и его замученный, растрёпанный вид. — Прости, — прохрипел он, присаживаясь на диван в гостиной. — Я просто очень устал. Сегодня воскресенье, и я думал, что хоть в этот день высплюсь, но мой режим и режим моих бабули с дедом совершенно не совпадают. Минхо присел рядом, с сожалением поглаживая плечо младшего, который был сам не свой. Никаких шуток, многозначительных взглядов или действий. Просто сонный взгляд в пустоту. — Они начали свой день, и в этом шуме невозможно спать, — продолжил Хан и от его слов даже ледяному сердцу Минхо стало тяжело. Он притянул Джисона, заставляя положить голову на свои колени. Хан тяжело выдохнул. — Они же никогда не были в столице, вот я и показывал им все достопримечательности, заведения, красивые улочки, пытаясь совместить всё это с учёбой и домашней работой, — с каждым его словом голос утихал и замедлялся. — Прошло всего два дня, но я так хотел хотя бы просто поговорить с тобой. И увидеть тебя, конечно, но времени даже на переписку не было… — Потерпи ещё пять дней, — Ли запустил пальцы в пушистые волосы младшего. — Ты можешь приходить ко мне в любое время. Но Джисон уже не слышал. Уснул. — Тц, нашел где засыпать. А мне что делать? — шёпотом заворчал Минхо, продолжая гладить Хана по волосам. Он и сам не заметил, как его настигла сонливость, зато копчик ощутил на себе всё очень прекрасно. Проснулся Минхо ближе к одиннадцати утра с болью в теле, укрытый пледом, но уже без Джисона. Заставил же он всё-таки помучиться. — Вот же идиот… Мог и подольше поспать.

×××

Шёл уже четвертый день с момента приезда родственников Джисона. Минхо думал, что будет проще. И ему это абсолютно не нравится — то, что он скучает по прикосновениям Хана и его присутствию возле себя. Не хватает тупых шуточек и нелепых подкатов. Он нервничает, ведь теперь успокоение в виде несносного соседа не появлялось у него на глазах уже два дня. Это нехорошо, он не должен быть так зависим от Хана, он должен уметь сам справляться со своими проблемами и… потребностями. Но всё же эти крепкие руки Джисона ничто не заменит. Как же Ли хочет его, это невыносимо. Этой быстрой, невероятной и такой сладкой разрядки от чужих рук. Минхо откидывает голову, тёплая ванна смягчает мышцы, а спокойная музыка успокаивает ураган в мыслях. Сосед Хан: Ты принимаешь ванну? Ли берёт телефон, читая неожиданное сообщение. На минуточку, первое за эти дни. Он крутит головой, осматривая маленькое помещение, а то мало ли.

Минхо: Откуда ты знаешь? Ты следишь за мной? Ну и где камеры?

Сосед Хан: Милый, как всегда. Я просто слышал из своей ванны, как ты набираешь воду. Я тоже чиллю в водичке. Сбежал от ворчания бабули ТТ. В репертуаре Джисона. Погодите…

Минхо: Тоже в ванне, говоришь? Ты один?

Сосед Хан: Нет, блин, с семьёй сижу тут. Минхо ухмыляется. Его тело приятно покалывает, и он в предвкушении реакции Джисона нажимает на видеозвонок. Младший берёт трубку спустя пару секунд с такими выпученными глазами, словно призрака увидел. — Ты что делаешь? — шёпотом настойчиво спрашивает он, поднося камеру к своему лицу. Но Минхо всё равно замечает обнажённую кожу плеч и ключиц, с которых стекали капли воды. Из-за пара от высокой температуры камера телефона немного вспотела, создавая странную, но довольно интимную картину. — Очевидно же, звоню тебе, — и по дьявольской, кроличьей улыбке Хан наверняка всё понимает, прикрывая глаза и шепча под нос: — Ты меня сведёшь с ума, — Джисон тяжело глотает, медленно приоткрывая глаза, и выглядит это, честно сказать, очень горячо. Его тело… — Покажи себя, — тихо, словно боясь напугать, говорит Минхо, удивляясь своему же голосу. — Ты серьёзно? Это жестоко. — Что именно? — Видеть тебя через экран в таком виде, пока ты сам там находишься с раскрасневшейся кожей, полностью без одежды, так ещё и с мыслями о том, что хочешь посмотреть на меня. Джисон слаб в этом плане, и Ли ужасно нравится так издеваться над ним, ощущая превосходство и всю власть в своих руках. Поэтому он действует первым, чтобы полностью разрушить Хана и, конечно, насладиться его реакцией. Минхо немного отодвигает камеру от лица, показывая часть груди и руку, которая начинает плыть по ней, рисуя пальцами узоры. Он откидывает голову, несильно смыкая на шее пальцы. По телу течёт вода и он вздыхает, слыша такой же дрожащий вздох от Джисона, который следит за каждым действием, не отрывая взгляда и даже не моргая, чтобы не упустить ни единый момент. — Чёрт, — шипит Хан. — Ты невыносим. — Минхо ухмыляется, радуясь своей шалости, пока младший тоже решает показать своё крепкое тело с медовой, на вид слишком сладкой кожей. — Ты такой красивый. А вот это было по-гейски, но у Ли всё равно приятное тепло разливается где-то в груди, так уютно согревая. Минхо закусывает губу, наблюдая за рукой Джисона, медленно опускающейся по торсу. — Давай, Джисон. Коснись себя и покажи мне то, что я сделал с тобой одним видеозвонком. Хан возмущённо хмурит брови, понимая, как легко старший играется с ним. Тихий вздох и… …ужасно громкий, ударивший по ушам стук в дверь. Парень вздрагивает, а за дверью: — Джисон-и, ты чего там так долго сидишь? Ужин готов, давай вылезай, — разбивая всю атмосферу. У Хана на лице такое разочарование, такой облом и боль всего мира, что Минхо не может сдержать громкого, задыхающегося смеха, чуть ли не роняя телефон в воду. — Не смотри на меня с таким каменным лицом, я сейчас задохнусь, — еле выговаривет Ли, видя на экране средний палец, а потом мягкое: — Скоро увидимся.

×××

— Они хотят остаться ещё на неделю! Сказал Джисон в тот же день, сразу после принятия ванны узнав от деда, что им очень понравился город, и они хотят пробыть тут ещё как минимум неделю. Да и со внуком веселее, чем вдвоём. Минхо никогда не думал, что будет по кому-то так скучать. Что будет хотеть поскорее увидеть этого человека, обнять, ощутить его руки на своём теле, его тепло и нежные слова о своем внешнем виде, а потом и колкие пререкания между друг другом. Может, Ли просто не хватает общения? Некому рассказать о прошедших днях, надоедливых соседских детишках и неудавшейся шарлотке, которая пахла почему-то мясом. Хёнджин с Минхёком и Сынмином вечно заняты и могут послушать его от силы минут пятнадцать, а Минхо надо больше, вместе с горящими глазами, смотрящими на него и руками, поглаживающими по плечу, сидя в обнимку. Джисон любил его слушать, наверное поэтому Ли скучает именно по нему. Ну и, конечно, самая главная причина — они ведь друзья с привилегиями. У Минхо всегда были девушки, сколько он себя помнит. Это не доставляло удовольствие, но было хотя бы что-то. А тут уже как две недели без чужих рук на своих бёдрах. Это мучительно и жестоко. Ли обещает, что как только он останется с Ханом вдвоём, он больше не сможет себя контролировать и набросится на своего соседа, попробовав с ним всё, что только можно. Нет сомнений, что Джисон тоже его невыносимо сильно хочет. Минхо наверняка даже и шагу делать не придётся, прежде чем оказаться в его крепких, мускулистых руках. С этими прекрасными мыслями, позабыв обо всём на свете, Ли в приподнятом настроении отправляется в магазин, оставив ключи от машины дома, чтобы прогуляться по парку, подышать воздухом и погреться под лучами тёплого солнца. Зайдя в лифт в полном умиротворении, Минхо даже не обращает внимания на щелчок соседской двери. Лифт только начинает потихоньку закрываться, как неожиданно протискивается чья-то рука. Пыхтя, Джисон выпрямляет спину, встречаясь с расширенными глазами Минхо. Они не виделись практически две недели, не считая видеозвонка. Так необычно смотреть на сияющее свежестью лицо соседа. Он выглядит неловко, но так же очаровательно, как всегда. Его волосы довольно сильно отросли за это время, падая на глаза: корни тёмно-каштановые, как его натуральный цвет, когда остальная длина всё ещё оставалась тускло-блондинистой, как сено. У Минхо ползёт улыбка на лице, которую сдержать было уже невозможно. Холодное выражение лица перед Ханом в последнее время почти всегда трескалось. Эта секунда казалась такой долгой, Ли успел столько всего заприметить, почувствовать, обдумать, пока младший лишь как-то виновато глянул ему в глаза и сразу же отвернулся, выходя из лифта. — Придержи, пожалуйста. И два новых голоса, выходящих из квартиры: — Джисон-и, ты вызвал лифт? Иди сюда, помоги. Вот же чёрт этот Хан Джисон. Самостоятельно загнал его в клетку! Сердце взрывается в подскочившем ритме, холодок пробегает по спине. Это так обидно. Сколько времени Ли старался избегать их, а Джисон взял и подставил его. — Мы опаздываем, — кряхтит пожилая женщина, заходя в лифт. За ней её муж и Хан с двумя чемоданами, протиснувшийся прямо к Минхо. Ох, так они уезжают обратно. Младший одними губами шепчет «прости», ободряюще улыбаясь и смотря только на Минхо, который смущается от такого пристального взгляда. Получается, бабушка с дедушкой Джисона его не узнали, ну или не присмотрелись к незнакомцу в лифте. С третьего до первого спускаться к счастью быстро, Минхо даже не успевает накрутить себя и впасть в панику. Просто старается держаться в углу, чтобы на него не обратили внимания, но этому тугодуму Джисону обязательно нужно что-то да сотворить. — Такой котёнок, — смотря только на лицо Минхо таким до боли ласковым взглядом. Очевидно, он обращался к нему. У Ли сердце подскочило, упав в пятки. Ужас окутал все его тело, когда старички обернулись на голос Хана, уставившись на них двоих. — Что? — спросила бабушка. — Котёнок? Джисон прикусил губу, со всей силы сдерживая смех. Вот же говнюк, да он точно издевается! — Д-Да, — еле как пересилив свой страх, подал голос Ли, нервно начиная придумывать отговорку. — Я показал вашему внуку фотографию своего кота. Кстати говоря, забыл представиться. Я сосед Джисона, Ли Минхо, рад с вами познакомиться. Вы выглядите просто прелестно, — протараторил Минхо, ощущая, как его конечности немеют. Ещё немного и он сойдёт с ума. — Давайте для начала мы выйдем из лифта, — предложил Хан, слишком счастливо улыбаясь для человека, которого скоро постигнет кара от самого Минхо. Бабушка с дедушкой Джисона представились, пожав холодную, потную руку Ли. — Погоди, — вдруг начал пожилой мужчина. Парень от страха чуть не икнул. — Мне кажется, я тебя знаю. Где же я мог тебя виде- — Прошу прощения, — прервал их Хан. — Мне жаль, но если не поспешим на рейс, то можем опоздать. — Божечки, — охнула старушка. — Я вам помогу с чемоданами, — и кто Минхо вообще тянул за язык? Его же почти узнали! Все же шло так хорошо, но нет, ему мало. Скорее всего, он просто как ребёнок захотел произвести хорошее впечатление на родных, дорогих людей Джисона, жертвуя своим же спокойствием. Ну вот угораздило же отправиться за продуктами именно в это время. — Спасибо большое, внучок, — уже садясь в машину Хана, поблагодарила бабуля, снова пожимая Минхо руку. — Я рада, что у нашего Джисон-и такие добрые соседи. Как гора с плеч. Минхо счастлив от этой похвалы? Джисон подошёл к нему самый последний, с благодарностью посмотрев своим тёплым взглядом. И этого было достаточно, чтобы Ли забыл все обиды. — Я по тебе так сильно скучал, — проныл Хан. — Прости, я не смог сдержаться тогда в лифте. — Должен ли я придумать тебе наказание? — Фу, Господи, — засмеялся Джисон вместе с Минхо, хлопая его по груди. — Если реально хочешь, то можешь, — уже серьёзным голосом сказал младший, удивляя Ли. — Иди уже, вы опаздываете. Хан кивнул. — Жди меня. Я скоро вернусь. И это облегчение с приливом сил после слов Джисона ни с чем не сравнить. Минхо быстренько отправился в магазин за продуктами, как и планировал, боясь вернуться позже, чем Хан. Хотелось как можно скорее его увидеть, прикоснуться и ощутить его запах, по которому он так скучал, как бы сложно это ни было признать. К счастью, Ли даже успевает приготовить наспех пасту, предполагая, что Хан может быть голодным. Ну или просто хотеть его еды, которую он не ел уже около двух недель. А Минхо хотелось услышать привычную похвалу и увидеть набитые его едой щёки. Сосед обожает его готовку, и Ли так не хватало этих вечерних посиделок, просмотров фильмов и разговоров обо всём подряд. Минхо никогда так не подрывался на стук в дверь, особенно когда к нему приходил Хан. Но сейчас всё тело пылало от предвкушения, маленькое щекочущее возбуждение бегало по всему телу. Хотелось открыть дверь и, подавляя стыд, просто наброситься на Джисона, страстно завлечь его в поцелуй, а потом и в постель. Эти мысли не переставали крутиться в голове. Но, кстати говоря, возможно, сам Джисон первый не выдержит, сожмёт его в своих крепких руках и повалит на первую попавшуюся поверхность, хотя бы для того, чтобы снять двухнедельный стресс. Ли краснеет от своих мыслей, распахивая дверь и видя улыбчивое лицо Джисона. На душе необычайно тепло, а радость в теле так и хочет вырваться наружу, но Минхо сдерживается, со спокойным лицом пропуская Хана и пытаясь не прижать его к двери. — Ты меня чуть в могилу не отправил там, в лифте! — Тсс, — Джисон прикладывает к своим губам палец, закрывая за собой дверь и снимая обувь. — Не сейчас, — прошептал он, сокращая между ними расстояние и заставляя Ли покрыться мурашками от такой смены обстановки. Значит, Минхо не ошибался, когда предположил, что Хан может первым не сдержаться. Младший берёт руки Ли в свои, кладя их на собственные плечи и смотря таким глубоким взглядом, что хотелось сжаться. Джисон касается ладонью щеки Минхо, приближая его лицо к своему и, наконец, за эти две недели, целует, но… совсем не так, как себе представлял Ли. Не грубо, не страстно, а до боли нежно и мягко, сминая его губы со всей осторожностью и поглаживая кожу лица, что хотелось просто расплыться. Язык тела Джисона говорит о том, будто он на самом деле очень сильно скучал. Будто губы Ли это воздух, который он с таким аппетитом вбирает в свои лёгкие, без какого-либо пошлого подтекста. Лишь чистая лю… Какие же бредовые мысли приходят в голову Ли в такие моменты. Наверняка Джисон просто очень устал. Но Минхо и не против, если честно, ему даже нравится — то, как осторожно с ним обращаются и то, что первым делом, что захотел сделать Хан — это поцеловать его. Джисон медленно разрывает их поцелуй, приоткрывая глаза и пристально смотря на лицо Ли долгие секунды, без единого слова. Наконец, он опускает взгляд, отходя на шаг назад. — Я так ждал этого дня, — беззаботно смеётся младший, заставляя эту хрупкую атмосферу между ними разбиться, наполняя квартиру смехом и привычными шутками. Минхо чувствует себя странно. — Ну, рассказывай давай, — накладывая им обоим пасту, говорит Минхо, и Джисон начинает. Остановить его уже невозможно. Он рассказывает каждую подробность, в большей степени ворча на старое поколение и их иной взгляд на мир, что мешало Хану просто наслаждаться времяпровождением с бабушкой и дедушкой. Он их, конечно, любит, но продолжительно оставаться с ними наедине не может. После долгого разговора они переместились в гостиную, включили фильм на нетфликсе, и Хан с большим энтузиазмом раскрыл свои руки, приглашая в объятия. — Боже, мы что, влюблённая пара? — закатил Минхо глаза, но всё равно сел спиной к груди Джисона, который сомкнул вокруг него руки и тихо комментировал фильм, не обращая внимание на их позу. Было неудобно или скорее непривычно. Прежде они никогда так не сидели. Но когда Джисон начал время от времени класть подбородок на его плечо, смеяться на ухо, щекоча дыханием и невинно касаться губами шеи, Минхо напрягся, совсем не понимая, зачем Джисон вообще это делает. Что-то он слишком нежный даже для человека, кто скучал по своему другу-любовнику. Чувства в груди Ли напрягают. Хан снова целует старшего, но в этот раз мокро, разнося по телу мурашки. — Да что ты делаешь?! — Минхо вырывается из объятий, поворачиваясь к младшему. — Мне не нравится. — Хорошо, — спокойно отвечает Джисон, пересаживаясь. И спустя какую-то жалкую минуту просмотра фильма, не чувствуя руки Хана на своём теле, Минхо понимает, что ему не хватает тела Джисона, касающегося его, ведь, оказывается, ему на самом деле это… нравится. Ужас от осознания окутывает всё тело, но прежде чем Ли ловит странную мысль, Джисон перебивает его. — А давай сходим куда-нибудь вместе? Пришедшее пару секунд назад осознание откладывается на задворки сознания. — Типа на свиданку? — Ну типа. — Давай. Давно не выбирался из дома. А куда? Джисон загорается, вскакивает с дивана и с бодрой улыбкой выдаёт такую простую, но интригующую идею. — А давай это будет сюрпризом? Думаю, тебе понравится, — энергично перемещаясь по комнате, говорит Хан. — Тогда завтра в четыре я зайду за тобой. Ты не будешь занят? Ли с нежной улыбкой мотает головой, не отрывая взгляда от возбуждённого предстоящей встречей парня. И что вообще с ним происходит в последнее время…

×××

Джисон приходит минута в минуту в назначенный срок, и это первый тревожный звоночек этого дня. — Боже, неужели ты впервые не опоздал? — Минхо распахивает дверь перед Ханом, улыбающимся во всё лицо. От яркости, исходящей от парня, слепило в глазах. — Не впервые, вообще-то, — цокает младший, осматривая Ли с головы до ног. — Вау! Ты выглядишь просто великолепно, — дарит комплимент Джисон, пока Минхо смотрит с одной выгнутой бровью. — Я ещё не переодел домашнюю одежду. — Ой, — неловко чешет Хан затылок, смущаясь от своих же слов. Разве это была не привычная его нелепая шутка, чтобы разбавить атмосферу? — Просто мне бабуля сказала, что нужно обязательно делать комплименты на свиданиях. У Минхо вчера просто вырвалось, а Джисон серьёзно подумал что это свидание? Ли, честно сказать, считает такого младшего даже немного очаровательным. — Подожди меня десять минут, и пойдем. Минхо не тратит время попусту, быстро надевая уже подготовленную одежду, а после приступая к своему лицу. Он любит всегда выглядеть хорошо, используя немного косметики, ведь это нравилось всем девушкам, да и поднимало самооценку, когда он смотрелся в зеркало. Хотя некоторые парни все же не одобряли его вид, но ему было плевать на них, ведь на таких неухоженных людей, как они, никто и смотреть не хотел. Ли лёгкими движениями нанёс базу под макияж, пудру, немного теней и нарисовал маленькие, почти незаметные стрелки на глазах, что подчеркивали его кошачий взгляд. И только под конец добавил вишневую гигиеничку, оставляющую после себя не только небольшой цвет и блеск, но и приятный аромат. — Отлично. Я готов, — выкрикивает он, выходя из комнаты. Джисон мигом встаёт с дивана, поворачиваясь к нему и, кажется, теряет челюсть. Он стоит, смотрит и молчит, не издавая и звука. Его глаза ярко блестят, и Ли может заметить, как грудная клетка поднимается лишь раз, больше не опускаясь. В груди приятно трепещет от такой реакции. — Ты… — подаёт Хан голос. — Очень красивый. Минхо сразу на это отвечает: — Я знаю. Пошли, — и улыбается, пока Джисон этого не видит. — Стой! Надо завязать тебе глаза, — младший достаёт из кармана черную полосу ткани. — Чего? — Я хочу, чтобы это был сюрприз, я же тебе говорил. Поэтому ты не должен ничего видеть. О боже, какой же Джисон глупый романтик. — Что за бред… Но почему-то Минхо всё равно оказывается в машине у Джисона с завязанными глазами и со скрещёнными руками, потому что он негодует: какого чёрта ему надо было завязывать глаза именно в его квартире, ибо из Хана ужасный проводник и спускаться с третьего этажа, хоть и на лифте, было целым испытанием. — Ты же понимаешь, что я всё услышу? — Молчи, не порть мой план, — бубнит Джисон, включая громче какую-то женскую к-поп песню, под которую он сразу же начал подпевать. Почему-то Минхо чувствует необычное спокойствие возле соседа, даже если его везут непонятно куда с повязкой на глазах. Ему становится стыдно от своих недовольных комментариев и холодного отношения к Джисону, который старался и думал об их «свидании» наверняка долгое время. Ли искренне рад сегодняшнему дню и это очень странно, ведь обычно всё совсем иначе. Они просто едят суши в ресторане и расходятся по квартирам. Или если смотреть на последние недели, то делают друг другу приятно и снова-таки расходятся. Но вчера будто их личный мирок перевернулся вверх дном. Минхо ничего не может понять с того момента и обычное «просто прими это и наслаждайся» не работает. В любом случае, Джисон просто удивителен, как бы неловко это ни было признавать. — Спасибо тебе большое, — со всеми накопившимися чувствами говорит Минхо, надеясь, что его не расслышат сквозь громкое пение. — За что? Мы ведь пока не доехали в о… — Джисон запинается. — Эй! Я чуть не проговорился! Это всё был твой коварный план, да? Ли смеётся и даже не пытается переубедить младшего, про себя договаривая «за всё» — за то, что помог разобраться в себе, за смелость, помощь, приятные слова, похвалу, разговоры по ночам, за ужином и во время кино, за вечный оптимизм, и за то, что помог взглянуть страху в глаза и просто наслаждаться жизнью. И почему вдруг Минхо тут расчувствовался. Это всё повязка на глазах, заставляющая погрузиться в свои мысли. Чёртов Джисон. — Мы приехали. Выходи. — Как я тебе выйду? Я ничего не вижу. — А, точно. Забыл. Минхо хотелось то ли смеяться, то ли плакать. И как его жизнь вообще свела с этим чудиком. — Я слышу много голосов, — недовольно говорит Ли, пока Хан помогает выйти ему из машины, держа за руку. — Ты позоришь меня перед людьми с этой дряной повязкой на глазах. А ещё не держи меня за руку, мало ли, что люди подумают. Хан фыркает, и скорее всего в своей манере закатывает глаза. — Ну и иди без моей помощи. — Постой, — Ли молчит, не желая продолжать. На самом деле ему было интересно к чему вся эта глупая ситуация может привести. — Дай мне руку. Ладонь Джисона тёплая, немного потная, возможно из-за волнения. Шёпот вокруг напрягает, от которого никуда не спрятаться, но Хан не останавливается, уверенно шагая вперёд и помогая Минхо идти без всяких происшествий, что несказанно радует. Сердце ужасно громко и быстро стучит то ли от предвкушения, то ли от страха. Нос улавливает странные запахи, а когда они входят в помещение, звуки голосов начинают искажаться. Так будоражит. Хан ободряюще сжимает ладонь Минхо, останавливаясь. — Мне страшно. — Почему? — Хочу, чтобы тебе понравилось, — шепчет Джисон возле уха старшего. Мне понравится в любом случае. — Не думай, а действуй. — Тогда я снимаю повязку. Минхо слышит дыхание младшего, чувствует его пальцы, касающиеся прядей волос. Хан аккуратно развязывает повязку, медленно убирая ее с глаз Ли. Минхо видит перед собой глаза Джисона, не отводящие взгляд от его собственных глаз. Под этим синим светом время замирает. Старший удивлённо распахивает глаза, осматриваясь. Дыхание спирает. Он никогда не был в таком месте. — Это же… — голос дрожит от восхищения. Минхо переводит взгляд обратно на напряжённого Хана, не отпускающего его руку. — Ну, как тебе?