Жена Демона

      Саске замер, услышав слова жены. Первой его мыслью было то, что она разыгрывает его, но её взгляд и манера поведения сильно отличались — перед ним сейчас стояла незнакомка.       Учиха опустил пистолет и отстранился от Сакуры, а затем ровным тоном произнёс:       — Я — твой муж.       По лицу девушки скользнула лёгкая тень удивления. Сперва она опустила взгляд и посмотрела на свою левую руку, на безымянном пальце которой отсутствовало обручальное кольцо, а затем подняла глаза на мужчину и небрежно ответила:       — Я не замужем. Это была плохая шутка.       Сакура от него отвернулась, чтобы уйти, но Саске схватил её за плечо и резко развернул к себе лицом.       — Разве я похож на клоуна, чтобы шутки с тобой шутить?       Девушка внимательно всмотрелась в красивые черты лица незнакомца. Он был серьёзен и суров, и явно не настроен на юмор. На мгновение Сакуре вдруг показалось, что она знает этого мужчину. Несколько секунд девушка пристально разглядывала его, пытаясь сконцентрироваться на восприятии своих неясных ощущений, а потом ответила:       — Ты похож на Учиху Саске. И что же боссу Якудза от меня нужно?       Саске нахмурился. Когда он ехал сюда, на встречу с женой, то у него было несколько вариантов исхода событий. Однако, не было ни одного, где Сакура лишилась памяти, и это выбивало его из колеи. Особенно её поведение — безжалостной и хладнокровной стервы.       — Я уже сказал, что ты — моя жена. И я приехал, чтобы забрать тебя. Твоё место в клане Учиха, рядом со мной.       Сакура скрестила руки на груди и одарила Учиху ледяным взглядом. Она знала, что у неё были проблемы с памятью — девушка не могла вспомнить ни одного события из своей жизни, когда попала в клан Сенджу. Тем не менее, это не сильно её волновало. Сакуре нравилась её нынешняя жизнь и ничего в ней ей не хотелось менять. У неё даже не было ни малейшего желания узнавать о прошлом. И мужчина, назвавшийся её мужем и приехавший за ней, совсем не волновал Сакуру.       — В прошлое тянет тогда, когда нет счастья в настоящем, — сказала девушка. — Меня же моя жизнь абсолютно устраивает. Я ничего не хочу менять, поэтому ты зря приехал за мной. И даже если мы женаты, то разведёмся — я не вижу в этом проблемы.       Саске злобно прищурил глаза.       — Не зли меня, женщина, — процедил он сквозь зубы. — Что ж, добровольно или с применением силы, но ты поедешь со мной. И развод ты не получишь — даже не надейся.       — Как же, размечтался, — огрызнулась Сакура.       — Я не буду повторять тебе дважды.       И Саске схватил её за плечо, но девушка резко скинула его руку и занесла кулак для удара, но мужчина парировал его. Тогда Сакура попыталась ударить его левой рукой, но и этот удар Учиха блокировал. Девушка скривила губы и резко выставила колено вперёд, целясь мужчине в пах, однако, Саске поймал её колено раньше, чем она смогла нанести ему болезненный удар.       — Ты всегда пытаешься ударить меня в самое уязвимое место, чтобы сделать больнее. Хоть что-то в тебе не поменялось… Может, уже достаточно игр? — суровым тоном произнёс он.       — Да, думаю, достаточно, — согласилась Сакура. Молниеносным движением правой руки она вытащила кинжал из ножен, прикреплённых к бедру, и приставила лезвие к горлу Саске. — Отвали от меня. Я никуда с тобой не поеду. В противном случае я перережу тебе глотку.       Чёрные глаза встретились с зелёными.       «А её боевые навыки заметно улучшились, — подумал Саске. — Только вот это всё равно ничего не меняет».       Он схватил её за запястье руки, в которой Сакура держала кинжал, и крепко сжал.       — По-хорошему или по-плохому, но я заберу тебя с собой.       В голосе мужчины звучала непоколебимая решительность. Зелёные глаза девушки сверкнули холодным блеском и она надавила острым лезвием кинжала на шею Учихи — красные капли крови хлынули из пореза на его коже. Саске оскалился и начал с силой сдавливать запястье жены. Сакура попыталась ещё углубить рану на его шее, но боль в запястье остановила её. Девушка поморщилась, но не вскрикнула, когда боль в запястье стала невыносимой.       — Я сломаю тебе руку, если ты не выбросишь кинжал, — грозно предупредил Саске и сильнее сжал запястье жены.       Сакура одарила его взглядом, полным холодной ярости, и снова попыталась углубить рану на его шее, но Учиха был физически сильнее неё в несколько раз, и когда окровавленный кинжал выпал из её ослабевших пальцев — исход этого противостояния был изначально предрешён. Девушка тихо выругалась:       — Мудак.       — Ты ведь не думала, что я позволю тебе перерезать себе горло.       Откинув ногой холодное оружие в сторону, Саске разжал пальцы на запястье жены. Сакура опустила взгляд на пульсировавшую болью кожу — мужские пальцы отпечатались на ней маленькими гематомами и начавшими проявляться синяками.       — Прости, — искренне извинился Учиха, заметив последствия от своей силы, которую был вынужден применить к жене.       Сакура смерила его ледяным взглядом, а потом сжала кулак и ударила Саске в скулу. Холодно улыбнулась, увидев кровь на его лице, и ответила:       — Вот теперь извинения приняты.       Она отвернулась от мужчины, тем самым давая понять, что их разговор закончен. Учиха небрежным жестом стёр пальцами кровь с разбитой скулы, шагнул к жене и обхватил её руками со спины — в левой ладони зажал оба её запястья, прижимая к животу, а правой рукой сжал горло Сакуры. Девушка попыталась вырваться, но хватка мужчины была сильнее. Саске теснее прижал тело жены к себе и, склонившись к её уху, произнёс:       — Это так навевает воспоминанием о прошлом. Только в тот вечер были совсем другие декорации…       Сакура предприняла ещё одну бесполезную попытку вырваться из его хватки, но мужчина лишь сильнее сжал пальцы на её горле.       — Не понимаю о чём ты, но плевать я хотела на призраки прошлого, которые донимают тебя, — процедила она сквозь зубы.       Он наклонился к ней. Ощущая сладкий аромат Сакуры и тепло её тела в своих руках, мужчине нестерпимо захотелось поцеловать жену. Слишком долго он не видел её, чтобы отказаться от этого искушения.       — Разве так должна встречать жена своего мужа после долгой разлуки? — спросил он.       — Я тебя не помню, ублюдок, — холодно ответила Сакура. — А кому должна — я тем прощаю.       Саске улыбнулся, но улыбка его была похожа на волчий оскал.       — Тогда сейчас я покажу тебе, как надо. Возможно, это воскресит твои воспоминания обо мне.       Девушка ощутила на шее горячее дыхание Учихи. Её глаза сердито прищурились, разгадав мотив его дальнейшего действия.       — Не смей ко мне прикасаться, — предупредила она, но Саске склонился ещё ниже, едва касаясь губами девичьей кожи. Но до того момента, как его губы приблизились к её шее, Сакура резко и сильно наступила Саске на ногу каблуком. Мужчина грязно выругался и слегка отстранился, но всё так же продолжал удерживать жену в своих руках.       — Что здесь происходит? — раздался позади них властный женский голос.       Сакура дёрнулась в руках Учихи и тихо произнесла:       — Госпожа Цунаде, прошу прощения.       В её голосе звучали уважение и вина. Саске повернул голову в сторону женщины и встретился с её суровым взглядом золотисто-карих глаз. Про себя он отметил сохранившуюся молодость этой женщины, красоту и стройность её фигуры, ведь Цунаде была в возрасте пятидесяти лет. Однако, её тяжёлый взгляд говорил о не менее тяжёлом характере. Она, в свою очередь, тоже прошлась по мужчине оценивающим взглядом, и ей крайне не понравилось то, что он так бесцеремонно посмел удерживать её подчинённую. Золотисто-карие глаза недобро сверкнули.       — Наглое поведение и бесчеловечная жестокость, — сказала Цунаде. — Ты похож на Мадару — даже сильное внешнее сходство есть. Учиха Саске, я полагаю.       Мужчина кивнул.       — Что тебе нужно от Сакуры? Она моя подчинённая, отпусти её. К тому же, между кланом Сенджу и кланом Учиха сейчас нет вражды, тогда почему вы здесь и вмешивайтесь в наши дела?       — Всё верно, между нами нет раздора, — ответил Саске. — Я приехал не портить отношения с кланом Сенджу, а чтобы вернуть своё. Сакура — моя жена и я хочу забрать её домой. Однако, у нас нарисовалась небольшая проблемка — она совершенно не помнит меня, поэтому и не хочет уезжать со мной.       Цунаде на миг растерялась, услышав эту новость, а затем нахмурила брови, увидев, как Сакура в очередной раз попыталась вырваться из рук Учихи, но тот лишь крепче прижал её к себе.       — Значит, та женщина, которую ты ищешь — и есть Сакура, — задумчиво произнесла Сенджу. — Знала бы заранее, что она — твоя жена, то спрятала бы её в своём клане.       Жёны мужчин из Якудза всегда живут в тени своих мужей. Их лица знает только самое ближайшее окружение клана. Это правило соблюдается для того, чтобы враги не смогли похитить женщин мафиози с последующей целью шантажа и манипуляции. А если такое и случалось, то вычислить и найти похитителя было бы проще — предателем мог быть только член клана из ближайшего окружения. Цунаде не входила в ближайшее окружение клана Учиха, поэтому не могла знать жену босса в лицо.       Саске оскалился.       — Рано или поздно, но я бы всё равно нашёл её, — ответил он. — Твоё счастье в неведении, женщина, иначе бы я лично убил каждого твоего подчинённого прямо у тебя на глазах.       Цунаде смерила его злым взглядом.       — Даже не сомневаюсь в этом. Отпусти Сакуру — мне нужно поговорить с тобой наедине, — сказала Сенджу. Заметив мелькнувшее сомнение во взгляде Учихи, она добавила: — Не переживай, Сакура не убежит пока мы с тобой разговариваем.       Секунду поколебавшись, Саске всё же нехотя разжал руки, отпуская жену. Освободившись из вынужденного плена, Сакура резко пихнула мужчину локтём в живот и, вежливо поклонившись Цунаде, с достоинством ушла. Сенджу спрятала улыбку, когда Саске грязно выругался из-за поступка жены.       — Раньше она никогда не пыталась меня убить, даже если была в ярости… — задумчиво глядя вслед уходящей девушке, произнёс он. Саске прикоснулся к ране на шее, оставленной кинжалом Сакуры. Потом перевёл взгляд на Цунаде. — Как моя жена попала в клан Сенджу?       Цунаде не сильно жаловала Учиху из-за жестоких злодеяний Мадары, с которым у её клана в прошлом была вражда, но Саске не собирался идти по стопам своего дяди, и женщина решила быть с ним искренней.       — Сакура шла вдоль дороги вся в крови, когда мы проезжали мимо. По ранам на её теле я поняла, что она попала в аварию и оказала ей медицинскую помощь. Я стала расспрашивать её о случившемся и о ней самой, но она ничего не помнила, кроме своего имени. Поэтому я решила оставить её в своём клане. И ещё — я отправила людей на предположительное место аварии, но они не смогли найти её машину.       Саске задумался.       «Значит, Сакура не предавала меня и клан Сенджу не причастен к её исчезновению — никто из них не мог знать, что она — моя жена, поэтому никаких корыстных мотивов у них просто не может быть, — размышлял он. — Цунаде была в прошлом опытным врачом и одним из самых лучших, и сама занялась лечением Сакуры в клане. По этой причине не было никаких известий о ней в больницах, несмотря на ранения. Что касается Мадары, то он просто ублюдок, страдающий старческим маразмом — версию с ним тоже отметаем. Остаётся только авария, которую явно подстроили, но кто? Кто эта мразь, что прижилась в клане?»       — Спасибо за информацию, — поблагодарил Цунаде Саске, прервав свои размышления.       Женщина слегка скривила губы.       — Не за что. Я знаю, как действует клан Учиха в отношении своих врагов и предателей, поэтому не в моих интересах подставлять клан Сенджу под кровавую расправу. Месть — это удел твоего клана.       Мужчина улыбнулся. Он не мог не признать мудрость этой женщины.       — Тогда на этом и закроем тему, — сказал Саске. — Ты что-то хотела обсудить со мной наедине. Говори, я слушаю.       В глазах Цунаде мелькнуло беспокойство.       — Да, это касается Сакуры, — ответила она. — Меня беспокоит её амнезия, вызванная аварией. За три месяца, что она живёт в клане Сенджу, к ней так и не вернулась память, даже ни одного воспоминания не восстановлено. Я каждую неделю осматриваю Сакуру, но никакой динамики не вижу.       Учиха нахмурился.       — Возможно, не так много времени прошло и требуется больше для восстановления памяти, — предположил он.       Но женщина отрицательно покачала головой.       — Признаком скорого восстановления памяти является то, что у человека начинают поступать хотя бы смутные образы из прошлого. Чем дольше не возвращается память — тем больше вероятность того, что человек может навсегда утратить какие-то воспоминания, даже самые важные и значимые для него. А у Сакуры за три месяца не было ни одного воспоминания, даже расплывчатого и неясного — вообще ничего.       Саске стал ещё более хмурым.       — И с чем это может быть связано?       — Существует много различных причин — от травм головного мозга до каких-либо индивидуальных особенностей. Головной мозг — самый сложный орган в теле человека и ещё не до конца изучен, несмотря на современные технологии, — ответила Цунаде. — В случае же с Сакурой я больше склоняюсь к тому, что её мозг включил защитный механизм. Когда человек переживает сильное эмоциональное потрясение, причём несколько раз или многократно повторяющихся в его жизни — мозг включает защитную функцию, чтобы сохранить здравомыслие, и травма головы или сильный удар являются спусковым механизмом. Возможно, на подсознательном уровне Сакура не хочет вспоминать своё прошлое, поэтому у её памяти нет никакой положительной динамики к процессу восстановления.       И всё же женщина умолчала о том, что память Сакуры может частично восстановиться, если она будет находиться в своём предыдущем окружении, но опасалась, что это лишь сильнее травмирует девушку. Сенджу надеялась, что мужчина отпустит жену, оставив Сакуру у неё на попечении.       «Он ведь может жениться во второй раз, — мысленно рассудила она. — Не думаю, что всё это время он обходился без женщины. Как минимум одна, но любовница у него всё же есть».       Слова Цунаде подняли в душе Саске бурю самых разнообразных чувств.       «А ведь Сакура действительно постоянно испытывала стресс с того момента, как вышла за меня замуж, — подумал он. — До брака со мной её жизнь была спокойной и размеренной, в ней не было столько опасностей и боли…»       Калейдоскоп событий невольно прошёл по волнам его памяти — нежеланный брак, к которому её принудили; ночи с нелюбимым мужчиной, которые она была обязана проводить; его неверность, с которой она была вынуждена мириться; ребёнок, которого она не хотела… Помимо этого постоянная угроза жизни и опасность, притаившаяся за каждым углом — подорвали квартиру, в которой они жили в первые месяцы после свадьбы; периодические покушения на её жизнь, похищения, попытка изнасилования. А также потеря первого ребёнка, и после они едва не лишились второго из-за безумия его бывшей любовницы. Сакура была вынуждена осваивать приёмы защиты и нападения, а также владение холодным и огнестрельным оружием. И она впервые убила человека…       Кровь, слёзы, страх, ненависть, отчаяние — и бесконечная боль. Вот что она видела и испытывала за время их брака.       «Всё это не могло не отразиться на ней. Неудивительно, что Сакуре хотелось бы всё это забыть и больше никогда не вспоминать. Любой человек на её месте тоже бы выбрал забвение, пусть и непредумышленное».       — Я хочу, чтобы ты позволил Сакуре остаться в клане Сенджу.       Голос Цунаде вывел Учиху из размышлений. Мужчина сурово на неё посмотрел.       — Этого никогда не будет, — жёстко ответил он. — Я заберу её с собой в клан Учиха.       — Она возненавидит тебя, если ты заберёшь её силой, — предупредила его Цунаде.       — Пусть так, — сказал Саске. — И чем сильнее она будет меня ненавидеть — тем сильнее я буду любить её.       Женщина сердито на него посмотрела.       — Эгоист чёртов! В моём клане ей будет намного лучше и спокойнее, чем в твоём.       Теперь уже во взгляде Учихи мелькнула злость.       — Спокойнее? Ты это называешь спокойствием? — и он окинул взглядом уже закончившуюся резню. — Ты помогла моей жене и заботилась о ней все эти месяцы, поэтому я закрою глаза на то, что ты подвергала её жизнь опасности.       — Я лично тренировала Сакуру и сделала из неё опытного бойца — она бы не умерла так просто, — ответила Цунаде, начиная злиться.       — И ты думаешь, что я скажу тебе за это спасибо? — процедил мужчина сквозь зубы. — Я мог бы вырезать весь клан Сенджу сегодня — и тогда бы Сакуре некуда было бы возвращаться, кроме как ко мне. Так что будь благодарна за это. К тому же, есть человек, который нуждается в ней больше, даже чем я.       Глаза Цунаде расширились от удивления.       — Неужели это…       Саске лишь кивнул, подтверждая её догадку, и дал знак своим людям возвращаться к машинам, а сам направился в сторону жены — Сакура, скрестив руки на груди, безразличным взглядом осматривала трупы.       Цунаде смотрела на широкую спину Учихи и нервно покусывала ноготь на пальце правой руки.       «Значит, под своим сердцем Сакура носила твоё дитя… И если захочет, то она скажет тебе об этом, хотя я сильно сомневаюсь. В ту ночь Сакура долго плакала, а потом стала злая. Её сердце ожесточилось, и она попросила меня сделать её сильнее. С тех пор Сакура больше не проронила ни слезинки, хотя и подвергалась нечеловечески тяжёлым тренировкам, но зато стала настоящей хладнокровной убийцей. И, несмотря на потерю памяти, у неё всё же есть своя цель».       Саске, тем временем, вплотную подошёл к девушке и произнёс:       — Сакура, мы возвращаемся домой.       Но она даже не взглянула на мужчину.       — Какой же ты тупорылый ублюдок, — холодно произнесла девушка. — Я с тобой никуда не поеду. На каком языке мне тебе это сказать, раз на родном смысл до тебя не доходит?       Учиха тоже скрестил руки на груди.       — Я могу не спрашивать тебя и просто увезти с собой силой, — в тон ей ответил он. — Ты знаешь, что я могу это сделать, но не хочу причинять тебе лишнюю боль.       Сакура холодно усмехнулась, игнорируя мужчину. Она обошла его с левой стороны, но Саске вдруг резко прижал её к стене, не давая уйти. Девушка взглянула ему прямо в глаза и произнесла:       — Говоришь благородно, а поступаешь, как сволочь.       — Это ты не понимаешь нормального языка, вот и приходится с тобой разговаривать на языке силы, — прорычал он.       Её глаза злобно сузились.       — Во время нашего брака ты тоже брал меня силой?       Злые слова жены вызвали у Саске растерянность. Он тут же отпустил её и отстранился.       — Я никогда тебя не насиловал, — глухо произнёс Учиха. — И даже тогда ты бы убила меня просто за одну лишь попытку сделать это. Но я не настолько конченный, чтобы насиловать женщин. Не переоценивай свою значимость — я не стал бы брать тебя силой. Если бы ты отказывалась спать со мной, то моя постель не была бы пуста.       Эти слова вдруг отозвались тупой болью в сердце Сакуры. На неё нахлынуло какое-то смутное чувство дежавю, что-то сродни ощущения предательства или измены. Но девушка быстро отмахнулась от наваждения.       — Что ж, значит, ты не настолько сволочь, — сухо произнесла она и направилась к выходу, чтобы нагнать своих людей из клана Сенджу.       — Может, хотя бы навестишь Рэйдена?       Сакура остановилась и замерла.       «Рэйден…»       Она не помнила, кто он такой, но это имя всколыхнуло внутри неё столько эмоций, что ей показалось, будто бы она сейчас задохнётся. Поток самых разнообразных эмоций прошёл сквозь неё: Сакура ощутила бесконечную радость, щемящую грусть, невыносимую тоску, безграничное счастье, необъяснимое беспокойство и любовь, что шире самой вселенной.       Девушка обернулась. По её щеке скатилась слеза.       — Рэйден, он…       — Наш сын, — ответил Саске и протянул ей телефон, на экране которого была фотография улыбающегося черноволосого мальчика.       Взглянув на ребёнка, Сакура вдруг схватилась руками за голову — её внезапно пронзила острая боль. Ей послышался детский плач, который она часто слышала в своих снах, но думала, что это плач ребёнка, которого она потеряла. Саске кинулся к жене, но она остановила его жестом руки.       — Всё в порядке, не подходи, — произнесла она сквозь зубы, терпя неожиданный приступ мигрени. — Я хочу увидеть его.       — Тогда поехали, — ответил Учиха. Он явно испытывал облегчение, ведь совершенно не хотел снова применять к ней силу.       К ним подошёл улыбающийся Наруто.       — О, Сакура-чан! Я вижу, что счастливое воссоединение семьи всё же состоялось.       Девушка смерила его ледяным взглядом. Узумаки поёжился.       — Какой «тёплый» приём, однако… — вслух заметил он.       Саске посмотрел на друга.       — Она потеряла память, не доёбывай её, — сказал он. — Возвращаемся в клан.       Наруто с беспокойством посмотрел на жену босса, но ни о чём не стал расспрашивать.       «Лишилась памяти, значит… Ох, не к добру это».       ***       Всю дорогу до резиденции клана Саске сохранял угрюмое молчание, а Сакура старалась подавить в себе лёгкое волнение от предстоявшей встречи с сыном. Когда Учиха остановил машину около огромного дома, девушка без колебаний вышла из неё и направилась в дом — её словно бы что-то тянуло магнитом. Охранники вежливо склоняли перед ней головы, пока она проходила мимо, но Сакура не обращала на них никакого внимания, что вызывало у них озадаченное выражение на лицах.        Саске догнал жену и лишь спросил:       — Ты помнишь где находится его комната?       — Нет.       — Тогда следуй за мной.       И он молча провёл её до детской комнаты. Дверь была приоткрыта и поэтому плач ребёнка был отчётливо слышан. У Сакуры сжалось сердце — этот плач она слишком часто слышала в своих снах. А затем девушка уверенно и немного поспешно шагнула через порог и огляделась. Кроватка была пуста, но рядом с ней, на мягком кресле, сидела красивая женщина, похожая на Саске, и пыталась успокоить плачущего у неё на руках ребёнка. Сакура тут же шагнула к ней. Женщина подняла на неё чёрные глаза и замерла от удивления.       — Сакура, дорогая…       Но девушку волновал лишь плачущий ребёнок — этот крик разрывал её сердце по ночам так часто, что ей казалось, будто бы скоро от него останутся лишь мелкие кусочки. Сакура протянула руки к малышу и Микото покорно передала ей ребёнка. Рэйден, взглянув на мать, тут же перестал плакать. Секунду-другую он молча смотрел на неё, а потом радостно взвизгнул и обхватил своими маленькими ручками шею девушки. Сакура прижала сына к груди и нежно поглаживала по спинке, приговаривая:       — Не плачь, родной, теперь всё будет хорошо. Мама тебя больше никогда не оставит.       Рэйден улыбался и непоседливо ёрзал на руках матери, обнимая и целуя её. Саске и Микото, наблюдавшие за ними, переглянулись между собой и тихо вышли из комнаты. Женщина стёрла со щёк слёзы радости и обратилась к сыну:       — Спасибо, что вернул её. Она выглядит здоровой, только мне показалось, что Сакура немного странно себя ведёт…       Заметив хмурое выражение на лице сына, Микото резко оборвала себя и спросила:       — Что-то не так?       — Сакура потеряла память, — ответил он. — В тот день она действительно попала в аварию и из-за травмы головы теперь страдает амнезией. Её подобрал клан Сенджу и сделал своей подчинённой — всё это время она была у них.       Микото вздрогнула.       — Амнезия? Она вообще ничего не помнит? — ужаснулась женщина.       — Ничего. И возвращаться не хотела, — ответил Саске и невольно потёр отметину, оставленную кинжалом жены. — Цунаде сделала из неё отличную убийцу. И лишь упоминание о Рэйдене добровольно привело её сюда, хотя она и его не помнит.       Микото побледнела.       — Бедная наша девочка… И всё же материнское сердце не обманешь — матери всегда чувствуют своих детей. И что собираешься делать?       Саске устало прикрыл глаза и потёр переносицу.       — Пока не знаю. В любом случае, присмотри за ней, — попросил он. — Может, часть воспоминаний к ней всё же вернётся.       Микото прижала руки к груди и прочитала про себя короткую молитву за благополучие семьи сына.       ***       Сакура вышла из душа и, проходя мимо зеркала, мимолётно прошлась быстрым взглядом по своей фигуре. Её взгляд остановился на едва заметной белой полоске, расположенной внизу живота. От ранения почти ничего не осталось — только едва заметный след и горечь потери.       В тот роковой день, два месяца назад, они напали внезапно — посреди ночи застав девушку врасплох, когда она возвращалась к Цунаде. Двое наёмных убийц. Сакура лишила их жизни раньше, чем смогла допросить. И всё же один из убийц успел её ранить в живот. И рана эта оказалась смертельной для зарождающейся в ней жизни…       Сакура сжала зубы и отвернулась, накидывая на тело халат. Она не сомневалась, что за этим покушением стоял кто-то рангом выше. И след тянулся из её прошлого, которое она совсем не помнит.       «Эти грёбанные ублюдки мне за всё заплатят, клянусь».       Клан Сенджу не располагал такой властью и средствами, как клан Учиха, и это была вторая причина, по которой Сакура добровольно согласилась вернуться к Саске.       В дверь её комнаты постучали.       — Входите, — отозвалась Сакура.       Робко улыбаясь, порог комнаты переступила Микото.       — Надеюсь, не помешаю тебе, милая?       Сакура кивнула женщине на кресло, а сама принялась высушивать волосы феном, сидя за туалетным столиком. Она находилась в резиденции клана уже два дня и видела только Микото — свою свекровь — и Рэйдена. И ничего о них так и не вспомнила. Саске не приходил к ней, но девушку это вообще не волновало.       Микото Сакуре нравилась — добрая, отзывчивая, приятная в общении женщина. За это время она часто рассказывала девушке истории о клане Учиха. Сакура слушала Микото лишь из чувства уважения к ней — её абсолютно не интересовал клан Учиха.       — Я принесла тебе фотографии, — сказала Микото и положила на стол конверт. — Здесь, правда, только свадебные фото — вы с Саске не сделали семейный альбом.       Сакура выдавила из себя благодарную и сильно натянутую улыбку — свекровь пыталась помочь ей вернуть воспоминания, хотя даже не знала, что Сакуру это не интересует. Микото улыбнулась ей в ответ, а после поджала губы.       — Раньше мы с тобой часто беседовали по вечерам за чашкой чая, а сейчас из тебя слова не вытянешь, — с грустью произнесла женщина. — Я скучаю по тем временам, когда мы были с тобой близки.       Микото сразу же подметила сильную перемену в характере невестки, хотя провела в её обществе только два дня. Сакура стала замкнутой и хладнокровной, практически ни с кем не общалась и говорила крайне редко. Даже с Рэйденом она была немного отстранённой, хотя только малыш не замечал перемен в своей матери — он был счастлив лишь тем, что она снова была рядом. Его неиссякаемой любви могло хватить на всех обитателей дома.       Сакура неопределённо пожала плечами.       — Я вас не помню и мне нечего вам сказать. Извините.       Женщина слегка поморщилась — даже её извинения прозвучали сухо и отстранённо. И всё же своих попыток она не оставляла.       — Всё это время Саске продолжал искать тебя, как одержимый, — сказала Микото. — Больницы, морги, притоны, чёрный рынок — он каждый день посещал все эти места. Он видел десятки мёртвых женских тел и сотни женщин, отданных в сексуальное рабство, внешне похожих на тебя. И он боялся, что однажды, среди них, увидит тебя. Твой муж мучился от мыслей, что ты можешь быть у кого-то в плену, и что там тебя избивают и всячески издеваются над тобой. Неизвестность была подобна мучительной пытке. И так продолжалось все три месяца, день за днём. Ты очень важна для Саске и много для него значишь.       Сакура повернулась к свекрови и безразличным тоном спросила:       — И что? Зачем мне эта информация?       — Но ведь ты даже не пытаешься что-то вспомнить, — упрекнула её Микото. — Ты ничего не спрашиваешь о себе и не интересуешься своим прошлым. Неужели тебе так безразличны твои воспоминания?       Девушка задержала на лице свекрови равнодушный взгляд, затем коротко вздохнула и ответила:       — Ну, хорошо, я задам вам несколько вопросов, только обещайте отвечать мне честно.       Микото улыбнулась и согласно кивнула.       — Наш брак был заключён по любви?       Улыбка померкла на губах женщины.       — Нет.       — Тогда предположу, что по договорённости семей, — начала рассуждать вслух Сакура. — Я, видимо, тоже родом из какого-то влиятельного мафиозного клана, раз в мужья мне достался сам босс Якудза. Судя по характеру и повадкам вашего сына, отношения у нас не сильно хорошо складывались, я права?       — Да, — ответила свекровь, опуская глаза.       — Прекрасно, идём дальше, — хладнокровно произнесла Сакура. — У него была любовница? Он мне изменял? Я о ней знала?       — Да, — тихо ответила Микото, бледнея.       — Ещё лучше, — равнодушно сказала девушка. — Так, следующий вопрос. Авария, в которую я попала, была подстроена кем-то?       Свекровь лишь кивнула, не в силах отвечать.       — Чудесно, — протянула Сакура. — Это был единственный раз, когда покушались на мою жизнь?       — Нет, было несколько раз. И три похищения…       — Великолепно просто, — жёстким тоном отчеканила девушка. — Спасибо за честность, госпожа Микото. Думаю, теперь я достаточно знаю о своей прошлой жизни. Что касается моих воспоминаний, то мне бы не хотелось всё это заново переживать в своей памяти. Согласитесь, не самые радужные моменты жизни.       Микото была уже не рада, что начала этот разговор. Она хотела помочь Сакуре, немного раскрыв чувства своего сына к ней, а в итоге лишь ухудшила ситуацию. Покидая комнату невестки, женщина обернулась и на прощание произнесла:       — И всё же не суди лишь по негативным моментам и событиям. Не всё было скверно, как кажется. К тому же, Саске уже давно хранит верность только тебе одной, а это для мужчины серьёзный показатель. Просто присмотрись к нему получше.       — Думаете, мне не безразлично, кто будет греть его постель вместо меня? Плевать я хотела на это. Для меня он чужой человек, — возразила ей Сакура. Однако, увидев слёзы в глазах Микото, немного смягчилась: — И всё же не принимайте это так близко к сердцу. Я вижу, что вы стараетесь наладить наши отношения, но мне это не нужно.       — Мне правда жаль, что ты так категорически настроена.       Микото вышла из комнаты невестки и закрыла за собой дверь, уходя от Сакуры с тяжестью на сердце.       ***       Спустя несколько дней Саске решил, наконец, навестить Сакуру. Он облокотился на дверной косяк её комнаты и скрестил руки на груди, наблюдая за женой — она сидела на кровати и с абсолютным равнодушием рассматривала их свадебные фотографии. С их последней встречи на заброшенном складе прошла неделя, а её взгляд так и не изменился. Впрочем, как и манера поведения.       Почувствовав на себе чей-то взгляд, Сакура подняла глаза на мужчину, который был её мужем, и вдруг в её голове, словно яркие вспышки, промелькнули образы — он сжимает её в своих объятиях и жадно целует в губы, они оба оказываются на полу, обнажённые и разгорячённые страстью, и он резко входит в неё до упора, её тело выгибается ему навстречу и она кричит от удовольствия под ним…       Девушка помотала головой, прогоняя образы, от которых жар разлился внизу живота. Саске внимательно наблюдал за ней всё это время.       — Ты что-то вспомнила?       — Нет, ничего особенного, — холодно ответила она и отложила фотографии в сторону. — Мне кажется, что всё это бесполезно.       Сакура поднялась с кровати и подошла к окну. Саске направился к ней. Она почувствовала его присутствие за своей спиной слишком остро — тело среагировало мгновенно, только вот… Сакура вдруг ощутила лёгкий испуг и дискомфорт. Отчего-то ей померещилось, что сейчас этот мужчина разорвёт на ней лёгкую ночнушку и она останется перед ним абсолютно обнажённой. А после… Девушка не смогла идентифицировать свои эмоции, однако, вопреки её ощущениям, Саске так и не прикоснулся к ней.       — Со временем что-то из воспоминаний вернётся, — сказал он. Его голос раздался прямо над её ухом.       Она обернулась к нему.       — А если нет? В любом случае, это не важно. Зачем ты пришёл?       Саске осмотрел жену с головы до ног пристальным взглядом и плотно сжал губы. На ней была короткая полупрозрачная ночнушка чёрного цвета, выгодно оттеняющая её светлую кожу. Глубокое декольте не скрывало красивые полушария её большой груди, соблазнительно выступающие из выреза. От Сакуры исходил сладкий цветочный аромат и мужчина крепче сжал губы, чтобы не наброситься сейчас на жену. Она даже не знала, как сильно сводит его с ума…       — Охрана доложила, что ты донимаешь их расспросами о тренировочной площадке и просишь выдать оружие, — ответил он, подавляя в себе сексуальное желание.       — Мне хотелось бы вернуться к тренировкам.       — Я против. Найди себе другое развлечение.       Сакура подняла на мужа холодный взгляд и тут же в её голове прозвучали его слова, будто бы из далёкого прошлого:       «Так что теперь из всех развлечений в доме у тебя будет только мой член».       Девушка презрительно скривила губы.       «Он действительно говорил мне такое? Однозначно мудак».       — Меня интересуют только тренировки, — ровным тоном произнесла она.       — Тогда ничем не могу помочь, — холодно отозвался мужчина.       Сакура внимательно посмотрела на Саске. И снова сексуальные образы страстного секса с этим мужчиной заполнили её мысленный взор. Девушка замотала головой, прогоняя наваждение. Её сердце бешено забилось в груди.       «Что за хрень? — подумала Сакура, медленно дыша, чтобы успокоить быстрое сердцебиение. — Госпожа Микото сказала, что он отчаянно искал меня всё это время, значит, я ему не безразлична. И эти образы нашего секса, что начали всплывать в памяти…»       Девушка приблизилась к мужу вплотную, не сводя с него внимательного взгляда. Он смотрел на неё бесстрастно, но его губы были плотно сжаты. Сакура слегка наклонилась вперёд, касаясь своей грудью его груди. Мужчина сжал руки в кулаки.       «Сильно хочет меня, но сдерживается, — размышляла она, продолжая наблюдать за Учихой. — Одержим мной? Нет, тогда бы давно повалил на кровать. Значит, всё-таки любит. Что ж, это может быть полезным».       Сакура нашла взглядом отметину на его шее и прикоснулась кончиками пальцев к его коже. Мужчина едва заметно вздрогнул от этого прикосновения.       — Почти зажило.       Саске перехватил её запястье и отвёл руку в сторону. Он был весь сосредоточен и напряжён.       — Хочешь поставить новую? — глухо процедил Саске.       — Почему бы и нет? В тебе столько дурной крови, и я могла бы помочь тебе её немного выпустить.       Он одарил её ледяным взглядом.       — В тебе, я вижу, её тоже прибавилось.       Она холодно ему улыбнулась.       — Тяжёлые времена делают людей сильнее, а некоторые обстоятельства жизни — ожесточают сердца. Если ты пришёл только по одному вопросу, то можешь уходить. Общение с тобой не вызывает у меня удовольствия.       Сакура отвернулась от мужа и поэтому не видела, каким взглядом он на неё посмотрел. Учиха не стал навязывать ей своё общение и покинул комнату жены.       ***       — Это явно кто-то из клана, но кто?       Вопрос, озвученный Обито, Саске мысленно задавал себе тысячу раз. Перед ним, на столе, лежали списки с именами всех членов клана, а также приближённые к нему и те, кто входил в ближайшее окружение. Саске пристальным взглядом осмотрел каждое имя, а затем устало потёр переносицу и отодвинул от себя списки.       — Понятия не имею, — ответил он дяде, — но я доверяю каждому из них, как себе.       — Обычно, друзья и бывают предателями, — сказал Обито. — Чаще всего предают те, кому мы безоговорочно верим.       И он рассеянно коснулся правого бока, где под одеждой скрывался шрам от смертельной раны, оставленной несколько лет назад его лучшим другом. Мужчину часто мучили фантомные боли, ведь на его теле и душе было много подобных шрамов от предательства самых близких людей.       Саске поморщился из-за слов дяди и его взгляд невольно остановился на именах лучших друзей. Эти мужчины были единственными, кто всегда находился в курсе всех новостей и в эпицентре событий… Саске отрицательно покачал головой и поднял на дядю мрачный взгляд.       — Нет, они бы не смогли меня предать, — уверенно произнёс он. — Повода нет.       Обито рассеянно ему улыбнулся, абсолютно понимая чувства племянника.       — Значит, у кого-то всё-таки повод есть, — сказал он. — Подумай, с чего всё началось?       Саске ненадолго задумался, а затем ответил:       — Всё началось с Итачи. Я часто думаю об этом и прихожу к единственно логичной мысли — ещё при жизни брат что-то от меня скрывал, и это запустило смертоносный механизм, который пытается разрушить наш клан.       — Почему ты в этом так уверен? — озадаченно спросил Обито.       — В какой-то момент Итачи резко изменился, — ответил Саске. — Вечно улыбающийся, весёлый брат стал молчаливым и угрюмым. Он перестал делиться со мной своими сокровенными мыслями и начал сторониться меня, а после настоятельно рекомендовал отцу отправить меня учиться за границу, словно изгонял меня из Японии. Я даже не знала, что у брата была любимая девушка — настолько скрытным Итачи стал. Я не знаю, что произошло в его жизни, но уверен, что именно это и убило его.       Обито с теплотой посмотрел на племянника.       — Ты же знаешь характер Итачи — он всегда стремился защитить тебя любой ценой.       — Знаю. Только мне от этого не легче, — с горечью в голосе ответил Саске. — И меня не покидает мысль о том, что если бы брат всё мне рассказал, то мы бы вместе нашли решение. Но он не доверился мне, отослал из страны и решил в одиночку со всем разобраться. Только не вышло…       Обито понимал, что даже вся его мудрость не сможет утешить разбитого горем утраты племянника, поэтому решил сменить тему разговора.       — Как Сакура?       И, судя по мрачному взгляду племянника при упоминании имени его жены, он выбрал не самую удачную тему для разговора. Саске же машинально коснулся скулы, которую разбила ему жена в день их встречи после долгой разлуки.       — Ничего не поменялось, — угрюмо ответил он. — Она всё так же игнорирует меня и ведёт себя как абсолютно другой человек. Это определённо точно не та Сакура, которую я знаю.       Обито задумался.       — Знаешь, в индуизме царит многобожие и у каждого божества есть несколько ипостасей — несколько ликов, — произнёс он. — И Сакура мне сейчас напоминает кровожадную богиню Кали — ипостась богини Парвати, жены бога Шивы. Даже в доброй и милой женщине может просыпаться жестокое чудовище, но только внимание и забота мужа сможет снова вернуть ей прежний облик.       Саске смерил дядю недовольным взглядом.       — Если ты вдруг не заметил, то Сакура явно жаждет моей крови, а не внимания и заботы.       Обито усмехнулся.       — И всё же это твой шанс наладить с женой хорошие отношения. Может, даже к лучшему, что она потеряла память — Сакура не будет помнить всё плохое, что было между вами, а сейчас ты можешь показать ей только хорошее.       — Я подумаю над твоими словами, дядя.       Понимая, что помощник из него сегодня никакой, Обито попрощался с племянником и оставил его наедине с невесёлыми мыслями.       Когда за дядей закрылась дверь, Саске тяжело вздохнул. Тайны Итачи, предатель в клане, кровожадная натура Сакуры — всё это душило его. Мужчина скинул с себя рубашку на пол, облокотился на спинку кресла и закрыл глаза. Вот только раздавшийся цокот каблуков нарушил его покой.       Открыв глаза, Саске увидел как жена бесцеремонно вошла в его кабинет и, соблазнительно покачивая бёдрами, направилась к нему. Под его пристальным взглядом она вплотную приблизилась. На Сакуре было надето короткое чёрное платье с глубоким декольте, обтягивающее её соблазнительную фигуру словно вторая кожа. Когда она села на край стола, прямо перед ним, подол её платья задрался ещё выше, обнажая кружевную полоску чёрных чулков. Саске нервно дёрнул плечом и посмотрел жене в глаза.       — Ты больше не игнорируешь меня? Решила сменить гнев на милость?       Сакура одарила мужа холодным взглядом.       — Не обольщайся, — ответила она. — Я осталась исключительно ради сына, а не ради тебя. Но я повторюсь — я хотела бы вернуться к своим тренировкам, а без твоего разрешения даже угрозы на подчинённых не действуют.       «А ещё ради того, чтобы выйти на след тех мудаков, — мысленно добавила она про себя. — С властью и возможностями клана Учиха я легко смогу это сделать».       Саске скрестил руки на груди и сардонически ей улыбнулся.       — Какая же это досада.       Девушка скривила губы.       — Ехидство тебе не идёт.       Учиха окинул жену с головы до ног пристальным взглядом и с трудом подавил в себе раздражение.       «Обито сказал, чтобы я окружил Сакуру заботой и вниманием, и что это мой второй шанс на исправление всех своих ошибок по отношению к ней, — подумал он. — Но как мне добиться хороших отношений, если только один её внешний вид выводит меня из себя?»       — Я против того, чтобы ты тренировалась, — как можно более спокойным тоном ответил он. — Хочу, чтобы ты стала образцовой женой босса Якудза.       Зелёные глаза девушки сердито прищурились.       — То есть ты хочешь, чтобы я жила в твоей тени?       — Именно.       Их взгляды встретились — оба холодные и непоколебимые. И если Сакура ощущала раздражение, то Саске чувствовал досаду — отношения с женой не становились лучше. Наоборот, словно бы только ухудшались.       — В Японии, после развода родителей, дети всегда остаются с матерью, и по желанию женщины отец может больше никогда не увидеть своих детей, — процедила она сквозь зубы. — Я бы с удовольствием с тобой развелась и запретила бы тебе видеть сына, но гражданско-правовые законы страны не действуют на грёбанную мафию. В Якудза дети всегда остаются в клане отца. Меня не интересует наше грязное прошлое — мне важен только Рэйден, поэтому оставь свои влажные фантазии при себе.       Саске смерил жену мрачным взглядом.       — Раз уж ты не хочешь принимать свою судьбу, то хотя бы одевайся прилично — своим видом ты провоцируешь мужчин.       Сакура наградила его ледяной улыбкой.       — Ты давно уже не пубертирующий подросток, чтобы сильно реагировать на откровенные наряды женщин.       В её словах Учиха услышал издёвку.       — Речь не обо мне. Тебя видят и другие мужчины, — процедил он, — и реакция на тебя у них может быть неоднозначной.       Но Сакура лишь отмахнулась.       — Мужчины — не звери, и должны сдерживать свои дикие порывы. К тому же…       Девушка молниеносным движением вытащила из ножен кинжал, прикреплённый к своему бедру, и резко вонзила холодное оружие в поверхность стола между своим обнажённым бедром и рукой Саске.       — … я легко могу сама себя защитить.       Учиха невозмутимо посмотрел на кинжал жены, а затем медленно поднялся с кресла. Возвышаясь над Сакурой, словно гора, он впился пальцами в её бёдра, резко притянул девушку к себе и, широко разведя её ноги в стороны, упёрся пахом ей между ног. Глядя на жену тяжёлым взглядом, Саске произнёс:       — Я, как и другие мужчины, в несколько раз сильнее тебя. Не вынуждай меня брать тебя силой, чтобы доказать как ты не права.       Но в ответ Сакура лишь улыбнулась, ощущая сквозь тонкую ткань трусиков его мощную эрекцию.       — Если бы сейчас на твоём месте был бы другой мужчина, то я бы убила его. Тебя же мне нет смысла убивать, ведь я прекрасно знаю, что ты не тронешь меня.       В её словах звучала абсолютная уверенность. Саске нахмурился.       — Почему ты так думаешь? — спросил он.       Сакура опустила взгляд на его обнажённую грудь и кончиками пальцев провела по словам, выбитым на татуировке мужа. Затем девушка снова посмотрела в глаза Учихе.       — Ты так сильно любишь меня, что предпочёл бы смерть, а не другую женщину.       Её рука скользнула вниз по телу Саске и сжала пальцами твёрдый член, выпирающий сквозь ткань джинсов. У Саске перехватило дыхание.       — И поэтому как бы сильно ты не желал меня — ты никогда не возьмёшь меня силой.       Тяжело дыша, мужчина обхватил запястье жены пальцами и отвёл её руку в сторону.       — Я не признавался тебе в своих чувствах.       Уголки её губ приподнялись в улыбке.       — А разве всегда нужны слова для признания? — риторически спросила она. — Ты, как безумный, всё это время искал меня и не искал в объятиях других женщин утешение. Этими поступками ты доказал свои чувства ко мне.       Саске порывисто притянул жену к своей груди и спросил:       — А в твоих объятиях был ли кто-то другой?       Сакура хитро прищурилась, услышав нервное напряжение в его голосе.       — Тебя интересует кто-то конкретный или мне озвучить весь список мужчин?       Заметив боль и ярость на лице мужа, девушка тут же весело рассмеялась.       — Ты так забавно реагируешь. Но нет — тренировки на выживание госпожи Цунаде не оставляли мне ни сил, ни времени, чтобы крутить романы, — ответила она. — Однако, будь всё иначе, это было бы справедливо, ведь в твоей жизни я была не единственной женщиной.       — Как много тебе уже успели обо всём рассказать?       — Достаточно, чтобы сделать свои выводы, — ответила она. У Сакуры был холодный, проницательный и расчётливый ум, поэтому она могла легко сложить кусочки всех обстоятельств и информации в единую картину.       Саске нахмурился, но затем обвил талию Сакуры своими руками.       — Сейчас ты моя единственная женщина.       Её губ коснулась лёгкая улыбка.       — Значит, ты разрешишь мне тренироваться?       Он смотрел в её глаза долгим взглядом, а потом ответил:       — Нет.       Но Сакура не ожидала от него другого ответа.       — А что, если я предложу тебе сделку? — серьёзно сказала она.       Саске тут же напрягся.       — Какую?       — Твоё разрешение в обмен на мой поцелуй.       Взгляд чёрных глаз тут же сосредоточился на губах Сакуры. Она была его женой и торговаться с ней на поцелуй не имело смысла — Саске мог и так получить его без всяких торгов. Однако, потеря памяти делала её незнакомой для него женщиной, и он не мог вести себя с ней также, как раньше. Но то, что она сама решила пойти с ним на физический контакт — имело большое значение, и Учиха не мог не воспользоваться этим.       — Я согласен, — ответил он и тут же притянул Сакуру к себе.       Губы Саске жадно впились в губы жены. Она не оказала сопротивления и приняла его стремительный напор, полностью отдавая ему инициативу. Мужчина целовал её пылко, словно страдающий от зноя человек, оставшийся на несколько дней без воды. Саске не отпускал её губы не на миг, поглощая их мягкость и податливость, практически лишая Сакуру воздуха. Его язык ворвался ей в рот, углубляя их поцелуй. Учихи казалось, что он не целовал жену тысячу лет — с их последней близости словно прошли долгие годы. Годы его безграничного одиночества — и только она одна могла утолить его голод и жажду. Сакура отвечала на его поцелуи так же страстно и яростно, разжигая внутри него пламя.       Саске утробно зарычал ей в губы, ощущая, как сильная волна возбуждения накрывает его. Ему было мало одного лишь поцелуя — ему хотелось большего. В порыве страсти он подхватил девушку за ягодицы и прижал к стене. Россыпью быстрых поцелуев осыпал её шею, спускаясь на ключицы. Сакура уперлась руками в его плечи, пытаясь отстранить от себя, но Саске продолжал свой страстный напор. Руки мужчины поднялись вверх по телу жены и обхватили ладонями её грудь, порывисто сжимая. И в этот момент Сакура оттолкнула Саске от себя. Её дыхание было рваным, а глаза обжигали холодом.       — Я не разрешала к себе прикасаться — речь шла только о поцелуе, — резко произнесла Сакура. — Ты ведёшь себя, как ублюдок.       Саске в ответ оскалился.       — А я и есть ублюдок. Ты разве не знала? Или тебе не успели об этом сказать?       Девушка сердито прищурила глаза.       — О таком не рассказывают, ведь твою ублюдочную натуру и так видно издалека. И ты слишком возбудился из-за одного поцелуя. Вот, это должно охладить твой пыл.       И с этими словами Сакура ударила мужа по лицу. Мужчина грязно выругался. Обойдя Саске с правой стороны, она медленно направилась к выходу из его кабинета.       — А если не помогло? — злобно прорычал он ей вслед.       Девушка обернулась и равнодушно ответила:       — Ты можешь завести себе любовницу.       Саске сперва удивился, а затем ощутил злость.       — Что ты сейчас сказала?       — Что ты можешь завести себе любовницу, — спокойно повторила она. — Я даю тебе своё благословение на адюльтер.       Мужчина быстро шагнул к ней и взял её лицо в свои ладони.       — Посмотри на меня.       Сакура подняла глаза на мужа. Она была спокойна и хладнокровна. Это пробудило в нём осознание очень важной вещи. Важной, но уже не актуальной.       — В прошлый наш разговор про любовниц ты злилась на меня, Сакура, и два раза ударила по лицу.       — И?       — Я был тебе не безразличен.       — Я этого не помню.       Сакура скинула его руки со своего лица.       — Я только недавно осознал, что люблю тебя.       — И я это знаю, но мне нечего тебе на это ответить.       Девушка покинула его кабинет. Саске смотрел на закрывшуюся за ней дверь. Он слишком поздно понял, что когда-то был важен для неё.       ***       Сайто восторженно присвистнул, когда Сакура выпустила всю обойму патронов, попав точно в сердцевину мишени. Они были в тренировочном центре клана Учиха уже полчаса и за это время девушка ни разу не промахнулась — все её пули достигали «яблочка».       — Мне даже больше нечему вас научить, госпожа, — с благоговением глядя на Сакуру произнёс мужчина.       Губ девушки коснулась легкая улыбка.       — Мне и сопровождение не требуется, но Учиха настоял.       — Господин Саске беспокоится о вас и вашей безопасности, — ответил Сайто. Ему с трудом удавалось сохранять свой взгляд на уровне лица девушки — большая часть груди, обнажённая глубоким декольте её облегающей чёрной кофты, невольно притягивала мужской взор. Если раньше она одевалась так вызывающе, чтобы позлить мужа, то теперь ей просто нравился такой стиль одежды.       Сакура перезарядила оружие.       — Ему просто заняться нечем.       Прицелившись, она нажала на курок — и снова все пули попали точно в центр мишени.       — Господин Саске редко показывает свои эмоции прилюдно, но все мы ощущали его сильное беспокойство, — сказал Сайто. — Мы все очень сильно переживали из-за вас, госпожа, и искали вас не только днём, но и ночью. Ради вас я готов на всё, что угодно. Мы все готовы.       Сакура резко обернулась к мужчине и вдруг врезалась лбом в его плечо. Боль пронзила её голову из-за ворвавшихся в сознание воспоминаний: мерзкая картинная галерея любовницы Саске; не менее отвратительная сцена с шатенкой в туалете; непролитые слёзы, что жгли ей глаза, глядя на мужа; и этот мужчина, Сайто, в плечо которого она однажды уткнулась, испытывая мучительную боль.       Девушка подняла глаза на подчинённого. В его взгляде отражались беспокойство и плохо скрываемые чувства. Точно также он смотрел на неё, когда они стояли слишком близко друг к другу, а его руки лежали на её талии.       «Бедный мальчик… Как давно ты любишь меня?» — подумала Сакура. Она поймала себя на мысли, что сочувствует и симпатизирует этому мужчине с добрыми глазами. Любить жену мафиозного босса было для него слишком опасно.       — Не будьте так строги к господину Саске — он не пожалеет своей жизни ради вас, госпожа.       В голосе Сайто отчётливо прозвучало страдание из-за своей обречённой любви. Он даже не заметил, как непроизвольно сжал руки в кулаки. Проницательный и цепкий взгляд девушки без усилий подметил эти жесты.       «Зачем говоришь мне это, ведь тебе самому от этих слов больно?»       — Я была счастлива в браке, Сайто? — спросила Сакура, не сводя внимательного взгляда с подчинённого.       Мужчина нервно сглотнул и ответил:       — У вас с господином замечательный малыш.       — Я спросила тебя совсем про другое.       — Господин Саске никогда не причинял вам физическую боль.       Сайто опустил глаза в пол. И снова боль пронзила голову Сакуры — сумбурное воспоминание о сексе с Учихой в раздевалке магазина одежды ворвалось в её память, заставляя с трудом дышать. Не только из-за страстного секса, а, в основном, из-за внезапно возникшего ощущения удушья. Сакура схватилась за горло, где однажды на её шее Саске оставил синяки от своих пальцев — в тот день во время секса муж увлёкся и едва не задушил её.       «Сукин сын», — со злостью подумала девушка, до сих пор испытывая фантомные ощущения того дня. Она опустила тот факт, что испытала тогда самый сильный оргазм от близости с Саске.       Сакура снова перезарядила оружие, но в этот раз вместо мишени представила силуэт Учихи, и если бы он действительно стоял в нескольких метрах от неё, то все пули девушки попали бы ему точно в сердце. Вернее, они бы разорвали его в клочья.       ***       Едва Сакура застегнула бюстгальтер, в её комнату вошёл Саске. Девушка смерила его ледяным взглядом.       — Стучаться не учили?       Она стояла перед ним в одном нижнем белье и абсолютно невозмутимая. Учиха вспомнил их последнюю встречу, когда страстно её целовал, и скрестил руки на груди, чтобы снова не пустить их в ход. Эта холодная женщина осталась непоколебимой даже после его признания и страсти.       — Этот дом принадлежит мне, так что я имею полное право входить в любые комнаты, — небрежно ответил он.       Сакура не удостоила его своим ответом. Отвернувшись от мужчины, она подтянула край чёрных трусиков, скрывая след от шрама. По крайней мере, теперь Сакура знала, кто был отцом её погибшего ребёнка, но просвещать Саске у неё не было ни малейшего желания. Из всех желаний у неё осталось только одно — отомстить ублюдкам. Девушка надела чёрное маленькое платье с глубоким декольте и оправила складки на теле, чтобы оно идеально легло на её плавные изгибы фигуры. Учиха нахмурился.       — Могла бы не утруждать себя вещами, — вслух заметил он. — Разницы между тем, что ты ходишь в нижней и верхней одежде всё равно нет.       Девушка снова проигнорировала его реплику, спросив:       — Зачем пришёл?       — Я уже не могу навестить свою жену? — вопросом на вопрос ответил он.       Сакура одарила его холодным взглядом.       — Ты тратишь моё время впустую.       Саске в мгновение ока оказался рядом с женой. Взгляд девушки невольно уткнулся в его широкую грудь.       «Чёрт возьми, только не снова…» — мысленно простонала она, ощущая головную боль.       Сакура уже была готова увидеть очередную сволочную выходку этого мужчины, или его гандонское поведение по отношению к ней, или очередную сцену дикого секса, однако, в этот раз всё было совсем по-другому. В этом воспоминании Сакура была прижата к мускулистой груди Саске, пока он закрывал её своим телом от пулей. В тот день он был её щитом и защитой, он рисковал своей жизнью ради неё. Помимо воспоминания в её душе встрепенулось какое-то едва уловимое, но тёплое и нежное чувство к этому мужчине.       «Значит, с того дня я начала в него влюбляться…»       Мысль ей совершенно не понравилась, но тут же в её голове всплыли и другие осколки её памяти — поздняя осень, её одежда промокла насквозь. Её знобит и трясёт от холода, но большие и тёплые руки Учихи согревают её. Она знала, что он придёт за ней. Знала, что он её спасёт. Он укутал её в свой плащ, а сам, обнажённый по пояс, нёс её на руках, невзирая на холод. Девушка отключилась в его объятиях.       Снова боль и очередное воспоминание — она тихо плачет, уткнувшись лицом в его грудь, а его сильные руки обнимают её всю ночь. Он берёг её тревожный сон до утра, несмотря на то, что она причинила ему боль своими словами. В ту ночь они оба страдали, но Сакура никак не могла вспомнить по какой причине.       Внезапно она сложилась пополам, ощущая очередную фантомную боль внизу живота. Сакура положила руку на плоские мышцы — под пальцами сквозила пустота. Ей хотелось не просто плакать — ей хотелось выть от горя. Так же, как два месяца назад — и оба эти чувства были идентичны.       — Сакура!       Саске притянул жену к себе и она позволила ему себя обнять. Уткнувшись лицом в его грудные мышцы, девушка мучительно закрыла глаза и тяжело дышала. Это уже однажды с ней происходило, они уже пережили эту трагедию когда-то и она снова произошла совсем недавно. Сакура сжала в ладонях ткань рубашки Саске. Почему-то в его объятиях ей становилось легче, боль уходила и возвращался покой в душе.       «Я не выдержу, если мы потеряем ещё одного ребёнка…»       Эта мысль, как яд, отравляла её, делая слабой и уязвимой перед обстоятельствами. И сейчас перед ней стоял тот, кто был сильнее; тот, в ком она черпала свою силу и поддержку, поэтому на мгновение Сакура позволила себе быть слабой. Но уже в следующую секунду она резко отстранилась от Саске, взяв под контроль свои чувства и слабости.       «Этот мужчина странно на меня влияет, — подумала она. — Рядом с ним мои мысли и чувства приходят в смятение. Ужасное состояние».       Саске не пытался удержать жену около себя насильно. Он видел, что с ней что-то не так, но не стал давить и расспрашивать — ему хотелось, чтобы Сакура раскрылась перед ним сама, чтобы это был её порыв и желание высказаться. Но пока девушка снова всё оставила при себе.       — Я хочу наладить между нами отношения, — сказал Саске.       Её правая бровь слегка изогнулась.       — Зачем?       — Ты моя жена и я хочу, чтобы ты по-настоящему была ею, а не просто номинально.       Сакура молча смотрела на мужчину какое-то время, а потом ответила:       — Знаешь, если бы только твой ужасный характер, или непомерная жестокость, или твоя неверность — если бы было что-то одно, то у нас могли бы сложиться отношения, но когда всё это вместе…       Девушка отрицательно покачала головой. Саске одарил жену тяжёлым взглядом.       — Я давно тебе не изменяю, — ответил он. — Чёрт возьми, Сакура! Я не трахаю проституток, и не завожу себе гарем из любовниц, а та единственная женщина, с которой я тебе изменял — не была случайной в моей жизни. Я думал, что люблю её, но ошибался. Неужели ты никогда не сможешь простить меня за это?       Равнодушие в её глазах отозвалось неприятной горечью в его груди.       — Ты разве только в этом передо мной виноват? К тому же, ты не можешь быть уверен в том, что через несколько лет тебя не потянет к другой женщине.       Учиха в ярости сжал кулаки.       — Могу! Я уверен в себе! К тому же, когда я тебе изменял или вёл себя с тобой, как ублюдок, то не любил тебя. Сейчас всё иначе. В моих мыслях и в сердце только ты одна, Сакура.       Она безразлично пожала плечами.       — Любовь тоже проходит и твоя со временем пройдёт. Не принимай всё близко к сердцу и не реагируй так остро.       Ему хотелось либо разрушить половину города, либо кого-нибудь убить прямо сейчас, ибо слова жены привели его в бешенство. С силой врезав кулаком по стене, Саске вышел из её комнаты. Сакура положила руку на сердце — внезапно начавшееся сердцебиение заставило её неприятно поморщиться. Смутные чувства к этому мужчине оживали в ней, пробуждаясь как первые цветы после долгой зимы.       «Какой же он ублюдок, — подумала Сакура. — Но я чувствую, что любила его…»       ***       Девушка возвращалась с очередной тренировки — она изматывала себя на них, но это помогало ей снять напряжение, возникающее из-за воспоминаний. Они не всегда были плохими — среди них всплывали и хорошие, которые заставляли Сакуру колебаться в отношении чувств к мужу.       «Он не всегда вёл себя со мной, как мудак и ублюдок, — размышляла девушка. — Но были ли у меня другие веские причины, чтобы любить его?»       Поглощённая своими мыслями, Сакура не сразу заметила, что ей навстречу шла красивая черноволосая женщина спортивного телосложения.       — Рада вас снова приветствовать, госпожа. Много слышала о ваших успехах, когда вы были в клане Сенджу, и очень горжусь, что могу вам служить.       Сакура подняла на женщину взгляд.       — Вы, наверное, не помните меня, — тут же спохватилась женщина. — Я — Мэй Асано, госпожа.       При взгляде на Мэй Сакура вдруг ощутила смесь крайне неприятных эмоций. Она действительно не помнила эту женщину, но почему-то испытывала к ней негатив.       — Ещё раз заговоришь со мной — и я вышибу тебе мозги, — холодно произнесла Сакура и продолжила свой путь дальше.       Мэй застыла на месте, не в силах пошевелиться. От слов жены босса её бросило в леденящий кровь ужас, ведь от Сакуры сейчас исходила смертоносная аура.       Сакура же не стала заострять на женщине особого внимания. Единственное, о чём она подумала, было:       «Скорее всего, чёртов ублюдок трахался с ней».       Неприятное чувство вдруг поднялось в её груди, но девушка постаралась от него абстрагироваться.       — Можно я украду у тебя немного времени, Сакура? — раздался за спиной девушки незнакомый голос.       Сакура обернулась и посмотрела на незнакомого мужчину, внешне похожего на Саске.       «Родственник Учихи. Вероятнее всего, дядя», — подумала она, рассматривая незнакомца.       — Обито Учиха к вашим услугам, милая леди.       Девушка смерила его ледяным взглядом.       — Я похожа на милую?       — Ну, на холодную точно похожа, — шутливо ответил мужчина. — Главное, чтобы не на фригидную.       Сакура закатила глаза, не оценив юмор Обито.       — Я не в настроении шутить.       — Прости, дурная привычка, — серьёзным тоном произнёс мужчина. — Хочу поговорить с тобой о Саске. И я не займу у тебя много времени.       — Уже не интересно, — равнодушно ответила девушка и отвернулась от мужчины, чтобы уйти.       — Он любит тебя.       Сакура остановилась.       — Знаю, — ответила Сакура, — и даже сам мне в этом признался.       — Однако, ты тоже любила его, до того, как потеряла память, — сказал Обито. — И влюбилась в него первой.       Сакура на миг замерла, услышав слова мужчины, но потом вернула себе хладнокровие.       — Надеюсь, я не была дурой и не призналась ему в этом.       Обито улыбнулся.       — Нет, не призналась, ты всегда была умной женщиной, — ответил он. — Но ты ждала от него взаимности. Теперь он тоже любит тебя.       — Только сейчас это не имеет для меня никакого значения.       Мужчина мудро на неё посмотрел, а затем хитро улыбнулся.       — Согласен, мой племянник не самый лучший муж. Он бывает жестоким и жёстким, но в мире мафии по-другому нельзя. Ты сама стала жестокой и жёсткой, а ведь раньше была совсем другой. Но даже тогда он никогда не принуждал тебя силой.       Ей не хотелось продолжать этот разговор.       — Что вы от меня хотите услышать?       — Ты действительно ничего не чувствуешь, глядя на него? Или когда находишься рядом с ним? Подумай об этом и прислушайся к своим настоящим чувствам.       С этими словами Обито покинул её первый.       ***       После разговора с дядей Саске Сакура никак не могла выкинуть из головы сказанные им слова.       «Этот мужчина лишь парой фраз может вызвать мозговой штурм», — подумала она.       Сидя на краю кровати в своей комнате, Сакура обхватила голову руками — воспоминания с болью ворвались в её сознание. Девушка тяжело задышала, сопротивляясь им, но это было бесполезно. Сакура закрыла глаза.       Она стояла посередине заброшенного склада, а удушливая тошнота раздирала ей горло. Пахло кровью и палёной плотью. Истошно кричал человек, с которого живьём сдирали кожу. Ей казалось, что сейчас она потеряет сознание, и тот, кто специально привёз её сюда наблюдать за пытками — был Учиха.       Воспоминания поменялись. Она сообщает мужу о своей беременности и тогда он радостно подхватывает её на руки. Все девять месяцев Саске рядом — оберегает, защищает и заботится, а в день родов она чувствует его присутствие и поддержку. Он переживает, не находит себе места всё это время. Врачи дают ему право перерезать пуповину. Саске берёт на руки их новорождённого сына — и счастливее человека не найти на Земле. А после он бережно целует её в лоб и благодарит за рождение ребёнка.       Декорации в её памяти снова меняются. Она слышит звук выстрела за спиной и падает на колени, прямо на холодный асфальт. У неё больше нет сил, чтобы сдерживать слёзы и усталость. Только что Саске убил Тоширо — её друга детства и несостоявшегося возлюбленного. А она ведь просила, она так просила его не убивать…       Воспоминание опять стало другим. Саске отвёз её на мотоцикле к реке, где было их любимое место с братом. И это было их первое нормальное свидание. Он не обещает ей золотых гор, но постарается себя изменить по отношению к ней.       А потом перед глазами Сакуры пронеслись яркие картины их секса. Ей было хорошо с ним в постели — не было ни физической боли, ни принуждения, ни извращений, ни насилия.       Были только слёзы после близости…       В первый раз потому, что он был для неё незнакомцем и обошёлся после секса, как подлец — кинув ей на колени экстренные таблетки, чтобы она не забеременела. Во второй раз потому, что он был ублюдком, который параллельно трахал другую женщину. В третий раз он был сволочью, который напомнил ей о её долге перед семьёй — она должна была родить ему ребёнка, хоть сама не хотела этого. А потом она плакала потому, что влюбилась в него, но кроме его похоти ничего взамен не получала…       Сакура открыла глаза, прерывая поток своих воспоминаний.       — Как же было больно любить этого мудака… Или же я до сих пор его люблю?       Её мучили противоречивые чувства к Саске из-за не менее противоречивых воспоминаний. Сакура поднялась с кровати и решительным шагом покинула свою комнату.       ***       Сидя на кровати в одних спортивных штанах, Саске перебирал документы и письма. Его мучила бессонница и он надеялся, что хотя бы рабочая рутина поможет ему нормализировать сон. И причиной его бессонницы была жена. Слишком у них всё было сложно и противоречиво.       Просматривая документацию, мужчина вдруг обнаружил небольшой белый конверт. Неприятное чувство охватило Учиху, когда он его вскрывал — уж больно этот конверт был похож на те, что они получали раньше. Неужели опять кто-то взялся за старое?       Вытащив из конверта белый лист бумаги, он прочитал про себя две строчки:       Мы сильны, но иногда наши слабости сильнее нас…       Это было очередное письмо с замаскированной под загадку угрозой смерти. Саске нахмурился.       — Вот только ещё и этой хуйни мне сейчас не хватает, — сквозь зубы процедил он. Ему нужно было опять собирать друзей.       Саске потянулся за своим телефоном, как вдруг двери его комнаты распахнулись и вошла Сакура. Учиха сильно удивился её внезапному ночному визиту.       — А у тебя какая причина, чтобы не стучаться сначала в чужую дверь? — спросил он.       — От тебя нахваталась дурных привычек, — бесстрастно ответила девушка.       Саске быстрым взглядом осмотрел жену. Она была в коротком шёлковом халате ярко-алого цвета, под которым легко угадывались очертания её чёрной, кружевной ночнушки. Скорее всего, она собиралась ложиться спать, но что-то срочное изменило её планы.       — Ты по делу или просто пришла со мной поболтать? — поинтересовался Учиха. Он не скрывал того, что ему была интересна цель её визита.       — Не то, и ни другое, — ответила Сакура, а затем скинула с плеч халат, уселась на колени Саске и страстно поцеловала его в губы.       Этот её поступок на миг выбил Саске из колеи, но он быстро совладал с удивлением и начал пылко отвечать на ласки жены. Учиха хотел насладиться каждым поцелуем, каждым прикосновением к ней, но Сакура задала стремительный темп, словно изголодавшийся по сексу человек после целибата. Девушка сорвала с себя ночнушку, быстро сняла трусики и резким толчком обеих ладоней в мужскую грудь уложила Саске на постель. Он только приподнялся на локтях, а она уж стащила с него штаны вместе с трусами, а затем оседлала его сверху, как жеребца.       От вида обнажённой Сакуры у Саске мгновенно затвердел член. От столь мощной эрекции у него слегка закружилась голова — три месяца он не занимался сексом и сейчас ему казалось, что его член просто взорвётся от накопившейся спермы.       Девушка наклонилась к нему и в губы томно произнесла:       — Обойдёмся без прелюдий. Просто трахни меня так, как никогда не трахал.       Её немного грубые слова возбудили мужчину сильнее. Он сжал ладонями ягодицы жены, немного приподнял их, направляя головку члена, потёрся ей о влажные складки Сакуры и медленно вошел в неё. С его губ сорвался стон удовольствия. Девушка, хоть и была внутри мокрая и возбуждённая, слегка поморщилась от непривычного дискомфорта. Несмотря на удовольствие, Саске заметил реакцию жены.       — Мне остановиться? — спросил он.       — Нет, продолжай, — возразила Сакура. — И не останавливайся. Только не останавливайся.       Саске крепче обхватил руками ягодицы жены и начал размеренно двигаться в ней. Каждый толчок сопровождался их стоном, каждое движение — затруднённым дыханием.       — Быстрее, ещё быстрее, — прерывисто дыша, попросила Сакура.       Учиха перевернул жену, уложив на спину, и, обхватив её талию руками, ускорил темп своих движений. Она громко стонала, не скрывая своё удовольствие от их близости. Её тело выгибалось под ним в эротическом ритме. Саске, не прекращая порывистых, резких толчков, склонился к груди жены и обхватил губами её левый сосок. Облизав его кончиком языка, он слегка прикусил вершину зубами. Сакура вскрикнула от острого наслаждения, пронзившего её грудь. То же самое мужчина проделал с её правым соском. Сакура запустила пальцы в волосы мужа, прижимая его голову к себе. Он слышал бешеный стук её сердца, он видел, как её тело было охвачено пламенем страсти, он чувствовал, как наслаждение окутывает каждую клеточку Сакуры — и Саске был тем, кто дарил ей это наслаждение.       — Чёрт возьми, Сакура, я люблю тебя, — хрипло произнёс он, глубже вторгаясь в неё членом. — Как же сильно я тебя люблю!       Она закричала, достигая оргазма. Её тело сильно содрогнулось, когда Саске кончил в неё. Ему казалось, что такого сильного оргазма он никогда ещё в жизни не испытывал. Тяжело дыша, он уткнулся Сакуре в грудь. Её тело источало лёгкий цветочный аромат, который сводил его с ума. Саске хотел заключить её в свои объятия и не выпускать всю ночь из постели. Однако, у девушки явно были совсем другие планы. Она отстранилась и, дотянувшись до своей одежды, стала одеваться.       — Сакура…       Она обернулась. От прежней страсти в её взгляде ничего не осталось.       — Что?       — Ты уходишь?       — Да.       Он был немного растерян её ответом.       — Разве ты не пришла ко мне, потому что приняла моё предложение?       — Нет.       — Тогда что мы сейчас делали? Что мы делали?       Она пожала плечами.       — Занимались сексом вроде.       — Разве это ничего для тебя не значит?       Сакура ответила не задумываясь:       — Да, ничего не значит.       В глазах Саске полыхнул гнев.       — Тогда зачем ты со мной переспала? — с глухим рычанием произнёс он.       Девушка небрежно повела плечом.       — Я просто хотела проверить остались ли чувства. И сделала это единственным доступным способом. Вот и всё.       Саске не мог поверить своим ушам. Её слова не просто задели его, а жестоко ранили в сердце. Машинально он схватил жену за руку и развернул лицом к себе.       — И как? Проверка прошла успешно?       В его голосе притаилась ярость. Сакура же была само хладнокровие и равнодушно ответила:       — Вполне. Я больше не люблю тебя.