Дьявол, а не черт

Гоголь пытался привстать. Боль расползалась по всему телу, а шею хотелось разодрать на кусочки. Горло сильно горело, жажда крови вырывалась на ружу. Еще чуть-чуть и блондин сойдёт с ума. Глаза голодно заблестели, хотелось жуть как есть. — Вот и все, — Гончаров расправил руки-лезвия. Вместо обычных рук, у него торчало длинное и острое лезвие, что касалось земли. — Н-нет.. — голос дрожал. Было сложно что-то выговорить. Гоголь с силой встал на ноги, его крылья распахнулись, а хвост начал медленно вилять из стороны в сторону. Слюни начали вытекать из рта, а зрачки сузились. Гончаров хмыкнул, после чего первый пошел в атаку. Его лезвия начали появляться по всюду, пытаясь проткнуть Николая насквозь. Максимум, что им удавалось, это задевать его, но по щеке знатно прилетело. Алая кровь начала сочиться с царапины. Иван лишь усмехнулся, его глаза горели азартом. Коля дотронулся до царапины, после чего ухмыльнулся. Провел большим пальцем по ране и слизал с пальца кровь, клыки окрасились в красный. Вкус крови его значимо развеселил. — Выблядок. — тело вспорхнуло с земли и сразу налетело на парня, тот увернулся, лишь деловито поправив волосы лезвиям. Пару секунд и Коля снова начал атаковать сверху, прикрывая себя крыльями, когда Иван размахивал остриём. Федор честно хотел спуститься, но если прыгнет туда, то сломал бы себе ноги, а может и позвоночник. Он лишь закусил себе нижнюю губу, слыша звуки борьбы. Надо было что-то делать, но что? Снова запахло гарью, он обернулся в сторону выхода. Дверь в церковь была приоткрой, в ней началось какое-то копошение. Из-за двери выглянула мохнатая голова с острыми ушами. — Чтоб вас!.. — Федя сразу сиганул в угол, где лежала его сумка. Он начал искать бутылку со священной водой и кинжалы. Пока он рыскал в сумке, тварь зашла в церковь. Она начала вынюхивать что-то, по глазам было понятно, что она слепая. Белые зрачки начали скользить по стенам церкви, а нос пытался уловить запах живой души. Достав из сумки кинжалы, Дост быстренько облил их водой, та скользнула с рук и упала на пол. Звук прошёлся по помещению и тварь сразу же уставилась в сторону брюнета. Достоевский быстро перебежал с одного угла на другой, и в тот же момент эта сука сорвалась с места и прыгнула в угол к сумке. Прыжок был быстрым и резким, но как только она наступила на пол где была пролита священная вода, то сразу же отскочила от туда. Зверь начал бешено оглядываться и прыгать на одном месте, пытаясь отряхнуть от лап остатки воды. Федор не двигался, пытался даже не дышать. Тварь успокоилась и снова начала оглядываться. К сожалению, нюх у неё работал, поэтому принюхиваясь, она поняла расположение парня. Она медленно шла к нему, рыча и пуская слюни на пол. Федя немного поразмыслил, и взял с пола свечку, что так красиво попалась на глаза. Кинув ее на другой конец церкви, зверь остановился и начал шевелить ушами. Немного постояв, она снова начала принюхиваться, и пошла в том же направлении, куда и шла. Действительно сука, не ведётся на шум из-за чертога нюха. Видимо пора придумывать план на ходу. — Ну, поиграем значит. Достоевский начал бегать от угла в угол, подбирая разбросанные вещи с пола и кидая их в другие уголки церкви. Тварь то стояла, то готовилась к прыжку, но слыша шум уже в другой стороне, снова застывала, пытаясь сконцентрироваться. Пройдясь по полу рукой, он ничего не нашёл. Вот и доигрался. Он попятился спиной назад, пытаясь не наступать на мусор и не создавать лишнего шума. Послышался рык, и тварь снова принюхалась, найдя след свежего мяса, она пошла с сторону Достоевского. Тот, не замечая труп Натаниэля, споткнулся и упал спиной на пол. Псина сразу же оттолкнулась от пола и прыгнула прямо на брюнета, клацая зубами. Из ее пасти начали вытекать слюни, они обильно капали на лицо Федора, тот аж зажмурился. Тварь пыталась взяться за лицо Федора, но тот все время уворачивался. Нащупав за поясом кинжал, он сразу же его вытащил. По животу твари прошлись пару ударов, из-за этого она перестала щёлкать пастью, а наоборот остановилась. Жжение расползлось по животу, и та стала дёргаться. Ее шерсть вздыбилась, а из-за рта очень резко начало вонять мертвечиной. Еще один удар в живот, и из него начал просачиваться желудок. Кровь хлыстала из раны, и все это прямо на Достоевского. Федя пытался найти грудную клетку шавки, найдя область сердца, он со всей силы воткнул кинжал и провернул пару раз. Тварь завыла, а из ее пасти начала вытекать кровь. Еще посильнее надавив на острие, ее начало выворачивать на изнанку. Пасть раскрылась, а из нее не только слюни с кровью вышли, но и обильный поток ее завтрака. Чье-то пережёванное мясо вывалилось прямо на шею Доста. Женская рука упала с боку от его головы. Из пасти фонтаном начали выплёвываться внутренности, окрашивая лицо брюнета в тёмно-красный. Аж самому захотелось блевать. Еще сколько то секунд и тела безжизненно упало на парня. Тот с трудом начал вылезать из под него. Кое-как, но у него получилось. Отталкиваясь уже ногой от трупа, он попытался встать, сразу же оперевшись на стену рукой. Как только он встал, его желудок решил устроить бунт, поэтому в ту же секунду он начал выблёвывать все, что в нем было. Его выкручивало на изнанку, от того, что он чувствовал носом, и от того, что увидел совсем недавно. Немного постояв в позе рака, он присел у стены. Прикрыв глаза, он облегчённо вздохнул. — Где же тебя носит, Гоголь.. — Процедил сквозь зубы Дост. Он начал вытирать рукавами лицо, но из-за слизи, что на нем ещё осталась, его лишь скривило. Вонь стояла ужасная, хоть берите и отрезайте к чёртовой матери. Всего мгновения и из входа в церковь, показалось еще пару волчьих морд. — Да вашу ж мать.. — Достоевский сразу привстал на ноги, пытаясь отыскать у себя за поясом самодельные кинжалы. Не нашёл. Быстро среагировав, он метнулся к дыре в полу. — Коля! Ты сейчас очень как нужен здесь! Твари, что услышали крик, сразу же наметились на место шума. Обе особи зашли в помещение и приготовились к прыжку. Достоевский перекатился с места крика на другой угол этой небольшой церквушки. Две секунды и они оказались над дырой, но не успев даже принюхаться, их разбросало в сторону из-за того, что Гоголь как молния вылетел из нее. Послышался смех по всему помещению. Дост притих, пялясь на блондина. Тот начал кромсать псов, как псих, что разрезает жертву ножом. На Коле была кровь, то ли чужая, то ли его. На щеке было два длинных пореза. Коса была срезана очень неровно, будто ножницами неаккуратно прошлись. Крылья стали больше, а хвост массивнее. Рога были дугой формы, длинные и красные. Это пугало, но и в то же время завораживало. Он быстро раскрамсал тварей, а после уставился на Достоевского. Улыбка на лице расширилась, показывая свои акульи клыки. Зрачки уменьшались, а хвост агрессивно махнул. Гоголь резко сорвался и полетел в сторону Доста, тот то ли от страха, то ли от неожиданности, Федор убрался в сторону. В церкви образовалась дыра, кирпичи разлетелись в стороны, а пыль поднялась. Достоевский закашлялся. — Да что это с тобой... — пытаясь отогнать от себя пыль, он оглянулся. Из дыма пыли на него резко налетели когтистые руки. Федора прижала к стене, его шею обхватили чужие пальцы, сдавливая. Его сейчас поймали как чёртову мышь. — Кха.. Коля, прекрати.. — пальцы начали ощупывать чужие руки, пытаясь оторвать их от себя. Кислород начал медленно покидать организм. Гоголь лишь безумно улыбался, внимательно всматриваясь в испуганное лицо. Его глаза блестели от азарта, а зрачки с каждым разом становились все меньше и меньше. — Хочу есть.. Хочу чужой крови, отдай мне ее. — будто в бреду начал блондин. У него со рта текли слюни, а рот скривился. Когтистая рука оторвалось от шеи, дав шанс вдохнуть воздух. Но тут же к шеи прикоснулись чужие клыки и вгрызлись в нее. Достоевский вскрикнул, когда почувствовал боль в шеи, его руки тут же схватились за косу, а именно за то, что от нее осталось. — Коля!.. Прекрати, ты убьёшь меня так.. — Федор начал паниковать. Он начал рыпаться, самого блондина пытался оттащить от себя, оттягивая его за волосы. Гоголь лишь прижал его к стене еще сильнее, его хвост сжал того за талию, начиная передавливать тому все внутренности. Глаза начали медленно закрываться, руки лишь ослабленно упали на спину блондина. Вот и все.

***

— Нам не справиться! — Люси пыталась отбиться от тварей, что окружали ее. Магия где-то помогала ей, а где-то явно нет. — Почему Гоголь с Достоевским так долго? Они не справились с Натаниэлям? — Сигма присел к траве, ощупывая почву. Он пытался вознести щит на определённый участок, чтоб отгородить половину монстров от ребят, а половиной они бы могли разобраться. — Я без понятия! На связь Гоголь не выходит! — девушка с помощью магии размазала крысу по траве, а та снова смогла восстановиться и начала цепляться за ноги. — Да чтоб вас! Почему они регенерируют?! — Р-ребят.. Что мы будем делать с Агатой? — Ацуши ловко перепрыгнул мелких тварей, присоединяясь к Сигме, и отгоняя от него тварей. — Она охраняет лес, думаешь, мы справимся с ней, если попытаемся проскользнуть туда? — Люси ловко сбила летучую дрянь зелёной стрелой, после чего посмотрела на ребят, — Людей осталось не больше десятерых, это те, кто выжил. Сейчас в лес не пробраться, его охраняют огромный паук. А в три часа ночи лес будет гореть, и мы тем более не выберемся. — Мы здесь так и умрём..? — Парень чуть съёжился, когда услышал рык волка, что клацнул зубами где-то в стороне. — Ребята! — в далёкие послышался чей-то голос. Гоголь медленно шел с Достоевским на руках. Он ели как перебирал ногами, неся бездыханное тело. — О боже.. — Люси сразу помчалась в его сторону. Сигма и Ацуши посмотрели с неким беспокойством на них. — Что с ним произошло? — Девушка остановилась возле блондина, тот сразу осел на землю и осторожно уложил тело парня на траву. — Я.. Я не хотел, правда. Я не соображал, мое сознание затуманилось.. — Коля всхлипнул, его глаза покраснели. Руки начали дрожать. Люси провела рукой от головы, до груди. — В нем еще есть жизнь. Не знаю, получится или нет, но.. Я постараюсь. Я очень, прям очень давно воскрешала кого-то из людей. — девушка сконцентрировалась. Она уселась возле тела, взяв парня за холодную руку. Ее глаза загорелись зелёным пламенем, а красные волосы намагнитились. Гоголь сидел не двигаясь, будто даже не дыша. Его крылья распахнулись, укрывая их от посторонних глаз. С глаз стекали маленькие слёзы, он правда не хотел.. Он не хотел вредить Федору, не таким образом. Сигма и Ацуши все еще пытались защитить оставшихся живых людей. Ацуши оглянулся в сторону ребят, но те исчезли. — Где они? — вытерев пот с лица, спросил парень, кивая в сторону. — Скорее всего под куполом, — Сигма еще сильнее укрепил барьер, после чего встал на ноги. — придётся потянуть время. Ацуши кивнул.

***

Федор проснулся на просторной кровати. В квартире пахло свежей выпечкой. Присев на кровать, и попытавшись разомкнуть глаза, он еще и зевнул. Волосы были дыбом, пригладив их рукой, он встал с кровати и поплёлся в сторону кухни. На кухне во всю стояла мама у плиты, и пекла пирожки. Скорее всего с брусникой. Облокотившись спиной на косяк двери, он сложил руки на груди. — Снова что-то готовишь? — парень с улыбкой осмотрел кухню. — Хаха, как ты узнал? В детектива играешь? — Женщина обернулась к сыну, она ярко улыбалась парню. — Нет, просто очень аппетитно пахнет. Ладно, — Федор махнул рукой, разворачиваясь к ванной комнате, — я умываться. — Давай скорее, а то остынет! — Так точно мэм! Достоевский дошёл до умывальника, включив воду, он стал умывать лицо. Но как только посмотрел в зеркало, то его взгляд упал на шею. Там был укус. И это явно не человеческий. Его брови нахмурились, он пальцами прошёлся по следу, изучая его. Он точно знал от куда он, но не мог вспомнить.. Как это, знаешь, но не помнишь? Голова начала чу-чуть побаливать, поэтому он отключил воду. — Федор! — Что? — Парень вытер лицо полотенцем, после вышел из ванной, направляясь на кухню, — Ты звала, мам? Женщина все так же стояла у плиты, но ее руки лежали на столе ничего не делая. — Федя! — снова раздался голос, но он был не из кухни уже. — В доме кто-то еще есть? — брюнет заправил прядь за ухо, странновато обернувшись. — Нет, только мы одни.. — Голос у женщины стал каким-то хлипким. — Мама, ты чего? Плачешь? — Федя подошёл к женщине, тронув ее за плечо. Он глянул на ее лицо, та сдерживала слезы и уводила взгляд от сына. — Что случилось? — Ты так вырос.. — всхлипнула она. — Был таким маленьким, а щас.. Даже выше меня, — она грустно улыбнулась, задрав руку вверх, измеряя таким образом рост. — Я не понимаю о чем ты.. — Феденька! — Вот снова этот голос! — парень раздражённо оглянулся по сторонам. — Они зовут тебя, я думала, что ты здесь со мной уже навсегда, но видимо еще рано. Хоть на миг, но я смогла тебя увидеть. Хах, я этому очень рада. — Женщина погладила Федю по черной макушке, а после взъерошила ему волосы. — Что? Но я же здесь, с тобой. Что значит еще рано? Мам, что случилось? Объясни. — Достоевский нахмурился, когда женщина лишь печально улыбнулась. — Твое место не здесь, оно там, — она показала рукой за спину Федора, за котором было белое пространство, — с ними. Ты им нужен. Ты нужен и мне конечно, но со мной у тебя еще будет время. А пока живи, слышишь? Ты обязательно выберешься, и ты не один. И никогда не был один. — мать положила свою ладонь на грудь парня, там снова забилось сердце. — Да, бьётся. Давно не ощущала этого стука, я так рада.. Просто рада, за тебя. Дост стоял и не понимал, что и почему. О чем она или о ком. Он не понимал до последнего, пока родные руки его не толкнули назад. Брюнет стал куда-то падать, вокруг все закружилось. В глазах начало темнеть, а родной голос начал отдаваться в ушах как колыбельная. Последнее, что он услышал и почувствовал, это голос у уха: поймал. И как чьи-то руки нежно обняли со спины.

***

Достоевский резко схватился за голову, еще даже не разомкнув глаз. — Чтоб вас.. Когда я головой успел удариться?.. — Феденька!! Гоголь сразу же напал на парня с обнимашками. Тот лишь зашипел, пытаясь оторваться от надоедливого блондина, что сейчас второй раз сожмёт его внутренности внутри. Федор сонно покосился в сторону, натыкаясь взглядом на улыбающуюся Люси, у которой до сих пор горели глаза зелёным цветом. — Ох епт.. Кхм, — после взгляд упал на Гоголя, что терся макушкой об его подбородок. — Ты сейчас все в соплях уделаешь, Гоголь. — Федя показательно закатил глаза, но улыбнулся. — Я так больше не буду, правда.. Я не осознавал, Федя! — парень сразу встрепенулся и посмотрел на шею брюнета, — Теперь шрам останется.. — проведя пальцами по укусу, Коля лишь грустно хмыкнул. — Не волнуйся, не смертельно. — Но было смертельно! Люська еле как тебя от туда вытащила! Знаешь как было страшно, когда у тебя вообще перестал биться хоть какой-то пульс. — Гоголь пару секунд подул щеки, а после снова примкнул к Федору в объятия. — Огромное спасибо, — Федя улыбнулся девушке, что так и продолжала сидеть и смотреть на них. — Тебе спасибо, что смог от туда выбраться. Люси встала на ноги и отряхнулась от травы, что прилипла к ногам, после чего протянула руку Федору, тот принял предложение помощи и встал вместе с Гоголем, что так и не отцеплялся от него. — У нас некоторые проблемы с лесом. — начала девушка, когда Коля снял невидимый барьер. В далеке виднелись парни. — Агата приняла облик паука на второй стадии красной луны, теперь она охраняет лес. Туда так просто не подберёшься. — Агату беру на себя! — Гоголь расправил крылья и взмыл вверх, попутно кидая Федору пару кинжалов. Тот ловко их поймал, — Думал, что тебе пригодятся. — Умеешь же иногда думать, Николай. — Федя усмехнулся, когда в ответ Коля показал язык. — Пока он отвлекает ее, наша задача довести до туда оставшихся людей, — Люси ловко вонзила стрелу в голову твари, что подбежала к ней близко, — Пока не загорелся лес. — Сколько у нас времени осталось? — Остриё кинжала воткнулось в шею какого-то чёрного лиса, что пытался прыгнуть на Федора. — Ровно в три ночи загорится лес алым пламенем. Скорее всего, ровно через два часа начнёт гореть. — Управимся. — Хеей! Ты чего-то пострашнее стала выглядеть, Кристи! — Гоголь начал летать возле паучихи, что обратила на него внимание всеми восьми глазами. Паучиха начала тянуть лапы к мешающей "мухе", пытаясь ее поймать. После нескольких неудачных попыток, она начала стрелять в него паутиной. — Ого, это ты так меня пытаешься напугать, да? Ну вы крестовики как обычно в своём репертуаре. — Коля отбивал паутину когтями, полностью ее разрезая. Восемь глаз хищника смотрели на него, а клыки с ядом пытались нацелиться на летающую муху. Коля показушно пролетел возле ее тупой морды, за что был наказан. — О, сатана! Она плюнула мне в лицо! Ну и мерзость.. — Блондин пытался вытереть лицо от яда, что начал мерзко растекаться по лицу. — Доигралась! Крылья высоко вспорхнули, а после демон резко полетел вниз, как снаряд упал на свою жертву. Паучиха с грохотом покатилась с холма, согнувши лапы под себя. — Он там что, развлекается?! — Сигма устало взъерошил волосы, смотря на катающегося паука и Гоголя, что его отталкивал от леса. — Ну это Гоголь, что ты от него хотел, — Достоевский прижал ботинком хвост змеи, и пока та не успела цапнуть его, перерезал часть ее туловища на двое. — Главное, что полезен. — Ну.. Тоже верно. — Сигма неуверенно посмотрел вдаль удаляющемуся Коли с Агатой, и не решаясь больше отвлекаться, продолжил помогать брюнету. Докатив паучиху до одинокого дуба в поле, он остановился. Убирая пот с лица, Коля победно вздохнул. — Вот, теперь охраняй этот дуб. Агата встала обратно на свои лапы. Оглянувшись по сторонам, она снова посмотрела на Гоголя всеми своими глазами, и снова стрельнула ядом в него, но в этот раз парень вовремя увернулся. — Да что тебе не нравится? Дуб тоже лес, а лес это дуб. Не будь такой привередливый, А-а-а-а-а, — протянул он, лениво спускаясь на землю. — Твой разум все ровно где-то там сидит, ты прекрасно меня слышишь. И понимаешь тоже, вот только сделать ничего не можешь.. — Коля на момент задумался, осматривая паучиху, что начала кружиться вокруг него, заматывая того в паутину. — м-да, с Гончаровым ты конечно не сравнишься. Коля с неким щелчком разрезает паутину и снова взмывает вверх, его когти начали удлиняться, а улыбка окрасила лицо. — Как жаль, что пришло время расставаться. Ты была мне почти как подруга.. Почти, — черт уже хотел налететь на особь, но кое чей голос его остановил. – Оставь ее в живых! Пожалуйста, — Ацуши стоял почти рядом с Агатой, сверля взглядом Николая. — Зачем? Если не сейчас умрёт, то позже от голода. — Когтистая рука опустилась, Гоголь безразлично уставился на парня. — Я хочу сам.. Сам убить ее. — неуверенно произнёс Ацуши, чуть сжимая рубашку кончиками пальцев. Коля хмыкнул, его когти в разы уменьшились. — Удачи, — демон помахал рукой, и в ту же секунду испарился. Остался только Ацуши и Кристи. Паучиха все время была напряжённой, она уставилась на парня. Ее паучья лапа резко вонзилась в ногу Ацуши, а тот лишь завопил от боли. — Чар Агаты нет, придётся идти напролом, — Гоголь подлетел к ребятам, те как раз были уже у входа в лес. — Значит я и Гоголь — идут впереди! В след за нами выжившие люди, а Люси, Сигма и Ацуши идут последними. Чтоб люди от страха не расползлись и не потерялись. — Достоевский посмотрел на ухмыляющегося блондина, — я что-то смешное сказал? — Нет, просто Ацуши тоже не будет. Он остался с паучихой, — сразу объяснился чёрт. Ребята промолчали. Этого в принципе можно было ожидать. Чтож, значит их стало на одного меньше. — Идем, не задерживаемся. Достоевский и Гоголь пошли вперёд. Коля крыльями срезал ветви деревьев, что будто закрывали им проход. Луна во всю переливалась кровью, даже в лесу это можно было заметить. В полной тишине идти было стрёмно, везде были шуршание веток, или какие-то звуки животных. Тварей здесь было меньше, чем на том же поле, что удивительно. Видимо в лес мало кто желал заглядывать. Выжило, как и сказала Люси, осталось не больше десяти выживших их деревни, ну и не считая их ещё. Мать с детьми шла спокойно, она всячески держала их за ручки и не отпускала все это время. Дети так же вели себя более чем хорошо, иногда лишь задавали вопросы. Оба в мать пошли, сразу видно. Позади шли двое мужчин все время переглядываясь с друг другом, будто общались с помощью глаз. Сзади них шла пожилая женщина, она то и дела рассматривала лес, или смотрела под ноги. Возле нее был мальчик лет так двенадцати, он все время держался за её пальто, будто боялся потерять. Ну и последние были буйные друзья, по-другому не назовёшь. Они помогали Сигме с Ацуши в борьбе с тварями, за что им было огромное спасибо. Люси шла спокойно, иногда лишь оглядывалась назад для проверки. Сбоку от нее шел Сигма, он срезал ветки, что начинали тянуться к ним. Спасибо Досту, что он одолжил второй кинжал ему, а то пришлось бы рвать голыми руками. Все шло на удивление спокойно, что даже как-то напрягало. Достоевский остановился, дернув за плечо Колю. Тот тоже сделал остановку и прислушался. Было что-то странное.. В тишине? — Ты чего? — Блондин для безопасности удлинил когти, напрягая слух. Хвост встал дыбом. — Ощущение, будто за нами следят. — У леса всегда есть уши и глаза, поэтому он ветви свои к нам тянет! — Крикнул Сигма и показательно отрезал ветвь, что снова к нему тянулась. Да, может оно так и есть. Достоевский как-то облегчённо выдохнул, после чего продолжил путь, но крик снова его остановил. — П-помогите!.. Оно меня убьёт! — Мужчину схватила ветка ели, схватив его за руку, а после и за ногу. — Да не ори ты, — Коля мгновенно провел когтем по ветки, и та отпустила человека. — Делов то, а ты сразу ора... — Тут Гоголя уже самого схватила ветвь, знатно так зажав запястья, а после схватила сразу две ноги, — А вот тут я щас сам орать начну.. — Крылья парня напряглись. По веткам прошёлся кинжал, и Коля тут же упал. — Не благодари, — Федор усмехнулся, видя Гоголя у себя в ногах в позе собачки. — И не буду, — Коля показательно высунул язык. Когда он встал, группа начала двигаться дальше. — Крылья держи на готове, мы от сюда явно целыми не уйдём, — Сказала Люси, проходя мимо парня. Коля лишь кивнул, посмотрев на путь, что они проделали. У него тоже было чувство, что за ними кто-то наблюдает из далека, и это явно не лес. Они шли где-то час, все было вполне тихо, кроме деревьев, что так и хотели полапать людей. Прозвучал вой, твари снова начали горланить во все горло, сообщая, что наступил третий этап полнолуния. — Началось. — Люси ткнула в плечо Сигмы, и тот сразу же встрепенулся. Он коснулся почвы, и на людях сразу же отобразились барьеры. Лес вспыхнул алым пламенем. Гоголь тут же начал быстро прочищать путь, снося горящие ветки на своем пути. Пусть Дост и был под защитой, он все ровно прикрыл пол лица от огня, оглядываясь по сторонам. Все бы нечего, но Гоголь впереди него исчез, но зато началась виднеться дорога. Федор сразу же начал всех пропускать к выходу. — Где Коля?! — треск досок мешал сосредоточиться на голосе. — Я без понятия, но его нет смысла сейчас искать в горящем лесу. Давай на дорогу выйдем! — Люси пыталась не обращать внимания на жар, но ей очень становилось дурно в этом пекле. Федор кивнул, и они уже вместе вышли наружу. Вот и все, свобода.