The Dreamcatcher

An angel's smile is what you sell

You promise me heaven then put me through hell

Chains of gold got a hold on me

When passion's a prison you can't break free

Ах, какое счастье могут приносить обычные выходные… Суббота и воскресенье были любимыми днями Эрена. Его семья собиралась дома, так как никому, кроме Гриши, не нужно было работать; он иногда брал дополнительные смены в больнице. Карла раньше избегала выходных на работе, но, возможно, из-за её возраста или большого количества медсестёр, работавших в больнице, у неё всегда были выходные. Эрену нравилось работать в Тросте. Его восьмичасовой график с понедельника по пятницу оставлял субботы и воскресенья свободными, и, если случалась какая-нибудь чрезвычайная ситуация, ему звонили из больницы; но, что ж, в этом крошечном городе ни у кого никогда не происходило чрезвычайных ситуаций. Прямо сейчас Эрен просто бродил по кухне от скуки. — Сынок, тебе не кажется, что тебе давно пора подстричься? — прокомментировала Карла, пока мыла посуду. Стоявший рядом с ней Эрен игриво закатил глаза. — Микаса стрижётся так, что этого достаточно нам обоим. Кроме того, тебе не кажется, что мне так лучше? — пробормотал он, проводя рукой по волосам. — У отца тоже длинные волосы, и ты никогда не жаловалась. — У него не такие длинные, — тихо ответила она. — Твои уже ниже плеч. — Мэм, что за устаревшие взгляды? — усмехнулся Эрен, на что получил сердитый взгляд матери. — Таков современный мир. — Просто дай мне ножницы, чтобы ты мог хотя бы видеть мир, в котором живёшь. — Она переключила своё внимание на посуду. Эрен рассмеялся; все эти годы он очень скучал по своей матери. За столь долгое время у него было мало возможностей навещать свою семью в Шинганшине; за восемь лет он, возможно, возвращался домой меньше восьми раз. — Теперь ты — уважаемый врач, и тебе следует больше внимания уделять своей внешности. — Ты уже не похожа на ту женщину, которая плакала от счастья, когда я вернулся домой месяц назад. Тебе не нравится смотреть на меня, да? — игриво произнёс Эрен, уже представляя себе ответ. Карла ударила кастрюлей по дну раковины. — Прекрати это, Эрен! Иногда ты ведёшь себя как ребёнок, клянусь! — она вздохнула, внезапно опечалившись. — Двадцатишестилетний ребёнок с машиной и работой. Я ещё не привыкла к этому… Когда ты уезжал, тебе было всего восемнадцать, ты был таким худеньким, с меня ростом. Посмотри на себя сейчас, ты так сильно вырос, — она взмахнула мыльной рукой, — теперь ты такого же роста, как отец, и стал таким красивым… тебе нужно найти себе кого-нибудь. Эрен ухмыльнулся. — Кстати о том, чтобы найти кого-нибудь. Ты видела нового соседа? Карла искоса посмотрела на него, когда, казалось, что-то вспомнила. — Ой! Я разговаривала с ним на днях, он такой дружелюбный и вежливый, — она незаметно толкнула Эрена локтем. — Он повредил запястье и сказал, что ты вправил его, я так горжусь тобой! Из-за травмы у него были проблемы с уборкой в доме, но ему помогал друг. Я тоже предложила помощь, но он сказал, что в этом нет необходимости. Такой милый. Эрен больше не видел Леви после того, как тот выписался из больницы. Конечно, это было не потому, что он не хотел, но его повседневная рутина была утомительной, и, когда он возвращался домой днём, ему обычно хотелось немного отдохнуть. Главным образом потому, что по ночам ему всегда снились кошмары, поэтому днём он пользовался тишиной, чтобы подремать. Он несколько раз видел, как Леви поливал растения в саду и задёргивал занавески на ночь, но Леви всегда был таким быстрым, что Эрен даже не успевал поздороваться. Окно спальни Эрена всегда было открыто, поэтому трудно не заметить небольшие мероприятия, которые происходили в доме Леви в течение дня. Однако большую часть времени, когда Леви не убирался, он исчезал в доме. Прошло всего два или три дня с тех пор, как они виделись в больнице, но Эрен уже чувствовал, что вот-вот взорвётся. Он просто не мог придумать предлог, чтобы навестить Леви. Казалось, он всегда был дома, так что, вероятно, работал удалённо. Что, если Эрен помешает ему? Но сегодня была суббота, может быть, у него тоже выходной? — Но ты знаешь, детка, у меня появилась идея. Почему бы нам не пригласить его на ужин? Он живёт один, должно быть, тяжело, когда всё время не с кем поговорить. По крайней мере, так он будет знать, что всякий раз, когда ему понадобится компания, он может прийти сюда. — Я думаю, он интроверт, — пробормотал Эрен, скрестив руки на груди и прислонившись к мокрой раковине. Карла похлопала его кухонным полотенцем по спине, чтобы он отошёл и не мочил одежду. — Иди и пригласи его, не будь грубым. Хочу приготовить вкусный ужин, а он, наверное, ничем не занят дома. — Когда я говорю, что Микаса — любимый ребёнок… — сказал Эрен игривым тоном, уже уходя, чтобы не схлопотать ещё один удар кухонным полотенцем. Когда он вошёл в гостиную, Микаса подняла глаза от ногтей, которые красила. — Ты куда? — Пойду позову нового соседа на ужин, — быстро ответил он, надевая обувь. Микаса нахмурилась, и, казалось, в её голове промелькнул вопрос, прежде чем она в замешательстве задала его. — Уже? Вы хоть раз общались? Конечно, не считая случая, когда ты вправлял ему кость. — Ты недооцениваешь мои романтические навыки, — ответил он, насмехаясь над сестрой и уже открывая входную дверь. — Просто пожелай мне удачи. Микаса промолчала, а Эрен просто ушёл. Он пересёк улицу и не колеблясь позвонил в звонок. Потом он ждал и ждал. Он даже подумывал позвонить во второй раз, так как знал, что Леви дома, поскольку его машина была припаркована рядом. Если только он не пошёл куда-то пешком, но не то чтобы кто-то с обездвиженной рабочей рукой стал бы выходить из дома по делам. Леви потребовалось некоторое время, чтобы наконец открыть, и Эрен предположил, что он был наверху. Когда дверь распахнулась, Эрен обнаружил, что эти глаза неимоверно притягивают, и ему ещё предстояло решить, были ли они светло-голубыми или серебристыми. Возможно, и то, и то. Ему показалось, что у него было очень глупое выражение лица, поскольку Леви просто смотрел на него, слегка приподняв бровь. У него всё ещё были тёмные круги под глазами, свидетельствующие о том, что он плохо спит по ночам. Эрен заметил, что Леви пришлось поднять голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Это заставило грудь Эрена наполниться каким-то странным чувством; он не мог сказать, что это было — что-то похожее на гордость, как мягкое мурлыканье удовлетворения. Леви был намного ниже него. — Извини, что беспокою… моя мама хотела узнать, не хотел бы ты поужинать с нами сегодня вечером, — сказал Эрен, когда ему удалось перестать восхищаться лицом собеседника. Лучше было сразу перейти к делу. Если бы он продолжил слишком много думать, вполне вероятно, что вместо правильного вопроса из его уст вылетело бы несколько глупостей. Леви, казалось, задумался. — Моя рука всё ещё повреждена. Может быть, в другой раз, — ответил он, и Эрен моргнул. Это было правдой. Леви, вероятно, был правшой, как бы он умудрялся есть без здоровой руки? Есть в одиночестве, вероятно, не было проблемой, но пойти поужинать с другими людьми было не тем, что Эрен сделал бы, если бы был на месте Леви. — Тебе нужна помощь в чём-нибудь? Удаётся всё убирать без помощи рук? Я могу помочь, — тут же вызвался Эрен. — Нет, — Леви продолжал неподвижно стоять, наблюдая за Эреном и не давая ему возможности войти. — Всё в порядке. — Я серьёзно. Мне нечего делать дома, я могу остаться здесь и без проблем помочь. Я знаю, должно быть, трудно что-то делать в одиночку, — настаивал Эрен. Леви вздохнул, быстро взглянув на свои ноги, прежде чем снова поднять взгляд на Эрена. Казалось, было неудобно поднимать голову каждый раз, когда ему нужно было посмотреть кому-то в глаза, и Эрен знал, что он выше большинства людей. Должен ли он сделать шаг назад? Леви выглядел немного нервным, когда сказал: — Послушай, ты не должен делать это из жалости. — Я не жалею тебя, — быстро проговорил Эрен, опершись рукой о дверной косяк. Затем он задумался на несколько секунд, заметив, что комментарий прозвучал немного странно. Я выгляжу слишком пассивно-агрессивно? Я просто предлагаю помощь, но не хочу выглядеть так, будто навязываюсь Леви. — Просто, как твой врач, важно подчеркнуть, что тебе следует отдыхать. Мне нечего делать, я могу помочь тебе не нагружать запястье, — снова начал настаивать Эрен, наблюдая за реакцией Леви. Тот выглядел бесстрастным, как стена, но ему определённо нужна была помощь. Леви, казалось, действительно колебался, но Эрен заметил, что он больше не отводил взгляд так часто, как в первый день их встречи. — Хорошо. Заходи внутрь, — сказал он со вздохом. Эрен улыбнулся, входя и снимая обувь у входа. Дом был немного похож на дом родителей Эрена, возможно, потому, что вся старая архитектура города была практически одинакова. Просторная гостиная, а в конце можно увидеть кухню, отделённую от неё стойкой. Лестница в углу комнаты вела на второй этаж; здесь было до нелепости чисто и организованно, и Эрен задался вопросом, сколько времени Леви тратил на уборку дома, особенно сейчас, когда мог пользоваться только одной рукой. — Я приводил в порядок свой книжный шкаф. — Леви закрыл за Эреном дверь и направился к лестнице. — Помощь не помешает. Они оба поднялись по лестнице и вошли в первую дверь, которая вела в спальню Леви. Книжный шкаф на самом деле был намного больше, чем ожидал Эрен. Он занимал много места возле стены спальни и имел множество полок, на некоторых из которых уже стояли книги, а остальные пока пустовали. В комнате было немного тусклое освещение, возможно, из-за стен или занавесок в тёмных тонах. Здесь стояла двуспальная кровать, и Эрен заметил, что большое окно выходило прямо на окно его собственной комнаты, через дорогу. На полу лежали стопки книг в коробках. — Срань господня, так много книг, — не смог он удержаться от комментария. — Ты только начал? — Уже полчаса этим занимаюсь, — просто ответил Леви. Он выглядел человеком, умеющим говорить вполголоса, но каждое невысказанное слово, казалось, проносилось у него в голове с очень высокой скоростью. По крайней мере, такое впечатление сложилось у Эрена, когда он посмотрел тому в глаза. — Кое-что я расставил ещё на днях. Оба сели на пол, скрестив ноги, рядом с книжным шкафом, и Леви ногой подтолкнул к Эрену одну из коробок. — И что мне с этим делать? — пробормотал Эрен, открывая коробку. Книга Эдгара Аллана По была первой, что он увидел. Он вытащил первые две книги, вскоре после этого увидев книгу Лавкрафта. — Это всё ужасы? Леви покачал головой, уставившись на свою коробку с книгами. — Я упорядочиваю по жанрам и группирую по авторам, — объяснил он, казалось, сосредоточившись на копании в своей коробке. — Сначала ты вытираешь с них пыль, а потом ставишь на нужную полку, — он протянул Эрену небольшую тряпку для пыли, и тот быстро взял её, начав протирать книги. — Они долго хранились? Кажется, на них нет пыли. — Всего несколько дней, — быстро ответил Леви. — Ты упаковал их последними перед тем, как съехать? Леви просто кивнул. Эрен сложил книги, которые уже были чистыми, в стопку, достав ещё парочку из коробки. Было неловко пытаться завести разговор с Леви, но если он хотел сблизиться с ним, то нужно было расположить его к себе. Эрену всегда было легко разговорить людей, не могло быть такого, чтобы Леви был единственным, у кого к нему был иммунитет. Как он мог завязать интересный разговор с этим человеком? Странно, но в этот момент Леви казался абсурдно сосредоточенным на вытирании пыли с одной из книг, не глядя на Эрена. Эрен опустил взгляд на его руки, заметив, что маленькие царапины, которые он заметил в больнице, зажили и теперь были едва заметны. — У тебя есть кошка? — вопрос сорвался с его губ прежде, чем он успел его удержать. Леви удивлённо поднял голову. — Нет. — Я думал, царапины… — он указал на руки Леви, но понял, что звучит как идиот. Лучше бы держать рот на замке и найти другую тему для разговора, пока Леви не подумал, что он сошёл с ума. — И что заставило тебя захотеть переехать сюда? Город такой маленький, что обычно не привлекает внимание людей. Эта тема, похоже, тоже не понравилась Леви, и он просто пожал плечами. — Большой город вызывал у меня головную боль, я нуждался в тишине и спокойствии, — ответил он после, как показалось Эрену, долгого раздумья. — Хм. Маленький городок — как раз то, от чего у меня болит голова. Я плохо сплю по ночам, мне снятся кошмары. Ты, кажется, тоже плохо спишь, — произнёс Эрен. Вскоре после этого он подумал, что его комментарий был невежливым, но Леви только наблюдал за ним, пока он говорил. По правде говоря, Леви, казалось, вообще не спал. Эрен прошёл через многое после возвращения в город и из-за автомобильной аварии, поэтому он мог заметить любого, у кого были проблемы со сном. Эрен встал со стопкой чистых книг в руках и начал расставлять их на полке ужасов. — Ты… переехал сюда недавно? — тихо спросил Леви глубоким мягким тоном. Эрен повернулся к нему лицом, удивлённый тем, что тот наконец начал задавать вопрос. — Я упоминал об этом? — Ты подразумевал. Поскольку Эрен много говорил, когда нервничал, подобные вещи могли сорваться с его губ в любой момент. — О, хм, да, вообще-то я переехал обратно месяц назад. Но я вырос в этом городе, я просто уезжал учиться. — Эрен закончил раскладывать книги и снова сел на пол, придвинув ещё одну коробку. Когда он открыл её, то был удивлён тем, что оказалось внутри. — Джейн Остин? Серьёзно? Ты читаешь «Гордость и предубеждение»? Леви моргнул, апатично глядя на Эрена. — Судя по твоему неудачному комментарию, я полагаю, что ты никогда её не читал, — немного сбивчиво ответил Леви. — Хм, да. Ты прав. — Эрен перевернул книгу, читая краткое содержание на задней части обложки. — Эта книга не кажется особо интересной для меня. — Так и есть. Возможно, это не то произведение, что смог бы понять сопляк, — прокомментировал Леви. Эрен предположил, что, возможно, это была любимая книга Леви, которую он только что оскорбил. — Я что, похож на сопляка? Я знаю, что тебе тридцать четыре года, у нас не такая большая разница в возрасте, чтобы ты мог называть меня сопляком, — насмешливо прокомментировал Эрен, доставая другие книги из коробки, видя, что Леви приподнял бровь. Эрен уже влюбился в то, как Леви вскидывал только одну бровь. Они были тонкие и заставляли его выглядеть… иным, что ли? Он выглядел довольно сексуально. — Я твой врач, у меня есть доступ ко всей секретной информации. Леви проигнорировал это, пытаясь встать с книгами, чтобы убрать их. Эрен поспешил и взял их из его здоровой руки, чтобы продолжить расставлять книги по полкам. Леви тихо поблагодарил его. — Почему Джейн Остин? Книга кажется такой слащавой. — Это не так. Она просто… романтичная. — Ты не выглядишь романтиком, — подловил Эрен. Леви снова просто проигнорировал это, заставив Эрена мысленно вздохнуть. Либо Леви не был заинтересован в нём, либо он даже не был геем. По крайней мере, Эрен предположил, что он достаточно намекал на то, что тот его интересует; например… ему с трудом удавалось поддерживать разговор о личных вкусах. Если бы Леви был хотя бы минимально заинтересован, пусть даже только в дружбе, он бы, по крайней мере, попытался завязать разговор, верно? Даже будучи интровертом. Эрен уже ухаживал за интровертами, у всех у них был переломный момент. Может быть, Леви ещё дойдёт до этого. Он обратил своё внимание на коробки с книгами. — Поющие в терновнике, — драматично прочитал он. — Джейн Эйр. Грозовой перевал. — Ты можешь делать это молча? — грубо хмыкнул Леви. Эрен был удивлён тоном его голоса, но просто продолжил вытирать пыль с книг. Выбирая другое название какого-нибудь романа, он наткнулся на книгу с полностью чёрной обложкой. Страницы были пожелтевшими, и книга выглядела очень старой, похожей на ежедневник или что-то в этом роде. Когда он уже собирался открыть её и ознакомиться с содержимым, то почувствовал, как в мгновение ока книгу выхватили у него из рук. Леви практически бросился на Эрена и теперь держал книгу у себя за спиной. — Не трогай это. Этого даже не должно там быть, держу пари, Ханджи перепутала коробки. Эрен остался в замешательстве, увидев, каким нервным стал Леви из-за этой ситуации; он заметил, что его руки немного дрожали. Ладно, не трогать книгу. Должно быть, это был личный дневник или что-то в этом роде — это было единственной причиной, по которой Эрен мог получить такую реакцию. Или это мог быть блокнот с эротическими рисунками! Леви не выглядел так, будто рисовал что-то подобное, но это могло быть причиной его реакции. Он заметил, что лицо Леви оставалось застывшим, как камень, а щёки порозовели, когда он несколько раз с ненавистью смахнул пыль с других книг. — Кем ты работаешь? — Эрен сменил тему, не желая молчать. Этот вопрос, казалось, не взволновал Леви, который просто порылся в другой коробке здоровой рукой, доставая ещё несколько книг. — Я работаю в книжном издательстве. Занимаюсь переводами и рецензиями на книги. — О, круто! — Эрен был удивлён. Такого рода работа была очень хорошей, независимо от того, где жил Леви. Таким образом, даже если бы он находился в отдалённом городе, ему не нужно было бы часто выходить из дома, так что жизнь в Шинганшине действительно принесла бы ему умиротворение для работы. Эрен вытащил последнюю книгу из коробки, прочитав название, но его внимание привлекло не оно. — Л. Аккерман? Ты? Леви поднял взгляд на книгу, которую держал Эрен, и слегка кивнул. Эрен выглядел ошеломлённым. — Ты писатель? — удивлённо спросил он. Значит, Энни была права! Леви был кем-то важным! Кем-то знаменитым! — Да, ты держишь мою книгу, — грубо ответил он, но Эрен проигнорировал это, слишком удивлённый, чтобы поддаться на провокации собеседника. — Чувак, это очень круто! — он посмотрел на обложку. Та была простой, темно-синей, с золотыми надписями и иллюстрацией предмета, очень хорошо известного в культуре. — Ловец снов. Странное название. Книга популярна? — Немного, — пробормотал он. — Могу я одолжить её? Выражение лица Леви было просто очаровательным. Он, казалось, был действительно удивлён просьбой и просто смотрел на Эрена в течение нескольких секунд, решив, наконец, кивнуть. — Конечно. Ты можешь взять её, — в его голосе слышалось лёгкое волнение. Казалось, он был счастлив, что его работу ценят по достоинству, вероятно, как и все писатели. Эрен оставил книгу рядом с собой, чтобы не перепутать её с другими. Леви одолжил ему книгу! Даже если это была всего лишь книга, это означало, что Леви, возможно, начинает раскрываться. Почему Эрен должен был заинтересоваться парнем, которого так трудно понять? В какой-то момент Леви, казалось, разозлился из-за возможности того, что Эрен откроет одну из его книг, а в следующий — одолжит ему другую. Итак, содержала ли чёрная книга его секретные писательские заметки? Эрен вздохнул. Неужели его не мог заинтересовать кто-то более экспрессивный? Он вспомнил женщину, которая была в тот день рядом с Леви в больнице, настоящую болтушку. Кем бы она ни была, несмотря на то, что раздражала Леви, она казалась кем-то, кто обычно был рядом с ним. Так что, возможно, Леви не беспокоила тарабарщина Эрена. Должен ли он продолжать рисковать? — А что за женщина, которая была с тобой в больнице? Вопрос прозвучал слишком прямолинейно, но Эрен не осознал этого, пока он не сорвался с его губ. Леви, казалось, не счёл это оскорбительным, но и отреагировал не сразу. — Она моя коллега и также отвечает за рецензирование моих книг. — И… она уехала из города? — спросил Эрен, не желая показаться назойливым, но он давно её не видел и должен был убедиться. — Она вернулась к себе. Приезжала на один день, чтобы помочь мне с переездом, — пробормотал Леви. Эрен вспомнил, что машина, которая, возможно, принадлежала ей, исчезла. Кроме того, он бы заметил кого-то, кто так громко говорил и вёл себя так суетливо. Итак, он уже предположил, что она уехала, но, конечно, если бы он сказал об этом Леви, то это означало бы, что он наблюдал за его домом из окна своей спальни. Ну, не совсем наблюдал, но Леви мог бы предположить, что Эрен — сталкер. Внезапно Леви рассмеялся. Это был тихий и сдержанный смех, но, казалось, он сорвался с его губ так естественно, что Эрен разинул рот. У него был прекрасный смех. Почему всё в нём было прекрасно? — Извини, я кое-что вспомнил, — быстро ответил Леви, снова опуская взгляд на свою стопку книг. — Тебе следует больше улыбаться, — прокомментировал Эрен. Леви выглядел немного покрасневшим, но это могло быть из-за освещения в комнате. — Ты не первый, кто это говорит, — ответил он, выглядя менее угрюмым, чем раньше. Эрен встал, чтобы поставить на полку третью стопку книг. — Расскажи мне о себе побольше, — попытался получить больше информации Эрен, расставляя книги в ряд. — Ты всегда был замкнутым человеком? Несколько секунд они оба молчали. Эрен уже собирался спросить ещё раз, на случай, если Леви не расслышал, когда получил ответ. — Во мне нет ничего интересного, — сказал Леви, снова становясь серьёзным, но Эрен заметил по его глазам, что он всё ещё хочет продолжать диалог. Было трудно прочесть выражение его лица, но его глаза не лгали. Жаль, что он так часто отводил взгляд. Были ли у него какие-то проблемы с уверенностью в себе или он действительно нервничал рядом с Эреном, как упоминала Энни? — Держу пари, в тебе что-то есть. — Я тоже не особо интересный, — сказал Эрен. — Расскажи мне о своих кошмарах и бессонных ночах, — Леви смахнул пыль с книги, — У тебя ночные кошмары, а у меня синяки под глазами. Леви внезапно стал гораздо более общительным. Эрен задумчиво прищурился, но это был хороший показатель. Судьба была на его стороне. — Ты хорошо спишь? — изумлённо спросил Эрен, откладывая очередную книгу. — И почему у тебя эти тёмные круги под глазами? Без обид, — спешно добавил он. Леви пожал плечами. — Я не знаю. Наверное, генетика. Эрен снова сел на пол и опасно приблизился к Леви, пристально вглядываясь в его лицо; так близко, что почувствовал дыхание Леви на своих щеках. Леви, казалось, был парализован, а его пристальный взгляд прикован к Эрену, но Эрен отодвинулся и небрежно прокомментировал: — Похоже, это вопрос пигментации, поскольку ты не спишь плохо. Я не дерматолог, но, возможно, тебе действительно не повезло с генами, — сказал он, открывая другую коробку. Им, казалось, не было конца, и Эрен уже потерял счёт времени, но это не имело значения, поскольку они разговаривали. Леви молчал, как показалось, очень долго, Эрен рискнул бы сказать, что он был немного шокирован таким внезапным сближением. Радостное «да!» промелькнуло в голове Эрена, пока он небрежно рылся в коробке. Конечно, его намерением было вызвать какую-то реакцию у Леви, когда он внезапно приблизился, но он не ожидал, что это будет такое приятное зрелище; значит, у него был шанс? Когда он заметил, что разум Леви словно помутился, он просто продолжил говорить как ни в чём не бывало. — Что касается ночных кошмаров, то их у меня было много, когда я был ребенком, — он вытащил книгу и аккуратно смахнул с неё пыль, — на самом деле, слишком много. Мне было около десяти, когда они начались и снились каждую ночь. Учителя думали, что дома надо мной издеваются, потому что в школе я был очень замкнутым, — сказал он, заметив, что Леви будто пришёл в себя. — Школа, да и мои родители тоже, обязали меня пройти курс психотерапии, но это вообще не помогло. Я прекратил терапию только тогда, когда покинул Шиганшину. В колледже у меня не было ни времени, ни денег, чтобы платить за терапию, я должен был учиться. Леви, казалось, заинтересовался этим вопросом. — А ночные кошмары не мешали твоей учёбе? — спросил он. — Нет. Они прекратились, когда я уехал, — быстро ответил Эрен, видя, что Леви выглядит удивлённым. — Они возобновились только сейчас, когда я вернулся. — Это очень странно. — Да. Но психотерапевт думал, что в восьми годах терапии не было ничего плохого, я не знаю, должно быть, это из-за страшных историй, которые мой брат рассказывал мне, когда я был ребёнком. Я уверен, что он запудрил мне мозги на всю оставшуюся жизнь. — Брат? — с любопытством спросил Леви. — Он фотограф. Живёт недалеко от Шиганшины… встречается с моделью и всё такое, — ответил Эрен. — Я — единственный идиот, который вернулся сюда. Леви хранил молчание. — Но ты знаешь, он также был немного странным из-за этих страшных историй. Моя мама очень суеверна, и в этом городе у нас есть очень стрёмные местные легенды, так что, думаю, ему просто надо было делиться своим беспокойством с кем-то. — Разум людей — это нечто таинственное, — заключил Леви. — Особенно пустая голова моего брата. Должно быть, именно из-за него даже сейчас моя мать думает, что меня мучают духи ночных кошмаров, — Эрен хмыкнул с выражением отвращения на лице. Леви ухмыльнулся. — Это глупо, — сказал тот беззаботным тоном. — Ты не веришь в подобные истории? Леви насмешливо улыбнулся. — Конечно нет, Эрен. Эти истории созданы для того, чтобы пугать людей. Эрен пожал плечами. — Очевидно, они очень хорошо пугают моё подсознание до сих пор. Моя мама будет разочарована твоим недоверием и расскажет тебе столько страшных историй, что ты будешь мочиться в постель по ночам. Леви продолжал улыбаться, на этот раз более лёгкой улыбкой. Эрен сдержал вздох. Он был так красив с этим спокойным выражением лица; Эрен не мог выбрать любимое выражение. Эрен встал, чтобы поставить последнюю стопку книг на полку, получив благодарность от Леви за его помощь. Через окно спальни уже можно было разглядеть, что на улице стемнело. Они провели вместе несколько часов, разговаривая, и время пролетело быстро, так как они были заняты организацией книг. — Ты уверен, что не хочешь поужинать у меня дома? — спросил Эрен, когда они оба спустились в гостиную. — Да. Давай оставим это на другой день, — просто ответил он. Эрен изобразил на лице обиду, но Леви оставался нейтральным. — Я надеюсь, тебе понравится моя книга. — Уверен, так и будет, — взволнованно проговорил Эрен. — Я поделюсь впечатлениями, когда найду время для чтения. — Хорошо, — пробормотал Леви, когда Эрен открыл входную дверь. — Увидимся, Леви. Не напрягайте запястье, — порекомендовал он. — Не буду. Эрен махнул на прощание, чувствуя пристальный взгляд Леви на своей спине. Он услышал, как закрылась дверь только тогда, когда оказался лицом к лицу со своей собственной. Когда они вошли в дом, Микаса всё ещё сидела на том же месте на диване, задрав ноги, а их мать что-то вышивала, сидя в кресле. Отец, казалось, сосредоточился на каких-то новостях по телевизору. — Ты не торопился, — подозрительно прокомментировала Карла с нескромной улыбкой на лице. — он придёт? — Нет. Он сказал, что у него болит запястье и что лучше немного подождать. — О, точно, — сказала Карла с озабоченным выражением лица. — Ты прав, дорогой. Я совсем забыла о его запястье… но ладно. Скоро мы повторим этот ужин, и уж тогда он не сбежит. Эрен рассмеялся. Ужин был приятным: наполненным разговорами о книгах Леви, занятиях, которые Микаса вела в течение недели, и комментарием о предполагаемом будущем визите Зика после долгого отсутствия; Эрен скучал по своему брату. Он даже не мог с уверенностью сказать, когда в последний раз видел Зика. Может быть, два Рождества назад. Эрен принял душ и вернулся в свою комнату с полотенцем вокруг талии и ещё одним на плечах, чтобы высушить волосы. Его голова всё ещё кружилась от мыслей, особенно обо всех идеальных выражениях, которые, как он обнаружил (всего за один день), было способно создавать лицо Леви. Он выглянул из окна и увидел, что окно спальни Леви всё ещё открыто и в нём горит свет, указывая на то, что Леви, должно быть, делает что-то ещё. Эрен опустил взгляд на «Ловца снов» на своём столе, ожидая подходящего момента для прочтения. Может быть, прямо сейчас? Внезапная усталость, похожая на то, что произошло в больнице несколько дней назад, овладела его телом. Он прислонился к столу, на несколько секунд опустил голову и закрыл глаза. Он досчитал до десяти, ожидая, пока пройдёт головокружение, прежде чем снова начать сушить волосы. Ему потребовалось некоторое время, чтобы почувствовать себя лучше. Затем Эрен поднял голову и уставился в стену. Должно быть, он слишком много работал или его организм ещё не оправился от аварии; все его раны уже затянулись, включая ту, что была у него на лбу и которую очень хорошо скрывала линия роста волос, однако психологическое воздействие сделало его измотанным. Лучше было пойти поспать и попытаться дать отдых своему разуму. Когда Эрен повернулся, чтобы закрыть своё окно, он заметил, что окно Леви уже закрыто, а свет в комнате погашен. Эрен ошеломлённо моргнул, у него хватило порядочности устыдиться. Он стоял возле окна практически голым! Леви, вероятно, подумал о нём что-то плохое. — Чёрт… Он поспешно закрыл окно и задёрнул шторы, надеясь, что Леви не будет возражать против того, чтобы полуголый сосед пару раз высунулся из его окна в качестве бесплатного стриптиза. Леви, конечно, видел эту сцену, но, по крайней мере, Эрен не сделал ничего глупого: например, не снял полотенце. Это было бы слишком неловко даже для него. На несколько мгновений он задумался, не следовало ли ему предупредить Леви о (непреднамеренных!) непристойных поступках, которые, как было известно, совершал Эрен, когда учился в колледже. Он посмеялся над собой, прежде чем закончил вытираться и приготовился ко сну. Эрен больше, чем когда-либо, нуждался в хорошем сне. Однако в эту ночь, как и в другие, его кошмары были безжалостны.

Shot through the heart

And you're to blame

Darling, you give love a bad name