The Dreamcatcher

And if I bleed, I'll bleed Knowing you don't care And if I sleep just to dream of you And wake without you there Isn't something missing? — Он — медицинское чудо. Это все, что я могу сказать, — пробормотал Эрен в микрофон, направленный ему в лицо. Женщину, державшую его, звали Елена, и она работала на местном радио; родители Эрена очень любили слушать местные новости, так что голос Елены не был ему незнаком. Эрен подумал, что для такого маленького городка, как Шинганшина, было хорошей идеей иметь собственное радио, где транслировались события, новости, вечеринки, несчастные случаи и многое другое. По сути, это работало как большая сеть распространения сплетен. Проблема в том, что именно потому, что это был маленький городок, новости разлетались быстрее, чем листья на ветру. Конечно, Елена и ее маленькая радиогруппа уже знали, что Жан почти полностью восстановился всего через шесть дней после аварии. Итак, только что Елена бежала за Эреном с микрофоном, когда он пересекал больничную парковку, пытаясь попасть в здание. — Доктор Йегер, почему… — Я не могу сказать, врачебная тайна, — отметил он, шагая большими торопливыми шагами. — Хотя, по-видимому, ни с чьей стороны не было никакой секретности, раз уж это дошло до ваших ушей. Если вам нужна дополнительная информация, подождите, пока пациент полностью не поправится. Тогда вы сможете поговорить с ним напрямую. И он сбежал, войдя в больницу и позволив охране задержать Елену у дверей. Она явно не собиралась вламываться, но казалась расстроенной из-за того, что ее оставили без ответов, которые она очень хотела получить. Не похоже, чтобы Эрен ответил бы на ее вопросы, даже если бы врачебной тайны не существовало! Он пересек холл и поднялся на лифте, невнятно поздоровавшись с заменой Энни в отделении неотложной помощи. Энни удалось перевестись на третий этаж, чтобы прикрыть кого-то, так что он никак не смог бы сбежать от своей подруги, даже когда ему нужно было присматривать за Жаном и Микасой. Эрен фыркнул, уставившись на свое усталое отражение в зеркале. Он даже не заметил, что прошло шесть дней; шесть дней без Леви. Дней, которые, казалось, тянулись бесконечно. Он не знал, что шесть дней без поцелуев со своим парнем пройдут так изматывающе; лучше было не упоминать, как сильно он скучал по другим вещам. Возможно, это была фаза потребности, которая развилась в его теле после начала их отношений, поскольку он не помнил, чтобы так сильно скучал по поцелуям до Леви. Он старался ни на ком не вымещать свое разочарование, но было трудно не впасть в уныние. Леви звонил ему каждый день, и, похоже, проблема с Эрвином была намного серьезнее, чем первоначально предполагал сам Эрвин. Несколько старых книг, которые перевел Леви, были утеряны, даже их резервные копии. Все, казалось, становилось только хуже, поскольку некоторые из них продавались или лицензировались другими издателями. Леви и так был достаточно напряжен, и ему все еще приходилось выслушивать недовольства Эрена из-за того, что он хотел целоваться. По крайней мере, он мог спокойно спать в своем доме без кошмаров. Теперь, когда Микаса была в больнице и привязана к Жану, его сон значительно улучшился. Он мог бы быть еще лучше, если бы рядом с ним спал определенный человек, но не все может быть идеально. Он поднялся на третий этаж, навестил Жана и Микасу, а затем сел за компьютер, чтобы сделать заметки. Хитч казалась чрезвычайно сосредоточенной на чем-то и не сказала ему и пары слов. После почти часа, проведенного в полной тишине, Эрен все закончил и вздохнул. — Что? — спросила Хитч. Эрен не был так близок с Хитч, но поскольку Энни, казалось, была очень занята, помогая Микасе принимать душ, она была единственным человеком, с которым он мог поговорить. — Ничего. — Ты уже вздохнул двадцать три раза. За пятьдесят минут, — проворчала она. — Слишком много вздохов за такой короткий промежуток времени. Эрен сомневался, что он вздохнул так много раз, но он все равно посмотрел на Хитч. — О чем ты думаешь? — спросила она с любопытством. Конечно, ей было интересно, она же была самой большой сплетницей, которую когда-либо видела больница, но Эрену сейчас было все равно. Если ему суждено стать жертвой ее сплетен, он может, по крайней мере, немного пожаловаться. — Я скучаю по Леви. Хитч, казалось, легко приняла это заявление. — Ты звонил ему сегодня? — Пока нет, он позвонит мне позже. — Он снова вздохнул, опершись локтями о стол. — Он занят своими рабочими делами. — Хммм, — протянула она, откидываясь на спинку стула и скрещивая руки на груди. — И ты скучаешь по его заднице. Эрен моргнул, слегка сбитый с толку. Он не знал, в какой момент его сексуальная неудовлетворенность стала настолько очевидной, но он был почти уверен, что не упоминал ничего из этого в то время, когда Леви был в отъезде. — Я… — Я пошутила! — Рассмеялась она. — Но, судя по выражению твоего лица, я попала в точку. Мой маленький Эрен, ты такой милый. Я нахожусь в такой же ситуации, как и ты, но уже пять месяцев. Мне кажется, я тебя понимаю, но все немного хуже! Эрен издал короткий смешок. — Серьезно, с тех пор, как мой парень порвал со мной — знаешь, тот продавец пиццы со странными волосами? На самом деле, я даже не знаю, почему я связалась с ним; он выглядит как идиот. Его друзья тоже очень раздражающие, и Энни дразнит меня по сей день, но в любом случае, я не то чтобы скучаю по нему, я просто… — Твою болтовню слышно из палаты, — проворчала Энни, заходя на сестринский пост с усталым выражением в глазах. — Почему бы тебе не пойти сделать свою работу и не посмотреть, не нужна ли Жану помощь? Я не смогу заботиться о них обоих в одиночку. Я думала, таков был уговор. — Ты была с ним в палате! Почему ты не спросила, нужна ли ему помощь? — Надулась Хитч. Эрен взглянул на них двоих и увидел, что Энни раздраженно уперла руки в бока. — Потому что я была занята своей работой, которая заключалась в том, чтобы помогать Микасе. На самом деле, она, кажется, раздражена тем, что тебя нет рядом, чтобы ты помогала Жану. — Энни повысила голос. — Давай, тащи свою задницу и работай! Хитч пробормотала проклятия себе под нос и направилась в палату, бормоча извинения Эрену вполголоса, когда уходила. Энни разочарованно вздохнула и села на место Хитч. — Похоже, Жан привык к тому факту, что Микаса победила, — усмехнулся Эрен. — Она была такой занозой в заднице для медсестер, что вы все уступили ей и позволили им делить палату. — Она выглядит так, словно находится на вершине мира, — пробормотала Энни. — Я никогда не видела такой выразительной улыбки на лице человека со сломанными ногами. Жан, похоже, не очень рад тому, что ему приходится делить с ней палату, но он перестал сильно жаловаться после того, как смог иногда видеть твою сестру полуголой. Эрен нахмурился. — Я уверена, что если бы он мог, то помог бы мне ухаживать за ней… — Ладно, Энни, мне не нужно знать, что творится в этой извращенной голове, — раздраженно проворчал Эрен. — Особенно когда дело касается моей сестры. — Я говорю это потому, что она, кажется, не слишком… — Энни! Энни рассмеялась. Они провели несколько секунд в молчании, пока она не заговорила подробнее о Леви, возможно, пытаясь утешить его. — И… есть какие-нибудь новости о Леви? Когда он возвращается? — Мы пока не знаем. Но каждый день он называет новую дату. — Хм… Я уверена, что он тоже скучает по тебе. Это были самые уместные слова доброты, которые он слышал от Энни за последнее время. — А что касается Жана… — продолжила она, казалось, что-то вспомнив. — Как его анализы? — О, да… Я только что видел результаты. Рентген получился идеальным, как мы и подозревали. — Сказал Эрен, увидев, как расширились глаза Энни. — Я назначу операцию на завтра, снимем с него аппарат Илизарова. — Как это возможно? — пробормотала Энни, глядя на свои руки. — Если бы я не была с ним последние несколько дней, я бы сказала, что все это — безумие. — Елена с радио следила за мной сегодня утром. — Пожаловался Эрен. — Думаю, она ждала меня на стоянке. Она появилась из ниоткуда, когда я выходил из машины. — О, да. — Проворчала Энни, выглядя слегка раздраженной. — Вчера она пыталась взять у меня интервью. Кажется, весь город называет Жана чудом медицины. — Это я ей и сказал, — продолжил Эрен. — Я просто усилил слухи и проигнорировал ее. — Это самое лучшее, что можно сделать. И это не похоже на ложь, — продолжила она, выглядя озадаченной. — Я никогда не видела, чтобы кто-нибудь оправлялся от перелома большеберцовой кости за шесть дней. Его кости совершенно целы… Это безумие, просто невероятно. — И мы понятия не имеем, как все это возможно, — усмехнулся Эрен. — Это самая лучшая часть. — Что ж, «чудеса медицины» действительно существуют. — Заключила Энни. — Но я никогда не думала, что увижу их в маленьком городке. Каковы шансы на то, что нечто подобное произойдет? Телефон Эрена завибрировал, оповещая о новом сообщении; вероятно, от Леви. [любовь всей моей жизни <3] Привет [любовь всей моей жизни <3] Есть новости? [Э. Йегер] нет [Э. Йегер] но я все еще в поисках [любовь всей моей жизни <3] Может быть, я вернусь послезавтра [любовь всей моей жизни <3] Каждый день кажется, что Эрвин находит что-то еще, но я уже сказал ему, что больше не намерен задерживаться Эрен расстроенно вздохнул. Конечно. Еще два дня без Леви. Не то чтобы он возлагал большие надежды на то, что увидит его в ближайшее время. Если только Леви не приедет без предупреждения. Последние несколько дней он больше изучал тайны и действительно сделал все, что было в его силах. Эрен дочитал дневник Кушель до конца и записал все важные моменты; но, кроме своего подозрения, что самоубийство Кенни на самом деле было не суицидом, он ничего не узнал. Сначала он подумывал о том, чтобы обсудить это с Леви, как только тот узнает, но, немного поразмыслив, решил, что лучше оставить это при себе. Смерть Кенни была щекотливой темой, и Эрен не хотел беспокоить Леви предположением, которое могло оказаться ложным. Кроме того, не похоже, что эта информация могла бы что-то изменить. Единственное, что объясняла эта информация, так это то, что Кенни мог стать жертвой «проклятия», но другим способом, который не был самоубийством. Внешние способы, такие как убийство. [любовь всей моей жизни <3] И ты ведь не будешь один? [Э. Йегер] нет [Э. Йегер] я провожу день в больнице, а вторую половину дня и ночь с Зиком [любовь всей моей жизни <3] Отлично [любовь всей моей жизни <3] Но его отпуск скоро заканчивается, разве он не возвращается в город? [Э. Йегер] у нас еще есть несколько дней [Э. Йегер] я надеюсь, ты уже вернешься [Э. Йегер] не переживай, я в порядке [Э. Йегер] просто не знаю, где еще искать ответы Ответ Леви пришел через несколько мгновений, и Эрен предположил, что он работал, переписываясь с ним. Он должен был перестать мешать работе Леви… но именно Леви начал разговор! [любовь всей моей жизни <3] Насиоджа — это местные легенды, может быть, книга о них будет полезна? Эрен приподнял брови. Это была хорошая идея! На самом деле он сразу вспомнил, что у него дома есть эта книга. Он взял ее из библиотеки и даже не вернул. Хистория, вероятно, скоро оторвет ему голову и заберет книгу. Чудо, что она до сих пор ему не звонила. [Э. Йегер] отличная идея!!! [Э. Йегер] посмотрю, смогу ли что-нибудь найти [любовь всей моей жизни <3] Хорошо [любовь всей моей жизни <3] Я буду очень занят до завтра, не думаю, что смогу поговорить с тобой сегодня [любовь всей моей жизни <3] Я позвоню тебе завтра, хорошо? Вздохнув, Эрен ответил слегка опечаленным «хорошо». Остаток дня пролетел быстро. Хитч вернулась, чтобы расспросить его подробнее о его отношениях, а Энни отругала ее за это. Эрен просто попытался отвлечься, насколько мог, а затем удалился, чтобы поехать домой. Иногда он чувствовал усталость в течение дня, но теперь, когда Леви не было, а Микаса не высасывала его энергию, он не особо понимал, что происходило. Он боялся говорить об этом с Леви и еще больше напрягать его. Леви и так уже достаточно нервничал из-за работы, и Эрен не хотел расстраивать его. Когда он вернулся домой, Зик смотрел что-то в гостиной за обедом. Эрен проигнорировал приветствие с набитым едой ртом, просто помахал рукой и поднялся в свою комнату. Он принял душ, бросил мокрое полотенце у окна, а затем порылся в ящиках в поисках книги. Потребовалось некоторое время, чтобы найти ее. Каким-то образом она попала в его ящик со старыми студенческими тетрадями. Его комната была не очень прибрана, особенно в последние несколько дней; одежда была разбросана по мебели, а листы блокнотов со случайными цитатами из дневника Кушель лежали на его столе, некоторые даже за дверью. Что он мог сделать, если пытался что-то расследовать, и это оказалось намного сложнее, чем по телевизору? Он просмотрел оглавление книги, пробежавшись взглядом по названиям всех глав. Туалетные монстры, злые призраки в парках и на дорогах, мстительные духи животных, насиоджа, и, конечно же, лисы. Ничто из этого не звучало интересно, и ничто из этого не указывало на что-то, чего он не знал. Все истории были местными легендами, любой ребенок в городе мог пересказать их наизусть. И все же он перечитал их. Он посвятил особое время последней сказке о пожирателях кошмаров, чувствуя себя забавным участником детской сказки. Кто бы мог подумать, что они вообще существуют? Много лет назад Эрен никогда бы не подумал, что такое возможно. Он быстро пролистал книгу, наткнувшись на случайную сказку. Кеттунои — лисы, которые на самом деле были ведьмами. Ничего нового, это было совершенно очевидно. Не только в Шинганшине были рассказы о ведьмах, принимающих облик животных. Всегда считавшиеся коварными животными, следовало ожидать, что город, кишащий ими, также будет ассоциироваться с несчастьями. Эрен был уверен, что если бы в Шинганшине произошло нашествие черных кошек, люди наверняка сочинили бы про них какую-нибудь историю. — Кеттунои питаются пожирателями кошмаров. — прошептал Эрен сам себе, хмурясь, читая отрывок. — Это я запишу. Он вытащил блокнот, быстро записывая эту информацию. Не то чтобы он действительно верил во все это, и многие легенды переплетались между собой, как, например, легенда о привидениях в библиотеке, школьных и больничных туалетах. Абсолютно нормально, что местные легенды перекликались друг с другом. Но чем были кеттунои? Как отличить кеттунои от обычной лисы? Было ли это вообще возможно? Он не был настолько параноиком, чтобы следить за всеми лисами в городе в поисках той, которая могла бы превратиться в человека, но было приятно признаться самому себе, что лучше всего было сидеть дома. Он положил блокнот в ящик тумбочки и решил спуститься в гостиную. Просмотр чего-нибудь с Зиком мог бы стать хорошим способом снять стресс.

***

— Учитывая, что твое выздоровление было таким быстрым, я думаю, ты сможешь встать на ноги и полностью заниматься своими делами в течение месяца, — отметил Эрен, обращаясь к Жану. — Теперь нам просто нужно подождать и посмотреть, как ты будешь восстанавливаться. — Понял, — ответил Жан, слабо улыбнувшись. Эрен закончил оперировать его два часа назад. Его ноги были в идеальном состоянии, просто нуждались в большем отдыхе и заживлении швов. Теперь, когда он находился в одной комнате с Микасой, Эрен мог видеть, как его здоровье почти мгновенно улучшилось просто от нахождения рядом с ней. — А ты, Микаса… — Эрен обратился к сестре, которая все еще находилась в том же состоянии здоровья, что и семь дней назад. Очевидно, только после выписки Жана Микаса наконец начнет выздоравливать. Вероятно, такими же быстрыми темпами, как и он. По крайней мере, задержка на неделю или две с ее мгновенным выздоровлением не будет такой шокирующей, как у Жана. — Постарайся сохранять спокойствие. Ты не можешь постоянно находить предлоги, чтобы вставать и кататься в инвалидном кресле. Постарайся немного поспать. — Мне это не нравится, — проворчала она. — Если я ничего не буду делать, никто не даст ему отдохнуть. Они все время задают вопросы! Эрен знал, о чем говорила Микаса. Елена, репортер, сумела проникнуть в больницу ночью только для того, чтобы ворваться в палату Жана и задать ему вопросы, даже не заботясь о возможности быть арестованной. Тогда Микаса швырнула свой телефон прямо в лоб Елене. Теперь Елена тоже была в больнице; точнее, в соседней палате, ожидая обследования и выписки. Проблема заключалась в том, что Елена могла ходить, и, воспользовавшись этим, она еще несколько раз пыталась войти в комнату Жана, чтобы задать ему вопросы. Что еще хуже, она пыталась неброскими способами получить какую-нибудь информацию о Жане от Эрена и медсестер. Хитч, вероятно, уже сболтнула лишнего. — Я знаю, я уже разговаривал с сотрудниками службы безопасности, они приставили охранника прямо к ее двери, теперь она больше не может выходить, — объяснил Эрен. — Слава богу. — Тогда не окажешь ли ты мне услугу, приляг на свою кровать? — Спросил он, а затем повернулся к Жану. — И ты можешь… начать ходить с поддержкой, я даже поговорю с доступным физиотерапевтом, который поможет мне справиться с тобой. — Да, сэр! — Воскликнул Жан, сияя от счастья. — Ты так счастлив только потому, что тебе больше не нужно пользоваться уткой. — Проворчала Микаса. — И ты выйдешь отсюда задолго до того, как это сделаю я. — Конечно, я буду приходить к тебе, я буду рядом с тобой каждый день, — Сказал Жан. — Ладно. Эрен вздохнул, прикусив нижнюю губу. Наблюдая, как Жан и Микаса спорят о том, видеться им или нет, он снова заскучал по Леви. Не то чтобы он хотел оказаться в подобной ситуации с Леви, нет, большое спасибо, но ему просто нужно было какое-то оправдание, чтобы снова быть рядом с ним. Как можно было так сильно скучать по человеку? — Я… Я пойду. Я думаю, теперь ты можешь снять эти швы со своего лица… — сказал он Микасе, указывая на свою собственную щеку. Порезы на лице Жана полностью зажили, но на лице Микасы все еще оставалось два. От одного из них обязательно останется шрам. — Я скажу Энни, чтобы она проверила. Он попрощался с ними обоими и вышел из комнаты. Энни собиралась уходить, так что Эрену нужно было поговорить с медсестрой, заходящей на следующую смену, чтобы проверить швы Микасы. Он также заглянул в палату Елены, увидев, что она заперта. Очень хорошо, и охранник все еще стоит у двери. В тот день он пришел немного позже своего обычного времени, так что был обречен оставаться в больнице до раннего вечера. Поскольку делать было особо нечего, кроме как помогать пациенту в отделении неотложной помощи — друг его мамы, очевидно, решил, что залезть на дерево, чтобы спасти кошку, было хорошей идеей, и вывихнул лодыжку — Эрен остался на посту медсестер, играя в Candy Crush и время от времени отправляя сообщения Армину, своей матери, или Зику. Только не Леви. Он все еще сдерживал обещание, что, вероятно, скоро вернется. В какой-то момент он задремал на своей руке и проснулся от того, что кто-то ткнул его в плечо. — Вам кто-то звонит, доктор Йегер, — сказала медсестра скорой помощи, указывая на его телефон, экран которого мигал на стойке. — О, спасибо вам. Неизвестный номер. Эрен приподнял бровь, недоумевая, кто бы это мог быть, но все равно ответил. — Привет! Я разговариваю с Эреном? — Хистория? — Привет! Как ты? Эрен был немного в шоке, пока не вспомнил, что у Хистории был доступ к его номеру через библиотечную базу. О, блять. Она наверняка оторвет ему ухо за ту книгу! Будет ли это слишком, если он попросит вернуть книгу через неделю? — Прекрасно, — ответил он. — Извини, что звоню, но я хотела сказать, что твоя книга прибыла, — сказала она. — Книга? — На несколько мгновений он растерялся, пытаясь вспомнить, о чем она говорила. Пока, наконец, над его головой не зажглась лампочка осознания. — О, книга, которую я просил на прошлой неделе? — Да! Ты можешь приехать и забрать ее сейчас? Я уже закрываю библиотеку, так что, если бы ты мог поскорее… — Мне она уже не нужна, извини, — Жан уже был в идеальном состоянии, и Микаса скоро тоже будет, так что у Эрена не было особых причин, чтобы забирать книгу. Если у него и были какие-то сомнения относительно того, как лечить травмы Жана, то в последнее время они перестали занимать его мысли. — Не говори такого! — Хистория звучала слегка раздраженной. — Я искала ее ради тебя! Я попросила их привезти книгу как можно скорее из-за ситуации с твоей сестрой… что значит, тебе она больше не нужна? — О, просто… — Эрен сглотнул, думая о Елене и сплетнях, которые так легко распространяются по городу. Учитывая ничтожную вероятность того, что Жан на самом деле был кем-то, кого облагодетельствовало божественное существо, или, может быть, Росомахой, горожане просто приняли это как чудо. Однако, если Микаса тоже быстро поправится и новость распространится, возможно, люди начнут что-то подозревать. Может быть, это привлечет внимание того, кто охотился за Эреном. Для него было лучше притворяться, что все нормально, так долго, как он мог. — Да… Ладно, сейчас приеду. — Отлично! Жду! Эрен попрощался, снова вздохнув и засовывая телефон в карман. Он попрощался с медсестрой и вышел. На улице шел дождь, и Эрену пришлось бежать к своей машине. К счастью, пока Елена в больнице, ему не нужно беспокоиться о том, что кто-то поджидает его возле машины. Он просто быстро забрался на водительское сиденье, захлопнув дверцу и инстинктивно проведя рукой по мокрым волосам. Он вытащил свой телефон, чтобы посмотреть, не прислал ли ему что-нибудь Леви; но со вчерашнего дня он больше ничего не писал. Эрен позвонил ему в обеденный перерыв, но Леви так спешил, что они даже не смогли толком поговорить. Да, судя по всему, там, в издательстве, ничего не улучшилось. Это могло означать, что Эрен будет без Леви еще как минимум неделю. Он разочарованно хмыкнул, решив отправить сообщение. [Э. Йегер] я поехал домой [Э. Йегер] не забывай отдыхать [Э. Йегер] я люблю тебя Он прикусил губу, отправляя последнее сообщение, чувствуя себя неловко, когда писал это. Он был не из тех, кто говорит «я люблю тебя» через смс. Было странно говорить это Леви, не имея возможности посмотреть ему в глаза. Он отбросил эти мысли и завел машину, направляясь к библиотеке. В некоторых частях города было затрудненное движение, вероятно, из-за времени и дождя, но Эрену потребовалось не более двадцати минут, чтобы добраться до библиотеки. Он припарковался как можно ближе к двери и побежал ко входу, увидев, что табличка «закрыто» уже на ней висит. Нажав на ручку, он быстро вошел, закрыв за собой дверь. — Привет, Эрен! — крикнула ему Хистория, явно обрадованная его появлением. — Ты не торопился! — Там были пробки, — ответил он, подходя к стойке. — Это из-за дождя, да? — спросила она, вставая со стула. — Пойдем со мной, я отдам тебе книгу. Они оба зашли за прилавок; это были полки с книгами, которые нельзя было брать без ведома библиотекаря и разрешения на их вынос. Например, очень старые и изношенные экземпляры или уникальные издания. Эрен заметил, что у некоторых книг там даже не было обложки, и они выглядели так, словно им нужна реставрация. — Черт, здесь так много старых книг. Стоявшая рядом с ним Хистория подняла на него глаза. — О да, библиотека принадлежала моей семье на протяжении нескольких поколений. Здесь есть вещи, которые встречаются очень редко. — Хм… круто. Они добрались до комнаты в задней части здания. Хистория оказала честь, открыв дверь, и Эрен заметил, что, как и снаружи библиотеки, так и в главном зале, внутри было много растений. Очень много. Вся комната представляла собой практически оранжерею, а ее высокий потолок был сделан из стекла, что позволяло солнечному свету проникать сквозь него. В данный момент Эрен мог видеть только капли дождя, падающие на потолок. — Ты очень любишь растения. — Это сорвалось с его губ, и он испугался, что она воспримет это как критику. Однако Хистория только улыбнулась и подошла к нескольким картонным коробкам в задней части магазина в поисках книги, которую заказала. — Они мне очень нравятся. Я как мама растений, — она рассмеялась. — А как дела у Микасы? — Лучше. — Это здорово! Дети, должно быть, скучают по ней в школе. — Армин так говорит, — сказал Эрен, все еще оглядываясь по сторонам. Растения были не только в горшках и на полках, но и подвешены к подставкам. Некоторые из них даже не казались экзотическими или цветущими растениями, они просто выглядели как пучки листьев. Эрен на несколько мгновений почувствовал легкое головокружение и положил руку на один из столов; Хистория, казалось, не заметила этого, ища книгу. — А как насчет Леви? Я давненько его здесь не видела. Обычно мы видимся на рынке по выходным, — продолжала она. — Его нет дома… в городе… — Медленно ответил Эрен, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Он не чувствовал, что его вот-вот вырвет, но головокружение вызывало у него легкую тошноту. — Не в городе? Почему? — У него какие-то проблемы в издательстве. — Он глубоко вздохнул, радуясь, что сейчас не за рулем. Ему точно не нужна была очередная авария. Но дело было не только в этом; если он потеряет сознание здесь, у Хистории наверняка не хватит сил нести его. — Жаль, что он далеко от тебя, — продолжила она, доставая несколько книг из коробки и облокачиваясь на стол, все еще ища заказанную книгу. — Не знаешь, когда он вернется? — К сожалению, нет. — Должно быть, тяжело долгое время находиться вдали от своего парня. — Она издала легкий смешок. — По крайней мере, вы живете рядом. Хмм… Эрен… Ты выглядишь немного болезненно… Ты кому-нибудь говорил, что едешь сюда? — А? — Эрен сглотнул, чувствуя, что у него выделяется больше слюны, чем обычно. Бурление в животе ослабло, но головокружение не покидало его ни на секунду. — Нет, я просто… — Ты приехал на машине, не так ли? — Перебила она его, поднимая голову, чтобы посмотреть ему в глаза. — Я рада слышать, что ты морально оправился от той аварии. Выяснил, кто перерезал тебе тормоза? Эрен прислонился к столу, закрыв глаза и спокойно дыша. Может, у Хистории есть еще один стул? Было бы неплохо посидеть несколько минут. Скоро он сможет вернуться домой. Ему просто нужно было… подождите… О чем говорила Хистория? Единственными людьми, которые знали о тормозах, были его семья, Леви и сам Райнер, который их чинил. Эрен никогда ничего не упоминал о них ни при Хистории, ни при ком-то еще. — Кто… — попытался он заговорить, чувствуя одышку. Руку, которой он опирался на стол, начало покалывать, а колени ослабли. — Кто тебе это сказал? На лице Хистории на мгновение застыла привычная дружелюбная улыбка. Затем она перестала улыбаться, сохраняя выражение лица серьезным и слегка напряженным. Он никогда не видел такого выражения на ее лице, даже представить себе не мог, что такое возможно. Она не была похожа на саму себя. — О, Эрен… Мне так жаль. Ноги Эрена начало покалывать, как и руки. Он инстинктивно поднес руку ко рту, почувствовав позыв к рвоте, и упал на колени, упершись руками в пол. Он выплеснул содержимое своего желудка на пол, даже не заметив этого. Когда у него потемнело в глазах, он попытался поднять голову, чтобы посмотреть на Хисторию. Последнее, что он увидел — ее ноги, медленно приближающиеся к нему. Please, please forgive me But I won't be home again Maybe someday you'll look up And, barely conscious, you'll say to no one Isn't something missing?