Семья обетованная

      -Конечно, если ты сам хочешь, - добавила я.       Димаш остолбенел. Его неуверенность ощущалась физически даже сквозь расстояние. Сомнения перемалывали его внутренний диалог, сражаясь на противоположных берегах за первенство в решении судьбы. Он гладил малышку по спине и на его лицо упала печать вины. Я подумала, что он хочет отказаться. Но он ответил:       -Если это будет не обременительно для вас.       Вадим сразу подбежал к парню, чтобы обнять. Все дети подтянулись следом, включая Борю и Диану. Я не стала отставать. Хотелось прижать всех к груди, чтобы подарить тепло и безопасность. Ведь сейчас только так можно познать, что такое мир.       Настало время трогаться в путь. Желудок урчал, требуя подкрепления, но нужно экономить и расходовать те силы, что еще держали спину ровно. Боря воспользовался шансом и отдал Димашу свой рюкзак, сказав, что первую половину дня несет он, потом они поменяются.       -Но ему нужен свой, - воскликнул Вадим.       -И выделить ему воды, - сруководствовал Коля.       -Посмотрим, что попадется по пути, - ответила я. Ненароком я взглянула на Димаша, он как раз опускал на землю Элю и что-то говорил ей. Пластырь на его лбу начал отклеиваться и мне вспомнилось, что вчера он получил серьезные травмы. Я предложила сделать перевязку. Мы прошли в вагон, чтобы было удобно обрабатывать рану на коленке.       Я села рядом с его ногами. Пока я разбинтовывала его рану, Димаш ерзал на сидении, нервно тряс здоровой ногой и постукивал по ней подушечками пальцев, подцепляя складки штанины на манер струн.       Как только последний оборот бинта был содран, мне открылось что-то странное, я не смогла удержать удивленного возгласа.       -Что? Не может быть.       Под повязкой, что обильно пропиталась кровью, не было ни царапины. Вся коленка, еще вчера ободранная до мяса, была цела. Я даже бесцеремонно прикоснулась к его коже, чтобы ощупать исчезнувшую рану.       -На тебе всегда все так быстро…       -Соня!       Меня звали все, кто стоял на улице. Крики взволнованные, как у очевидцев начавшегося пожара. Зов не требовал отлагательств и пришлось бросить все и бежать ему навстречу. Парень пошел следом за мной.       На улице все дети стояли как ледяные скульптуры и смотрели вдаль небес. Порывы ветра начали трещать металлическими частями обшивки вагонов и подталкивать в спину воздушными кулаками. Небо затянулось свинцово-серыми облаками так быстро, словно по щелчку пальцев. Мы не успели опомниться, как оказались в западне: на юге в считанных километрах от нас с низкого полотна спускалась тяжелая капля, которая на ветру закручивалась в воронку. Она текла сначала неторопливо, набирая обороты, а затем вмиг достигла земли. Тело сковал дикий страх. Никогда раньше мы не видел смерчей в реальности, а фильмы не способны передать весь ужас, который ты испытываешь, становясь лицом к лицу со стихией. Дыхание спирало от напора воздуха, который закручивался вокруг нас. Полная безнадежность застала нас тогда, когда в поле зрения попали десятки других волчков, вкручивающихся в болезненную почву. Жадные до разрушений, они танцевали на руинах и завывали как коршуны над падалью. Если бы я была одна, то поддалась бы всевышней воле и не стала бы больше двигаться. Но нужно спасаться ради семьи.       Мысли стучались о черепную коробку, мешая просчитывать варианты. Что делать, куда бежать, может спрятаться, как спастись от взбесившегося ветра, который как капризный ребенок хочет поиграть в живые игрушки и выбросить их сломанными.       -Нужно найти машину, - крикнул Димаш сквозь усиливающийся рев. Он на ходу подхватил стоявшего рядом Вадима, Боря среагировал быстро и схватил Элю. Диана вцепилась в Лейлу, а Коля сам подбежал ко мне, чтобы взять за руку и бежать вместе.       Смерчи, большие и маленькие, сближались, сплетались и менялись местами, но двигались в одном направлении - на северо-запад, прямо на нас, окружая кольцом. Для нас была только одна дорога – в ту же сторону. Мы сбежали по холму вниз, где круговая дрога уходила вперед, соединяясь с крупной автомагистралью. По пути все высматривали вариант транспорта. И сразу затея казалась проигрышной: управление строительством дорог с большой парковкой под боком огорожено неприступным забором, машины, брошенные под произвол стихии, покорежены, перевернуты, у некоторых спустило шины и почти все не смогли бы вместить всех нас под своей крышей. Но неожиданно Боря воскликнул:       -Автобус!       Он помчался на бешеной скорости к нему. Я перестала верить Богу, но в этот момент молитвы сами просились в голову. Пожалуйста, пусть нам повезет.       Брат добежал до квадратной маршрутки. Подобные сновали в спальных районах, развозя толпы уставших пассажиров по домам. Димаш не отставал ни на шаг и забрал малышку себе, чтобы Боря занялся водительской дверью. Заперто. Мы подбежали следом.       -Отойдите! – крикнул брат. Он кулаком разбил боковое стекло, просунул в авто окровавленную руку и открыл дверь изнутри. Мигом забрался внутрь и нырнул под руль, где выпотрошил все провода. Полетели искры и машина подала признаки жизни.       -Запрыгивайте, - скомандовал Боря и открыл пассажирскую дверь.       Мы со всеми пожитками оббежали автобус. Быстро расселись по свободным местам.       -Богя, тгогай! – жалобно завопила Диана, увидев, что крупный смерч задышал нам в спину.       Машина завизжала шинами по асфальту и помчалась вперед. Пассажирскую дверь заклинило. Резкие маневры раскачивали машину из стороны в сторону. Мы, как блестки в новогоднем шаре, болтались по салону, пытаясь хоть как-нибудь держаться. Перед глазами проносились жуткие картины: смерчи подбирались сзади к машинам, подкидывали вверх, вырывали с корнями кусты и деревца, с жадностью перемалывая все на своем пути. Стоял оглушающий скрежет, пронизывающий до костей гул, завывание стихии. Смерч подобрался так близко, что стал обнюхивать наш транспорт и стараться облизать его своим хищным языком, отчего задняя часть машины подпрыгивала вверх и мы вместе с ней. Только благодаря Бориной сноровке автобусу удавалось увернуться от опасности в самый последний момент. Он с невероятной скоростью крутил баранку и мы пьяной змеей проскальзывали между внезапно появляющимися препятствиями, иной раз задевая кочки, откатившиеся колеса и бамперы других машин.       Мы вырулили на кольцевую. Ветром нас относило влево, прямо в заграждения. Только чудом удавалось не наткнуться на торчащие тут и там острые части забора. Но из приникшего к земле разгневанного неба внезапно выстрелил маленький смерть, проворнее и злее остальных. Он набросился на нашу машину и толкнул ее прямо на копья. Пробило колесо, упала скорость, однако машина еще ехала. Заднюю часть заносило в сторону. Что-то влетевшее стрелой в салон разбило стекло напротив пассажирской двери. Осколки разлетелись вокруг. Крики утопали в лязге металла. Нас обступала серая мгла, в которой было сложно что-то разглядеть. Кристаллизованный воздух царапал ноздри и горло. Небеса готовились забрать нас в иной мир. С усилением воздушного потока концентрировалась все больше и больше тьма. В ней оставались только мы и наш еле различимый крик о помощи.