Stockholm Syndrome

Ран несколько секунд пялился в пустое лицо перед собой, а затем со всей силы вдарил по нему когтями. В глубине души он подозревал, что это не поможет, что затея эта провальная, но когда голова лишь мотнулась в сторону, а на белом лице вдруг открылось зияющее черное отверстие, в которое со свистом засасывало воздух, Ран растерялся. Он отступил, закрывая собой Су Еля. Ноги скользили в куче шмоток, проваливались в них, как в зыбучих песках, и его все больше одолевала паническая, отчаянная мысль о том, что все это не закончится хорошо. Это существо напомнило ему тех тварей, которых он боялся в детстве больше всего. Он ненавидел ощущать их присутствие поблизости, но Ли Ен упорно не желал выгонять их из леса, несмотря на мольбы маленького Рана. А все потому, что после того, как на Чирисане однажды завелся один из них, люди перестали ходить вглубь на гору почти на год, и Ена такое положение дел более чем устраивало. Это были безликие квисины. «Это люди, которые умерли без всякой семьи. У них нет лиц, потому что ни у кого из живых не осталось памяти о них. Умерев, они ищут дом, которого нет, и питаются человеческими чувствами. Люди говорят, что рядом с ними им становится тошно, одиноко и тоскливо, и в голове появляются самые страшные мысли. Но я ничего не чувствую, — беззаботно сказал Ли Ен. — А ты?». Ран чувствовал безысходность рядом с этими тварями с самого детства, знал, что они рядом еще до того, как видел их своими глазами. «Они боятся огня и не могут жить на свету… Ты что, дрожишь? Перестань, когда я рядом, тебе нечего бояться». Су Ель уперся в угол, Ран прижался спиной к его груди и почувствовал его дрожь. Ему в ребра сзади ткнулась холодная твердая рукоять пистолета. Ран резко выхватил оружие из кобуры и выпалил твари в голову. Половина белой башки разлетелась в клочья. В лицо прилетели мокрые вонючие ошметки. Ран вытер лицо, схватил Су Еля за руку и с силой потащил его вон из гардеробной, стараясь держаться подальше от застывшего тела квисина. Рю не мог перестать смотреть на черные скрюченные конечности чудовища, Рану едва удавалось его тащить. Он швырнул Су Еля в квадрат солнечного света в центре комнаты, и Су Ель лихорадочно вцепился в его руку. — Ран, что-то не так… — обессиленно произнес он, глядя на него пустыми глазами. — Я вспомнил, я… я убил своего отца! — Это неправда, — прошептал Ран. — Это она тебе внушает. Скоро все кончится, все будет хорошо! Лис обхватил рукой его шею, поцеловал и сунул пистолет в его ослабшую руку. Су Ель взглянул на него с отчаянием, но вдруг ахнул и схватился за голову и протяжно заныл, как будто испытывая страшную боль. Лис обернулся. За матовой стеклянной дверью двигалось неясное очертание. Тварь ломало, ее кости выворачивало во все стороны. Она выползла на порог гардеробной. Черная жижа вытекала из дыры в ее голове и с раздражающей размеренностью капала на пол. Вдруг оно прижалось ближе к полу и как огромный паук с нечеловеческой скоростью поползло по стенам и потолку. Ран следил за ним, не отводя взгляда; как он и ожидал, оно избегало залитых солнцем мест, и остановилось на потолке в самом темном углу, наблюдая за сидящим в центре комнаты мужчиной. Су Ель схватился за голову и всхлипнул. Казалось, он совсем обезумел от горя и ужаса. Он безостановочно бормотал имя Рана, захлебываясь в рыданиях, как будто уже оплакивая его. Тварь рванулась к нему, Ран бросился ей навстречу и кинул в нее топор почти наугад. Ее отшвырнуло назад, на балкон, с грохотом прибило к балконному парапету. Топор вывалился из размозжённой башки и вернулся к Рану в руку за секунду до того, как он закрыл дверь. Чудовище утробно завыло и заметалось по балкону, пытаясь найти хоть какую-то тень. Все вокруг было в черной жиже, она лилась из ее разбитой башки потоком. Наконец, она выпрыгнула с балкона и исчезла внизу. Ран обернулся к Су Елю. Он сидел на коленях, содрогаясь в глухих, беззвучных рыданиях. Ран вцепился в его ладони, с силой отдернул их и взял его лицо в свои руки. — Тише, тише, я рядом, все хорошо! — Этот голос в голове… — Это не твои мысли! — Я видел, как я его убивал! В его глазах было пусто, как будто глубоко внутри себя он смирился с тем, что только что узнал о себе. — Успокойся! — холодно и резко сказал Ран, схватив его за подбородок. — Ты никого не убивал! Заткнись и возьми себя в руки! Нам надо убираться отсюда. Су Ель по-прежнему пялился в пустоту перед собой, бледный, неживой, и Ран от злости и отчаяния впился в его рот, укусил его за нижнюю губу; ужас понемногу отпускал, и, целуя его, Ран ощущал, как внутри развязывается тугой нервный узел. — Очнись. Ты мне нужен, — Ран потряс его за плечи и с тревогой заглянул в чуть прояснившиеся глаза. — Я посмотрю другие комнаты и валим отсюда! Су Ель кивнул. Ран налил стакан воды, сунул ему в руку и рванул осматривать другие комнаты. В одной из них он обнаружил на столе серебристый ноутбук, отключил зарядку и вернулся обратно в гостиную. Искать что-то еще не было ни времени, ни желания: после выстрела надо было убираться отсюда как можно быстрее. Су Ель стоял возле окна на кухне, глядя вниз, во двор. Когда Ран вернулся, он нервно оглянулся на него, и лис в ответ на незаданный вопрос сказал: — До ночи она просидит где-нибудь в подвале, на подземной парковке или на чердаке. Пошли отсюда, пока копы не приехали, — он показал ему добытый ноутбук и кивнул на дверь. Они вышли к лифтам, Ран нажал на кнопку и с беспокойством вгляделся в осунувшееся, бледное лицо Су Еля. — Прошу тебя, перестань думать об этом! — взмолился Ран. — Это чушь, она достает из подсознания все самое страшное. Разреши мне внушить тебе, что это неправда! — Но что, если… — Если бы ты на самом деле сделал это, у тебя не было бы сомнений! Лифт открылся, Ран затянул его внутрь и встал перед ним. — Посмотри на меня, — попросил лис, глядя ему в глаза. — Позволь мне помочь. Ран не был уверен, что Су Ель на самом деле хотел этого; он смотрел на него с обреченностью, выбирая между двух зол, и Ран принял решение за него. — Ты не убивал своего отца, Су Ель, — шепнул лис, глядя ему в глаза. В глазах напротив отразился его собственный, рыжий лисий глаз, и Ран, зажмурившись, поцеловал Су Еля, вцепившись в тонкую ткань футболки под его пиджаком. — Так ведь лучше, правда? — тихо спросил лис. — О чем ты думаешь? Су Ель поглаживал его талию под джинсовкой, его размеренное, теплое дыхание касалось уха Рана. — Я думал, мы там умрем, Ран. И я так много тебе не сказал… Я понял, что отдал бы многое, чтобы побыть с тобой еще хотя бы немного. И еще… Ты пахнешь как поле. Я хочу, чтобы ты знал, я люблю… это. Люблю твой запах. Ран обхватил рукой его шею, мазнул носом по его скуле. Ни с кем никогда он не чувствовал такой близости, и даже не предполагал, что может ощущать что-то такой разрушительной силы. Су Ель как будто сжимал его сердце своей рукой, копался у него внутри, гладил по всем его внутренностям, там, где никто его никогда не касался. Мир стал таким резким, что все вокруг — запахи, звуки, цвета — причиняли ощутимую боль. Сердце Су Еля билось напротив его сердца, и Ран понял, что они снова украли у смерти еще немного времени. Когда лифт остановился на первом этаже, Ран с трудом оторвался от него. Мысли в голове разбегались от того странного набора чувств, которые он переживал. Ему сложно было сосредоточиться на чем-то одном, и адреналин после стычки с квисином давал о себе знать. Снова зачаровав девчонку на ресепшене, Ран узнал у нее, как устроена система видеонаблюдения в доме. Оказалось, что записи с камер передаются в серверную и хранятся там до трех дней, затем переносятся в облако и удаляются через месяц. Ран собирался просто разломать все в серверной, но Су Ель был против. Коп, предварительно обмотав руку спущенным рукавом, чтобы не оставлять нигде отпечатков, нашел нужный диск на компьютере, удалил все записи за сегодняшний день и вытащил все провода, ведущие к накопителям. — Так мы сможем выйти, — пояснил Су Ель. — И видишь, ничего не надо ломать! — С тобой я и правда становлюсь таким хорошим, — ехидно заметил Ран. — Прямо как Сонхва и говорила. Су Ель залез в машину, открыл бардачок и вытащил пачку мятного Marlboro. Внутри оставалось две сигареты, и одну из них он протянул Рану. Закурив, он откинул голову назад и надолго замолчал. — Что это такое было? — Я не знаю, — отстраненно ответил Ран. — Я видел что-то похожее в детстве, но обычные безликие квисины так не выглядят. Они даже никого не жрут — просто питаются чужими страхами. Судя по тому, как оно воняет, это что-то проклятое. Я не имею дел с такими вещами. «О таких вещах должна заботиться Талуипа», — подумал Ран. И пусть заботится — будет старушке развлечение, взбодрится, наконец. — Надо предупредить кого-нибудь. — Полицию? — со смешком перебил Ран. — Или сразу правительство? В психушку захотел? — Мы выпустили ее, Ран, — сказал Су Ель, взглянув на него. Ран понимал, что тот имеет в виду. «Мы выпустили ее» значило «нам надо убрать это дерьмо за собой, пока оно кому-то не навредило». Лис вздохнул и переложил ноутбук с колен на переднюю панель машины. — Если ты не знаешь, как от нее избавиться, то кто знает? — продолжил коп. — Кто-то же должен заниматься такими существами, как это! Чертыхнувшись, он стряхнул слетевший пепел с брючины. — Талуипа наверняка за всю свою жизнь видела и не такое дерьмо, — ответил Ран. — Вот пусть и разбирается. Это чудовище высосет пару невинных людей, и ее система даст сбой, потому что души придут в чистилище в неверный срок. И она отправит кого-нибудь с этим разбираться. Су Ель внимательно взглянул на него. — Да, — кивнул Ран. — Может, и Ена. — И что с ним… — Переживаешь? — усмехнувшись, перебил его Ран. — Не стоит. Я ни за что не поверю, что Ена способно убить такое безмозглое существо, как это. Он ткнет его своим мечом, и оно рассыплется обратно в прах, вот и все. — Тогда поедем к нему прямо сейчас, — тоном, не терпящим возражений, сказал Су Ель. — О, думаешь, он нас послушает и побежит искать воняющего жуткого квисина? — Ран невесело хмыкнул. — Да ему плевать на людей, плевать, что кто-то умрет. Он пойдет что-то делать, только когда Талуипа прикажет, потому что с ней у него контракт. — Я все не могу понять. Кто такая эта ваша Талуипа? Тоже ведьма? — Младшая сестра Короля Ада, хранительница реки Сандзу. Старая бабка с жутким характером. Голос, как пароходная труба. Спит и видит, как бы вычистить ее скотный дворик от сволочей вроде меня. Ну и такими, — Ран очертил в воздухе что-то неопределенное, — тварями она тоже занимается. Ты к ней не попадешь. Смертные попадают в Бюро только если они туда приглашены. А я, сам понимаешь… Су Ель устало потер лоб. — Ты оттуда не выйдешь, — продолжил он. — Ясно. Кто-то умрет, потому что нам вздумалось потрахаться в чужой гардеробной. Ран положил руку на колено Рю, и нерешительно начал: — Я поеду к Ену и уговорю его пойти со мной искать эту тварь. Он поможет мне, я все так устрою, что он захочет пойти. Ты ведь и сам хотел его использовать. Су Ель задумался, выпустил дым изо рта и ответил: — Нет. Тебя я тоже не готов отпускать. — Опять ты думаешь, что я слабый! Су Ель с яростью вбил сигарету в пепельницу и обхватил его лицо двумя руками. В глазах его отчетливо промелькнуло бешенство. — Я себе не прощу, если с тобой что-то случится! Я с ума сойду, я и так уже близок к этому! Знаю, что люди из-за нас умрут. Мы виноваты, мы проебались, но тебя я не отпущу. — Тогда что мне сделать, чтобы тебе стало легче? — спросил Ран, с нежностью касаясь круглого пятна на его скуле. — Я же вижу, тебе плохо. Я опять затащил тебя в какой-то кошмар… Су Ель склонился к его лицу и поцеловал в губы, продолжая держать его лицо в своих ладонях. — Просто очередная моя сделка с совестью, — прошептал Рю еле слышно. — Пока тварь была там, я видел, как ты умираешь. И я не хочу больше даже думать об этом. Просто не заставляй меня думать об этом. Рю отпустил его и устало вздохнул. — Кто-то ведь должен с этим разобраться, — заключил он. — Черт, кто вообще хранит в гардеробной такие штуки! Су Ель взял ноутбук с передней панели, открыл его и нахмурился. — Хм. А с этим ты что будешь делать? Он развернул его экраном к Рану. Ноутбук был запаролен. — Блин… Я не видел этого. У меня был знакомый хакер, но я обращался к нему в последний раз в двухтысячных. Он, наверное, помер уже. Если у него все клиенты вроде меня, скорее всего, так оно и есть. — На рынке Намдэмун есть магазинчик с электроникой, — ответил Су Ель. — Съездим туда. — Зачем? Продадим подержанный ноутбук и заработаем? Хороший бизнес-план, спасибо, — с сарказмом сказал Ран. — Электроника для прикрытия. Пак Сон Иль зарабатывает взломом компов и аккаунтов. Ну, и пока он помогает полиции, полиция не лезет к нему. Взаимовыгодное сотрудничество, так сказать. На рынке было многолюдно и шумно. Ран оставил машину на парковке между дряхлым Hyndai, задние сиденья которого были забиты пустыми ящиками, и не менее поношенной KIA, и удивился в очередной раз двум вещам: в какие неочевидные места его порой заносит жизнь, и как неудачно он иногда выбирает машины для поездок. Су Ель уверенно провел его сквозь толпу и остановился возле закрытого павильона. Вывеска над входом не менялась уже не меньше десяти или даже пятнадцати лет — она была потрепанной и выцветшей, но красноречивее всего о ее солидном сроке эксплуатации говорили изображения CD-дисков и VHS-кассет на ней, наряду с техникой, которая тоже давно не была актуальна. — Там кто-то есть, — сказал Ран, принюхавшись. — Просто не открывают. Сломать? — Подожди ты! — Су Ель шикнул на него. — Сразу все ломать нужно? Ты их наверняка смущаешь. Стоишь в маске. Помаши в камеру, что ли. Коп указал на глазок камеры, повешенной справа от входа. Ран неохотно помахал. Кто-то с той стороны закопошился в замках, и металлическая ставня отъехала наверх. Из-под нее вынырнул грузный мужчина в видавшей виды футболке и с радостью пожал руку Су Елю. — Добрейший денечек, господин Рю! Чем обязаны? Обычно Дже Сон приходит, а тут вы собственной персоной, еще и не один. Предложил бы чаю, но я сегодня без жены и не знаю, где он. — Спасибо, Сон Иль. Но чай в другой раз. У нас есть ноутбук, надо убрать пароль. Чем быстрее, тем лучше, а за скорость ставка x3 к обычной. Договоримся? — Ну, воскресенье, капитан Рю… За х5 подойдет? — Подойдет, — кивнул Ран. — Сколько времени надо? — Ну, за часок-полтора справлюсь. И че, аккаунт сохранить надо? Пароли, данные? — Все надо сохранить, — ответил Ран. Сон Иль присвистнул. — Ну, ладно. У меня подождете, или погуляете? Рю неуверенно пожал плечами. — Погуляем, — ответил вместо него Ран. Сон Иль исчез внутри и ставня вновь опустилась. — Пойдем, пообедаем, — предложил Ран. — Тут наверняка неподалеку что-нибудь есть. — Мне надо уладить еще одно дело здесь, — загадочно ответил Су Ель. — Подожди меня в машине, это быстро. Ран пожал плечами и пошел к выходу с рынка. На парковке оказалось, что его Urus был заблокирован подъехавшим небольшим грузовиком, и возле него о чем-то ожесточенно спорили невысокая женщина и бугай с перебинтованной рукой. Он не хотел встревать, и пока Су Еля не было, не слишком торопился. Он встал в стороне, достал из кармана пачку сигарет, зажигалку и закурил, прислушиваясь к разговору. — Да что ж вы такое говорите?! Как я по-вашему должна это все разгружать?.. — Ну вы же видите — я руку прижал вашими ящиками, а второй наш грузчик уже два дня на больничном! Позовите кого-нибудь, пусть помогут! — Да некого мне звать! Кого я позову?! Много ли желающих за просто так рыбу мою разгружать? — раздосадовано воскликнула женщина, всплеснув руками. — Вот вы! — она обратилась к Рану таким тоном, как будто заранее знала, что он ей откажет. — Помочь мне не хотите? Пару ящиков сардин, лосося и форели вытащить и отвезти на тележке в мой магазинчик? А от меня вам навсегда будет двадцатипроцентная скидка! Ран не удержался от усмешки. — Ну помогите женщине! Такая ситуация, — грузчик показал Рану свои перебинтованные пальцы. — Скидочка неплохая, и рыба у Сын Сук всегда хорошая, я за качество отвечаю! Лис взглянул на десяток ящиков, стоявших на полу открытого фургона и на тележку. И грузчик, и женщина смотрели на него с ожиданием, и Ран подумал, что для такого плевого дела здесь поднимается слишком много шума. Он оглянулся и увидел, что у ворот рынка стоит Су Ель и оглядывается по сторонам. Наверняка он сейчас сам полезет помогать этой женщине, и пока он будет таскать все эти ящики, пройдет целая вечность. — Я поставлю, но покатишь сам, — сказал Ран грузчику. — Для этого пальцы не нужны. Ран стащил с пола фургона стопку из трех забитых до отказа ящиков и без усилий опустил их на тележку. Затем еще три и еще. Женщина изумленно всплеснула руками и ахнула. — Мама? Ран резко обернулся, держа в руках последний ящик. Су Ель оглядел его и прищурился. — А я тебя в лавке искал, — продолжил Су Ель. — Ты познакомилась уже с… с моим другом? — Да ладно? Твой друг, что ли? Женщина расплылась в довольной улыбке. — Такой хороший молодой человек, ты посмотри! Эти лодыри отказались мне ящики разгружать, потому что, видите ли, один пальцы прижал, а другой вообще не приехал! — Ладно, я поехал, — буркнул грузчик. — И так уже везде опаздываю. — Эй! — рявкнул Ран. — Сказал же, катить сам будешь! Грузчик, усевшись в машину, только махнул рукой. — Все нормально, я помогу, — сказал Су Ель, схватив его за запястье. — А чего он… — обиженно продолжил лис. — Ладно. Грузовик отъехал, а Су Ель решительно взялся на поручень грузовой тележки и покатил внутрь рынка. — Как зовут-то тебя? — спросила мама Су Еля, глядя на него внимательными блестящими черными глазами. — Ли Ран, — отчего-то стесняясь, ответил лис. — Не видела тебя раньше! У Су Еля вообще друзей-то не особо много с самого детства… В полиции тоже работаешь? Вот Су Ель и притащил тебя, бедного, сюда в воскресенье! — Ма-а-м! Его понемногу начало охватывать непривычное смущение. Он поймал себя на мысли, что хочет ей понравиться, чтобы просто не усложнять их с Су Елем и так непростые отношения. — Нет, я не в полиции… я э-э-э… фрилансер. Делаю всякие вещи… на заказ. — Хэндмейд?! — радостно ахнула женщина и всплеснула руками. — Ну можно и так сказать. Су Ель обернулся через плечо, продолжая катить тележку. — Мам, перестань его допрашивать, ладно? — А ты мне не указывай! Ты друзей домой даже в школе не водил! Вот я и спрашиваю, мне ведь интересно, кто такой, чем занимается. Друг Су Еля! Вот это новости. Дон Ель подумает, я с ума сошла, когда я ему расскажу! Су Ель остановил тележку перед закрытой рыбной лавкой и пока Сын Сук открывала замок на ставне, сказал: — Кстати, мам. Сегодня закончи пораньше, до темноты, и езжай домой на такси. И Дон Елю скажи. Это очень важно! — Случилось что? Сбежал кто? — встрепенулась женщина. — Ну… — Су Ель беспокойно взглянул на Рана. — Пока ничего не могу больше сказать. Просто сделай, как я прошу, ладно? — Ладно, — женщина пожала плечами. — Ящики поставишь в холодильники? — Ага. Су Ель исчез вместе с тележкой за дверью, а Ран остался наедине с его мамой, не зная, куда девать руки и глаза, и мечтая, чтобы это все поскорее кончилось. В кармане завибрировал телефон, он достал его, но увидев незнакомый номер, сбросил. — Где вы познакомились-то, Ран? — спросила Сын Сук. — Су Ель кроме работы никуда не вылазит, даже ко мне перестал заезжать. Деловой. — Да так. В баре познакомились… — потупился Ран. — Вместе сидели, разговорились. «Через пару дней я скинул вашего сына с крыши, — мысленно добавил Ран. — Мы оба были в восторге. Особенно я». Женщина погладила его по предплечью, глядя на него с каким-то ласковым и сочувствующим выражением лица. — Ты уж если видишь, что он вдруг не звонит, или не пишет, не думай, что ему что-то не понравилось или он тебя забыл, — вполголоса сказала она. — Это не так. Он много работает, очень много. Очень любит свою работу, пропадает на ней днями и ночами… — Я знаю, — кивнул Ран. Телефон завибрировал снова, и он сбросил вызов с кнопки, не доставая из кармана. — Так что ты сам ему иногда звони. Раз ты уж друг ему. Раз он так сказал, это много значит… Вытаскивай его куда-нибудь, а то жизнь-то проходит… Одной работой счастлив не будешь, да? Ран снова кивнул, и Сын Сук мягко похлопала его по плечу. — А Хи Гем-то знаешь? Девушка его, — еще тише и настороженнее спросила она. — Он мне ничего не говорит. Как у них дела-то? Ран натянуто улыбнулся. — М-а-ам! — грозно окликнул Су Ель. — Ну так скидочку-то я тебе дам, как и обещала! — громко сказала Сын Сук, как будто до этого ничего особенного не спрашивала. — Ты заходи! Телефон опять зазвонил. Ран извинился, отошел на пару шагов и ответил. В трубке кто-то всхлипывал. — Алло?! Алло! Это господин Ли Ран?! Мужчина на другом конце провода рыдал и, казалось, был сильно пьян, и Рану вновь захотелось просто положить трубку. Он потянулся, чтобы сделать это, но услышал вслед: — Моя дочь умерла. Моя Ки Ю Ри, моя девочка… — Ки Ю Ри? — оторопело переспросил Ран. Су Ель, услышав знакомое имя, подошел ближе, взял его за локоть, но Ран немного увернулся и отошел еще на шаг. То, что он собирался сделать, копу понравиться не могло. — Ким Ге Шик дал мне ваш номер. Сказал, что вы исполняете любые желания! Деньги не проблема, господин Ли. Любые деньги, только верните мне доченьку, мою девочку! — Напишите мне ваш адрес в смс, — коротко бросил Ран. — Я подъеду в течение часа. Увидев, что Ран положил трубку, Рю снова подошел к нему и спросил с холодком в голосе: — Что-то случилось с Ю Ри? — Нет, все хорошо. Но нужно уладить кое-какие дела с ней. Мне надо отъехать на пару часов. Ты тут справишься один? — С чем бы мне тут справляться? — раздраженно спросил Су Ель и вдохнул, пытаясь успокоиться. — Я поеду с тобой. — Нет, ты там только помешаешь. — Помешаю? И где «там»? Ты мне хоть что-то собираешься говорить? Опять ты… — Вечером я все тебе расскажу, — шепнул Ран. — Но сейчас нет времени, мне надо ехать, пока они в подходящем состоянии. Держи. Он сунул ему в руку ключи от машины. — Карта от квартиры в бардачке. Езжай домой, как только закончишь здесь. И если что… Кольца на их пальцах на мгновение полыхнули и погасли. — Скажи, что там не опасно, — попросил Су Ель, вцепившись в его запястье. — Я там буду самым опасным и злым существом, — ответил Ран, улыбаясь. — Тебе стоит иногда вспоминать о том, кто я такой. Губы Су Еля были так близко, и ему очень хотелось поцеловать его, но на глазах у его матери он не мог решиться на это. Су Ель взял его за руку и прижал их сплетенные пальцы к своей груди. А потом, коснувшись его подбородка, притянул к себе и коснулся его губ своими. Позади них что-то с шумом упало. Когда Рю отпустил его и Ран заглянул ему за плечо, то увидел, что Сын Сук стоит к ним спиной и что-то режет на столе. — Увидимся позже, — смятенно пробормотал Ран и, неохотно выпустив его руку, ушел. Устроившись на заднем сиденье такси, Ран загуглил новости о смерти дочери бизнесмена Ки, но ничего не нашел. Это было даже хорошо, потому что отсутствие этих новостей позволяло ему осуществить рокировку без каких-либо проблем, но нужно было торопиться, чтобы родители вовремя могли дать опровержение, если все же какая-то информация просочится в прессу. Остальная информация о погибшей девушке была тоже как нельзя кстати. Последние десять лет она училась в Швейцарии, значит, вряд ли здесь у нее было особенно много друзей, которым придется промывать мозги так же, как и ее родителям. Ран открыл ее инстаграм. Дорогие машины, клубы, горнолыжные курорты, брендовые шмотки. Типичный взгляд избалованного ребенка очень богатых родителей. На Ю Ри она была совершенно не похожа, но теперь это было уже и не важно. Ему пришлось долго стучать и звонить, прежде чем Ю Ри открыла ему дверь. Она была вся в слезах. — Что случилось? — Они убили его, — всхлипнула она, прижимаясь к плечу Рана. — Убили его, убили! — Кого убили? Она, рыдая, ткнула в телевизор, где стоял на паузе кадр очередной слезливой дорамы. — Он исчез навсегда! Это жестоко, теперь его любимая осталась одна! Они даже не целовались! Это так грустно! — Я бы не был так уверен, Ю Ри, — сдержанно ответил Ран. — В дорамах обычно всех воскрешают. Так что вытри слезы. И приведи себя в порядок, у нас есть дело. Ю Ри напоследок всхлипнула, обеими руками вытерла лицо и заинтересованно спросила: — Поедем поесть? А где полицейский? — Нет, кое-что другое. Объясню по дороге. Пойдем, помогу тебе собраться. И убери хвост, я же учил тебя! Он усадил ее за туалетный столик и расчесал ее длинные, густые волосы. Она и сама прекрасно научилась с этим справляться в последнее время, но ему хотелось помочь и ускорить процесс. К Ю Ри он быстро почувствовал какую-то привязанность странного характера.Она была для него кем-то вроде ребенка, сильно напоминала ему себя самого в детстве, и он находил в себе много желания позаботиться о ней, как когда-то Ен заботился о нем. — Так куда мы едем? — беззаботно спросила она, когда Ран вставлял заколку ей в прическу. — У одного человека умерла дочь, и он хочет ее вернуть, — ответил лис. — А мы чем поможем? — Ты будешь его дочерью. Она встревоженно посмотрела на него через зеркало, но промолчала. На этот раз Ран взял белый BMW, чтобы доехать до дома бизнесмена. Ю Ри всю дорогу молчала, и ни одна из попыток Рана разговорить девушку не увенчалась успехом. Она отвечала односложно и неохотно, и лис твердо вознамерился серьезно с ней поговорить, когда они приедут, но не учел одного момента — не успел заблокировать двери. Как только машина остановилась возле дома, Ю Ри стремительно выскочила и рванула куда-то в сторону, вдоль по тротуару, нырнула в переулок и пропала из виду. Ран поймал ее в тупике, схватил за белый пушистый хвост, пока она, цепляясь когтями ползла вверх по невысокой тупиковой стене. Лисица жалобно завыла, но спрыгнула вниз и превратилась обратно. — Чертовы каблуки! — воскликнула она, отчаянно рыдая. — И превращаюсь теперь так медленно! Все плохо, все! Зачем ты побежал за мной, дурак, я ведь тебе надоела! Ю Ри с силой пихнула его в грудь и пошла в сторону дороги. — Кто тебе сказал, что ты мне надоела?! — раздраженно выпалил Ран. — С чего ты это взяла? Я забочусь о тебе, как о ребенке! — Поэтому отдаешь меня в другую семью?! — всхлипнула она, обернувшись. — Так делают родители? Ран растерянно остановился. — Я вовсе не поэтому… Ю Ри! Тебе же нужны деньги, документы! Я обещал, что придумаю что-нибудь, и вот решение, лучше случая не будет, все идеально сошлось! Она остановилась, и Ран от неожиданности влетел ей в спину. — Тогда почему у меня такое ощущение, что ты бросаешь меня? — глухо спросила Ю Ри, спрятав лицо в ладонях. — Чтобы я не мешала тебе с твоим парнем? Как будто я лишняя, как будто я была нужна тебе только когда вы с ним поссорились… Он повернул ее за плечи к себе лицом и обнял. — Это не так! Я тебя не бросаю. Я просто хочу, чтобы у тебя больше никогда не было хозяина. Если мы провернем все это, у тебя будет своя квартира и личность, много денег и возможностей! Ты сможешь делать все, что захочешь, когда хочешь. Хочешь — живи с нами. Но у тебя должно быть свое место, где ты сможешь чувствовать себя в безопасности даже если… если со мной что-то случится. И с Су Елем. Теперь понимаешь? Я не брошу тебя, Ю Ри. Не думай об этом. В доме бизнесмена Ки их уже ждали. Навстречу ему, пошатываясь, выбежал хозяин и немедленно упал перед ним на колени, сложив руки в молитвенном жесте. Он глухо рыдал и бился головой об пол так, что Ю Ри от страха спряталась Рану за спину. — Перестаньте, — неприязненно попросил Ран. — Вытрите сопли и давайте ближе к делу. — Любые деньги, господин Ли, любую сумму назовите, все, что пожелаете!.. — взмолился мужчина. — Только верните мою девочку!.. Мужчина, казалось, был в полнейшем забытье от горя. Он подполз ближе, обхватил Рана за ноги и прижался головой к его коленям. Лис брезгливо оттолкнул его, но не рассчитал силы и тот проскользил пару метров по кафельному полу. — Где мы можем поговорить? — резко спросил Ран, начавший терять терпение. — Наедине. И позовите вашу жену и всех сотрудников дома, кто знал вашу дочь. Ясно? Я буду разговаривать со всеми. — Хорошо, господин Ли, — заикаясь, ответил Ки. — Как скажете. Рана пригласили в богато обставленный кабинет на втором этаже. Он усадил Ю Ри в обитое кожей кресло, а сам встал у нее за спиной. Дальнейшее не составило ему никакого труда. Расшатанное сильнейшим горем и литрами выпитого алкоголя сознание бизнесмена с радостью избавилось от новости о скоропостижной смерти дочери в Альпах. Ран внушил ему, что это было лишь кошмаром, а Ю Ри — вот она, здесь, вернулась помогать папе в бизнесе и теперь будет жить в Сеуле, неподалеку отсюда, в своей новой шикарной квартире, которую нужно будет ей купить в честь ее неожиданного возвращения. А также — отдать ей долю во всех своих бизнесах. Отец был до крайности счастлив увидеть дочь, но Ран удержал его от объятий с ней и велел пойти спать. Он безропотно послушался. Дальше на очереди была его жена — сонная от принятых успокоительных и почти ничего не соображающая. Из тех, кто еще знал погибшую девушку, в доме был только старый водитель. Ран внушил и ему, что за последние несколько лет внешность Ю Ри изменилась, но такое вполне понятно, ведь девушка просто выросла. Ран иногда сам удивлялся, какой бред ему удавалось внушать людям, но они верили всегда и охотно, каждому ему слову. Когда они с Ю Ри остались наедине, Ран сел на край стола перед ней и с улыбкой сказал: — Видишь? Довольно забавный процесс. Люди очень доверчивые, особенно когда действительно хотят во что-то поверить. — Неужели это так просто? — недоверчиво спросила Ю Ри. — Они просто будут верить, что я их дочь? — Они хотят поверить, — с улыбкой ответил Ран. — В такой момент они больше всего на свете хотят поверить. Это взаимовыгодная сделка. Я им — дочь и избавление от страданий, а они обеспечивают тебе спокойную, богатую жизнь. Все в плюсе. Она вздохнула. — Теперь мы поедем домой? — Нет, — ответил Ран. — Тебе придется побыть здесь хотя бы до завтрашнего утра, чтобы внушение закрепилось, иначе они могут тронуться умом. И веди себя с ними поласковее, как будто ты и вправду их дочь, чтобы они ничего не заподозрили. О, и еще кое-что. Нужно найти все документы этой старой Ю Ри, все, что сможешь. Придется немного повозиться с этим. Хорошо? Она кивнула, и Ран ласково погладил ее по лицу, отчего лисица покраснела и потупилась. — Мне надо идти. Позвони мне, если будет скучно здесь со всеми ними. Приоткрыв дверь кабинета, он остановился, обернулся и добавил: — И еще… Если надумаешь вернуться в лес, дай мне знать об этом. Ты можешь теперь делать все, что хочешь, как я и сказал. Но не заставляй меня искать тебя. Потому что когда я тебя найду, я буду очень зол. Ран сел в машину и отъехал от дома бизнесмена Ки. На душе у него было паршиво, как будто он и вправду бросал ее. Но вместе с тем он был уверен, что только такое решение было правильным. Он хотел для нее независимости. Хотел, чтобы у нее было все, что нужно — свое жилье, деньги, документы. До этого у нее не было ничего, а значит, и не было выбора, быть с Раном или нет, а друзья за деньги ему были не нужны. Только вот с Су Елем почему-то все было совсем наоборот. Его он хотел привязать к себе всеми способами, даже самыми нечестными, самыми гнусными. Ран нервно вцепился в собственную ногу, бездумно глядя вперед, в поток машин перед собой. Он нуждался в Су Еле, и это было жалкое зрелище; Ен в свое время лучше справлялся с опиумом, чем Ран со своей одержимостью этим человеком. Его человеком. Он вогнал ногти в джинсы еще сильнее. Так вот, каково это — чувствовать себя взрослым? Позволять себе делать вещи, за которые было стыдно сотни лет? Как тогда сказал Ли Ен? Ах, да. «Больной». И убрал руку от его лица так, словно испачкался в дерьме. «К черту тебя. Видишь, что я нашел? Гребаное сокровище! И я буду делать с ним все, что мне хочется», — мстительно подумал Ран. Он вдруг представил, что было бы, если бы Су Ель принял все его предложения, и в тот же момент понял, насколько бездонно глупой была его идея. Ран сходил с ума от страха потерять его. Этот страх рос с каждым часом, с каждым их поцелуем, с каждым проявлением заботы Рю о нем, и Ран терялся, не зная, что с этим делать. Он готов был предложить Су Елю все, что угодно — но самого себя Ран не считал достаточным. Нужно что-то еще — и ему казалось, что лучше денег нет ничего. Ран стиснул зубы от резко нахлынувшего чувства стыда. Су Ель ошибался — ничего хорошего в нем нет, кроме жажды жизни и эгоистичного желания быть кому-нибудь нужным. Вернувшись домой, Ран застал в холле странную картину. Жнец и Су Ель стояли в дверях его квартиры, оба смотрели на него, и Ран безошибочно определил по выражениям их лиц, что они недовольны. «Черт», — подумал Ран. Он глубоко вздохнул и шагнул из лифта. — Беги! — вдруг проорал Су Ель, схватив Жнеца за плечи. — Беги отсюда, быстрее! Ран остановился. Жнец отмахнулся от копа так, как будто тот был не более чем мухой, и пошел к Рану навстречу, попутно поправляя что-то во внутреннем кармане пальто за пазухой. — Беги! — повторил Рю. — Я его задержу! Он кинулся вслед за Джун Гилем и прыгнул на него со спины. Жнеца повело назад, он покачнулся, одним движением сбросил Су Еля с себя и швырнул в стену. Все происходило так быстро, что Ран не успел опомниться. Су Ель сполз вниз. Ран бросился к нему, упал на колени и сунул ладонь ему под голову, пытаясь понять, нет ли крови. — Сказал же… — сдавленно сказал коп. В это мгновение все краски вдруг смешались, желудок подскочил к горлу и стало холодно. Ран открыл глаза и понял, что сидит на бетонном полу парковки под зданием. Жнец опустился на корточки перед ним. — Я хотел поговорить. Ран ударил его кулаком по лицу наотмашь и Жнец, не удержав равновесия, упал. — Не надо его трогать! — зло выпалил Ран. — Что ты здесь забыл? Я же сказал не искать меня! Ран поднялся, и отряхивая брюки от пыли, заметил, что кольцо его полыхает. — Это твоя квартира, — недовольно напомнил Джун Гиль. — Я пришел к тебе. И если бы он на меня не накинулся, я бы не стал его трогать. Не узнаю тебя… Что это? Жнец встал, схватил его за руку, глядя на кольцо. — Кольцо долга? Поэтому ты с ним? Дай мне помочь, я избавлю тебя от него. — Это я просил его не избавляться от кольца, — заученно повторил Ран. — Вокруг, оказывается, столько желающих мне помочь! Спасибо, не нужно избавлять меня от того, что мне нравится! — Ты так уверен в том, что он то, что нужно, — Жнец раздраженно всплеснул руками. — Так не бывает, ты сам себя обманываешь и пытаешься убедить в этом меня, потому что обижен! Перестань, просто подумай хоть немного! Или все дело в том, что он выглядит как твой брат? Может, ты просто ищешь его внимания? Ран прищурился. — Ах да, раз ты вхож в Бюро, то и его должен был видеть! Что ты вообще забыл в Бюро, все жнецы служат в Канцелярии! Чего я еще о тебе не знаю? Жнец промолчал. — О чем говорить, — разочарованно сказал Ран. — Ты никогда не рассказывал о себе. — Потому что я почти ничего не помнил! — вдруг выпалил Жнец. — Я будто ничего о себе не знал, не был даже уверен в собственном имени. Я ни в чем не был уверен. Кроме работы в моей жизни не было ничего, а работа у меня не из лучших. Каждый день рассказывать тебе, как я сопроводил кого-то в мир иной? Плач, горестные крики, мольбы — вот, что я слышу каждый день, и мне так это надоело! Скучная жизнь, работа навевает тоску, я был так удивлен, что ты был рад меня видеть, когда я приходил. Каждый раз мне казалось, что я навязываюсь, но… Телефон Рана завибрировал. — Со мной все в порядке, Су Ель, — ответил он, чуть отвернувшись в сторону, чтобы не видеть лицо Джун Гиля. — Я скоро вернусь. Он… я расскажу, когда вернусь. — И что ты ему скажешь? — с усмешкой спросил Жнец, когда Ран убрал телефон. — Что я твой обезумевший бывший? Такого звания я достоин? — Пожалуйста, перестань, — взмолился Ран. — Чего ты хочешь от меня? Жнец шагнул к нему, и когда он оказался ближе, Ран заметил расплывающееся красное пятно у него на скуле. — Я бы хотел, чтобы ты не делал вид, что никогда не выбирал меня. Я не знаю, почему я тебе нравился — я ничтожество, каких поискать, и то, что я сделал, сложно простить. Я знаю, что должен был сказать тебе хоть что-нибудь перед тем, как уйду, но мне казалось, что я избавляю тебя от себя, от своей никчемной компании и жизни, в которой ничего не происходит. Мертвые не должны быть с живыми, но что мне делать, если я не могу перестать думать о тебе? — Помолчи, — выдохнул Ран сквозь зубы. Он не заметил, когда это случилось, но его рука была в руке Жнеца — прохладная и без привычной перчатки. Он выдернул руку из его ладони, отошел на шаг и отвернулся, чтобы не видеть его. — Ты же не испытываешь голода, жажды и боли, тогда откуда в тебе это вообще взялось? — спросил Ран. — Какие-то чувства… Ты выдумал все это? — Я бы хотел, — ответил Жнец. Он осторожно взял его за плечо, развернул к себе и протянул Рану монетку в сто вон. — Что это? — Если ты возьмешь это, то сможешь позвать меня, когда я буду тебе нужен. В кармане было только это, так что… Возьми, прошу. Ты можешь не пользоваться ею и не носить ее с собой, но если возьмешь то, что дал Жнец… Ран сгреб ее в охапку и торопливо сунул в карман. — Тогда придешь, только если я позову. И не нужно являться перед Су Елем! — Это было случайностью. Я не хотел видеться с ним, он мне не слишком интересен. — Вот и отлично, — ответил Ран. — Потому что мне он очень интересен. Ран пошел к выходу с парковки, но не пройдя и пары метров, услышал брошенное в спину тихое: — Спасибо. «Черт», — снова подумал Ран. Он остановился, и чуть повернув голову, спросил: — За что? — За то время. Ран не стал ему отвечать. Через пару секунд он услышал тихий щелчок, а когда обернулся, на парковке уже никого не было. Когда Ран снова поднялся на свой этаж, Су Ель снова был в холле и нервно мерил шагами пол. Увидев его, коп подошел и крепко стиснул его в объятиях. — Где ты был? — Зачем ты сказал мне бежать? — спросил Ран, в ответ обнимая его за талию. От него едва ощутимо пахло вином и сигаретами. — Он пришел и ткнул мне в лицо какой-то странной бумажкой с твоим портретом и настоящим именем! Что я должен был подумать? Ты далеко не ангел. Я подумал, что он разыскивает тебя. Сказал ему, что ты здесь не живешь… а потом ты очень вовремя явился. Ран спрятал улыбку у Су Еля на плече и ответил: — Он не полицейский. Зачем ему мой портрет, я не знаю… но он Жнец Смерти. Мы встречались… год назад. — Твой бывший — Жнец Смерти? — спокойно переспросил Су Ель. — Час от часу не легче. Мне придется с ним бороться и победить, чтобы я мог быть твоим новым парнем? Как в комиксах? — Нет, не придется. Он больше не появится. Су Ель отстранил его, взяв за плечи и внимательно глядя на него, спросил: — Ты обманывал меня, так? Ты говорил, что не знал имен тех, с кем спал. Не запоминал. Может, двое, а может, двести — так ты мне сказал. А теперь появляется он. — Я узнал его имя только недавно, — ответил Ран. — Я не врал тебе тогда. А о нем не хотел даже вспоминать. Он просто однажды не пришел, и не появлялся больше года. А я такое не очень люблю, ты ведь знаешь. — Ты знаешь, что я слепо верю тебе раз за разом, — сказал Рю, обхватив его лицо рукой. — Я тебе доверяю, но не хочу, чтобы ты держал меня за идиота. Если я узнаю, что ты с этим… Жнецом, не рассчитывай, что я просто съем это. — Ладно тебе… как тебе, этот… Отелло, — с улыбкой прошептал Ран, сминая в кулаке тонкую ткань его белой футболки. Рука копа скользнула ниже и едва ощутимо сжалась вокруг шеи Рана. — Просто знай — если оступишься хотя бы один раз, все кончено. Не думай, что сможешь меня обмануть, у тебя это плохо получается. — Только с тобой! — ответил Ран, убирая его руку со своей шеи. — Не знаю, почему с тобой не работает… Людям обычно нравится моя ложь. — Я целый день сдерживаю свое раздражение, — произнес Су Ель. — Недоговариваешь, сбегаешь, несешь чушь, суешь в меня деньги… И теперь еще этот. Иди-ка сюда. Су Ель затащил его в квартиру, закрыл дверь и прижал к ней спиной. — Не хочешь загладить свою вину? — шепнул он, глядя Рану в глаза. Ран ухмыльнулся, чувствуя, как внутри разгорается пожар. Он опустил руку вниз и с жадностью смял член Су Еля через брюки. — Конечно, я чертовски хочу загладить свою вину, — прошептал лис. Су Ель сверлил его взглядом, полным темного исступления, и Рану нравилось это, нравилось, как он менялся каждый раз, когда дело доходило до секса. Член Су Еля твердел под его рукой с каждым движением, а Ран чувствовал, как его собственные ноги, наоборот, слабеют. Он опустился на колени, положил руки ему на бедра и потерся лицом о заметно выступающий бугор на его штанах. Он расстегнул пуговицу на его брюках, вжикнул молнией и медленно стянул брюки вместе с трусами. В лицо ему ткнулся его стоящий, сочащийся смазкой член. Ран шумно выдохнул, облизал верхнюю губу и коснулся губами головки. Он уже плохо соображал, что делает, в голове звенела полная пустота и неистовое желание прикоснуться к себе, потому что в штанах все горело и жесткий шов джинсов больно давил на член. Он расставил ноги пошире, расстегнул пуговицу и ширинку и, поглаживая себя, стал насаживаться ртом на его член. Вдруг Рю крепко вцепился рукой в его волосы, снял со своего члена и силой потянул наверх. — Больно! — обиженно выпалил Ран. Су Ель развернул его к себе спиной, толкнул лицом в дверь и прижался губами к его шее. Коленом он раздвинул его ноги шире, и сунул руку ему в трусы. В горячем тумане, окутавшем его, Ран не смог разобрать, что именно Су Ель прорычал ему на ухо, но почувствовал, как с него стянули джинсы вместе с трусами. Су Ель терся членом о его задницу и дрочил ему грубыми, рваными толчками все быстрее и быстрее. Другой рукой он крепко перехватил его через грудь и прижимал к себе так крепко, что Рану сложно было дышать; он откинул голову назад, на плечо Су Еля, выстанывая его имя, утонув в этом ощущении горячей, влажной руки на своем члене. Сквозь марево Ран почувствовал, как в него ткнулась головка члена. Су Ель придавил его собой и ощущение стало болезненным. — Эй, наказывать меня не надо, я ничего такого не сделал, — ехидно, но со странным, непривычным ощущением страха — как будто он и вправду не мог сопротивляться — прошептал Ран. — Думаешь, не сделал? — горячее дыхание Су Еля обожгло его ухо, понемногу продолжая толкаться в него. — Даже не знаю. Рю сжал его бок, прижался лицом к плечу на несколько секунд, и вдруг резко развернул его лицом к себе, опустился вниз и взял его член в рот. Ран выгнулся в пояснице, вцепился рукой в волосы Су Еля и подогнул ногу, стараясь найти хоть какую-то опору. Стало узко, жарко и горячо; Су Ель делал это с ним с каким-то неистовством, остервенением. Ран даже в себе не находил столько дикого, как в нем, когда они оставались наедине. Он взял его член глубоко, уткнулся носом ему в живот, крепко, до боли, сжимая пальцами его бедра. Ран всхлипнул, прикусил губу и дернулся вперед. — Я… Су Ель… Не могу больше. Это было слишком. Он попытался оттолкнуть его голову, но тот отстранился лишь на секунду и взял его в рот снова. — Сукин сын, — плача и задыхаясь выпалил Ран. Его член пульсировал глубоко в глотке Су Еля, и это было великолепное ощущение. Су Ель выпустил его член изо рта, кашлем прочистил горло и сглотнул. Ран опустился на колени, толкнул его на пол, сел на него сверху, тяжело дыша, поцеловал его и сжал его изнывающий, истекающий смазкой член. От звука дверного звонка их обоих подбросило на месте. — Блять, — выдохнул Су Ель. Капли спермы выплеснулись Рану на ладонь. — Опять кого-то принесло. Только бы не Ли Ен. — Было бы отлично, — пробормотал Ран, пытаясь усмирить сорванное дыхание. — Я бы вытер об него руку. Ран встал и заглянул в экран домофона. Это был не Ли Ен. В коридоре, с большой плетеной корзиной, полной фруктов и каких-то свертков стоял Син Чжу. Лис вытер ладонь о свою рубашку, поправил джинсы и помог Су Елю подняться. — Может, пойдешь со своим стояком отсюда? Син Чжу к такому не готов. — Открывай уже, — пробурчал в ответ Рю, застегивая брюки. — Добрый вечер, господин Ли Ран. Син Чжу коротко кивнул и недоуменно пригляделся к взъерошенному лису. Су Ель выглянул из-за его плеча. — О, и господин Рю Су Ель. Добрый вечер. Ли Ен просил передать вам это, — Син Чжу протянул Рану корзину, и тот с недоумением забрал ее. — Зачем это? А чего сам не пришел? Не хотел получить по лицу за свой дурацкий подарок? — брезгливо отозвался Ран и передал корзину Су Елю. — Ли Ен в аду. За убийство тех трех подонков. — В аду? — растерянно переспросил Ран. — Навсегда? — спросил Су Ель. Син Чжу нахмурился. Он и так выглядел не слишком дружелюбным, а сейчас и вовсе показался удивительно недовольным. — На пятнадцать лет! — выпалил Син Чжу. — Из-за таких мерзавцев Ли Ен вынужден страдать в Ледяном Аду! Лучше бы вы, господин Ран, их убили, ведь на вашем счету так много жизней, что еще три не имели бы никакого значения! Я ведь и думал, что те трупы — это ваших рук дело. Но нет, теперь из-за вас страдает Ли Ен! — Пятнадцать лет?.. — пробормотал лис. — А на земной срок сколько? — Десять дней, кажется, — неохотно пробурчал Син Чжу. — Даже идя в ад, Ли Ен позаботился о вас! Он так не хотел оставлять вас одного, переживал за ваше здоровье, что попросил меня собрать вам подарок и узнать, как ваши дела. Вижу, что о вас есть, кому позаботиться, — Син Чжу сдержанно кивнул Су Елю. — И Ли Ену не о чем было переживать. Но он слишком хороший брат, чтобы не подумать о вас! — Ой, иди к черту! Передай ему, когда вернется, что я был бы благодарен, если бы он забыл обо мне, как он это делал предыдущие шестьсот лет! — Ран попытался захлопнуть дверь перед лицом Син Чжу, но Су Ель перехватил его руку и остановил его. — Син Чжу помог нам, когда я не знал, какими зельями тебя поить, — напомнил Су Ель. — И что теперь? И так бы не сдох! Ран ушел в гостиную, оставив их вдвоем. Слух его был чутким, и он услышал, как Су Ель благодарит Син Чжу и они прощаются. Войдя в гостиную, Су Ель смерил тяжелым взглядом полную корзину, стоящую на журнальном столике, и сел в кресло. — Что в свертках? И куча яблок… — с недоумением произнес он. — Почему? Ты разве любишь яблоки? — По запаху — говядина и печень, — ответил Ран. — А яблоки… Мы проводили много времени в яблоневых садах на склонах Пэктудэгана весной, когда все было в цвету. И каждую осень Ен приносил мне самые лучшие яблоки с тех деревьев. — Это они? Яблоки с Пэктудэгана? Ран пожал плечами, взял одно из корзины, надкусил и замер. Оно было сладким, сочным, имело медовый и при этом свежий привкус, очень похожий на тот, который он помнил из детства. И вид был такой же: солнечно-желтые плоды с полупрозрачной кожицей и одним румяным красным боком. — Похоже, что да, — заметил Су Ель. — Нравится? Ран настороженно взглянул на него. — Это ничего не значит, Су Ель, — сказал он. — Давай лучше вернемся к тому, на чем закончили! Ран метнулся к нему, перепрыгнул через стол и уселся на нем, расставив ноги по обе стороны от его бедер. Рю натянуто улыбнулся ему и погладил по лицу. — Конечно, не значит. Просто Ли Ен такой хороший брат, он так заботится о тебе, — с сарказмом сказал Су Ель. — И страдает вместо тебя. Теперь, когда он придет, ты будешь с ним чуть поласковее! — Если он и вправду рассчитывает на это, то он действительно плохо знает меня. Так просто моего расположения не добиться. Особенно теперь, когда мне есть, с чем сравнить. Су Ель положил голову на спинку кресла, очертил пальцами его подбородок, скользнул по шее, ниже и остановил ладонь у него под ребрами. — Я не знаю, чего он хочет, Ран, — сказал Су Ель, задирая его футболку наверх. Он отлепил пластырь, заглянул под него и, видимо, оставшись удовлетворенным увиденным, аккуратно приклеил обратно и разгладил пальцами. — Но одно я понимаю очень хорошо, — продолжил он, — он знает, что нужен тебе, и думает, что я — лучшее доказательство этого. И этот подарок — это не забота о тебе. Он хотел, чтобы мы поссорились. — Ты слишком демонизируешь его, — сказал Ран, склоняясь к нему. — Он слишком ленив для таких схем. Он хреновый брат, это правда. Но не такой злой, каким тебе кажется. Я злее и хуже него. Рю грустно улыбнулся ему, но ничего не сказал. Он запустил руку в волосы Рана, прижал его голову к своему плечу, уложив его на себя. Лис чуть сполз вниз, устраиваясь удобнее, и затих в его руках. — Я нашел кое-что интересное в ее ноутбуке, — лениво произнес Рю, поглаживая его по голове. — Мы могли вовсе не убивать Ко. Сон Ки была там, потому что До Ю Гон заказал ей убийство Ко. Она должна была отравить его… но мы помешали.