Та самая метка

      — Я возвращаюсь.       — Ты же не терминатор, чтобы возвращаться на поле сражения. Послушай, ты говоришь красиво и эпично, но мы не в фильме, а ты не главный герой боевика. Бесспорно, ты должен быть сильным и сражаться, я говорил тебе это несколько часов назад, но не забывай, что ты омега. Потрясающий, красивый, невероятный, умный, но омега. Не возлагай на свои хрупкие плечи всю ношу. Не строй в голове планы по завоеванию мира в одиночестве. Твой враг — альфа, сильный, властный альфа с большими связями и с отсутствием здравого смысла. Работай в команде. На нашей стороне Джин, Хосок, Юнги, даже Намджун, в конце концов, дай им разобраться. Конечно, мы будем помогать из тыла, без дела сидеть не будем, но так сможем обезопасить тебя. Понимаешь, Тэхен-а? Доверься альфам. — Чимин смотрит Тэхену прямо в глаза, держа его лицо в своих ладонях. Каждое слово, каждый жест он продумывает, стараясь как можно деликатнее донести свои мысли. Так как хуже молчаливого Тэхена может быть только Тэхен, который что-то задумал и рвется в бой. Обычно добром это не кончается.       — Хватит! Хватит говорить про альф! Мне некому довериться, я не ты, запомни это, Чимин! Да, тебе повезло, у тебя появился истинный, поздравляю, я очень за тебя рад, но не нужно вешать свою модель поведения на всех! Я один и всю свою жизнь буду один. Мне не на кого скинуть свои проблемы! На чужих альф я этого делать не буду! За свою жизнь я буду бороться сам, тебе ясно?! А сейчас либо выполни мою просьбу, либо проваливай отсюда нахуй!       Чимин от шока на мгновение забывает, как дышать. За весь период их дружбы он никогда не слышал, чтобы Тэхен кричал на него и в целом не видел его таким взвинченным.       — Я… прости, я же хочу уберечь тебя, ты ведь не один, я всегда рядом… Тэхен, прошу, не закрывайся от меня.       — Извини, погорячился, но тему с альфами мы закрыли. Я люблю тебя, ты мой лучший друг, но за свою жизнь я должен привыкать бороться один и выживать один. Сейчас Юнги рядом, за что я благодарен, но завтра его не будет, а мне нужно как-то выжить. Я не могу прятаться всю жизнь. Всё. Пойдем со мной. — Ким берет Чимина за руку и ведет за собой. Да, он говорил жестко, раздражение зашкаливало. Но после сегодняшнего вечера он понял истину — всю свою жизнь ему предстоит прожить в одиночестве. Никому, кроме себя он нужен не будет. В голову закрадываются мысли когда-нибудь взять малыша из детского дома, купить дом в маленьком городке и прожить свою жизнь тихо, вдали от всех. От подобных мыслей тепло начинает растекаться по груди. Именно ради хотя бы такого будущего он должен бороться сегодня. Становиться сильным и независимым.

==={}===

      Юнги заходит в квартиру и сразу настораживается от насыщенного постороннего запаха, которого не должен там ощущать. Чувство тревоги бьет в голову, а руки тянутся к кобуре.       — Чимин! — в ответ тишина, но слышны какие-то звуки из ванной. Достав из кобуры пистолет, Юнги мелкими шагами двигается в ту сторону. — Чимин, Тэхен, вы дома? — В ответ снова тишина, но через мгновение двери ванной открываются, и счастливый Чимин скорым шагом подходит к Юнги, обнимая его за плечи и моментально зарываясь носом в шею истинного. — Ты шутишь надо мной? Я звал тебя, почему ты не отвечал? Что происходит здесь? — Он отодвигает удивленного омегу от себя, требуя объяснений.       — Ты чего переживаешь? В ванной шумела вода, я не слышал тебя, пока не почувствовал твой запах.       — Здесь пахнет альфой, кто был в квартире помимо охраны?       — Никого не было, ты о чем?       — Здесь был альфа в гоне, я чувствую эти феромоны! — раздраженный Юнги ходит из комнаты в комнату, словно ищейка, он отчетливо слышит стойкий запах альфы, но не может понять откуда. Пока взгляд не падает на кресло, где лежит большая черная толстовка. Подойдя к ней, он втягивает воздух, наконец поняв, откуда запах. — Чья это вещь?       — Это Тэхен купил, он выходил в магазин возле дома, замерз. А что случилось?       — От этой толстовки пахнет альфой в гоне, она вся пропитана феромонами!       — Юнги, ее носил только Тэ, и пахнет она кедром, не более того.       — Я знаю, как пахнет Тэхен, это другой запах, кедр, но не такой, более насыщенный… что за хуйня? Ее носил альфа, я же не кретин, я с этим еще разберусь! Ладно, иди сюда, ванильный, я скучал. — Юнги притягивает за талию Чимина, плотно прижимая к себе и наслаждаясь ароматом своей пары. Как бы ему не хотелось разобраться с этой толстовкой, но быть рядом с Чимином и не наслаждаться его запахом он не может.       Наслаждаться, правда, получается недолго. До тех пор, пока дверь ванной не открывается, а вместе с ней и рот Юнги от шока.       — Охуеть, они меня точно в могилу сведут.       — Ну, как тебе, Юнги-я? — спрашивает довольный Чимин, облокотившись на шокированного альфу.       — Мало того, что я живу с самыми сумасшедшими и отбитыми омегами во всем Сеуле, так теперь они еще и оба блондины. Боже, за что мне это? Чимин, мне нужен виски.       — Успокойся, Юнги, мой цвет волос никак тебя не касается. Так что, сворачивай драму.       — Что за тон? Краска выела последние мозги?       — Не переживай, даже с тем, что осталось, поумнее тебя буду. Пряное недоразумение.       — Ты охуел, Ким? Забыл, с кем разговариваешь? Так я напомню, мелкий ублюдок!       Чимин шокировано наблюдает за происходящим и не может понять, что случилось. Каким образом за несколько минут настроение в комнате развернулось на сто восемьдесят градусов? Настроение Тэхена скачет, как на американских горках, и объяснить почему, Чимин не может. Он только знает, что если не прекратит этот балаган, его самые близкие люди поубивают друг друга.       — Успокоились оба! Мы в одной лодке, у нас у всех проблемы, нервы. Но вымещать друг на друге в этом доме я запрещаю, слышите! Мы должны поддерживать друг друга, а не пытаться убить! Тэ, контролируй себя! А ты, Юнги — альфа, где твоя мудрость? Кидаешься на любое слово, как бык на красную тряпку!       — Да пошли вы все на хуй! — выкрикивает Тэхен. Злость просто разрывает его изнутри, от его раздражения можно молнии метать. Он не понимает, в чем дело, но понимает, что нужно отдохнуть, а затем выйти и извиниться, возможно.       По пути в комнату он хватает толстовку и ложится с ней на кровать, плотно прижимая к себе и вдыхая пьянящий аромат. Становится легче. Все-таки он молодец, что придумал забрать ее у альфы. И пускай тот не принял, отверг как ненужную вещь, омега со всем справится сам, немного помогая себе запахом, но это временно, всего пара-тройка дней и все будет хорошо. Еще бы, конечно, пара его вещей под подушку и, возможно, еще одна в районе коленей. Но и так пойдет. Все эти мысли мгновенно успокаивают и погружают омегу в царство Морфея.       — Что происходит с этой фурией?       — Его психика не выдерживает такой нагрузки. Не вини его, он сам себя винит во всем. Эти мысли сжирают его изнутри. Очень переживаю за него, Юнги. Вероятно, нужно начать давать ему успокоительные, — Чимин сидит на коленях у своего альфы и размышляет. Вся эта ситуация очень расстраивает его, лучший друг меняется на глазах с огромной скоростью, и притормозить эти изменения он не может, чувствуя свое бессилие.       — Я думаю, все это связано с меткой. Я что-то чувствую, но не могу понять что. Еще эти феромоны альфы. Я разберусь с этим. Но сначала нам нужно съездить в штаб. Нас ждут через два часа. Есть новости.       — Что-то случилось?       — Возможно. Не будем загадывать наперед. Дай ему отдохнуть немного и буди. Я пойду поработаю — Юнги встает со стула, аккуратно снимая с себя расслабленное тело Чимина.       — Юнги, я…       — Знаю, детка, знаю. — Оставив невесомый поцелуй на лбу омеги, он направляется в кабинет. Сейчас явно не место и не время для каких-либо слов, которые могут выбить его из колеи, убив воинственный настрой.

==={}===

      — Придурок туполобый! — Джин глядит на невозмутимое лицо Намджуна. Они спорят уже по меньшей мере часа два. Ведь Джин считает свой план безупречным, а Джун то и дело вставляет свои комментарии, исправляя и корча из себя самого умного. Все это взрывает голову. Хочется ударить, покалечить, хоть и понимает, что тот прав. Но взрывной характер Джина не остановить.       Они начали сотрудничать не сразу. Сначала жизненные устои Намджуна касательно того, что работать вместе с военными подобно самому низшему унижению. Затем уверенный Сокджин, что от бандита и полной мрази добиться ничего путного не выйдет.       Но со временем осмысление начало приходить в их головы, что в данной войне они нужны друг другу. Было сложно, но они пытались прислушиваться, учились верить, понимать и полагаться на того, на кого никто и никогда не полагался бы до этой ситуации.       — Приятно познакомиться, — Джуна смешит поведение альфы, его характер напоминает нахохлившегося воробья. Да, довольно умного и рассудительного воробушка. Его смешит то выражение лица, которое он принимает, когда раздает приказы своим подчиненным. Намджун научился прислушиваться, но ровней себе не считает. Скорее ребенком-переростком.       — Вы вызвали нас посреди ночи, чтобы мы понаблюдали за вашими брачными играми? Вы охуели в край? — Тэхен сонный и злой. Болит голова, живот, руки, ноги, даже пальцы, в общем, омега не в духе. Его разбудили, затолкали в машину и повезли непонятно куда. А по итогу: вокруг одни альфы с их раздражающими запахами и разговорами ни о чем.       — Серая мышь умеет говорить? В прошлую встречу ты был поскромнее. Думаешь, если я сижу с тобой за одним столом, ты в безопасности? Ты здесь ничего не стоишь, один щелчок пальцами и тебе прострелят тупую белоснежную башку. Она, кстати, тебе идет, показывает твое тупое нутро.       — Я тебя не боюсь, ты, кусок дерьма. Не корчи из себя сурового и страшного мафиози. Ты обычный сутенер.       — Ким! Вышел отсюда, быстро! Нам нужно поговорить, живо! — Юнги пытался контролировать себя до последнего, но любому терпению приходит конец. Он должен разобраться с этим омегой здесь и сейчас.       Тэхен сверкает яростным взглядом на Мина, но все же слушает его, выходя из кабинета, не забыв хлопнуть дверью.       Все вокруг раздражают его. Он не понимает, почему все такие глупые, почему не понимают его. Почему от всех так ужасно пахнет. Хочется уйти, убежать, скрыться в своей постели. Чтобы не трогали, чтобы замолчали.       — Ну, расскажи мне, Ким, что за хуйня с тобой происходит?       — Сам ты хуйня, и отойди от меня вообще, кем ты себя возомнил, что можешь меня отчитывать и что-то спрашивать? Ты вообще кто мне? Мы враги, ты ненавидишь меня. Так вот, иди и ненавидь дальше!       — Я пекусь о твоей шкуре! Пока ты лежал и страдал, пока ты занимался покраской своих волос, пока ты шлялся где-то по ночам, пока ты обсирал всех вокруг — я пекусь о тебе! Я увез твоих и моих родителей на другой континент, ведь твоя тупая башка даже не подумала, что они в опасности. Я пытаюсь найти твоего братца, который хочет нас всех прикончить. Кто я тебе? Я хуй знает, но я обещал твоей семье, обещал Чимину, что буду рядом, и я, блядь, сдержу свое обещание. А ты возьми себя в руки! Тявкаешь на Намджуна? Молодец, только вот он приставил своих головорезов, усилив твою охрану. Ведь ты даже не знаешь, сколько попыток тебя выкрасть было за это время, а знаешь, сколько было попыток убить Чимина? Нет, конечно, ты не знаешь. Ты живешь в своем мире, страдаешь. Страдай дальше, но закрой свою пасть, не мешай работать альфам. И закрой рот по поводу Джуна. Его связи позволяют доставать нам нужную информацию. — С каждым новым словом Юнги у Тэхена глаза наполнялись слезами, а сердце билось все чаще. Он правда не подумал о родителях и даже ни разу им не позвонил. Он ужасно себя ведет по отношению к Юнги. Но совершенно не может объяснить причину своего поведения. Ведь он не такой. Ким Тэхен сильный, очень умный, добрый, готов помочь, а кто сейчас на его месте? Жалкая омега, обозленная на всех вокруг. — Блядь, давай без слез! Поноешь дома в подушку. Соберись, я тебя не узнаю, Ким? — Юнги уже немного сожалеет, что говорил все это таким тоном, видимо, он переборщил и напугал омегу. Но это удивительно, он никогда не видел таких отчаянных слез омеги, казалось, тот был пуленепробиваемый.       — Я не знаю, я не знаю, Юнги, я не понимаю, мне страшно, я не могу это контролировать. — Тэхена начинает трясти, а слезы превращаются в рыдания. Он садится на корточки и обнимает себя руками, пытаясь скрыться от этого мира и от этой необъяснимой боли.       — А ну расскажи мне, где ты шлялся ночью?       — Я гулял вокруг дома…       — Говори!       — Не ори на меня! Я гулял, зашел в магазин… и…       — Не вынуждай выбивать из тебя информацию! Кто был в магазине? Ты встретил того, кто поставил метку? Тэхен!       — Я просто зашел в магазин, я замерз и хотел купить кофе, но там так пахло кедром, и я обернулся, и там был он…       — Я так и знал! Я знал, что эта толстовка не тобой пахнет! Она его! И что? Ты поставил метку в ответ?       — Нет… он… он отверг меня, сказал, что я легкомысленный, что наши дороги расходятся…       — Почему тебе так хуево? Ебаный стыд, я понял! Перепады настроения, неустойчивый эмоциональный фон, толстовка, с которой ты ходишь, в которой ты спишь. У тебя голод, потребность в его запахе. Ебать. ЕБАТЬ. Он твой истинный?!       — Нет! Нет, Юнги! Просто реакция организма на метку… все пройдет, нужно привыкнуть…       — О боже, ты давно знаешь! Ты же врач, ты точно давно понял все. Агрессия, и ты не подпускаешь альф, а еще реакция на Намджуна, он максимально пытался подавлять феромонами, а тебе было плевать, а такое бывает только с теми, у кого есть пара… я все понял… Господи боже, Тэхен, он знает? Как он мог бросить истинного, тем более в гон, у него крышу должно было сорвать.       — Я не чувствовал феромоны Намджуна. Вокруг так воняет, мне нос щекочет. И у Чонгука не было гона, его запах был обычный, и он не знает, он никогда не узнает, ведь чтобы это понять, нужно вдохнуть запах истинного, а у меня никогда не будет запаха. Прошу, Юнги, я умоляю тебя, не говори Чимину, никому не говори! Я справлюсь, прошу тебя!       — Справится он, я вижу, как ты справляешься! Поехали домой, там разберемся. — Альфа поднимает омегу на ноги, поправив его толстовку. Ким откровенно выглядит плохо, заплаканный и побледневший. Нужно ехать домой, а после найти этого альфу и притащить силой к омеге. Но это потом, сейчас нужно уезжать.       Не спеша они выходят из кабинета и направляются в сторону выхода.       Юнги не успевает понять, что происходит, как его слух оглушает пронзительный вой. Оглянувшись назад, он видит Тэхена, лежащего на земле и скорчившегося от боли. Он кричит так, будто его подстрелили. Альфа подбегает к нему, подумав, что, вероятно, тот поймал пулю.       — Больно, очень больно… ах… болит…       — Где? Где болит? — Юнги взглядом быстро осматривает омегу, не заметив видимых ран. Тут же рядом оказывается Чимин, прибежавший на крик.       — Тэ, боже, что с тобой? Тебя ударил Юнги? Что ты с ним сделал?!       — Я не бил его! Мы шли к машине, но он упал и так заорал, я думал, его подстрелили, но ран не вижу. Нужно везти его в больницу, может, аппендицит или я хер знает что.       — Мой живот… мне так больно… —Тэхен теряет связь с реальностью. Боль настолько пронзительная, кажется, что его сжирают заживо. В висках пульсирует. Он перестает слышать голоса вокруг себя. Он хочет сейчас умереть, чтобы только не болело. Умереть и вдохнуть кедра. Побольше кедра.       — Чимин… — Юнги шепчет имя и отходит от омеги на ватных ногах. На лице альфы изображено крайнее изумление.       — Неси его в машину! Господи, может аппендицит разорвался, Тэ, держись…       — Чим…       — Да что ты там бубнишь?       — Ему не в больницу нужно… Чимин… принюхайся… ты слышишь?       Омега не сразу понимает, о чем говорит ему Юнги. Но затем глаза открываются все шире, а рот издает писк, после чего омега вскакивает и бежит к альфе, ухватив его за руку.       — Быть не может! Юнги, не может быть!       — Жасмин… Черт, ему так подходит…       — Но как… невозможно…       — Тот альфа, что его пометил, он его истинный, Чимин. Это поведение, эта агрессия — все было предвестниками. Его сущность искала свою пару. И, видимо, запахом решила привлечь, дать о себе знать… и вот, как итог…       — Течка…       — Да, у нашего блондина первая течка.       — Что у вас происходит? — выходя из здания, спрашивает Джин, искоса смотря на лежащего и хныкающего Тэхена.       — У него течка, мы уезжаем.       — Не лучшая идея. В квартиру, где вы обитаете, уже нагрянули гости. Они нашли вас, я более чем уверен, что сейчас нам тоже придется встречать гостей. Видимо, братишка решил поздороваться.       — Сука, как не вовремя! Джин, у него течка, у него есть истинный, который, судя по всему, сейчас где-то в Сеуле корчится от боли в гоне. Ты знаешь, что значит, когда пара в таком состоянии не вместе. Они сдохнут от болевого шока! Нам он нужен живым! Нужно выбраться и найти этого ебаного альфу!       — Заноси его в здание. Здесь опасно. Искать никого не нужно, мы давно следим за этим альфой. Доставим его сюда. Если нам позволит это сделать господин Ли Чан.       — Тогда будем следовать нашему плану. То, что мы предложим, должно заставить его отступить ненадолго.       — Хорошо, тогда я пойду за Намджуном. Приводим план в боевую готовность.       Юнги берет напряженное тело Тэхена на руки и несет в здание. А встревоженный Чимин следует за ним.       — Мин, — кричит Джин, — ему идет жасмин, жаль только это, возможно, первый и последний день, когда мы его ощущаем.       Юнги ничего не отвечает, ради своей семьи, ради Чимина он готов на любые жертвы.