Дом

Изуку нравится возвращаться домой. Понимающая, уютная и домашняя - с такими ассоциациями он вспоминал только одного человека. Его матушка всегда была приятной и доброй женщиной. Могла угостить новых соседей своим пирогом, и отругать сына, что не поел хорошо с утра. Когда особенно тяжело на душе, или просто устал за день, греться под её боком самое лучшее, что может быть. Её пухлые пальчики перебирают кудри, мешают между собой, наводит бардак, но Изуку не против. Он улыбается, да так широко и ярко, что и не скажешь, что парень уже не ребенок. Но для Инко он останется тем самым малышом, которого она выростила. На фоне всегда играет телевизор, который смотрят краем глаза. Никому это не нужно, но приятное дополнение. Шелест страниц проносится по комнате, и сам по себе успокаивает. Изуку комфортно здесь. Запах еды в его доме это обычное дело. Инко работает из дома, так что может заниматься чем только захочет. Выбор пал на готовку. Так что с раннего утра, когда птицы только начали просыпаться, а будильники у школьников еще не заиграли, женщина хлопочет на кухне. Её еда - что-то, что подарено богами. Изуку готов съесть все и вся в этом доме, если оно сделано руками Инко, и плевать он хотел на желудок. Потому что в своем доме еда всегда лучше. Всегда приятней и вкусней. Еда в родном доме - лучшая еда в мире. Изуку всегда получал внимание,будучи дома. Когда твой сын с таким сиянием в глазах рассказывает новый приём, которому он научился, или, может, рассказывает о новом герое, что поднимается в рейтинге, – вы устоите? Вот и Инко нет. Она всегда жадно ловила эмоции сына на его лице. Слушала все истории, даже уже в более взрослом возрасте сына. Она не спрашивает, как истории со Всемогущего перетекли в его рассказы о друзьях. Почему? Потому что это вызывает столько перемен в её сыне, что она не может прекратить это. Она даже не видела его друзей в лицо, но уже успела запомнить троих самых частых. Урарака, Иида и Тодороки - чаще всего эти ребята мелькают в рассказах Изуку о его дне. Но, будем честны, что когда он говорит про него, то его глаза сразу накрывает теплота и забота. Чистое обожание. ..– Мам, ты меня слушаешь? Так вот, Каччан сегодня такое сделал.. – Инко отрывается от своей вышивки, и снова смотрит на сына. И все такие же глаза. Восхищение и любовь, что просто льется через край. Она ласково улыбается и кивает. Она всегда слушает своего сына, всегда будет рядом. Но когда Изуку переехал в общежитие, все стало..не таким. Его новая комната не казалась ему его, а на кухне с утра не ждет завтрак и мама с улыбкой. Но кудрявый не обращает внимания. Наваливает на себя новые тренировки на терретории общежития, бегает теперь чаще, и занимается уроками до ночи. Но тепла от нового дома хотелось получить. И удивительно, что именно от такого человека, он его получил. Отдышка накрыла парня, когда он заходил поздно вечером в общежитие. Пробежка перед сном казалась ему хорошей идеей. Душ свободен, а половина наверняка уже легла спать. Он бы прошел спокойно мимо диванов, если бы не это злое "Деку!". Даже не злое, нет, почти рычащее. Кадык брюнета подпрыгнул, но он почти на пятках развернулся лицо к Бакуго – будто по команде, – и вытянулся. Блондин сидел на диване в общей комнате, и, похоже, очень даже сильно хотел спать. Глаза сонные, и сам выглядил..уютным что ли. Такого Бакуго хотелось завернуть в одеяло, и уложить спать, но все мы знаем, чем это закончится. Изуку нервно глянул на часы, что весели на стене, и его большие глаза будто сразу стали больше. – Уже одиннадцать, почему ты не спишь, Каччан? – Изуку шагнул ближе к дивану, но на него сразу шикнули. – Ботинки, камикадзе, полы сам мыть будешь. И какого хрена ты у меня спрашиваешь, почему я не сплю, когда сам не пойми где шляешься? – Этот громкий шёпот мог бы расмешить любого, но Изуку заставил задуматься. Его ждут? Переживают? За него? Бакуго? – Даже не открывай свой рот, а просто возьми и вали уже. – Изуку в начале и не понял, что именно ему нужно взять, но коробочка с бенто буквально упала ему в руки. Пару секунд рассматривания, а после лицо засияло. Три, два, один.. – Каччан! – На него шикают еще раз, но Мидорию будто не остановить. – Я еще не ел, но..но я уверен, что это очень вкусно! Это для меня? Ты не шутишь? Чем я заслужил? Может, ты тоже что-то хочешь? Острой лапши, к примеру..или может что-то из напитков? Я все принесу, только скажи! – Да тише! Хватит бубнеть! Люди спят, между прочим, это ты у нас один такой! Забирай и вали я тебе сказал! – Кацуки сам со своего места не двигается, и кажется, что он уже спит, но пока он разговаривает, то все иначе. – П-Прости, просто..просто это так приятно! Я скучал по еде мамы, но, твоя тоже очень вкусная! Спасибо большое! Изуку делает низкий поклон, прижимая коробочку к груди. От тепла еды, ему кажется, что это тепло разливается по всему телу. А может, ему не кажется. Он снова ощутил этот уют. А почему Бакуго сделал ему еду, он пока не думает. Слишком счастлив. Шум из общей гостиной нельзя услышать только глухому. Ученики редко могут вот так спокойно посидеть и поиграть во что нибудь, так что собирают всех и сразу, чтоб никто ничего не пропустил. Так что и сейчас Изуку сидит в гостиной, попивая чай, что любезно сделала Яойорозу. – Я сказала, что мы будет играть в "угадай кто"! – Мина ставит руки в бока, и остро смотрит на Денки. Парень в стороне не остается. – Бутылочка звучит лучше твоей угадайки! Ну же, ребята, скажите! – Каминари закусывает губу, когда по залу пошли фразы по типу "мне все равно" и "сами решайте". – Да не хочу я, дерьмоволосый, отвали! Отпусти меня! – Первое, что видит Мидория, так это то, что Эйджиро, который держал Бакуго, шел в их сторону. Второе, что руки Киришима уже знатно подпалены, но из-за причуды это не останется. Что происходит? – Привет, ребята! Извините, мы немного задержались! – "Мы"?! Меня не приписывай, я не хочу здесь сидеть!– Красный бунтарь сажает Кацуки рядом с Изуку по воли случая, и сам усаживается рядом. – Ты обещал мне, что хотя бы раз сходишь на общий сбор! Все, Бакубро, не заставляй меня использовать причуду! И, Мидориябро, держи его, если что, ладно? Он сразу слиняет, если будет шанс. Киришима выглядил таким серьезным, что Изуку сразу кивнул, и поймал злой взгляд блондина. – Надеюсь, мне не придется, – Изуку снова отпивает чай, неловко почесав затылок перед этим. Кацуки зло рыкнул на этих двоих, но показательно сложил руки на груди, съехал немного вниз по спинке дивана, и прикрыл глаза. Смотрел почти из под закрытых, но смотрел ведь. Изуку знает, что Бакуго далеко не тот, кто станет опровергать свои обещания. Он выполнит его, и потом всем припомнит, что это они ничего не сдерживают. Мидория честно душевно восхищается этим человеком. И пока рядом сидит Каччан, брюнет снова ощущает это тепло. Ему хорошо, ему теперь приятней здесь находится. – Каччан, да не понимаю я как правильно походить здесь! – Мидория роняет голову на свои колени, протягивая карты блондину. – Да ты ничего не понимаешь! Дай сюда, идиотина. – Бакуго сразу перекладывает карты для удобства, по возрастанию, и после начался замес: игра с Кацуки стала в разы серьезней, потому что он точно знает толк в том, как побеждать. Не зря его называют лучшим. Как и ожидалось, в конечном итоге остался Бакуго и Такоями. Блондин хоть и часто вываливает агрессию вперед, но это не значит, что все эмоции. А Такоями просто скрытый тип, так что угадать, что будет дальше - тяжело. Если говорить про Изуку, то..нужно просто видеть, как яро горят его глаза, и как он держит кулочки за Бакуго. Ничего личного, но он самый главный фанат. – Каччан, если нас сейчас повезет, то мы выйграем эту партию. – Мидория почти шепчет, прикусывая кончик большого пальца. Сам сидит слишком близко, и Бакуго недовольно морщится. – Без тебя знаю.– Бакуго чуть ведет плечом, выдвигая Изуку из своего личного пространства. – Ну давай, крылатый, выкладывай свои карты. Такоями смотрит на свои карты, берет концы двух, и наконец выкладывает на стол. У Бакуго всего две карты, и если повезет - победят. На столе появляются два..вольта. Блондин секундно анализирует, и после кладет свои карты поверх карт Такоями. Король, и козырной туз. Мидория тут же хватает плечо Бакуго, и сжимает, да так сильно, что второй сразу кривится. Но через пару секунд его лицо все же занимает слабая улыбка, которую он и не особо скрывает. – Каччан, у нас получилось! Ты самый лучший игрок! Но, Такоями-кун, ты тоже был хорош! – А ты что думал, Д-Изуку, я все еще здесь самый лучший, – Но лишь Такоями замечает слабый кивок от блондина. Эта была случайность, никто не знал настоящий конец, так что, победой это можно считать, но для кого как. Так что Бакуго её таковой не считает, но особо и не пытается унять друга рядом. – Да! Давайте еще партию? Попробуем переиграть Каччана! Зал сразу заполнился голдежём, и Изуку счастливо улыбнулся. Кацуки сразу стал отрицать продолжение игры, но Каминари успел уже помешать карты, и разложить перед каждым, кто решил принять вызов. И значит, перед алоглазым тоже. Мидория расслабляет руку у негр на плече, и если бы не майка, что была на блондине, он бы и не обратил внимания. Шершавые пальцы случайно коснулись концов шрама, и брюнет поджал губы. Он рад, что они с Кацуки наконец общаются, но они могли предотвратить это. Никаких ранений на его лучшем друге не было бы. Преемнику Всемогущего часто снится этот момент, и каждый раз он просыпается с чувством вины в груди. Из-за него это произошло, по его глупости. – Эй, – Мидория наконец открывает взгляд от концов шрама, и смотрит в глаза напротив. – Что было, то прошло, перестань. Кацуки говорит не сильно громко, но достаточно, чтоб услышал кудрявый. – Если ты снова начнешь извиняться, я тебе руку сломаю, я обещаю. – Белые брови чуть приподнялись, тонко намекая, что он не шутит. Изуку нервно улыбнулся, и снова проводит концом пальца по шершавой коже. А после, сам от себя неожидая, наклоняет голову к плечу, и кладет на него голову. Каччан рядом, и Изуку от этого хорошо. Но блондин тоже выделился. Фыркнул себе под нос за такую наглость, но после укладывает свою голову на чужую. Ребята, конечно же, хотели это подметить, но ловко закрыли рты, стоило алому цвету выглянуть из под челки. О каком бы только внимание Изуку не скучал, но это - лучше всех. Сейчас, когда он возвращается в свою комнату в общежитие, он наконец ощущает этот уют. Тихонько проходит по комнате, шумя лишь респиратором. Стены Изуку заполнены уже давно не одним Всемогущим, и это заставляет его улыбнутся. Родные фотографии, что были сделаны в ходе обучения, греют душу. Он не сможет снять их. Еще шаг, и Мидория, глаза которого только начинают привыкать к темноте, наконец видит фигуру на кровати. Пшеничные волосы распластались по подушке, а все время недовольное лицо наконец приобряло нокти спокойствия и удовлетворения. Одеяло сползло вниз по кровати, не сильно-то и укрывая блондина от ночного ветерка. Изуку был на патруле, и знать не знал, что Бакуго так делает. Но..как же ему приятно видеть это. Не зря его отпустили раньше. Мидория поднимает одеяло с пола, и накрывает им Кацуки. Тот чуть ёрзает от тепла, но после снова спокойно смотрел свой сон. Изуку правда не может перестать любоваться. Каччан идеален во всем, и кудрявый готов поклясться, что и спит он идеально. Не похрапывает, не разговаривает во сне, не буянит. Лишь иногда раскидывает свои конечности по кровати. Но и Изуку это считает по своему очаровательным. Брюнео присаживается на корточки перед лицом блондину, и, стянув перчатку, ведет рукой по щеке. Брови Кацуки дрогнули, но не более. После в эту щеку поступает поцелуй, и Мидория уходит. Ему нужно переодеться и по скорее лечь. Может, утром ему придется очень долго слушать оры парня, но, когда есть такой шанс полежать с ним, полюбоваться и поймать его маленькую слабость, как он может отказаться? Да, Изуку точно нашел свой второй дом.