Солнечный круг

Лирическое отступление. (это для того, чтобы было понятно, где живёт ГГ – кому не нравится – пропустите. И прошу учесть – это описывается деревня вполне благополучная. Автор был летом в фольклорной экспедиции в средней полосе России – слов нет, одни многоточия…) Ямкинская средняя школа располагалась в самом центре деревни. Когда-то, ещё в (одними благословенные, а другими проклятые) советские времена деревня Ямка была центральным отделением процветающего совхоза-миллионера. Ну и отсюда соответственно полтора десятка многоквартирных домов с почти городскими удобствами(газ, горячая вода и канализация), отсюда здоровенное здание клуба(по-современному - КДЦ)*, а также типовой детский садик и двухэтажная школа. Когда-то население Ямки было в несколько раз больше и в детском саду было открыто восемь групп, а в школе были даже параллельные классы – дело для деревни столь же редкое, как гламурная блондинка на Северном полюсе. Затем в «лихие девяностые» всё в одночасье рухнуло, люди стали уезжать куда подальше, спасаясь от безденежья и пьянства. Правда, потом, постепенно жизнь стала вроде как налаживаться, бывший совхоз стал частной агрофирмой. Назначенный новыми хозяевами директор – жёсткий мужик из породы «Вологодский конвой шутить не любит» - стал стабильно выплачивать зарплату, заставил тех, кто не успел ещё спиться на нет, поверить в хоть какое-то будущее и добился-таки своего – на втором году его директорствования агрофирма стала приносить неплохую прибыль. Именно там и работала Андрюхина мать – зоотехником. Пока совсем не спилась. Что же касается школы, то учащихся во всей одиннадцатилетке было не больше сотни, так как в некоторых классах народу было человек по 5-8, а если больше десяти – то класс уже считался большим. Поэтому учителя знали всё и про всех. Все они были уже пожилые, приехали на село ещё в советские времена и запустить до полного безобразия учебный процесс не давали. Правда, комитет по образованию который год уже грозился школу закрыть, а детей возить на автобусе в райцентр. Но тут уж стеной стоял директор агрофирмы, понимая, что с закрытием школы он лишится наиболее молодых и вменяемых специалистов, а новые тогда точно не приедут. Конец лирического отступления. Когда Андрюха второй день не появился в школе, забеспокоилась классная руководительница. Ситуацию Андрюхину она прекрасно знала и боялась, что мальчишка заболел или попался под горячую руку кому-нибудь из материных собутыльников. Да и за посещаемостью уроков директор следил строго. Поэтому после уроков Лидия Васильевна собралась и отправилась проверить, всё ли в порядке. Дом Андрюхиной матери стоял на отшибе, почти у самого леса. До ближайших соседок – тёти Раи и бабы Гали было метров сто, а ещё один крайний дом стоял нежилым. Уже подходя к дому, Лидия Васильевна выслушала подошедшую бабу Галю – та ей высказала, что мальца второй день не видать, а Машка как керосинила, так и керосинит – спирт и кое-какие продукты таскает ей «тюремщик»** Сашка Шамшурин. Выслушав всё это, Лидия Васильевна совсем помрачнела и решительно направилась к калитке Андрюхиного дома. Андрюхе на второй день стало немного полегче, он даже смог добрести до кухни и набрать воды в пустую пластиковую бутылку. Мать даже попыталась чем-то его накормить, он прожевал пару ложек безо всякого вкуса, но есть совсем не хотелось, зато сильно хотелось пить. Мать дотронулась до лба мальчика и равнодушно сказала: «Иди, полежи, простыл ты видно где-то». Андрюха бросил затравленный взгляд на сидевшего в кухне на табуретке дядьку Сашу, и покорно отправился в свою комнату, прихватив с собой бутылку с водой. Свалившись почти без сил на диван, он задремал, за перегородкой вновь заговорили, потом раздались шаги и хлопнула входная дверь. «Дядька Саша к Куркулю пошёл. За спиртом, - понял мальчик. – А если они опять напьются и он снова… нет…». Внутри заворочалась уже знакомая, казалось бы подзатихшая боль. В это время раздался стук в дверь, скрип, и знакомый голос классной руководительницы строго сказал: «Здравствуй, Гайдукова. Где Андрей?» -Так это…Приболел он. У себя в комнате вон лежит. Температура у него. - Температура, говоришь. И давно у него температура? - Так не знаю… Второй день, наверное, держится… - А почему вчера фельдшера не вызвала? Ты хоть как-то его лечить пыталась, Мария? Или ты только в бутылку смотришь да Сашке Шамшурину в штаны, а парень тебе по боку? Он же из-за тебя в приют ехать отказался, бестолочь ты бестолковая! - А хоть бы и поехал – что с него толку. Ни так, ни так жизни нет. Вот был бы Вовка живой… - Володя уже три года как разбился, а ты всё по наклонной катишься. Младшего по дурости лишилась, а старшего сама в гроб загоняешь! - Да хватит меня уже жизни учить, сама разберусь – вы своё дело сделали, Лидия Васильевна, семью посетили, воспитательную беседу провели – можете себе галочку поставить, и будьте так добры, уходите, уходите по добру, а не то… - Ладно. Где ребёнок, покажи. Поговорю с ним и уйду. - Я же сказала – у себя в комнате лежит – всё с ним в порядке, температурит только. И мать демонстративно отвернулась к плите, загремев посудой. Андрюха за стенкой слышал всё и поэтому, когда классная вошла к нему не удивился. - Здравствуй, Андрей, как ты? - Здравствуйте, Лидия Васильевна, я простыл… немного, – ответил Андрюха сиплым голосом, горло ещё саднило после того, как его сдавил дядька Саша и поэтому простудное сипение вышло очень натуральным. Учительница подошла ближе, потрогала лоб и охнула: – Ничего себе немного, да ты горишь весь! Она покопалась в коричневой необъятной сумке, достала упаковку таблеток: – Вот, прими пока, как знала, что пригодятся. Жаль, что сегодня фельдшера нет – за лекарствами уехала, но я её предупрежу – завтра с утра она к вам зайдёт, посмотрит тебя, если что «скорую» вызовет. Ладно? Потерпишь до завтра? - А зачем нам «скорая»? Подумаешь, простудился пацан, – раздался из-за плеча учительницы голос уже вернувшегося дядьки Саши, – полежит ещё денёк и оклемается. Учительница резко обернулась на голос: – Молодой человек, у вас, кажется УДО?*** Так вот, пить вам и Марию спаивать - я помешать не могу – но вот если с мальчиком что случится – не отмоетесь. Завтра придёт фельдшер и решит вопрос о направлении мальчика в больницу. А то в этом гадюшнике и здоровый заболеет. И, мрачно кивнув напоследок, учительница вышла. Мать злобно швырнула кастрюлю об пол: - Чёрт её принёс, Жучку Амазонскую! - Почему Жучка-то? – удивился дядька Саша. - Потому что суетится всё время как Жучка – если привязалась – так не отцепится. И Ингу – медичку завтра пришлёт непременно – ещё и та стыдить будет. Надоело всё. - Ладно, Машка, сообрази-ка пожрать, а то закусить нечем. Этот диалог Андрюха уже не слушал – он следил в окошко за уходящей по улице учительницей. Неожиданно из-за поворота вырулила чёрная здоровенная иномарка, притормозила рядом с Лидией Васильевной – видно водитель что-то спросил у неё. Та кивнула, повернулась и рукой показала на дом Гайдуковых. *КДЦ – культурно-досуговый центр. ** «тюремщик» - т.е. бывший заключённый. ***УДО – условно-досрочное освобождение.