In Pain Not in Vain

Закончив долгую изнурительную смену, Светлана как обычно стояла на остановке общественного транспорта. От пронизывающего холода ей то и дело приходилось поеживаться, переступая с ноги на ногу. Чувствительная к перепадам температуры, она одевалась всегда тепло, но сегодняшним вечером этого оказалось недостаточно. Благо, возвращаться сегодня пришлось из научного центра, где комфортно и тепло. После смен в стенах старой городской больницы, по которой ремонт давно плачет, любая работа покажется настоящим раем. Там как ни старайся, никак не согреешься, еще и пациенты норовят залезть в рот, как будто у нее без них проблем мало. Ей нравилось время, проведенное за экспериментами, вдали от людей и постоянной нервотрепки. Но они давались немногим легче, ведь в сжатые сроки нужно было успеть все и сразу. Темные синяки под глазами не дадут соврать – Света забыла, что такое высыпаться, хотя сваливалась в кровать сразу как добиралась до дома. Выходные каждый раз пролетали как по щелчку пальцев. На родной набережной порывы леденящего ветра были особенно сильными, буквально срывая с нее капюшон куртки и беспощадно лохматя пшеничного цвета волосы. Она бы заправила их обратно, если бы ей не было на все настолько насрать. - Здесь кто-то может помочь??! Нужен врач! Кто-нибудь, сверху, слышит нас?! - внезапный окрик со стороны реки вырвал уставшую девушку из забытья. Не сразу дошло, что он доносился с лодки. «Чего это вдруг рыбакам срочно понадобилась врачебная помощь в начале ночи?» - призадумалась бывшая студентка медицинского, старательно не подавая виду и мастерски сливаясь с толпой. «Неужели они запутались в собственных сетях, а мне теперь еще спускаться ради них жопу рвать? Не дождетесь!» - продолжала спокойно рассуждать сама с собой Светлана. Не для этого она училась столько лет и получает теперь копейки, чтобы срываться по первому зову за спасибо. К тому же, чем ближе к реке, тем холоднее и выше влажность. Угораздило же ее стоять именно на этой остановке именно в этот час! Лениво обернувшись и вглядевшись в беспроглядную темень реки, девушка на несколько секунд оторопела от увиденного. Типичный катерок, каких проплывал миллион, типичная компания друзей, чья рыбалка непозволительно затянулась, плавно перейдя в попойку - из этой картины выделялась лишь мертвенно бледная девушка на палубе, практически обнаженная, словно не живая вовсе. «Только криминалистом стать не хватало» - внутренне испугалась Света, продолжая отговаривать себя от действий. Но это становилось все сложнее, ведь совесть стремительно брала свое. Этот стыд и позор сожрал бы ее с потрохами, если не сейчас, то потом. Глубоко вздохнув и закатив глаза, медицинская работница все же подала голос. - Я могу помочь. Что случилось? – сказала она, как отрезала. Тянуть дальше было некуда, значит эта ответственность теперь на ее плечах. – Если у девушки проблемы, несите ее сюда. Кто-нибудь, быстро вызовете скорую! – люди заметно оживились, стоило им услышать эту команду. Ее голос был уверенным и строгим, но при этом удивительно собранным, что ослушаться его было крайне сложно. Благодаря нему каждому в толпе стало понятно, насколько все серьезно. За неимением нужных приспособлений и подходящего места, найденную полумертвую девушку уложили прямо на каменную мостовую. Большинство окруживших ее людей было уверенно, что она захлебнулась, и ее уже не спасти. Вероятно, сюда напрашивалось самоубийство на почве сумасшествия, вот дурочка и покончила с собой, прыгнув в речку. Хотела привлечь к себе внимание, надеясь, что не утонет? Или невзаимная подростковая любовь? Очередная позёрщица, не ценящая свою жизнь? - Скорая едет? – приглядывалась к своей находке Света, удивляясь каждой новой мелочи, которую успевала заметить впопыхах. Конечно, первым делом нужно освободить ее дыхательные пути, но уж слишком много внимания привлекало кровавое пятно, растекающееся под волосами. Неужели она ударилась? Как можно было получить подобные увечья при падении в воду? Удастся ли ее реанимировать одним только искусственным дыханием, если разбит череп? Вряд ли, но надо попробовать. Сто лет не работавшая с живыми людьми напрямую, Светлана испытывала крайне смешанные чувства. Так противно и неприятно – не то что прислоняться губами, даже трогать. Но деваться некуда, и думать некогда. Сейчас ее надо спасать, а сожалеть потом. Удивительно, но ее сердце до сих пор билось, вопреки всему. Не было только дыхания – это уже казалось чудом. Такая живучая, что обидно будет ее потерять. Это уже некий азарт – возможность успеть. Напрочь забытый адреналин вдарил в голову раскисшей лаборантке, кроме колб и тетрадей давно не державшей ничего в руках. Страшно было не оправдать не только чужих ожиданий, но и своих собственных. Опасливо зафиксировав ее голову под затылком, как учили в меде, девушка плотно прижалась губами к чужому рту и выдохнула большую порцию воздуха. Так нужно было сделать еще немало раз. Постепенно от нагрузки у нее начала кружиться голова, не смотря на перерывы. Но нужно было продолжать. Суетящаяся кучка людей вокруг, брезгливость и неприязнь – все потеряло свое значение. Увидеть ее задышавшей стало ее делом чести. Как назло, бледно-синие губы оставались податливыми и все такими же безответными. Оживить их никак не получалось. В какой-то момент грудная клетка еле заметно приподнялась. Это можно было с легкостью пропустить, если бы не судороги конечностей, сопровождающие этот слабый вздох. Однако рано радоваться, ведь вернувшееся дыхание было крайне нестабильным и поверхностным. Ее жуткая дрожь пугала Свету не меньше крови, но нельзя было поддаваться панике. Не в ее праве сейчас подать вид, что ей страшно, ведь надо еще не забывать следить за ударами сердца. Прижав пару пальцев к артерии на шее, девушка давно так не нервничала, как сейчас, пытаясь прощупать во что бы то ни стало слабый пульс. На ее счастье он не пропадал, а значит, можно позволить себе небольшой отдых. Рукав куртки, оказавшийся под головой потерпевшей, насквозь пропитался свежей кровью, пока ее внимание было занято спасением. «Вот блин,» - немного расстроилась Света, понимая, что с курткой ей будет проще попрощаться. Раз уж это неизбежно, ее посетила гениальная мысль. На мертвенно бледной коже отчетливо бросались в глаза многочисленные кричащего вида гематомы, глубокие ссадины. Как будто ее много раз бросали на каменный пол, до тех пор, пока колени не разбились в кровь. Может, не обошлось и без закрытых переломов, но без рентгена тут ничего не узнаешь. Когда делаешь искусственное дыхание, нет времени на пристальное обследование остальных частей тела. На глазах у группы зевак, Света укутала вещью медленно истекающую кровью пострадавшую. Все равно в процессе сошел десяток потов, поэтому стало даже жарко. Может, хотя бы так дрожь измученной девушки уйдет, если немного ее согреть. Больше помочь нечем. Только сделать так, чтобы идиоты лишний раз нагло не пялились. Настоящие врачи подоспели вовремя, хотя в это уже не верилось. Наконец-то можно со спокойной душой передать еле теплящуюся жизнь профессиональным реаниматологам. «Они-то справятся, мои корявые руки тут больше ни к чему» - обесценила свой труд утомившаяся спасительница, мечтавшая уснуть и не проснуться. «Уже так поздно, что я доеду домой только на такси…» Ее не хотели отпускать так легко, донимая сотней вопросов, как будто она в курсе, что случилось с этой несчастной. «Я ничего не знаю!» - был ее короткий исчерпывающий ответ. «Она дышит, но потеряла немало крови. Куртка была моя, оставьте ей» - как следует замотавшись шарфом, немногословная девушка раздраженно полезла в сумку за телефоном для вызова такси. Теперь все ее силы были брошены на то, чтобы незаметно исчезнуть отсюда. Не хватало еще дождаться полиции, и тогда о сне вообще можно будет забыть. А о горячем душе – тем более. Ее бы точно припахали заполнять бесчисленные протоколы, не оставив выбора. Если им так необходимы свидетели - пусть тащат в участок зевак, коих набралось хоть отбавляй. Или хозяев лодки, на которой ее вытащили из воды. А может, это дело замнут, как обычно это бывает? И никто даже не почешется. Напишут "несчастный случай" - и избавят себя от сложностей. Полноценное расследование - это ведь слишком дорого.