In Pain Not in Vain

- На томографии без осложнений, - декларирует, хмуря брови, Вера Степановна. – Даже не верится! Динамику с такой травмой предугадать сложно, но чаще всего выздоравливают намного хуже. Даже подозрительно, что всё так хорошо… есть какие-то жалобы? - Неа, - с набитым ртом помотала головой девушка, сидевшая на измятой больничной простыне. Невкусные пустые макароны она ела с таким рвением, как будто это ресторанный деликатес, не иначе. Когда надо срочно набрать массу, чтобы вернуть свою прежнюю красоту, любые средства подойдут. - Значит чувствуешь себя нормально? Тебя выписывают. Надо быть уверенной, что тебе не нужно наше наблюдение. - Все отлично! У меня только голова болит иногда и всё. Больше ничего не беспокоит. Иногда она раскалывается так, что охота застрелиться, но это случается редко! - Господи. Почему ты молчала?? – в расстроенных чувствах бросив стопку документов на тумбочку, медсестра, явно слишком сильно привязавшаяся к юной пациентке, выбежала из палаты. Оставшись одной, Аня искренне недоумевала, в чем дело. Ничего страшного ведь не случилось? Зачем так переживать? Это бессмысленно. Спустя десять минут к ней вернулись с упаковкой таблеток в руках и оставили их на полке. Эта озабоченность ее состоянием с непривычки сбивает с толку, она ведь ни о чем таком не просила. Уговорить старшего врача оставить полечиться еще на пару недель не вышло, поэтому снабдить ее рецептурными препаратами - не самый плохой компромисс. - Только пей обезболивающие сразу, не терпи. Если будет часто повторяться, то возвращайся, не обижу, - излишне ласковые замечания были приняты со смиренной улыбкой. Раз уж ей так важно, конечно, она их возьмет. Это не сложно. Может, даже пригодится. - Вера Степановна, спасибо за всё, - не забыла любезно поблагодарить девушка, что чуть не довело эмоциональную женщину до слез. Ведь это всё мелочи, за такое и благодарить не стоит. - Береги себя там, и постарайся найти своих родственников. Может, ты вспомнишь их номер телефона? В полиции тебе обязательно помогут вернуться к семье, и все наладится, - такие стандартные пожелания, сказанные от чистого сердца, Аня предпочла пропустить мимо ушей, обнимая ее на прощание. Ее отведенные в пустоту глаза говорили сами за себя. Делайте что угодно, только не напоминайте ей про "семью"... Девушка так сжала кулаки от негативных воспоминаний, что чуть не вспорола себе ногтями кожу но ладонях. Еще немного, и ее бы крупно затрясло. Новый приступ мигрени с ней не церемонился. Он стал прямым следствием ее нервного перенапряжения. Похоже, эти приступы после сотрясения будут мучить ее еще долго. Особенно от резкого стресса. Свернувшись калачиком, как только лишние зрители удалились в коридор, Аня ждала, пока это закончится, изредка постанывая от боли. Тратить драгоценное лекарство совсем не хотелось на такую ерунду. К таким мимолетным приступам она уже вполне привыкла. «Проваливай, и чтобы больше не возвращалась!» - такой была последняя фраза от матери, полная злобы и разочарования. По ее мнению, единственная дочь не оправдала надежд и вложенных в нее усилий к двадцати с лишним годам. О каких-то достижениях и речи не шло. И как ей не стыдно, что тратит время зря? Она должна была тщательно убираться в доме, быть прилежной будущей женой, в конце концов, если не добилась ничего больше. Но и этого не умеет. В соответствии с этими навязанными установками Ане пришлось прожить всю сознательную жизнь. Ей отчаянно хотелось доказать обратное, но ни хорошей хозяйкой, ни трудолюбивым служащим быть совершенно не получалось. Любая попытка заняться домашними хлопотами заканчивалась тем, что у нее все валилось из рук. И это еще мягко сказано. Вместо того чтобы похвалить девочку за энтузиазм, мама делала неутешительные прогнозы касательно всего ее будущего. Из-за них самооценка падала ниже плинтуса, но поплакать или нажаловаться было некому. Отца нет с рождения, а друзьям это не интересно. Обидно ли слышать, когда тебя называют никем? Мол, у тебя ничего не будет. Наверно, многих бы это вогнало в такое отчаяние, из короткого нет выхода. Но Аня почему-то была уверенна, что ее мать неправа. И эта убежденность временами граничила с безумием. Их словесные перепалки порой кончались чуть ли не драками, а еще чаще – голодовками и бесконечными побегами из дома. Ее последний побег даже никого не удивил. Мамочка, воспитывающая ее в одиночку, приняла его как само собой разумеющееся. Чего еще ожидать от своего отбившегося от рук ребенка? Дочь уже достаточно взрослая, чтобы со спокойной совестью о ней забыть. Эти яркие воспоминания, вихрем пронесшиеся перед глазами, хотелось вычеркнуть из памяти. Лучше бы они забылись, как будто у нее нет прошлого. И жизнь началась бы с чистого белого листа. Но увы, это невозможно, ведь именно мама сделала ее тем, кем она является сейчас. Вечно бунтующим подростком, ищущим внимания и любви со стороны. - Ань, я совсем забыла, у меня для тебя есть еще хорошие новости! – стоило знакомой фигуре объявится в проеме двери, как всякое расстройство ушло с Аниного лица, словно его там и не бывало. - Что такое, Вера Степановна? – нежно произнесла ее имя девушка, маскируя за этим радушием свои красные, от недавней истерики, белки глаз. И ей это мастерски удалось, не смотря на то, что головная боль не отступила до конца. - Твои результаты анализов пришли. По наркологии ты, наверное, помнишь, у тебя в крови были найдены следы наркотиков опиумной группы. Но сейчас провели исследования на серьезные инфекции, и среди них у тебя ничего не найдено! Вот это удача! Получается, когда тебя поймали и удерживали, они использовали чистый шприц. Крупно повезло, что ты не заразилась. - Вы настояли на том, чтобы в лаборатории провели эти анализы? Я вам искренне благодарна! - довольно зажмурившись, как маленький котенок, девушка вела себя словно сама вежливость. – Без вас я бы не выписалась так скоро, не встала бы на ноги… Всё, только благодаря вашей помощи! - Да ладно тебе, лучше собирайся на выписку, а то опоздаешь, - и то верно. Нечего витать в облаках, когда впереди самое сложное. О похитителях и их мотивах можно будет подумать потом. Оказавшись снаружи, девушка при всем своем твердом настрое двигаться, не могла не растеряться. Старое обшарпанное кирпичное здание позади – а впереди полная неизвестность, и город, от которого ей известно лишь название. Она никогда не думала, что окажется здесь. Главное, не заблудиться в этих серых лабиринтах из типовой застройки, в поисках остановки. Весна встречала ее пробирающим холодным ветром и кучей слякоти под ногами. Похоже, единственный рабочий вариант – действовать как всегда – идти наобум. У себя в родном городе, вынужденно ночуя на улице, ей приходилось ютиться по подъездам, и добрые люди всегда подсказывали дорогу. Поэтому потеряться она совсем не боялась. Ее это меньше пугало, чем перспектива ссор с матерью. - Остановка общественного транспорта справа в километре отсюда.. Потом надо сесть на маршрутку и проехать еще семь остановок.. Выйти на набережной прямо напротив научного центра, - протараторила себе под нос на всякий случай записанное в заметках на телефоне текстовое сообщение, - Господи, и как она должна выглядеть? Понятия не имею! – раздраженно воскликнула девушка, желавшая поскорее оказаться в пункте назначения. Ее нетерпение буквально разрывало изнутри. Чудом добравшись до нужного места буквально через полчаса, девушка расположилась на лавочке, между спешащих к себе домой людей. Они толпились здесь, и одни лица стремительно менялись на новые. Растерянно укутываясь в потрепанную куртку, с плохо отстиранным кровавым пятном на рукаве, Аня только и могла, что наблюдать за этим потоком образов. Сначала ей нравилось изучающим взглядом присматриваться к каждому человеку вокруг. Это было чем-то новеньким на контрасте с унылой рутиной в больничной палате. Но уже скоро это ей решительно надоело. Чужие ответные взгляды, случайно подслушанные разговоры, выхлопные газы и грязные машины – всё это превратилось в одну сплошную кашу, из которой сложно было что-то выделить. Несколько раз ошибочно заговорив с незнакомцами, ей уже не особо хотелось испытывать судьбу. Последняя надежда оставалась на то, что незнакомка сама ее узнает по верхней одежде. Но с приближением темного времени суток эта вероятность стремительно таяла. Зачем ей вообще нужно ее найти? Просто отблагодарить спасительницу и все - цель, конечно, благородная, но стоит ли оно того? От усталости Аню потянуло в сон, так как дело близилось к морозной ночи. День, казалось, прошел зря. В свете фонарей разглядывать окружающих стало еще сложнее. А народу, закончившего работать, стекалось гораздо больше. Впопыхах присев рядом с ней, какая-то девушка начала увлеченно копаться в своей сумке. Видно было, что ее не волнует ничего вокруг, кроме своей потери. Даже Ане невольно стало любопытно, что же та потеряла в недрах своего рюкзака. Тонкие пальцы упорно проверяли каждый кармашек из их многочисленного количества. - Что вы потеряли? – с любопытством ворвалась в чужое личное пространство непоседа. Неохотно отрывая взгляд от своего занятия, новая знакомая сначала явно не собиралась ей ничего отвечать. Подумаешь, лезет кто-то, кого не звали. Ей нужно торопиться, иначе пропустит свою забитую до отказа маршрутку. Час поздний, и следующей может уже не приехать. - Ключи… - шокировано прошептала она, когда подняла глаза повыше и узнала молодую девушку, представшую перед ней в ее старой куртке. Зрение никогда не врало ей, но в данный момент это больше походило на какую-то шутку! Подобное стечение обстоятельств слишком нереально, чтобы быть частью ее устоявшейся, привычной жизни. Особенно видеть ее живой и дышащей полной грудью совсем не ожидаешь. - Вы узнаете меня, правда?! Я так сильно хотела вас увидеть! - от Ани не мог ускользнуть тот факт, с каким глубоко пораженным видом ее сверлят взглядом. Прилив неописуемой радости, будто она выиграла в лотерее, захватил полностью. Тотчас загорелись глаза, и даже щеки впервые за долгое время покрылись румянцем.