In Pain Not in Vain

Ну и зрелище предстало перед Светой после работы. Чем дольше смотришь, тем больше удивляешься. Как можно в такую стужу стоять без шапки и носить ботинки на босую ногу? Весь ее вид был таким несуразным и не к месту, словно просто привиделось. Но все же, она тут была, и красовалась перед ней, как будто так и должно быть. - Припоминаю… - неловко тянет пересохшие губы в приветливую улыбку Света. Наверное, не ее конек – встречать новых людей, знакомиться. Особенно, когда стараешься сделать это из вежливости, чтобы не обидеть. - Я, надеюсь, не испугала? – обеспокоилась ее чувствами незнакомка с лодки, - С того момента, как меня подняли на ноги врачи, я мечтала отблагодарить тебя за все, что ты для меня сделала! Не против, если мы перейдем на "ты"? – девушка с легкостью брала на себя тяжесть ведения разговора, столкнувшись с немногословностью собеседницы. - А в каком отделении тебя лечили? – перескочила на более интересную ей тему Светлана, - Всё хорошо сейчас? - Да, отлично! Не помню точный номер этой больницы, но она была в семи остановках отсюда… - О, сорок первая. Я там практику проходила и отработку. Как же давно это было, - ностальгически усмехнулась двадцати семилетняя девушка. Учиться ей действительно нравилось, притом, что большинство однокурсников "мед" ненавидели. А она любила узнавать что-то новое каждый день. Хотя обстановка там не вдохновляющая. - Мне сказали, что из-за сотрясения третьей степени я ничего не помню, и голова кругом шла минимум две недели, - с удовольствием делилась подробностями Аня, присев на свободные уши. Ей слишком нравилось болтать на самые разные темы. Она бы вовсе не останавливалась, – Тяжело было восстанавливаться от такого, но мне надо было вылечиться, чтобы встретиться с тобой. Понимаешь, надо и всё, - ее внимательный взгляд, обращенный к слушательнице из-под густых ресниц, трудно игнорировать. Он как будто не оставлял шансов улизнуть. - Ладно. Может хочешь где-нибудь поесть, если не ужинала? Ключи я, похоже, забыла на работе. Если я туда вернусь, то и переночую там же, на диване. Так даже удобнее, не нужно будет втискиваться в душный транспорт, чтобы добраться до дома. В честь нашей встречи посидим где-нибудь, что думаешь? Не оставаться же нам тут на остановке, - осчастливив тем самым новую знакомую до чертиков, Света закинула грузную сумку себе за плечо и поднялась с места, - Пошли, здесь недалеко одно местечко. Я там часто обедаю. - Я тогда за все заплачу! – самонадеянно стремилась угодить ей Аня, вскочив следом. С пытливым интересом всматриваясь в каждую мелочь того скромного интерьера, куда ее привели, веселая оптимистичная девушка производила на всех впечатление дамы, пришедшей на первое свидание. Как иначе можно объяснить эту беспечность и восторг в каждом жесте? Господи, разве можно быть такой влюбчивой? Обыкновенная столовая в ее компании казалась настоящим элитным рестораном. Ее горячность и подъем духа словно передались всем, кто ее видел, в этом зале. Одним глазом наблюдая за своей спутницей, чтобы не палиться, Света сторонилась ее. Она чувствовала себя крайне непривычно. Но за общим столиком неизбежно ее поведение привлекало к ним излишнее внимание людей отовсюду. Уставшей работнице становится некомфортно от любых настороженных взглядов, так что она думала лишь о том, куда бы спрятаться. Жаль, что они не одни в этой забегаловке, пользующейся большим спросом по вечерам. - Как здесь уютно и мило! – посчитала своей обязанностью заметить гостья, хотя из декора на стенах висела пара полок с книгами и еще парочка с соленьями. – Люблю, когда так по-домашнему тепло, как здесь. - Да это же ерунда.. есть места получше и посимпатичнее, поверь, - смутилась от ее примечаний Света. Ей тут действительно нравилось находиться, но не настолько, чтобы петь целые хвалебные оды, - Кстати, как тебя зовут? - Аня. Не очень оригинальное имя, я знаю… Но зато запоминающееся! - А меня Света. Я принесу чайку? - Да, спасибо! – мгновенно согласились с ней. Да и как можно отказаться от чая вдвоем? Только давать ей уходить совсем не хотелось, даже на минутку. Мимолетная печаль по этому поводу сразу же отразилась на ее лице. - Ты ведь любишь свежие булочки? – дежурно поинтересовалась девушка, довольно быстро вернувшаяся с подносом, - Они тут всегда с пылу с жару. Поэтому я захватила тебе одну. - Надо же, такое бывает? У меня в колледже продавались только вчерашние, а иногда такие, что мы затруднялись угадать их возраст. Не еда, а камни. - В каком колледже? – учтиво уточнила девушка, пытаясь поддерживать диалог. Ее ленивый задолбавшийся взгляд, тем не менее, большую часть времени по привычке был направлен в чашку, в которой она увлеченно размешивала сахар, а голова гудела от мыслей о прошедшем напряженном дне. - В театральном! – моментально расцвела, стоило зайти речи о нем, Аня. Молоть языком о своем театре и всем, что с ним связано, она могла без преувеличения часами, или даже неделями. Если повезет. - Круто... Когда-то я пыталась поступить в театральный кружок, еще в школе, - расстроенно поджав губы, поделилась Света, и поспешила сделать два больших глотка ради успокоения. А вот сидевшей напротив нее за столиком было не до чая. - Не получилось?! Почему? – облокотившись всем своим весом на стол, приподнялась со стула бывшая студентка театрального. - Не мое это, видимо.. Не стоило и начинать, – не успела Света окончательно раскиснуть, как ее руку крепко сжали чужие холодные пальцы. Но такие мягкие. И безумно приятные. - Не говори так. Нельзя же терять веру в себя, - уже другим, во много раз более серьезным и уверенным голосом подбодрила новая знакомая. Как будто за долю секунды настроившись на нужный лад, - Не обязательно, конечно, всем в театральный, но, если ты этого хочешь… все может еще получится. - Да ты знаешь, сколько времени прошло? Не смеши меня. - Но ведь никогда не поздно! – от ее сшибающей с ног уверенности Свете почему-то стало горько и смешно одновременно. Внутренне она была готова во всем согласиться, поддаться ее пленительному образу. Он был слишком горяч и притягателен в своей непосредственности. Глядя на ее внешнюю амбициозность, казалось, что ей любая задача по плечу и море по колено. Серьезная реальность, к которой она вынужденно адаптировалась, куда суровее. Не признаешься ведь сходу первому встречному в том, что сама убежала с прослушиваний от страха опозориться? Не всем так легко удается идти к мечте, развиваться в творческом плане. Над ней так издевались, что с тех пор открываться людям перехотелось. Да и родители настаивали на том, что творчеством на хлеб не заработаешь, убеждая с самого детства, что ее музыка никому не нужна, а фотографии будут висеть в пыльном музее. Наблюдая изменения в выражении ее лица, которое стало заметно холоднее и отчужденнее, чем было, Аня не на шутку заволновалась. Ей пришлось осторожно убрать свои руки прочь, надеясь, что недопонимание между ними еще можно уладить. Но похоже, тут уже ничего не поможет. - Зачем я тебе нужна? Скажи, чего ты от меня хочешь? – напряженно задала закономерные вопросы Света, желая покончить с их нелепым знакомством, не несущим никакой практической пользы. От ее былой теплоты не осталось ни следа, - Не смею тебя задерживать, мы ведь достаточно поболтали? – эти безэмоциональные слова, казалось, способны убить наповал. С максимально округлившимися от шока глазами, не желавшая ей ничего плохого девушка замерла так, как будто ее должны были сейчас побить. Ее сердце буквально ушло в пятки, а дыхание сперло, как будто она снова тонет в темных речных водах. Неужели все надежды на их встречу были напрасны? - Не надо меня прогонять, пожалуйста… - еле слышимо шепчет она, - Только не злись на меня, прошу! - Я вовсе не злюсь. Просто не понимаю смысла нашего разговора, - Светлана с нетерпением поглядывала на свою спутницу, которая сжалась до состояния комочка. Ее живые глаза потухли, пока страх стремительно парализовал тело. Ей действительно больно, или это простая манипуляция, чтобы ее остановить - так сразу и не разберешь. Наклонившись вперед и скрыв свое лицо за темными спутанными волосами, Аня напоминала поломанную скрипку, и, судя по всему, неполадки в ней появились уже давно. Весь позитив был лишь наносной стеной, которую как волной смыло. За этой слетевшей ширмой она надежно прятала своих демонов, рвущихся наружу. - Если тебе нужна поддержка, я могу оставить свой номер телефона, - опомнилась Света, почувствовав, что перегнула палку, и происходящее теперь ее напрягает, - Мне надо будет рано вставать завтра. Если тебе нужна помощь, может, встретимся на выходных? - Не хочу тебя больше утруждать… У меня все в порядке, - подавленно передала ей свой кнопочный телефончик Аня. От возможности заиметь ее номер телефона она не могла отказаться даже на пороге смерти, хотя догадывалась, что ей он уже не пригодится. Очередной приступ мигрени застал девушку совершенно невовремя, мешая спокойно попрощаться. Вместе с ним в голову полезли новые воспоминания, полные жести, от которых кровь стыла в жилах. От них некуда было скрыться. Они долго преследовали ее, и теперь полностью овладели сознанием, когда последний рубеж обороны пал. «Неужели это все реально было со мной? Почему оно вернулось именно сейчас?» - задавалась вопросами осунувшаяся, будто прибитая гвоздями к земле девушка. Вид похитителя, издевающегося над ней, материализовался прямо перед глазами. Утраченные безвозвратно, как ей казалось, моменты, вдруг всплыли в памяти, заставив ее проживать эти пытки заново. Резкие смены настроения вполне в ее духе, но не настолько кардинальные. От всплывших в голове отвратительных подробностей ей завладевала такая всепоглощающая ненависть к себе, какую она не представляла, что способна испытывать. И с каждой минутой становилось только хуже. - Ань, что с тобой? – мягко погладила ее по плечу виноватая, - Прости меня.. Ты выглядишь очень плохо. Может скорую вызвать, на всякий случай? - Нет! Не надо никакой скорой, я сама с этим справлюсь. - Точно? Не похоже на то, – чуяла неладное медицинская работница, для которой было очевидно, что за подобными симптомами может скрываться инфаркт или что-то пострашнее. Но когда ее просят не лезть не в свое дело, она привыкла не спорить и соглашаться, - Выпей сладкого чая, вдруг полегчает, - бросила ей неловкий совет напоследок Света. Однако выпить у трясущейся как осиновый лист девушки ничего не получилось – руки посуду отказывались держать, расплескав содержимое на стол, и рефлекс глотания забылся напрочь. Это был не инфаркт и не инсульт, как могло показаться. Ответ тут куда проще - ее било в конвульсиях от панической атаки, вышедшей из-под контроля. А как еще себя вести, когда последние вещи, на которые ты надеялась, оказались разрушены? Начерта она так пеклась о своем здоровье в грязном и испорченном теле? Ему самое место гнить на кладбище, после всего того, что с ним сделали. Как бы ни хотелось откинуть прочь пережитое, оно - теперь часть ее. Разве может быть счастлива девушка, лишившаяся девственности таким образом? Ее судьба обречена - никто в здравом уме не примет такой, ведь даже самой от себя противно. Глупо было рассчитывать на что-то хорошее. Никакая поддержка тут не поможет. - Мой дом тут недалеко. Так что можешь идти, если хочешь, - подключила всю мощь своего таланта актриса, чтобы звучать как можно убедительнее, - Спасибо тебе за всё.