пособие по выживанию в школьных условиях, или как не стать рабом какого-то мелкого призрака!

— Итак, — призрак шлёпнул прямо на пол какую-то потрёпанную книжку, едва Итэр вошёл. — Садись, — он похлопал по месту на полу прямо рядом с ним, где сам уже сидел в позе йога. — И чё это? — Итэр сплюнул жвачку, наклонился, чтобы лучше рассмотреть невнятное издание. Книга не выглядела слишком старой, однако её обложка была такой пыльной и погрызанной, что разглядеть название было невозможно. «Неужели сейчас реально свой контракт отрабатывать будет?» Тот усмехнулся и отодвинулся чуть дальше, будто не желая, чтобы Итэр подсмотрел что-то очень важное и секретное. За шуршанием липких страниц послышался его голос: — Ты же девчонку хотел? Сейчас поищем, что тебе нужно сделать, чтобы её найти. Итэр в замешательстве приподнял бровь. Серьёзно? Ему будут искать девушку по советам из какой-то книжки? Или это он что-то не так понял? — Я всё-таки не всесильный, придётся тебе смириться, — продолжал он. — Но есть у меня и парочка козырей. Вот это, например, один из них. А Итэр, выждав момент, перевернул книгу обложкой вверх, попутно стирая пальцами пыль. Казалось, призрак остался этим крайне недоволен, но Итэр не обратил внимание — взглянув на название, он подумал лишь о том, что этот тип его очень нагло разводит. Или пытается неудачно пранкануть. — Чувак, «Мужчины с Марса, женщины с Венеры»? — он взглянул на него с недоумением. Тот насупился и притянул книжку к себе, обнимая её обеими руками. — Ну да, — его брови всё интенсивнее сходились к переносице, и выглядело это весьма комично. — Что-то имеешь против? — на его лице буквально читалось следующее: «Что, опять, самый умный тут?» — Да что ты мне мозги пудришь! — где-то внутри Итэра расползалось едкое раздражение. — Какой дебил вообще будет следовать советам из этой книжки, которая уже лет двадцать как неактуальна? Призрак, казалось, застыл на мгновение. Он ещё раз взглянул на инопланетный атлас в его руках с каким-то выражением тоски и непонимания. В его глазах на долю секунды промелькнуло сожаление, однако он тут же усмехнулся, не без доли горечи в голосе. — И что, такое теперь правда не читают? — А я о чём, — Итэр нахмурился, глядя на поникшую и сжавшуюся фигурку призрака. От растерянности тот будто уменьшился, и его стало даже немного жаль. Кажется, его книжная полка не обновлялась с тех пор, как... Ну, логично предположить, что с тех пор, как он умер. Наверное, очень тоскливо двадцать лет жить в одной лишь кабинке туалета, не имея возможности ни почитать, ни узнать что-нибудь новое. — Короче, забей, — Итэр присел рядом, раздумывая, стоит ли утешительно похлопать его по плечу, или они ещё недостаточно для этого близки. В качестве поддержки он не смог придумать ничего убедительнее, кроме как: — я вообще ничего серьёзного не планировал, так, ради шутки пришёл. Так что сам как-нибудь справлюсь. Однако, вопреки его ожиданиям, призрак резко вскочил и отпрянул. В его глазах читалась злоба и даже... Толика отвращения? Итэр рефлекторно отпрыгнул следом, пялясь на него в недоумении. «Вот блин... Кажется, кердык мне. И что я только не так сказал?». — Ты!.. — он прижал к себе книгу ещё крепче и горько усмехнулся. — Так ты посмеяться надо мной пришёл, вот оно что! Ну конечно, мне стоило сразу догадаться. Доверять этой тупой школоте... — он отвернулся, всеми силами пытаясь скрыть лицо. — Нельзя. Итэр в шоке продолжал пялиться на него, не в силах ничего сказать. Чувство было отвратное — он ненавидел, когда на него обижались, и всегда старался сделать всё, чтобы загладить свою вину. Пользоваться он этим никому, конечно, не позволял. Иногда. По обстоятельствам. В общем, в некоторых кругах, насколько он помнит, числится в рядах мальчиков на побегушках, чего таить. Обычно Итэр мастерски подбирал слова, и лишь изредка, от нервозности, мог ляпнуть что-нибудь несуразное. Но здесь... Что он мог сделать? Что вообще следует делать в такого рода ситуациях? Призрачная фигура уже почти ускользнула куда-то в зазеркальное пространство, когда Итэр, опомнившись, схватил его за руку. Нельзя, чтобы он вот так ушёл. У Итэра, помимо этого, и так накопилась уйма вопросов. — Пусти! — завопил он. — Не трогай меня! — Да что ты разорался-то? — Итэр продолжал тянуть его на себя, не позволяя ускользнуть. — Эй, ну хорош, давай поговорим, — он постарался смягчить тон голоса. Хотя, впрочем, сильно стараться и не пришлось — сердце Итэра каждый раз сжималось, когда он видел чьи-то слёзы. А они, оказывается, были. Его глаза цвета печального туалетного утёнка предательски блестели, пока он вытирал их рукавом. Вот оно как — оказывается, духи умеют плакать. — Да о чём с тобой разговаривать, — махнул рукой тот. — Просто вали отсюда куда подальше, если моя помощь тебе не нужна. Он нахлобучил свою богомерзкую шляпу, закрывая ей лицо. Зеркальная гладь разошлась едва различимыми волнами, стоило ему дотронуться до неё. — Эй, подожди, — Итэр всё не прекращал попыток сгладить ситуацию. — Кто сказал, что помощь мне не нужна? Я такого не говорил. «В любом случае, моё-то условие контракта я выполнять всё ещё обязан или как?» Казалось, он замешкался, обдумывая, как следует поступить. Итэр ослабил хватку, когда тот поправил шляпу, усмехнувшись. И его взгляд из-под полей был таким... Бесстыжим, но почти победно сияющим. Его настроение явно улучшилось. Итэр мог выдохнуть спокойно и расслабить булки — он свой священный долг выполнил. — Так, на чём мы остановились? Ах да, на том, что ты — капризный и неблагодарный мудак, и тебе срочно нужно подыскать новый способ, как закадрить девчонку. Это оскорбление пришлось пропустить мимо ушей. Не сказать, чтобы Итэр был уж совсем законченным терпилой, просто... Вопреки здравому смыслу, всё это действо становилось интересным. Даже если это такой привет от отъехавшей крыши, когда бы ещё он смог вот так спокойно болтать с призраком? — Придётся лезть в архив, — мрачно вздохнул тот. Не успел Итэр опомниться, как он схватил его за руку и грубо потащил за собой. — Ты идёшь со мной. — Куда? — В мою скромную обитель, конечно, — с этими словами он запрыгнул на раковину и скользнул в зеркальную поверхность так легко, будто это была обычная лужица. Полёт по межпространственным коридорам длился недолго, от силы секунды три. Однако после приземления кружилась голова, да и в целом Итэр ощущал себя довольно помятым, как после ночного бухича. Вряд ли он ещё раз когда-нибудь рискнёт прыгнуть в эту дыру — мало ли, вдруг разорвёт в клочья и разбросает по измерениям. Обитель перед ним предстала действительно скромная: обычная комната два на два метра с серыми стенами, обклеенными какими-то плакатами, с самой базовой мебелью вроде кровати и пары тумбочек со шкафом. Призрак отпустил его руку и направился куда-то вглубь помещения, что-то бормоча себе под нос. Комната оказалась не единственной — он распахнул невзрачную серую дверь, вышел куда-то в коридор. И едва он исчез из поля зрения, Итэр тут же начал жадно осматривать окружение. В конце концов, это ведь не какая-нибудь обычная двушка, а жилище потусторонней сущности. Может быть, здесь можно найти какие-то паранормальные хреновины. Обстановка была, мягко говоря, скудноватой. Первое, за что цеплялся взгляд — небольшая статуэтка на тумбочке, представляющая из себя странное маленькое существо с крошечными глазками и миленькой кривоватой улыбкой. Его рожица почему-то напоминала смайлик «:3», а на голове красовалась широкополая шляпка. Стиль чем-то напоминал хозяина дома. Второе — плакаты. Хотя, если точнее, крупные фотографии. «А это, мать вашу, как понимать?» Итэру стало не по себе, стоило получше разглядеть изображения на них — он почти почувствовал, как зашевелились волосы на затылке, и на миг подумал, не является ли он главным героем ужастика про двинутого маньяка. Их было много. Всю стену покрывали фотографии, полароидные, распечатанные на принтерной бумаге, в углу даже висел чей-то рисунок — и на каждом из снимков был запечатлён он. Все сомнения Итэра моментально рассеялись, стоило разглядеть неопределённого цвета стрижку под горшок и худощавые бледные руки. Всё бы ничего, однако... Как бы это грамотно объяснить? Лицо на каждом фото было вырезано. Может, даже вырвано. На мелких снимках — яростно закрашено чёрной ручкой. Всё лицо, от лба до подбородка, красовалось одним рваным бумажным месивом, будто его обладатель от приступа дикой ненависти стремился... стереть себя? «Какие... странные хобби у этого чувака». Нетронутым остался только рисунок в углу. Небольшой набросок карандашом на пожелтевшей бумаге, изображавший этого паренька. Единственное отличие было лишь в том, что на рисунке он мягко и тепло улыбался; казалось, в том мальчике, который остался лишь на этих изображениях, вовсю кипела жизнь. Под ним красовалась аккуратным косым почерком подпись «Скарамуш», а на следующей строчке — «Желаю успехов во взрослой жизни!» Скарамуш. Итэр осторожно произнёс это имя, будто пытаясь распробовать его. Так зовут призрака? — И зачем звал? — Итэр вздрогнул, когда позади него послышался резкий голос. Кажется, он произнёс это вслух слишком громко, либо хозяин попросту вовремя вернулся. — Узнал-таки моё имя. Раньше было неинтересно, а теперь вдруг понадобилось познакомиться. — Так тебя правда так зовут, — в рассеянности прошептал он. «Скарамуш» выглядел раздражённым. Было в его взгляде что-то неразличимое, но определённо нехорошее. — Какой любопытный, ну надо же, — его слова, пропитанные едким и каким-то горьким сарказмом, звучали резко. — Только посмей спросить меня про это. Это не твоё дело, ясно? — Угу, — он мог лишь кивнуть. Атмосфера в комнате, и без того излишне нагнетающая, теперь стала совсем уж неуютной. Кто знает, может быть, в следующую же секунду за спиной у Скарамуша оказался бы топор, и этот чокнутый представил ему театральную постановку по «Преступлению и наказанию». А может, Итэр просто хотел так думать. Чтобы не быть серьёзным. Чтобы не лезть глубже, не разгадывать его мотивы и чувства. — И кстати, всё, что нашёл, не слишком отличается от того, что я ранее тебе предложил. Архиву много лет, и он уже никогда не обновится, — сухо доложил Скарамуш. — Глупо было на что-то надеяться. Так что придётся тебе полагаться либо на мои советы, либо на советы из книги. — ...Тогда я, пожалуй, выберу твои советы. Им я доверяю как-то больше. Но если честно, он не доверял ничему, что находится в пределах этой комнаты. На всякий случай даже самому себе. В конце концов, он столкнулся с потусторонней силой, о которой не знает абсолютно ничего — ни какой силой тот обладает, ни кто его так мстительно подстриг, ни при каких обстоятельствах он умер. Вообще ничего. И тем не менее, он был заинтригован: где-то внутри него разгорался интерес и из задницы любопытствующе выглядывало шило. Опять же, всяко лучше, чем урок математики. Чего уж говорить, это даже лучше, чем искать девушку. Это что, и есть его сильное горячее желание? Влиться в какую-то заварушку? Серьёзно?