Головастики-2

Причин приходить в кафе BBJ было несколько. Первая — безлимитный фильтр-кофе. Вторая и она же третья — Сокджин, готовящий простую и вкусную еду, и скидка на всё меню благодаря знакомству с ним. Юнги нравится бывать здесь на поздних завтраках, обедах, ужинах. Нравятся и диваны насыщенно-вишнёвого цвета, и белая посуда с забавными надписями на кайме. Вазы с косточками авокадо. Свечи без запаха. Мешанина разнообразных песен в плейлисте. BBJ — то место, где здорово собираться компанией, чувствуя себя как в сериале. Семейном, предсказуемом, расслабляющем. Хосок всенепременно достанет зажигалку, материализовавшуюся в ладони, и торжественно подожжёт фитиль. Тэхён протянет официанту свою кружку — всякий раз разную, попросив наливать именно в неё и неважно что — чай или вино. Юнги кастанёт себе подушку, подложив под голову, ожидая заказ… И улыбнётся розовеющему от удовольствия Тэхёну, когда вместо обычных приборов ему подают красивейшие палочки. Засовывая в бездонный рот кусок бисквитного торта со сливками, тот стонет от удовольствия. — А что, если это не персональные палочки Сокджина, а магазинные? — Разглядывая вычурную роспись, размышляет вслух Хосок. — Я чувствую магию на языке. — Её нельзя почувствовать. — Они, как и всегда, растворятся в воздухе, когда я закончу есть, вот увидишь. — Я бы на вашем месте уже давно начал встречаться, вместо того чтобы месяцами флиртовать с помощью… — Наших особенных вещей? Ты не шаришь, хён, насколько это круто. Хосок защёлкивает крышку зажигалки, в которой никогда не заканчивается газ. Юнги перемещает подушку вниз, к животу, обнимая свободной рукой. У каждого есть по одному предмету, который появляется из ниоткуда и исчезает в нигде, стоит только захотеть. Подушка Юнги увеличивается и в ней образуются маленькие мягкие шарики, которые он мнёт пальцами с тихим хрустом. В парк Юнги ходит, чтобы подумать. Забредает в самые дебри и ложится на камень, покрытый мхом. Закидывает ногу на дакимакуру, прижимается к льняной ткани щекой. Солнце светит. Птички щебечут. С опозданием и треском веток под подошвами кед — до места встречи добирается Намджун. У него на плече висит сумка из макраме, а в ней горшок с деревцем под пластиковым куполом с дырочками. Многие думают, что растения, которые он таскает с собой, и есть то сакральное-личное, но в действительности у Намджуна самое необходимое и самое часто теряемое — ручка. Сев на пень, Намджун достаёт из кармана блокнот. — Ну, привет. Как дела? Юнги вздыхает, закрывая глаза. — Помнишь, ты говорил, что… Вы, психологи, с первого взгляда можете определить, какой перед вами человек? — Да. — Типа, чем ярче проявляются определённые черты, тем гуще те, оппозиционные, в тени? — Угу, верно. — И добрые, отзывчивые, милые люди, они при всём этом властные деспоты? — Не совсем так, Юнги-хён. — Но в целом… — Ты это к чему? — Да, ты был прав. — Объясни? Юнги долго молчит, нахмурившись. Признаваться — тяжело. — Красиво и гармонично, когда пары сочетаются друг с другом. Оба высокие, например. Зонтик и дождевик. Или зубная щётка и зубная нить. Жаворонки. Любители острой еды… — Ну… — Сходства накидывают дополнительных баллов шанса на успех. На долго и счастливо. Почти гарантия на то, что будет прочный союз. — Это необязательные условия, и даже при соблюдении этих пунктов гарантии вовсе нет. — Конечно, ага. Мне понравился парень. Он похож на рисовый пирожок. Знаешь, какой у него предмет? Я вот знаю, увидел недавно. Это палка. Не как у Сокджина, а одна. — Как у Донателло? — А? — Из черепашек-ниндзя… — Я не знаю, самурайская? Деревянный меч. — И в чём проблема? — А у меня подушка! Юнги привстаёт на локте, ударяя по дакимакуре. Намджун поправляет очки, с любопытством разглядывая изображённого на ней парня. — Симпатяжка какой! — С мечом! — Как его зовут? — Потенциальный абьюзер, вероятная причина седых волос и… Чимин. Чимин мнётся около входа в бизнес-центр, искусав пухлые губы почти до крови. — Ай-ай-ай, что же ты делаешь? Юнги хочется дать ему по зубам. И нежно расцеловать. Побить подушкой и задушить ею же, потому что — спасибо, Пак Чимин, рабочий день начинается с тебя, а как теперь перестать о тебе думать, а можно вот с глаз долой — из сердца вон, и жизнь вновь станет размеренной и спокойной? Кафе, парки. Работа, в конце концов. — Хён! У нас мало времени, но… Я хочу объясниться. Я не агрессивный. — Ты побил Чонгука на парковке своей штукой. — Я восемь лет занимался кендо. — Чем бы оно ни было. — Я бил не сильно и в воспитательных целях. Это Чонгук! Пообщайся с ним больше и поймёшь! — Нет. Чонгук прелесть. — Я прелесть. — У тебя меч, а у него микрофон. — Вот именно. Микрофон. Всегда. Всегда! — Это не оружие. — Я защитник. — Но и втащить можешь. — Могу. Охраняя сон пельмешка с подушкой. Юнги удивлённо моргает. Сочетаемость — может быть не только в одинаковости, а и в дополнении? — Если я пельмешка, то ты моти. — Согласен. Пообедаешь со мной сегодня? — Если не станешь доставать свой меч… Чимин давится смешком, выгнув бровь. Юнги закатывает глаза. За обедом они с жаром дискутируют на тему того, что далеко не всё однозначно и каким выглядит, такое и есть. Гороскопы — херня. Видеть отражение себя в партнёре — желают нарциссы, а шоу «Угадай, что из всех объектов в комнате — кекс?» прикольное. — И что для тебя самое важное в человеке, Чимин? — Запах. А для тебя? — Звучание голоса и смеха. — Половая конституция. — Умение адекватно реагировать на сарказм… Чимин тянется куда-то за плечо, с непроницаемым выражением лица доставая из воздуха рукоять меча. И хохочет.

*

— Я вот как старший дам тебе совет, Тэ — начни отношения с обсуждения отношений. — Чужих? — Нет. Гипотетических. Тех, которые хочешь. Признаваясь в слабостях и в сильных сторонах. Тэхён поджимает губы и кидает взгляд на открытую кухню, где Сокджин, краснея ушами, переставляет миски с места на место. Чимин сидит рядом с Юнги — подложив подушку под попу. Юнги не расстаётся с боккеном, используя то как трость, то как указку, и — тычет им через стол в Тэхёна. — Иди, позови его поужинать вместе с нами и поделись своей кружкой.