Дайте выход.

–Они ушли... Именно это сказала Паймон, когда в портале исчезла сестра Итэра. Тогда этот портал для путешественника был сравним с чем-то вроде чёрной дыры, что,казалось, разом поглотила все его старания и цель. Конечно, Люмин говорила, что ему пора закончить путешествие, но сейчас Итэра проглотило такое отчаяние, что он не мог трезво оценить сложившуюся ситуацию. Ему нужно было время. Подумать только! Он столько раз в своих поисках сходился в бою с Орденом Бездны, сражался с его членами и предотвращал их святотатственные планы против Архонтов. И что же теперь? Выходит что в этом его сестра имеет прямое отношение. Но почему она примкнула к ним? Она знает то, чего не понимает он? Если да, то что? Слишком много вопросов стало. Учавствовал он в диалоге с Паймон вяло и без энтузиазма, его мысли были в другом русле, а малышка старалась подбодрить, считая это своим долгом. Она прекрасно понимала, какой удар постиг её друга, и что-то ей подсказывало, что сейчас она должна было уберечь путешественника от чувства одиночества. Когда они вышли, поверхность встретила их зенитным солнцем и теплом, свежие запахи зелени резко отличались от едкого духа подземелья. Ветра почти не было, от чего стало немного душно. Откуда-то слышались звуки птиц, едва нарушавшие тишину, как ни странно, природа никогда не мешает человеку восстанавливаться, что является по истину чудом света. И двое путника шли напролом куда-то, словно к неведомой цели. Было и логическое объяснение их движения, что бы вы ничего не подумали, надо было до сумерек добраться до близлежащему населённому пункту и переночевать у –так называемых– добрых людей. Паймон смотрела на Итера, который тупо шёл куда-то, ничего не видя, его сознание было в каком-то таком тумане, при чём не в обычном, а в болотном с ядовитыми испарениями, что чернят душу и могут принести вред окружению. Маленькое существо, в шутку называемая 《консервой 》, твёрдо решила, что по приходу поговорит с ним. Когда они дошли, небо уже напоминало полыхающее пламя, чистое и тёплое. Деревушка, в которой они сделали остановку было небольшой и скромной. Здесь явно жило человек 20, не больше. С устройством на ночлег проблем не было, их приняли в первом же доме. –Разумеется, проходите у меня скорее всего найдутся места для вас, –легко согласилась девушка. Судя по всему хозяйка дома. Кажется, её звали Нонна. Паймон благодарно кивнула:《Спасибо, вы нас сегодня выручили!》. В том, что за путешественника говорил его компаньон не было ничего странного, блондин редко говорил сам, так уж привелось сначала, что маленькое существо взяло на себя роль некой, выражаюсь жаргоном, 《говорилки》, а Итэр и не был против. Поскольку с закатом на улице температура стала понижаться, в доме стало теплей и уютней. Пахло тут по-домашнему:старыми досками, огнём и похожей едой. Говоря об огне, в качестве печи в углу стоял железный очаг, он был цилиндрической формы с небольшой мешотчатой дверцей. Несмотря на небольшие размеры, топилась она хорошо, да и по-видимому стряпала хозяйка на ней же. Дом женщины состоял из двух небольших комнат, сейчас путники находились в, так называемой, главной комнате, которая была и кухней, и гостинной, и столовой в одном лице. Комнатка поменьше была за дверцей у очага, там было две односпальной кровати, на одной хозяйка спала сама, а на другую укладывала гостей. 《Может хотите поесть?–вежливо предложила женщина гостям, –Я как раз ужин доделаю》. Сегодняшний день и вправду утомил их, однако путешественнику и кусок в горло не лез, ему нужны были покой и четыре стены, чтобы прийти в себя. 《Спасибо, покормите Паймон, я не хочу, –ответил Итэр и тут же спросил, –Можно поинтересоваться, где мы будем спать?》. –За той дверцей комната, там и располагайтесь, –пояснила домоводка. Ничего больше не сказав, блондин ушёл туда, покрепче заслонив за собой двери. Паймон с тоской посмотрела в сторону, где скрылся бедолага. Она понимала, каким тяжёлым выйдет разговор, но он был необходим, тем не менее ей надо было собраться духом и силами, поэтому малышка решила сначала перекусить. Ни живой, ни мёртвый, Итэр упал в постель, усталость физическая и духовная придавила словно страж руин. Но своей пленной оболочкой он практически не чувствовал, сознание плавало в мыслях, разбирала их, путешественнику казалось, что его разум отделился от тела. Тем ни менее это было даже не забытье, а уж о расслабленности и речи идти не могло. Всё потому что эти порождения разума были орошены тревогой и страхом. Блондин не знал, что лучше, быть с этими комарами при ком-то, или оставаться с ними наедине и мучатся от того, как они по капле высасывают твои силы. Как эхом в голове отражались последние слова сестры: 《Торопиться не нужно, брат, времени, чтобы дождаться у нас предостаточно. Времени у нас всегда было достаточно》. 《О, Люмин, –мысленно позвал Итэр к ней, –Время истекает, а рано или поздно кончиться и может внезапно вовсе пропасть. Зачем?》. У него было много этих самых 《Зачем?》, но ни один ответ не поступало. Внезапно, словно телепортом или лассом, вернулся к реальности, что-то его вернуло, и этим 《что-то》 являлся скрип, открывающейся двери. Тонко и жалобно. Впрочем, не лучше выглядела и вошедшая, в глазах её была жалость, тревога и уныние, аккуратно подлетая к путешественнику, будто боялась спугнуть, тот же отвечал ей пустым бешеным, как у цепного пса, взглядом, словно не узнавал. В нём нарастала непонятное для него раздражение, и Паймон была тут не виновата, уйдя в себя, он дал волю всем эмоциям, включая ненависть. Сейчас любая живая душа была ему противна, но он словно по инерции, как только нимбоноска (от слова 《нимб》) стала к нему продвигаться, рявкнул: –ВОН! Паймон дёрнулась и сжалась. Малышка сейчас выглядела меньше, чем обычно, а в глазах, словно в двух льдинках, застыл страх и какое-то по-детски затравленное выражение. Всё тепло, которая она хотела донести другу в целости распалось и исчезло. Для маленького существа подобная реакция и поведение её друга была полной неожиданностью. Конечно, он мог подшутить или что-то в этом духе, но чтобы кричать… В комнате повисла оглушающая, тишина и пару секунд крик блондина эхом отражался в стенах. Нимбоноска отмерла спустя каких-то полминуты, и скорее выскочила, чем ушла из комнаты. Путешественник, убедившись, что та ушла, улёгся, он желал снова вернутся в то состояние, однако перед его глазами прочно застыл силуэт испуганного затравленного личика компаньона, что рождало в душе смятение. Потихоньку пьянящие эмоции стали отступать, и Итэр стал трезво воспринимать что произошло. Тем не менее прервали шаги в комнату, вошла Нонна, похоже она пришла на крики уважаемых гостей. На её физиономии было ничего, кроме тупой растерянности. Такого же оттенка голоса она спросила: –Что случилось? Именно в этот момент у Итэра что-то щёлкнуло в голове и он в раз прокрутил всю ситуацию, не спеша с ответом. Что он натворил?