Не шей мне срок

В отдел они возвращаются молча. Боре нравится Гоша — в основном тем, что тот умеет вовремя заткнуться. На работе он первым делом пробивает Кисин телефон. Уходит на это минуты три или четыре. А вот что делать с самим номером — не очень понятно. Не очень понятно, что вообще делать с информацией о том, что Киса занимается тем, чем занимается. Можно подумать, Боря раньше не догадывался, чем все кончится. Но одно дело догадываться — другое дело видеть. Сколько он так еще протянет? Год, два? Три — это уже фантастика. Боря звонит на следующий день. Киса сбрасывает и правильно делает. Он пишет в телеграме — у Кисы на аве какой-то кот, что тоже верно. Не стоит ему лишний раз палиться. «Это Хэнк» Киса перезванивает. — Че надо? Соскучиться успел? — Ты где живешь щас? На фоне слышны голоса. Женские, мужские. Похоже на вписку, но, скорее, это обычный наркопритон. — Ты реально думаешь, я мусору адрес дам? Решил палочек заработать? — Я тебе помочь хочу, — честно отвечает Боря. — Так нельзя, Кис. — Помочь? Да бля, ебало завалите! — это Киса говорит кому-то в сторону. — Хочешь помочь, займи 5 косарей. — Я серьезно, Кис. — А я тоже, пиздец как. Либо кидай, либо иди нахуй со своей жалостью. Киса бросает трубку. Нельзя сказать, что Боря его не понимает. *** — Мне нужно найти, где этот абонент живет, — Боря передает бумажку с номером Кисы человеку из компьютерного отдела, надеясь, что слишком задалбывать вопросами его не будут. — Для работы? — Для работы я бы тебе служебку принес, — вздыхает Боря. — Для жизни. Обычно такая услуга стоила те самые 5 косарей, но коллегам было бесплатно. Ну, если, конечно, отношения были хорошие. У них вроде нормальные. — Для жизни так для жизни. К вечеру сделаю, ок? К вечеру Боря получает распечатку Кисиных передвижений за два месяца, по которой можно сделать однозначный вывод — постоянной квартиры у него нет. Есть повторяющиеся адреса — около трех. Пара в Купчино и еще один почти в центре — во дворах Лиговки. Боря примерно представляет себе, что это за квартиры. Сначала он, конечно, едет в центр. Не снимая форму — пусть пугаются, зато выебываться будут меньше. Форма оправдывается — одна бабушка очень доходчиво объясняет, где именно живут проклятые наркоманы и что конкретно стоит с ними сделать. Почему-то, когда он поднимается по черной лестнице, пропахшей мочой, он уверен, что увидит Кису. Может, правда ментовское чутье. Генетическое. Дверь оказывается не заперта. Долбоебы. Денег, конечно, тут нет, но все же. Синеволосое существо на кухне застывает с дошираком в руках. — Я неофициально, — улыбается Боря, прикрывая за собой дверь. — Кису ищу. Знаешь такого? Девочка или не девочка долго моргает, а потом кивает в коридор. — В комнате большой. — Спасибо, спасибо, — Боря выходит из кухни, стараясь игнорировать запахи и разбегающихся тараканов. Из туалета слышны звуки ебли, и он очень рад, что Киса не там. В комнате с ободранными обоями находится другая проблема — Кис там слишком много. Таких же худых, в такой же одежде и со схожей прической. Лежат на двух матрасах кучками. Нужно найти своего. — Я с миром, пацаны… и дамы, — на всякий случай говорит Боря, но пацанам совершенно похуй. — Кис… Кис, ты где? — он не уверен, что ему ответят, но рядом с батареей слышится знакомый голос: — Ты нахуй сюда приперся, ментеныш? — Поговорить. С глазу на глаз. — Ебаться идите в другую комнату, — сипит тело на соседнем матрасе. — Разбудили, блять. — Я не буду с ним ебаться, — Киса возмущается, но все равно пытается вылезти из-под кучи людей. Получается с трудом. Боре приходится помочь. Он одет в то же, что и тогда. Боря вообще не уверен, что Киса мылся. Волосы, как минимум, спутанные. — Пошли в ванную, — говорит Киса и, пошатываясь, идет вперед. — Все равно отлить хочу. — Там занято. Киса все равно распахивает дверь, смотрит пару секунд на открывшуюся картину и молча уходит на кухню. Боре приходится извиняться и закрывать за ним. Хотя те два чувака, кажется, ничего не заметили. На кухне, к счастью, пусто. Киса пытается найти сигареты, но все три пачки пустые, и Боре приходится предложить свои. Он улыбается. Даже искренне. — Что-то не меняется, да? — Привык к арбузным. Они закуривают. Сколько они так курили до того, как Киса его избил на базе? Счет, наверное, на сотни, если не больше. — Так что? — Киса прикладывается к грязному окну и смотрит на Борю из-под опущенных ресниц. — Помочь мне хочешь? После всего, что было? — Я простил тебя давно. Это правда. — А я тебя нихера не простил, мудак, — странно, что Киса не орет. Может, правда боится разбудить друзей. — Теперь смотри, как устроился, я сам знаешь что, а ты мент. — А ведь ты даже никого не убил, — Боря заканчивает за него мысль. — Все так. Киса кивает. У него на щеке ссадина, и Боря боится спрашивать, откуда. — Ты не первый мент, кто меня под крыло типа брал, знаешь? Боря молчит. Пусть Киса уже все выговорит. — Был один. Витя. Хуй знает, может из твоего отдела. Отмазывал меня иногда. А потом я ему надоел. Меня чуть не прирезали, ему похуй было. Боря делает себе зарубку узнать, о ком именно идет речь. — Кис, это тут при чем? Я же тебе такое не предлагаю. — А что ты предлагаешь?! — От поставщиков отмазать, — Боря знает, что щас не 90-е, но мало ли, кому Киса задолжал. — В клинику устроить. Может быть. — Рыцарь, блять, — Киса что-то вспоминает и улыбается. Странно, но у него совершенно здоровые зубы. — Зря ты отказался. Мне бы не противно было. Даже если бы я тебя не знал. О чем-то таком Боря в глубине души догадывался, но это информация совершенно лишняя. — Меня такое не интересует. Кисино лицо перекашивается. Словно Боря реально сильно его обидел. — Ну и съеби отсюда тогда! — он стучит кулаком по зеркалу, и Боря боится, что оно разобьется. И так по нему идет трещина. — Кис… — Серьезно, я хочу, чтобы ты свалил. На кухне появляется те самые два пацана из ванной, и Хэнк не знает, как продолжить разговор. — А че, у нас проверка? — один из пацанов с ужасом смотрит на Борину форму, но Киса машет рукой. — Уже уходит. Боря с ним не спорит.