Небесная канцелярия

Остаток дня пролетел незаметно. Муриэль забыла, когда в последний раз ей приходилось так много ходить. В основном она пользовалась крыльями, как и остальные крылья, поэтому практически не чувствовала усталости. Сегодня она молила своего непосредственного начальника, как и любой человек, чтобы рабочий день поскорее кончился. Следующим утром ей предстояло впервые побывать на земле, встретиться с обычными людьми, изучить далекий и такой интересный мир, о котором Ангел порядка знала только понаслышке. Мысли не позволяли ей отвлечься ни на мгновение, но сон пробрался в ее разум скорее, чем она могла предположить. Муриэль привыкла просыпаться от солнечных лучей, проникающих в комнату и приводящих в движение парящие под потолком крохотные облака, которые издавали характерное шипение, а иногда и орошали хозяйку комнаты водой. Вместо привычного утреннего душа ее встретил суровый взор Сариэля. Ангел порядка подпрыгнула на кровати, заметив в своих дверях самого Принца Божьего. – Ты должна присутствовать на моей речи вместе с другими членами совета, – не тратя время даже на приветствие, холодно произнес Советник Господа, – После ты отправишься на землю. Колесница уже готова. Я не стану ждать, а Бог тем более. Поторапливайся, если так невтерпеж увидеть смертных. Муриэль выскользнула из постели. Она скрылась за стоящей рядом с кроватью ширмой, натягивая привычное длинное платье. Ангел порядка принялась за шнуровку на спине, но дрожащие руки не позволяли ей протянуть крохотные ленты через петли. – Я помогу, – заходя за ширму, спокойно сказал Сариэль. Муриэль дернулась от его голоса, но послушно повернулась к нему спиной. Внезапно ей стало интересно был ли когда-то Принц Божий заинтересован в любви. Она бросила на него короткий взгляд и убедилась, что Сариэль сохраняет привычное равнодушное выражение лица. Ангелов в школе и университете учили, что они – существа бесполые, а, значит, должны быть равнодушны одинаково к мужчинам и женщинам. В силу своего возраста Муриэль не могла привыкнуть к подобным правилам. Она успела привыкнуть к тому, что девушек-ангелов гораздо меньше, поэтому их не воспринимают всерьез, особенно такие, как Сариэль. – Да, я был влюблен, – почти прорычал Советник Господа, туго завязывая последнюю петлю, – И едва не лишился из-за этого крыльев. Быть сосланным на землю гораздо страшнее, чем жить до скончания веков с мыслью о том, что разбил другому сердце. – Ты прочитал мои мысли! – возмутилась Муриэль, забывая о различиях в их статусах, – Я могла думать о тебе в любом контексте, и ты не имел никакого права… – Ты согласна, – внезапно согласился Сариэль, – Но тебе же было интересно. Я удовлетворил твое любопытство? – Не до конца, но мне вполне достаточно. Советник развернулся и зашагал по направлению к двери. Ангел порядка поспешила за ним. Она с удовольствием отметила, что ей не придется проходить тысячи ступеней или дрожать от страха на облаке. Как и у Бога, у Принца была своя колесница, не такая быстрая и роскошная, но вполне подходящая для того, чтобы переместиться из одного угла Райского сада в другой. Муриэль довольно свесилась с поручней, касаясь руками мягких облаков. Она смеялась, когда удавалось оттолкнуть их от себя. Тогда облака попадали в ангелов, управляющих погодой. Они недовольно бормотали проклятья и тут же вздрагивали от ударов токов. Такое наказание Владыка Рая предусмотрел для всех, кто посмеет использовать нецензурную брань. Над колесницей залетали купидоны, которые после исчезновения Ангела любви выполняли все мелкие поручения. Они попытались коснуться волос Муриэль, но та недовольно отмахнулась. – Ты можешь не добавлять еще больше проблем? – раздраженно спросил Сариэль, – Пусть делают с тобой все, что вздумается. После попадания на землю тебе все равно придется изменить свой облик. Муриэль нахмурилась, но все же подпустила пузатых ангелов к волосам. Они быстро стали перебирать каштановые пряди, собирая их в тугую косу. Ангел порядка едва подавила крик, когда купидоны заметили, что забыли несколько волосков и подумали незаметно их вырвать. Муриэль отогнала помощников и сама заправила выбившие пряди. Внешний вид сегодня волновал ее меньше всего. Впереди показалась Божественная резиденция. Колесница остановилась около балкона, где присутствовали все высшие ангелы. Яхоэль протянул Муриэль руку, помогая спуститься. Следом за ней вышел Сариэль, остановившись в самом центре. Только сейчас Ангел порядка как следует рассмотрела, что творилось в саду. Почти все пространство заполнили крылатые создания. Одни сидели в самом низу, другие взобрались на облака или держались на собственных крыльях. На балконе не было виновника торжества – Бога. Вероятнее всего, его отсутствие стало очередной прихотью. – Господин начальник готовится к отправлению, – наклонился к уху Муриэль серафим. Девушка недовольно покосилась в его сторону. Сегодня все ангелы решили, что лучшим способом поговорить с ней будет просто прочитать ее мысли и ответить на некоторые наиболее привлекательные вопросы. – Как думаешь, он справится? – спросила Муриэль, кивая в сторону Принца Божьего. – Гораздо лучше, чем ты думаешь. Я не встречал ангела мудрее и справедливее, но в то же время он слишком холоден. Даже для ангела. У него ведь нет сердца. Последние слова Муриэль посчитала метафорой, но скорбный вид серафима говорил об обратном. Она присмотрелась к Советнику, начавшему торжественную речь. Он держался прямо, но в то же время спокойно и расслабленно. Ничто не выдавало его волнение, кроме трепещущих крыльев. Они еще не достаточно восстановилось, чтобы можно было их расправлять, поэтому оба спокойно покоились за спиной Сариэля. Муриэль постаралась сосредоточиться на одной точке и использовать рентгеновское зрение. Другие ангелы овладели им гораздо быстрее нее, а вот ей приходилось постоянно получать неудовлетворительные оценки в Божественном институте. Под громкие аплодисменты служителей Рая Сариэль проследовал в Главный зал. У Муриэль было всего несколько минут на то, чтобы проверить слова Яхоэля. Серафим уже исчез в толпе. Ему было поручено стоять на входе, пропуская по очереди ангелов, которые хотят лично зайти к новому, хоть и временному, главе. На снисходительность Принца Рая они рассчитывали гораздо больше, чем на самого Бога. – Сариэль! – Муриэль окликнула его из толпы, подходя ближе, – Хочу поздравить тебя с назначением. Я знаю, как это важно для тебя. Я бы пожелала не волноваться, но ты и так не волнуешься. Ангел порядка бормотала все, что приходило ей в голову. Меньше всего Принц Божий любил беспорядочный набор слов, в котором отсутствовала суть. Раздражение, как и любая другая сильная эмоция, несколько ослабляла божественную защиту. Это позволило Муриэль выиграть несколько драгоценных минут. Она была не намного ниже Сариэля, поэтому немного опустила голову, изобразив смущение. Глаза ее были прикованы к тому месту на груди, где должно быть сердце. Зрачки Муриэль удивленно расширились, когда рубашка Сариэля стала расплываться, становясь почти прозрачной. На молочной коже она увидела аккуратные серебряные швы. Яхоэль не солгал. – Благодарю тебя, Муриэль, но тебе уже пора. Да и мне придется принять много гостей сегодня. Как бы я ни хотел остаться на этом месте навсегда, попрошу тебя об одной услуге. Облагоразумь Бога и заставь его в скорейшем будущем вернуться в Рай, иначе… – Иначе что? – Ангел порядка заметила, как дрогнул голос Сариэля, чего прежде никогда не случалось. Тяжелые двери с грохотом распахнулись. В главный зал направлялись ангелы, желающие встретиться с Сариэлем. Среди серафимов Муриэль успела заметить Яхоэля. Его ободряющий кивок стал знаком. Пришло время отправляться в путь. Ангел порядка поспешила выйти из помещения, пока его полностью не заполнили гости. Она протиснулась в боковую дверь, пытаясь выстроить в голове правильный маршрут. На этот раз ей повезло. Муриэль быстро добралась до кабинета Бога. Она застала его во вчерашнем обличье и подумала, что гораздо комфортнее ей находиться рядом со стариком, чьи безумные мысли можно списать на маразм. Бог стоял на открытом просторном балконе, распростирая руки. Его крылья нельзя было увидеть в отличие от других ангелов. Иногда Муриэль подумывала, что их в принципе не существует. В школе ее учили, что крылья Господа настолько великолепны и могущественны, что способны ослепить любого, кто посмеет поднять на них свой взор. Спросить у начальника напрямую Муриэль боялась, ведь сомневалась, что он станет благоразумнее в гневе. Ангел порядка приблизилась к нему и увидела роскошную колесницу. По сравнению с ней повозка Бога казалась обычной тележкой для бумаг, которыми управлялись в офисе. Муриэль на мгновение показалось, что она сделала из чистого золота. По бокам металл украшали изображения библейских сюжетов. Их Ангел порядка порой путала, забыв большинство после сдачи выпускного экзамена. Рикбиэль покорно поклонился Богу. Он замер в той же позе, когда к нему приблизилась Муриэль, но она аккуратно коснулась его руки, заставляя поднять на себя взор. Никогда прежде ей не приходилось видеться с хранителем божьей колесницы. Он был высок и статен, а темный тон кожи служил отличием среди других служителей Рая. Его принадлежность к ангелам выдавала только идеально гладкие черты лица. Золотые глаза служили отражением колесницы. Муриэль подумалось, что она хотела бы иметь такие же. В собственных медовых она не замечала красоты, ведь не видела, как забавно в них играют солнечные зайчики по утрам, как они темнеют с приходом заката, как легко меняют цвет в зависимости от погоды. Рикбиэль помог Муриэль забраться в колесницу и последовал за ней. Он схватился за поводья, и кони ринулись вперед. Ангел порядка никак не могла отвести от них взгляд. Рикбиэль называл их Луной и Солнцем. Лошади выглядели так, будто являлись их отражением. Вьющиеся гривы вплетались в ползущие мимо облака. Стук копыт не был слышен, ведь быстрые скакуны не нуждались в твердой поверхности. Под их крепкими ногами появлялась дорога, сотканная из света двух огромных светил, сопровождающих Господа. – Что вы надеетесь увидеть на земле? – То, что не видел раньше, – Бог лениво пожал плечами, открывающиеся виды нисколько не впечатляли его, – Как мне казалось, я видел абсолютно все, но человеческая глупость в двадцать первом столетии достигла своего апогея. Я хочу понять есть ли шанс продолжать их род. – А есть другие варианты? – Конечно. Существует масса различных способов уничтожить неугодных людей. Например, цунами, войны или эпидемии. Смертные никогда не грешат на меня, в этом и дело. Они постоянно пытаются найти логическое объяснение. Глупцы, считают, что их наука способна оправдать мои действия. Наука – творение самого Люцифера, по-другому я не могу объяснить всю дьявольщину, что происходи внизу. – Значит, людей ждет наказание, если их представление вас не устроит? – Именно так. Муриэль поморщилась. Она знала о жестокости и хладнокровии не хуже других ангелов. Ей вспомнился ничего не выражающий спокойный и рассудительный взгляд Сариэля, который временно заменял Бога. Подрастала достойная смена. С таким же успехом Господь мог уйти в отпуск на несколько десятилетий. За это время Принц Божий прибег ко всем трем перечисленным способам уничтожения людей и принялся за составление списка всех смертных, которые отличаются от его идеального представления человека. Колесница поднималась все выше, пока не достигла Небесного моста. Он соединял два противоположных мира, и никто из людей не знал об их существовании. Смертные называли это место горизонтом. Миллионы каждый день смотрят на него, наблюдают, как садится и встает солнце, а его лучи разливаются по окружным тропам. Из них сплетался мост, кажущийся прозрачным, доступный только для двух скакунов. Луна и Солнце промчались по прозрачным мозаикам, складывающимся у них под ногами. Муриэль почувствовала, как веки ее слипались, хотя спать ей совершенно не хотелось. Она ощутила на лбу прикосновение чужой ладони, и тут же погрузилась в забытье. Даже сквозь сон Муриэль слышался томный стук копыт Луны и Солнца. Они по-прежнему мчались по прозрачному мосту, который казался бесконечным. Внезапно шум умолк. Послышался другой звук – загадочный, но в то же время притягательный. Ангел порядка пыталась различить в тысячах голосов хоть толику смысла, ощутить мысли смертных и прочувствовать хотя бы часть из них. Раздался властный тон Бога, который она ни с чем не могла спутать. – Не понимаю, почему Яхоэль заставил меня связаться с этой богохулкой. Неужели он считает, что Владыка небес не способен справиться самостоятельно? – Ваше Сиятельство, Аниэль поможет узнать о людях все, что вы захотите. К тому же она способна помочь вам стать менее… Узнаваемым. – Никогда не понимал к чему эта секретность. Пускай они знают своего хозяина в лицо. «В какое из лиц?» – промелькнуло в голове Муриэль. Она видела лишь малую долю обличий Бога, но и их было достаточно, чтобы понять: человеческая поговорка «подлецу все к лицу» вполне могла быть о нем. Она никогда не знала начальника настоящим, именно поэтому ей было так просто работать с ним. Ангелам не позволялось задавать слишком много вопросов или искать логические объяснения поступкам Всевышнего. Они были солдатами, вынужденными повиноваться любому приказу, каким бы безумным тот не казался. Муриэль склонила голову набок и опустилась на колени. Она ухватилась за самый край поручня, почти свесившись наружу. Колесница немного спустилась, ровно настолько, чтобы Ангел порядка могла рассмотреть густые леса, тянущиеся бесконечной ровной полосой степи, горящие впереди высотные здания, крохотные деревенские домики, смешно бегущие друг за другом. Муриэль ощущала, как меняется воздух. В нем смешивались сотни всевозможных ароматов, у каждого из которых было свое название, но в ее голове вращалось лишь одно слово – «наслаждение». Подобного удовольствия нельзя испытать в райском саду, где поют одни и те же птицы, растут одни и те же никогда не увядающие цветы, а нимфы играют одни и те же мелодии. – Идем на посадку! – крикнул Рикбиэль. Муриэль поспешила вернуться на место, чтобы ненароком не упасть. Она вцепилась в поручни и почувствовала, как сильно ударяет ветер в лицо. Ангел порядка едва подавила крик. Ей показалось, что они пролетают сквозь здания, реки и поля, несясь вперед – навстречу городу, в котором ей предстоит провести самые незабываемые часы в своей бесконечной жизни.