Двое на одного

      Все проходит так хорошо, как и следовало ожидать.       В первые несколько недель Гарри постоянно находится рядом с ними, отвечая на любые вопросы и просто присутствуя, чтобы его присутствие стало известным в их сознании. Он не хочет, чтобы они замкнулись в себе, думая, что не могут рассчитывать на помощь других людей.       Он берет их с собой повсюду и остается совершенно открытым в том, что он делает, чего он хочет и весь ход его мыслей. Может быть, если он передаст им это, но в основном это делается для того, чтобы они поняли, как думает нормальный человек.       К сожалению, оба мальчика слишком умны для Гарри. Поскольку Гарри проецирует ход его мыслей вслух, они становятся ужасающими маленькими читателями мыслей, когда прикладывают усилия.       Гарри забредает в гостиную, где Геллерт отрабатывает заклинания, пытаясь найти свою любимую чайную чашку, и Геллерт, даже не взглянув на Гарри, направляет его в библиотеку, где он в последний раз оставил свою чашку.       Чтение мыслей пригодится и мальчикам, когда они захотят устроить неприятности. Они знают, где Гарри будет искать в первую очередь, поэтому, когда Том сбежит в Ноктюрн, Гарри никогда не найдет мальчика, пока Том не закончит то, что он там делает.       Кто-то наверняка мертв.       Смерть говорит, что Гарри драматизирует, но в последний раз, когда Смерть так сказал, Геллерт пробил дыру в стене, так что Смерть больше не имеет права иметь свое мнение.       Геллерт пихает щенка в лицо Гарри. – Можно я оставлю его себе?       – Ну, это зависит от обстоятельств, – размышляет Гарри, отдыхая в открытом кафе в Косом, потому что мальчики бросили его полчаса назад. – У кого ты его украл?       – Я нашел его, – серьезно говорит блондин.       – И где именно ты его нашел?       Геллерт, кажется, обдумывает это и решает применить другой подход. – Он ранен. Кто-то плохо с ним обращался.       Гарри поджал губы. – Мы могли бы отдать его в зоомагазин.       – Это зоомагазин плохо с ним обращался.       – Так вы не просто нашли его! – победно воскликнул Гарри.       – Гаааа-риииии~       О, Геллерт такой милый, когда манипулирует Гарри, подражая другим детям, которых он видит во время обязательных посещений детской площадки.       – Мне не нравится, когда ты начинаешь притворяться, – начинает Гарри. – Но мне нравится, когда ты стараешься сделать меня счастливым. Мы можем оставить собаку.       Геллерт колеблется. – Да. Собаку.       Гарри уставился. – Что ты держишь?       – Я найду Тома.       – Геллерт! – Гарри зовет быстро удаляющегося мальчика. – Геллерт, что это за штуки?!

******

      – Мерлин, нет – заявляет Гарри.       – Геллерт завел щенка! – возражает Том.       – У тебя в руках как семнадцать змей, Том. Пожалуйста, объясни мне, что такое твоя версия эквивалентного обмена.       Том прищурился. –Мои змеи ... имеют ту же массу, что и...       – Нет, – снова говорит Гарри. – У тебя есть одна. Это волшебные змеи - которые ты, вероятно, украл...       – Я нашел их...       – Ты знаешь, насколько они большие? Мы живем в магловском районе, как ты собираешься это скрывать?       Том моргнул. – Я буду любить тебя сильнее, если ты будешь следовать моим требованиям?       – Это мило, – разрешил Гарри. – Но все равно не очень хороший аргумент.       Том все равно получает змей. Гарри спотыкается об одну по крайней мере каждый день. Есть одна совсем крошечная, которая постоянно прячется в его ботинках.       Домашние животные полезны для детей, верно? Учат ответственности и... а Гарри - слабая, жалкая тварь.

******

      – Итак, – начинает Невыразимец. – Кто из этих двоих Темный Лорд?       Гарри вскрикивает и бросается вперед, хватая Невыразимца и оттаскивая его от двух растерянных мальчиков.       Они выходят на задний двор, чтобы уединиться, и видят, как на траве разлегся домашний пес, которого привез Геллерт, и который действительно очень похож на волка, если бы Гарри пришлось выбирать вид.       – Дай угадаю, волка зовут Лунатик? – шутит Невыразимец.       Гарри ничего не говорит. Молчание затягивается.       Замаскированная фигура тяжело вздыхает. – Мне просто жаль тебя.       Гарри хмурится. – Мне нравятся эти наши маленькие разговоры.