Двое на одного

      Том и Геллерт сидят друг напротив друга за столом в своей съемной квартире, отложив недоеденный обед в сторону и взяв в руки перо, и редактируют свою совместную публикацию, которая должна выйти на следующей неделе, и пока что она готова для высокопробного журнала, поскольку в ней используются самые передовые руны — несмотря на то, что результаты пока что не окончательные.       Геллерт катает перо между пальцами, снова погружаясь в мечты. Том тоже не совсем сосредоточен, перечитывая один и тот же заключительный абзац.       – Прошел уже месяц, — размышляет Геллерт. – Наверняка он уже сломался.       Том хмыкнул – Зависит от того, насколько сильно влияние темного. Возможно, нам стоило забрать домашних животных, чтобы ему некого было обнять для утешения.       Геллерт наклонился над столом, словно делится секретом, что ему нужно понизить голос в этом кабинете Тома с избытком охраны. – Я видел его в кабинете Невыразимца, он рылся в ящиках с ритуальными принадлежностями. Как ты думаешь, он пытается найти информацию о нас?       – Он бы спросил нас напрямую, если бы действительно хотел знать, а адрес нашей квартиры общеизвестен, так что ему не нужно рыться в ящиках Невыразимца, — отмахивается Том, зачеркивая строчку, а затем переписывая ее заново, потому что чувствует, что должен что-то сделать, показать, что он не так заинтересован, как Геллерт, что Том вполне может функционировать без Гарри.       Мальчики не думали, что Гарри расстроится, вот в чем дело.       Даже когда они затеяли ту жаркую драку (возможно, пытаясь изуродовать, но потом они бы все залечили), они прекрасно понимали, что Гарри наверху, что он спустится и будет злиться, что они причиняют друг другу боль. Это вполне входило в их планы.       Геллерт думал, что Гарри будет огорчен тем, что его нравоучения были отброшены — что Геллерт перестал притворяться, что заботится о тонких чувствах. Геллерт отведет Гарри в сторону, после того как закончит «разговор» с братом, и объяснит, что на самом деле он не хотел отрезать руку, не хотел обидеть Тома — это была скорее игра власти, Гарри не поймет.       Том предполагал, что Гарри расстроится, но отнесет это на свой счет за то, что он не привел Тома к лучшим этическим нормам. После того как Том закончит «объяснять» брату, Том сядет с Гарри и будет настаивать на том, что сильная личность Тома просто несовместима с добродушным способом внушения Гарри — не то чтобы Гарри делал плохую работу, просто Том слишком много знает, чтобы это сработало.       Но Гарри пришёл, и он не пошел по мягкому пути.       Том был возмущён тем, что Гарри возомнил себя вправе подавлять Тома. Геллерт был раздражен тем, что Гарри посмел вмешаться в его планы.       Гарри не авторитет. Гарри нужно держать в безопасности и радовать, а иногда и обходить, если он упрямится. При всем уважении к Гарри, он не тот человек, которого можно слепо слушаться — не так работает Геллерт, не так можно обращаться с Томом.       Поэтому Том набросился, но мягко. Геллерт сразу же взялся за слабые места Гарри, потому что так можно было сделать это быстро и не затягивать страдания. Они не хотели причинять Гарри боль — в любом случае, ничего необратимого не было, — они знали пределы его возможностей. Гарри просто нужно было узнать свои.       – Почему он такой упрямый? – простонал Геллерт, плюхаясь лицом в рукопись. – Он может просто прийти и забрать нас, и мы его простим.       Том постукивает пальцем по столу, поджав губы. – На самом деле, прощать нечего. Гарри может быть эмоциональным, мы все это знаем. Это часть его обаяния.       Геллерт опирается подбородком на сложенные руки и смотрит на Тома. – Как ты думаешь, остальные держат его подальше от нас? Гарри так легко уломать, когда он думает, что делает это ради чьей-то выгоды. Может, Невыразимец сказал Гарри, что мы «достаточно взрослые, чтобы делать свой собственный выбор».       Это правда, но Гарри не нужно об этом знать.       – Вполне возможно, – Том скривился. В конце концов он просто бросает бесполезное перо и откидывается на спинку стула. – На самом деле, это наиболее вероятно. Гарри попытался бы дать нам пространство, чтобы мы «успокоились», даже если бы мы просто пытались высказаться.       Геллерт неопределенно махнул рукой. – Но у нас уже было пространство, он должен уже сдаться! Я скучаю по его стряпне. Я скучаю по Лунатику. Я даже скучаю по тупым змеям повсюду.       – Прикуси язык, язычник.       Геллерт закатил глаза. – Мерлин, сейчас я начинаю думать, что Гарри делает это в наказание. – Он проверил время заклинанием и вздохнул. – Скоро собрание, — пробормотал он.       – Повеселись.       Геллерт посмотрел на него.       – Ты - старший брат, — начинает Том. «Ты обязан заботиться…       Геллерт тяжело вздыхает, но все равно начинает собирать свои вещи.

******

      Встреча оказывается такой же скучной, как и предполагал Геллерт. Невыразимец проводит частные консультации, когда его об этом просят, и исключительно по своей прихоти. Нет необходимости в обновлениях, групповых вечеринках и прочей ерунде.       Время от времени проводятся дни демонстраций, на которые все должны принести свои работы, и Невыразимый выделяет небольшую часть своего времени на то, чтобы сосредоточиться на лучшем проекте и помочь с возникшими проблемами в качестве своего рода полусерьезной системы вознаграждения.       (Все они знают, что если ваш проект достаточно хорош, то у него не должно быть проблем, которые Невыразимцу нужно решать в первую очередь).       К сожалению, остальные конкуренты представляют собой довольно злобную, хотя и эклектичную группу, которую собрал Невыразимый. Их всего пятеро, считая Геллерта и Тома, и у них есть несколько обязательных ежемесячных встреч в качестве психологической войны — чтобы проверять прогресс других людей, если у них есть трудности, любые слабые места, которые появляются. На них полезно присутствовать, хотя бы для того, чтобы быть в курсе конкурентов.       – Ты уже закончил хандрить? — насмехнулась девочка-подросток, когда входит Геллерт. – Ты не настоящий ребенок, тебе не нужна нянька.       Геллерт молчит, потому что эти люди ничего не знают, а он, конечно, не настолько добр, чтобы их просвещать.       – В любом случае, этот человек нормальный, не так ли? — говорит другой мальчик. – Не такой, как мы. Зачем с ним возиться?       Геллерт улыбнулся очень широко. – Сегодня у меня хорошие новости! Мой брат наконец-то получил международную лицензию, чтобы работать за границей. Разумеется, он будет использовать мою модель конструкции.       Возникает резкая пауза, когда они бросают на него косые взгляды, а затем девочка сообщает свою новость, стараясь заглушить панику от того, что она, как всегда, отстает от Геллерта и Тома.       Как они смеют копать в информацию? Они начинают проявлять любопытство, а это недопустимо.       Геллерт знает, что Невыразимец почти самодоволен, передавая информацию о Гарри, но они достаточно умны, чтобы хранить ее от людей, которые могут использовать ее во вред Гарри. Странное существо не позволит причинить Гарри физическую боль, в этом Геллерт тоже уверен. И да, конечно, полукровка Темный Лорд Альбус составит Гарри компанию, если дела пойдут не так.       Но все же, возможно, пришло время вернуться.