44) 9 ¾
15 июля 2024 г., 21:35
Криденс на месяц старше Геллерта, который на три месяца старше Тома.
Всем им уже по одиннадцать лет.
На платформе 9 и ¾ царит хаос, как всегда во время нового учебного года. Том сжимает свою новую палочку из тиса и пера феникса, но он также захватил с собой нож, Геллерт все еще держит старшую палочку, а у Криденса оказалась палочка Геллерта — не то чтобы он вообще умел пользоваться магией.
Потребовалось немало усилий, чтобы довести Криденса до уровня, когда он может подделать базовые заклинания с помощью пыли, и никто не уверен, что его вообще пропустят за стены Хогвартса, учитывая, что он отвратителен для магии, но автоматическое письмо из Хогвартса все же пришло, так что, может быть, все будет в порядке?
Альбус определенно сделал что-то на заднем плане, так что даже если их поймают, все будет не так уж плохо. В любом случае, Криденс не сможет сделать больше, чем поддельные заклинания второго курса, так что он, скорее всего, бросит учебу, когда это сделают его младшие братья.
Том и Геллерт фактически переходят сразу на пятый курс, потому что им нужно получить свои СОВ «должным образом», поскольку в Британии не принято дистанционное обучение для такого важного экзамена. Им нужно сдать СОВ и ЖАБА в респектабельной школе, чтобы их приняли в публичные места, ведь не всегда можно поступить по черным каналам.
Поэтому они решили поехать с Криденсом и все это время будут скучать, ведь уровень их образования намного выше того, что мог бы дать им Хогвартс, но у них есть портключи, чтобы уходить на исследования во время перерывов в течение дня.
Гарри обнял Тома и достал из разных карманов около дюжины уменьшенных змей. – Змеи не являются разрешенным домашним животным, не тяните с этим.
– У Геллерта вендиго! Мне нельзя змей, а ему можно Лунатика?
Гарри моргнул, – Нет. Нет, ему не нельзя гигантского волк-людоед.
Геллерт бросил на Тома взгляд, а Криденс делает вид, что его это не касается.
Гарри повернулся к блондину. – Ты превратил своего трехметрового волка в маленькую сову?
Сова в клетке на верхушке сундука Геллерта лает — глубокий гулкий звук, который заставляет толпу вокруг них вздрогнуть.
– Нет, – сказал Геллерт.
Гарри вздохнул – Том, ты получишь одну змею, выбирай с умом.
Том забирает самую ядовитую, потому что, конечно же, так и есть.
Гарри погладил Криденса по голове. – А Шредингер у тебя готов?
Криденс кивнул, затем заметно колеблется, потому что он не очень хорошо пронял мастер-класс Геллерта по манипулированию. – Эм, я…
– Что они заставили тебя сделать? – любезно спросил Гарри.
– Они положили Мыротва в мой сундук, — признался Криденс.
Том и Геллерт зашипели на него. Следующие двадцать минут Гарри проводит, роясь в расширенном сундуке Криденса, состоящем из семи ящиков, потому что Том и Геллерт спрятали там много вещей, ожидая, что Гарри будет рыться в их сундуках, но не в сундуке Криденса.
Крошечный дракончик в одной руке, карманы, набитые змеями, и куча опасных и запрещенных предметов — от книг до зелий — у его ног, и Гарри поднимает бровь. – Как вы вообще собирались кормить дракона?
Никто ничего не говорит, потому что Гарри только еще больше расстраивается.
– Вы продержитесь месяц, а потом я получу сову о том, что вас троих исключают, — проныл Гарри.
– Смешно, — насмехнулся Геллерт. – У меня отличное алиби.
Гарри сажает крошечного дракончика на плечо, где тот цепляется за пушистый джемпер, и опускается на колени, чтобы обнять Криденса и Геллерта. Том быстро отступает, на случай если Гарри снова полезет в его карманы.
– Не позволяйте созданию армии отвлекать вас от того, чтобы поддерживать ваши оценки на высоком уровне, хорошо, Том и Геллерт? Я жду от вас отличных оценок по всем предметам — не пропускайте задания, даже если они скучные, — и никаких трупов, — сказал Гарри, потираясь щекой о щеку Криденса. – Криденс, ты просто старайся и не позволяй им издеваться над тобой.
– Но если мы избавимся от трупов... – предложил Геллерт.
– Пожалуйста, не используйте Криденса как мусорный бак, — поучает Гарри. – Он не для того, чтобы есть ваши остатки улик, относитесь к брату с уважением.
– Но если это не Креденс… – начал Том.
– Оставьте василиска в покое.
******
Еще долго после того, как поезд отъезжает от станции, Криденс все еще скорбно смотрит в окно, и если бы он был достаточно человечным, чтобы плакать, его глаза бы слезились. – Ты можешь вернуться буквально в любой момент, когда захочешь, — огрызается Том, сидя рядом с Криденсом у двери. – Мы зафиксировали твою самую высокую скорость, превышающую звуковой барьер, и тебе понадобится максимум полчаса, чтобы долететь до дома в своем настоящем облике». – Я знаю, — грустно пробормотал Креденс. – Я просто уже скучаю по Гарри. Геллерт хлопает в ладоши с сиденья напротив. – Время отвлечься! Я буду учиться на Гриффиндоре, потому что мой новый фасад идеально подходит. Том, я полагаю, в Слизерин. Креденс, как думаешь, ты справишься с Хаффлпаффом или мне стоит вызвать Сортировочную шляпу? – Зачем нам отдавать его в Хаффлпафф?» спросил Том, сведя брови вместе. – Мы должны держать его с кем-то из нас на случай, если на него нападут, потому что он такой отвратительный. Криденс издает звук, как будто думает протестовать, но это только потому, что Гарри не нравится, когда Криденса оскорбляют. – Его представят всем в Большом зале, — объясняет Геллерт. – Тогда они отреагируют, и мы сможем вырвать его с корнем, а заодно заявить о том, какие мы могущественные и умные — два зайца одним Обскуром. Том обдумывает это. – Ладно, я разрешаю ему учиться в Хаффлпаффе, но если кто-то попытается что-то сделать, ему придется спать в наших комнатах, чтобы случайно не растворить кого-нибудь. Креденс ковыряется в материале своей мантии. – Гарри был… мне нравится Гриффиндор. – Дорогой брат, ты не гриффиндорец, — рассмеялся Геллерт. – Но я разрешаю тебе надеть мой шарф и галстук, если ты хочешь поиграть в переодевания. – Ты не Г-гриффиндорец… тоже, — морщится Креденс, выдохшись на полпути. – Я стану им к тому времени, как закончится поездка на поезде, — поучает Геллерт. – Мой новый образ больше не будет милым и приятным. Я уже почти подросток, так что я буду очаровательным и дружелюбным, таким, где я всем нравлюсь, но никто не является моим настоящим другом. Я не смогу так держаться, если мне придется заводить настоящих друзей. Том наклонил голову. – Если ты будешь играть в идеального ученика, значит, мне не придется этого делать, я просто попрошу тебя очаровывать учителей за меня, если понадобится. Но, полагаю, в любом случае мне придется сдерживать себя. – Сосредоточиться на учебе и отстраниться? – удивился Геллерт. – Интересно, не слишком ли это клишировано» — заметил Том. – Я мог бы использовать Криденс в качестве буфера. Может, очень ориентирован на семью? Общаться только с братьями? Нашему маленькому пыльному крольчонку в любом случае понадобятся занятия с репетиторами. – Ты можешь даже добавить немного застенчивости! – подхватывает Геллерт, действительно увлекаясь. – Это отличная карта, которую можно вытащить, люди любят красивых интеллектуалов с мягкой стороной». – Не говори так, будто мне нужно кого-то соблазнять, — с отвращением скивился Том. – Никогда не знаешь, — возразил Геллерт. – Свидания - это часть игры, и наличие в прошлом истории с желанными людьми, в свою очередь, сделает тебя более желанным. К тому же Гарри удивится, если я приведу домой девушку, это будет забавно. Криденс моргнул. – Гарри будет очень удивлен, потому что он говорит, что ты гей. Наступает долгая, ошеломленная пауза. Геллерт открывает рот, закрывает его и пытается снова. – Прости, а почему Гарри должен это знать? Том просто пожимает плечами. – Может, ты открыто говоришь об этом в его временной шкале? – Разве я не на четыре поколения старше его? – Очень открыто.
