Двое на одного

      – Ты не будешь хранишь библиотечные книги, Геллерт, — возражает Гарри. – Ты же знаешь, что их можно только брать.       Блондин засунул книги под диванную подушку и сидит на ней так, словно это может скрыть две дюжины книг, которые они должны вернуть к сегодняшнему дню.       – Мы должны пойти на встречу с Департаментом образования.       – Мы можем сделать и то, и другое.       – Но они находятся в совершенно разных направлениях.       – Мы можем воспользоваться камином, — огрызается Гарри. – Или аппарировать. Или, знаете, любой из множества способов мгновенного перемещения, доступных волшебникам вроде нас.       – Они из Александрийской библиотеки, на них наложены заклинания, чтобы их не скопировали, а я их не дочитал, — хнычет Геллерт.       – Тогда хорошие новости, у вас есть… – Гарри смотрит на свои несуществующие часы: – Двадцать минут до того, как мы должны будем их отдать, приступай к чтению.       Геллерт вскакивает с дивана, откидывает подушку и пихает две книги в наблюдающего за ним Тома. – Быстро, читай! – Геллерт пихает две другие в Криденса, а затем бросает одну в Смерть, которая стоит слишком далеко, чтобы просто передать книги.       Смерть — это еще и крошечная утка, сидящая на своем каменном троне, поэтому утка не ловит книгу.       Том сначала неловко перебирает книги, а потом поднимает бровь. – Когда ты ходил в Александрийскую библиотеку и почему не взял меня?       – Я не ходил, книги были получены за услугу некоторое время назад, — отмахивается Геллерт.

******

      Они сдают книги (еще не прочитанные) в местную библиотеку милому сотруднику, который должен был перевезти их обратно в Грецию, но Гарри очень вежливо просит и заставляет мужчину возиться с датами в картотеке.       – Еще одна неделя, — говорит мужчина улыбаясь.       – Спасибо, — с благодарностью говорит Гарри. – Геллерт, скажи спасибо.       – Спасибо, — мило говорит Геллерт, забирая стопку книг.

******

      Они добираются до Департамента образования, Гарри коротко беседует с администратором, они смеются над погодой или чем-то еще, и вдруг она проводит их прямо в кабинет главы департамента, пожилой женщины, которая выглядит суровой, но у нее стол, заваленный милыми канцелярскими принадлежностями.       Пять минут спустя Гарри один за другим подает бумаги, места для подписи отмечены липкими записками, и он смеется вместе с женщиной, пока она небрежно листает их, расписываясь.       – А потом он дает мне сертификат магистра, — говорит Гарри, протягивая ей скрепленные степлером бумаги для подписи. – А я такой: «Нет, Том, тебе нужны еще СОВы и ТРИТОНы, потому что это очень важный тест». И вот теперь мы пришли побеспокоить тебя об этом, честно говоря, это так много бумажной работы, мне так жаль.       – Нет, нет, я понимаю, — усмехается она, перелистывая еще несколько страниц и снова ставя подпись. – Все это здание состоит из бумажной работы. Я привыкла к этому; перебираю перья как ни в чем не бывало.       – О, эти самопишущие перья из «Флориш и Блоттс»? Они сейчас в продаже, скидка сорок процентов.       Женщина поперхнулась, глядя на него. – Не может быть.       – Я купил около двадцати. Я даже перьями больше не пользуюсь, — признается Гарри, незаметно откладывая новую папку.       – Это только сегодня началось? — спрашивает она, перекладывая другую, которую закончила. – Боже, как я это пропустила?       – Сегодня последний день. Будьте осторожны, потому что меня также уговорили купить крошечный лоток для ниффлеров, в котором хранятся все скрепки и прочее, — вздыхает Гарри, прикладывая руку к груди. – У него есть маленький мешочек, он такой милый.       – У меня есть вот это, — жалуется она, беря в руки крошечное металлическое ведерко.       – Это же канцелярские принадлежности, ты получишь налог обратно, — уговаривает Гарри.       – Это правда!       – Просто купите все новое — что-нибудь, что-нибудь, новая обстановка полезна для психического здоровья, вы же знаете, как это бывает, — шутит Гарри. – Вообще-то, давайте ускоримся, я хочу получить еще один ниффлер внизу для своих ключей.       Гарри бросает два последних бланка на стол, а остальные шесть складывает на колени Геллерта.       Начальник отдела смеется и быстро заполняет два последних тонких бланка. – Оставьте их у меня, я все заполню, и через неделю или около того мы пришлем вам письмо с последними подробностями. Если что-то понадобится, обращайтесь к моему помощнику, хорошо?       – Отлично! – радостно говорит Гарри, помогая Геллерту переложить бланки обратно на стол. – Большое спасибо, вы мне очень помогли.       – Не волнуйтесь, это моя работа, — радостно говорит она. – Хорошего вам дня, мальчики.       – Спасибо, – Гарри жестом показывает на трех мальчиков.       Все они щебечут, мило благодарят и прощаются, и четверо из них оказываются в офисе менее чем за пятнадцать минут.       Гарри радостно машет рукой секретарше, когда они проходят мимо.       – Что только что произошло? – восклицает Геллерт.       – Ты даже не угрожал ей или… – Том в замешательстве оглядывается через плечо на коридор. – Где были услуги и… что?       Криденс моргнул. – Ого, я что, сейчас самый приспособленный?       – Вот почему тебе нужна социализация», — объясняет Гарри, когда они заходят в лифт в конце коридора. – Некоторые люди нормальные, знаешь, это не всегда тонкая агрессия и двуличие, – Он хмуро смотрит на них. – Ты ведь заводишь друзей в школе, не так ли?       – Да, тебе не нужно продолжать спрашивать…       – Конечно, как и все в общежитии…       – Несколько человек здесь или там…       Гарри явно им не верит. – Настоящие друзья, а не «мне нужна услуга».       – Хм…       – Я мог бы… ну, знаешь, если бы попытался…       – Я иногда обедаю с кошкой, — с надеждой говорит Криденс.       Гарри гладит Криденс по голове, когда они выходят из лифта в атриум, а мимо них проходит еще больше людей, чтобы спуститься на лифте обратно. – Я горжусь тобой.       – Это котенок Шредингера, — говорит Том. – Это не считается.       Гарри делает паузу, похлопывает себя по карманам, потому что Том ему о чем-то напомнил. – Вот черт, куда я дел Смерть? – Гарри судорожно оглядывается по сторонам, а затем начинает быстро нажимать на кнопку спуска, чтобы вызвать другой лифт. – Всем разойтись, я возвращаюсь на лифте.       – Он был у тебя, когда мы выходили из библиотеки? – спрашивает Геллерт, доставая старшую палочку, потому что она может слабо чувствовать Смерть, если Геллерт сосредоточится.       – Я даже не помню, — отвечает Гарри, и голос его повышается, поскольку он начинает паниковать. Если Смерть где-то наблюдает за чьей-то смертью, то Гарри будет очень плохо.       – Подожди, смотри, — говорит Том и погружается в мысли Гарри, как только они устанавливают зрительный контакт. – Оно ушло, когда мы проходили мимо кафе-мороженого.       – Оно даже не может есть мороженое! – возмущенно восклицает Гарри, выпроваживая детей вперед себя и быстро шагая через атриум к камину

******

      Гарри предотвращает взрыв мороженщика, спасает ребенка от удушья и достает из окна крошечного черного мотылька-демона.