Следуй за мной

К ужину Меган спустилась по традиции в своём плаще. Несмотря на то, что незнакомые ей парни дом покинули, Мидлфорд продолжала придерживаться образа девушки-загадки, потому старательно следовала выбранному типу поведения. Правда, теперь на её маскарад никто внимания не обращал. Пьер увидел лицо девушки перед отъездом, Шелдона оно и так не особенно волновало, Марлен и Майкл к странностям дочери привыкли, а Эверетт оказался с головой погружён в свои собственные дела. Нотации относительно внешнего вида больше никто не читал, и это можно было считать безоговорочной победой над обстоятельствами. Вот и сейчас Логан обнаружился в гостиной. Он сидел, вперив взгляд в экран ноутбука, и выглядел очень задумчивым. На улице уже прилично стемнело, но Эверетт, кажется, не замечал стремительного полёта времени. Свет в комнате он не включал, хотя уже следовало бы. Видимо, он был настолько поглощён своими делами, вот и не обращал внимания на внешние раздражители. Но Меган всё равно стало любопытно, чем так увлёкся Логан, что даже не придал значения проблемам в личной жизни. Очевидно, в его личной шкале ценностей отношения занимали не так много места. Или же, наоборот, он таким способом пытался отвлечься от мыслей о Шелдоне. Бесшумно подкравшись к родственнику, Мидлфорд не удержалась и заглянула Эверетту через плечо, рассчитывая увидеть на экране что угодно, но только не то, что увидела. Троюродный брат с увлечением изучал информацию о приютах в пятидесятых-шестидесятых годах прошлого века, а на диване валялись рассыпанные фотографии. Меган привстала на цыпочки и ещё сильнее вытянула шею, чтобы посмотреть, что на них запечатлено. Увидела всего одну и несказанно удивилась, потому что на снимке была изображена Ванесса Логан. Бабушка Эверетта и какая-то родственница самой Меган. Признаться, Мидлфорд не знала, кем ей приходится Ванесса, равно, как и наоборот. А желания вдаваться в подробности родственных связей до этого момента у девушки не возникало, всё равно рано или поздно она бы запуталась. Взаимоотношения в этой семье вообще можно было охарактеризовать несколькими словами, а именно – всё сложно. Семья Логан стояла особняком, а через них уже появлялось множество родственных связей. В общем, Меган очень сомневалась, что они сами помнят, кто кем им приходится. Родственники, и всё. Пытаться в деталях разобраться – задача сложная и неблагодарная. Всё равно рано или поздно снова произойдёт путаница. – Не стой там, меня это нервирует, – произнёс Эверетт, не отрываясь от своего занятия. А Мидлфорд убедилась в том, что конспиратор из неё совершенно отвратный. Ей казалось, что Логан чужого присутствия в комнате не замечает. Или же, она просто ошиблась в расчетах, и Эверетт, на самом деле, был не так погружён в дела, как казалось со стороны. – Тогда почему сразу не сказал? Меган прошла мимо родственника, собрала фотографии в аккуратную стопочку, переложила их на стол, а сама устроилась на диване. Логан и не думал смотреть на собеседницу, поток основного внимания оставался направленным в сторону лэптопа. Видимо, Эверетта поставленный вопрос интересовал очень сильно. – Думал, что сама догадаешься. – Ты не в настроении? После этих слов Логан уже не смог изображать равнодушие и всё же посмотрел на родственницу. Вопрос, по его мнению, был откровенно странным. Свидетелями утреннего скандала были все, в том числе, и сама Меган. Она-то должна была понимать, что после того представления, что разыгралось сегодня, у родственника настроение просто не могло быть хорошим. Оно испортилось после ухода Шелдона, а общение по скайпу с Патрицией, окончательно разочаровало Эверетта в людях. Вскоре после этого разговора из города вернулось всё семейство Мидлфорд, и Логан вынужден был общаться с ними в оптимистическом ключе, старательно скрывая истинные эмоции. И только ближе к вечеру, оставшись в одиночестве, смог позволить себе хотя бы частично расслабиться, а не растягивать губы в притворной улыбке, от которой скулы грозились заболеть, столько усилий он вкладывал в эти незамысловатые действия. После того, как сообщение оправилось к Блэру, Эверетт телефон не включал. Неоднократно тянулся к телефонной трубке, но всё равно приказывал себе отказаться от этой идеи, решив геройствовать до самого конца. И позвонить Шелдону только после того, как приключения, напрямую связанные с именем Амбер, закончатся. Когда не будет сумасшедшего риска и получится поговорить спокойно, не опасаясь, что на них ни с того, ни с сего рухнет кусок потолка. Девчонка, судя по всему, любила развлекаться подобным образом. Одно представление с зеркалом чего стоило... Поговорив с мисс Майлз, Логан ещё пару раз заглядывал в ванную. Зеркало радовало глаз своей цельностью. Эверетт даже прикасался к его поверхности, но шероховатости так и не появились. Впору было обвинять самого себя в излишней мнительности. Но потом взгляд перемещался на царапину, проходившую через тыльную сторону ладони, и сомнения отпадали. Зеркало было разбито, а потом его собрали заново. – А сама как думаешь? – хмыкнул Логан, отодвинув ноутбук и поставив его аккурат – посередине. Меган прищурилась, пытаясь сфокусировать взгляд на чужом лице, но так и не смогла разглядеть его выражение. Потому решила ориентироваться на интонации голоса родственника. Включать свет не торопилась, поскольку на то был ряд причин. Во-первых, если Эверетт его сам не включил, значит, так и нужно. Во-вторых, банальная лень дала о себе знать. Не хотелось подниматься, подходить к выключателю и возвращаться обратно. К тому же, Мидлфорд не была уверена, что надолго здесь задержится. Она к ужину спустилась в одиночестве, собиралась только взять из холодильника упаковку сливочного пудинга, а потом, вернувшись в свою комнату, в одиночестве его съесть. У родителей были в этот вечер свои заботы. На завтрашний день у них был запланирован вылет из Лондона, и сейчас старшее поколение семьи Мидлфорд паковало чемоданы. Меган же предстояло остаться в городе, на попечении Эверетта и его родителей, к которым семейная пара сегодня заглянула не в одиночестве, а вместе с дочерью. Шокированы родители Эверетта её внешним видом не были, из чего девушка сделала выводы, что её персона в стенах их дома уже обсуждалась, и, скорее всего, отзывы были не самые лестные. Но это не угнетало. Она привыкла, что её комплексы люди воспринимают как-то загадочно, принимают их близко к сердцу, не понимая, что каждый вправе самостоятельно распоряжаться своей жизнью, и в это понятие входит и ношение той одежды, что приходится по сердцу. Так или иначе, Мидлфорд никого не агитировала, не заставляла следовать её примеру, облачиться во всё чёрное и вести тот же образ жизни, что в последнее время так импонировал ей. В Лондоне она потихоньку обживалась. Не сказать, что уже сейчас, спустя пару дней пребывания здесь, чувствовала себя так, словно нет города на свете, что ближе и роднее. Вовсе нет. Таких эмоций Лондон пока не вызывал, но и отторжения к нему не было. Меган, сидя в такси, смотрела на улицы, по которым доводилось проезжать, на дома, людей. И ловила себя на мысли, что, возможно, именно здесь ей удастся начать свою жизнь с чистого листа. Возможно... А, когда ей этого захочется, она снимет свой плащ и снова станет обычным человеком, который никак не выделяется из толпы, превратившись из фриковатой особы в цивила, кем и хотят её видеть родители. Но сделает она это, скорее всего, не ради какого-то мужчины, а только по собственному желанию. Вот сейчас Мидлфорд наблюдала за реакцией Эверетта на расставание и понимала, что в сравнении с ним выглядела достаточно жалко, когда большую часть времени ревела в подушку. Логан ничего подобного не делал, хотя... Тут снова был один нюанс. Эверетт сам был мужчиной, потому вряд ли смысл его жизни заключался в другом человеке. Тем не менее, Меган готова была биться об заклад, что отношения Логана с его бой-френдом заключались не только в сексе, в них было что-то большее. И так легко расстаться с человеком, которого любишь, которым дорожишь... Разве возможно из-за какой-то чепухи настолько обозлиться? Вряд ли. Что-то в этой истории казалось девушке подозрительным, но она не могла точно сформулировать свою мысль, потому предпочитала молчать, чтобы не опозориться перед кузеном со своими размытыми объяснениями. Эверетт не был тем человеком, который станет слушать сбивчивую речь. Если уж берешься что-то ему доказывать, надо запастись огромным набором аргументов, иначе он только рассмеётся в ответ и, наверное, будет прав. Сбивчивой речью, излишней эмоциональностью и дикой жестикуляцией собеседнику вряд ли что-то можно доказать, разве что показать себя истериком в чужих глазах. – Думаю, что это решение далось тебе не так просто, как ты пытаешься показать, – ответила через некоторое время. Логан хохотнул коротко, оперся локтем на спинку дивана и прислонился головой к руке, сжатой в кулак. – Самое смешное, что я ничего не пытаюсь показать. То, что я делаю сейчас – это не показуха. Если бы я хотел что-то доказать мистеру Блэру-младшему, я бы устроил пикет под окнами его квартиры, сегодня же отправился за вещами и назло ему ходил бы по квартире, тянул время, стараясь продемонстрировать, мол, несмотря ни на что, мне комфортно, и я могу весь день и всю ночь проторчать там, сортируя свои шмотки и отделяя их от того, что носит сам Шелдон. Но я этого не делаю, потому мое поведение нельзя назвать попыткой продемонстрировать, какой я неебически крутой, раз умею держать чувства под контролем. Правда, это не то. – Ты хочешь с ним помириться? – Если он сам этого хочет. – Тогда почему бы тебе не говорить с ним? Эверетт нахмурился. – Прости, Меган, но я не нуждаюсь в советах посторонних людей. Со своей жизнью предпочитаю разбираться самостоятельно, даже, если мои решения в итоге окажутся неправильными. – Я не советовала. Просто спросила. – Есть несколько дел, которые не терпят отлагательств. Распустить сопли я успею и в любое другое время, а сейчас у меня пара задач на повестке дня, и они должны получить свои ключи, как можно скорее. – И как с этим связаны приюты послевоенного периода? – Напрямую, – ответил Логан. В первый момент Мидлфорд показалось, что родственник пошутил, но чем больше времени проходило, чем дольше длилось молчание, тем меньше у девушки оставалось уверенности в своей правоте. Она старалась сопоставить факты, но мало что понимала. Насколько ей было известно, Эверетт по роду своей деятельности с серьёзными программами, поднимающими исторические вопросы, связан не был, расследованиями не занимался, и пока что зарабатывал на жизнь тем, что вёл какую-то утреннюю передачу из серии развлекательных, что лишены смысла, но неплохо идут у тех, кто собирается на работу и хочет хоть чем-то занять время сборов. Вряд ли там кого-то интересовала проблема сиротства в не самые лёгкие для мировой истории годы. Да и биография Ванессы Логан там не могла многих вдохновить. Нет, в определённых кругах женщина была знаменита, но круг этот был достаточно узок, и потому Эверетт не мог пропихнуть в эфир рассказ о своей родственнице. Короче говоря, Логан своим ответом девушку только сильнее запутал, а она надеялась, что после разговора всё хотя бы частично, но прояснится. – Ты пишешь статью об этом? – Нет. – Тогда я не знаю. – Тогда тебе это и не нужно. – Эверетт! – Что такое? – Ты, как всегда, в своём репертуаре. – То есть? – Мерзкий и несговорчивый тип. – Просто я не думаю, что тебе будет приятно услышать правду. – Всё настолько страшно? – Я бы не сказал, что это страшно. Просто оставляет после себя специфический осадок. Сегодня днём я разговаривал по скайпу с одной женщиной, и она мне всё популярно объяснила. В принципе, я с самого начала не ждал, что мне итог разговора придётся по душе. Не скажу, что её признания повергли меня в шок, но и радости я не испытал. – Тайны, тайны и тайны... С давних пор ты так делаешь. – Как так? – Будешь интриговать собеседника, расписывая всё так, что голову сломать можно, даже, если просто собираешься подстригать траву в саду. – Ну... – Что? – Я бы сказал, что это посерьёзнее, чем приведение сада в порядок. – Так, может, поделишься? – Нет. – Почему? – Потому что ты – девушка, а они не умеют хранить секреты, – со вздохом ответил Эверетт. – Здесь на кону стоит кое-что... В общем, это не то, о чём нужно кричать на каждом углу. Это совсем не смертельно для меня, но вот моим родителям, в частности, отцу, будет неприятно услышать это, если ты не сможешь удержать язык за зубами и проболтаешься. – Я не скажу. – Обещаешь? – Обещаю, – кивнула Меган. Эверетт вряд ли это увидел. Он решил поразмыслить логически. Да, конечно, многие девушки болтливы, но Мидлфорд... В последнее время она снова начала нормально разговаривать со всеми обитателями дома, но это автоматически не делало её сплетницей. Логан знал, что, если его родственница ничего не хочет говорить, то и добиться от неё этого нереально. В целом, на неё можно было положиться, а, значит, ничего страшного в тайне не было. Всё это было важно для Хейла Логана, для Стефани, которые искренне верили, что их мать, если не идеальна, то очень близка к этому. Их рассказ о далеко не праведной молодости мог выбить из колеи, заставив пересмотреть своё отношение к Ванессе. Эверетту не хотелось разрушать чужую сказку, добавляя в бочку мёда целый половник дёгтя. Он, несмотря на то, что не особо проникся общением с бабушкой, испытывал некое сожаление. А что можно было сказать о тех, кто всю жизнь восхищался ею и считал великолепной женщиной? Для Скарлетт этот рассказ тоже мог быть неприятным сюрпризом. Мать Эверетта искренне верила, что её свекровь – образец верности, чести, яркий пример материнской любви. И что выяснилось, в конечном итоге? Правильно. То, что, если о человеке отзываются исключительно в положительном ключе, рано или поздно найдётся место и для червоточины, а из старинных шкафов, словно неприятности из ящика Пандоры, будут выпадать скелеты, которые никто прежде не додумался разворошить. Моментами Логан жалел, что эта обязанность свалилась на него, но тут же снова напоминал себе о правиле жизни. Если что-то произошло, значит, так надо. Вряд ли кто-то другой в их семье начал бы дотошно изучать чужую биографию, копаться в делах давно минувших дней. Вряд ли кому-то из них мог угрожать призрак. Эверетт даже не знал, как можно охарактеризовать свою способность влипать в неприятные ситуации. Дар или же всё-таки проклятие? – Всё это напрямую связано с Ванессой, – произнёс Логан, немного понизив голос. – Дело в том, что с некоторых пор я занимаюсь изучением жизни своей бабушки, к чему меня вынудили некоторые обстоятельства. И, чем больше я узнаю, тем больше мне хочется вымыть руки с мылом, а потом развернуться и уйти, не погружаясь в эту грязь целиком, с головы до ног. Но не могу. Если уж я за это взялся, то обязательно распутаю все возможные ниточки и свяжу их воедино. Я не могу сказать, что рассказ бабушкиной подруги перевернул всю мою жизнь с ног на голову. Наверное, это потому, что я никогда особо не восхищался Ванессой. Признаю, она была профессионалом своего дела, интересным человеком, потрясающе красивой женщиной... А ещё говорят, что замечательной матерью и любящей женой. Вот сейчас для меня последние два пункта находятся под большим сомнением, поскольку я знаю правду. – И что это за правда? – А правда в том, что Ванесса никогда не питала особых чувств к моему дедушке. Надеюсь, что я всё-таки заслуженно ношу фамилию Логан, – усмехнулся Эверетт. – Знаешь, мне сегодня поведали историю о том, что в жизни многих женщин случается какой-то роковой мужчина. Вот, у Ванессы он тоже был, но звали его вовсе не Винсент Логан. Это был кто-то другой. От него она родила ребёнка, двоих... – И где эти дети? – спросила Меган осторожно. Сказать, что девушка удивилась, ничего не сказать. Она не очень хорошо знала историю жизни родственницы, никогда не встречалась с ней лично, но была наслышана о том, как восхищается своей матерью Хейл, да и Стефани от брата не отставала. Для неё мать тоже всегда оставалась примером для подражания. Если верить словам Эверетта, восхищаться там было нечем. То есть, можно, конечно, но как-то... глупо. В конце концов, Ванесса оказалась не так идеальна, как её описывали другие люди. Она была обыкновенным человеком с его удачами и промахами. Ничего сверхъестественного. – Сделай пару логических выводов, и ты сама всё поймёшь, – ответил Логан, кивнув в сторону ноутбука. Вкладки он уже свернул, но сомневался, что у Мидлфорд настолько хреновая память, чтобы за десять минут позабыть, что именно было отображено на экране. Меган помнила, но снова впала в ступор, сопоставив одно с другим. Мозг отказывался принимать и обрабатывать такую информацию. – Она отдала их в приют? – всё же сомневаясь в правильности своих слов, спросила девушка. Эверетт скупо ей поаплодировал. – Браво, сестрёнка. Именно так и обстояли дела. Я не хочу ничего сказать, но моё мнение о Ванессе несколько изменилось. Теперь сомневаюсь, что смогу с мечтательным видом слушать те дифирамбы, что поют ей на семейных торжествах, пускаясь в воспоминания о былых днях. – Но, подожди... – Что такое? – Откуда ты узнал об этих детях? Они выросли и решили найти родственников? Так и вышли на тебя? – Что-то вроде того, – криво усмехнулся Логан. Всё же Меган была права, пусть и не на сто процентов, но права. Но посвящать сестру в тонкости своего общения с призраками не хотелось, к тому же никто не давал гарантии, что она моментально проникнется чужим рассказом. Эверетта не очень-то волновало чужое мнение в этом вопросе, но, если бы он начал говорить об Амбер, рассказ получился запутанным, долгим и нудным. – Почему вроде? – Один из них умер в раннем детстве. Родственников стала искать только его сестра. – Ясно, – вздохнула Меган. – Только одно меня в твоём рассказе напрягает... – Что именно? – Ты подтвердил мою догадку относительно того, как вы узнали о родстве, но... Ты ведь жил с Шелдоном. Вряд ли эти родственники явились в квартиру Блэра. Первым делом они должны были наведаться в дом твоих родителей. А, если так, то Скарлетт и Хейл уже знают о том, что у Ванессы были другие дети. Или ты что-то недоговариваешь, или же просто я тупица, которая не может разобраться в такой простой ситуации. В гостиной повисла гнетущая тишина. Мидлфорд ждала ответа на свой вопрос, а Эверетт не торопился на него отвечать. Слышно было, как парень скрипнул зубами от досады. Всё же первая мысль его была самой правильной. Не следовало вдаваться в подробности и начинать этот разговор с родственницей. Она, хоть временами и вела себя, как недалёкая дурочка, на самом деле, смотрела в самую суть, и сейчас неплохо проанализировала всю ситуацию. Слушала она внимательно, потому и подметила, в каких местах история, рассказанная Логаном, провисает. – Недоговариваю, – через несколько минут молчания ответил Эверетт. – Это так и останется загадкой? – Да. Думаю, так будет лучше. – Почему? – Потому что это слишком фантастичная история, – уклончиво выдал Логан. – Не бери в голову. Данная ситуация не стоит того, чтобы над ней размышляли. – Но ты это делаешь. – Ванесса – моя бабушка. – Моя... Тоже кто-то. – В любом случае, это я взялся за расследование семейных тайн, а не ты. Потому не дави на меня. Всё равно не скажу. – Даже обещание не подействует? – Нет, – категорично ответил Эверетт. И теперь девушка по голосу поняла, что с родственником бесполезно спорить. Он всё равно ничего больше не скажет. Лимит бесплатных историй закончился, дальше – только для избранных. – Но... Логан собирался снова ответить что-то, но оборвал себя буквально на полуслове, услышав, как по лестнице цокают каблуки. Видимо, Марлен в комнате не сиделось, и она тоже решила побродить по дому. Или же искала племянника. Или дочь. В зависимости от того, что ей понадобилось в данный момент. Женщина действительно прошествовала в гостиную, щелкнула выключателем, и комнату тут же озарило ярким светом. Эверетт, привыкший к темноте, зажмурился и приложил к глазам ладонь. Меган, сидевшая в своём капюшоне, перемен практически не заметила, потому вообще никак не отреагировала на появление матери. Просто приняла к сведению, что разговор с Логаном продолжить в ближайшее время не получится, поскольку посвящать ещё кого-то в обсуждение данной темы было не с руки. Марлен посмотрела в сторону дивана и удивилась. Непривычно было видеть Эверетта в компании Меган. Женщина помнила, что в детстве эти двое не очень-то поладили, потому совсем не удивилась, когда дочь и в этот раз начала родственника игнорировать, всем своим видом демонстрируя независимость от общественного мнения. – Кажется, вы нашли общий язык? – спросила миссис Мидлфорд первым делом, привлекая к себе внимание Логана, который всё ещё прикрывал глаза. – Да, у нас внезапно появилась интересная тема для разговора, – вполне нормально ответила матери Меган. У Эверетта ещё недавно были подозрения, что с родителями девушка продолжает разговаривать обрывочными фразами и без особого энтузиазма. Видимо, ей надоело играть в ту игру, и она начала общаться, не показывая открыто отторжение к собеседникам. – И что за тема? – Мы разговаривали о моей бабушке, – ответил Логан, понимая, что мысли Марлен, скорее всего, полетели в ином направлении. Она наверняка подумала, что дочь и племянник обсуждают утреннюю ситуацию, продумывая попутно планы решения непосильной задачи по возвращению Шелдона Блэра в семью, так называемую. – О Ванессе? – миссис Мидлфорд искренне удивилась, услышав это заявление. – Да, – Эверетт взял со стола фотографии и помахал ими в воздухе. – Недавно мы с Шелдоном убирали в кладовке, там и нашли много фотографий Ванессы. Не знаю, почему так получилось, но именно сейчас мне стала интересна судьба предыдущих поколений моей семьи. – Честно говоря, я хотела перед тобой извиниться, – осторожно начала Марлен. Логан удивлённо посмотрел на тётку, прикидывая, что она могла натворить, что даже решилась на извинения. Обычно она поражала общественность непробиваемой уверенностью в том, что в мире существует только один человек, правый во всём без исключения. И этот человек – она. – За что? – Утром мы все стали свидетелями неприятной ситуации... – миссис Мидлфорд старалась деликатничать, но от этого Эверетт чувствовал себя только хуже. Ему совершенно не хотелось обсуждать происшествия, в которых оказался замешан Шелдон. – Мне хочется надеяться, что это случилось не из-за нас, то есть не по нашей вине. Марлен явно нервничала. – А как вы можете быть связаны с этой ситуацией? – вполне искренне изумился Логан. – Возможно, наш приезд повлиял... – Нет, ничего такого не было, – категорично ответил племянник. – В том, что мы с Шелдоном поссорились виноваты два человека, и это не вы. Думаю, рано или поздно мы с ним сможем разговаривать не на повышенных тонах, а вполне цивилизованно. Правда, я не знаю, когда это случится, но уверен, что наш скандал не смертелен. Всё забывается, в том числе и подобные случаи. – Мне хотелось бы в это верить. – Тётя Марлен, – елейным голосом протянул Эверетт. – Да? – Если вы действительно хотите мне помочь, то просто не затрагивайте эту тему. Я понимаю, что всё произошедшее – нормально, но это не говорит о том, что мне приятно обсуждать свою личную жизнь. – Но мы же родственники. – Я понимаю это, но, честно говоря, предпочитаю решать свои проблемы в одиночестве, а не плакаться кому-то в плечо. В принципе, я и родителям ещё ничего не говорил, потому что не считаю нужным втягивать их в свои проблемы. Рано или поздно всё проходит. И, если Шелдон захочет со мной поговорить, я не стану противиться и кичиться гордостью. Не могу назвать себя отличным психологом, но я не настолько безнадёжен, чтобы сразу же бросаться на стены и выть белугой. – Но меня кое-что беспокоит, – произнесла миссис Мидлфорд решительно. – И что же? – Пустая бутылка водки, – Марлен посмотрела на племянника таким взглядом, что, наверное, многие бы затрепетали и поспешили отползти в угол, чтобы поскорее избавиться от столь пристального внимания в свою сторону, приправленного изрядной долей укора. – Я могла бы поверить тебе на слово, если бы не увидела пустую бутылку в мусорке. Если честно, я не очень разбираюсь в дозах алкоголя, которые приемлемы для мужчин, потому что Майкл практически не пьёт, но мне кажется, что бутылка – это всё же перебор. – Половина её содержимого торжественно отправилась в раковину, – ответил Логан, улыбнувшись. – Половину я, правда, выпил. Но я не могу сказать, что после этого стал вести себя как-то странно. Посуду не бью, на скандал не нарываюсь, так что всё нормально. – Ты уверен в этом? – Да. – Тогда... – У вас ещё что-то? – Если всё, как ты утверждаешь, нормально, почему на полу в ванной кровь? – Кровь? – удивлённо переспросил Эверетт. Ему казалось, что он тщательно убрал там, и никаких следов пребывания чужаков на территории дома не осталось. Однако не следовало отмахиваться от теории о возможном возвращении Амбер. Она свободно перемещалась по комнатам, вполне могла прийти после того представления, которое устроила в ванной. И снова наследить. – Там совсем немного, – пояснила Марлен. – Под раковиной. Я заходила в ванную, чтобы помыть руки и случайно увидела... А у тебя царапина на руке. И, если ты из-за этого утреннего скандала решился на такой поступок... Женщина говорила тихо, вкрадчиво и как-то снисходительно, словно опасалась чужой реакции на свои слова, а попросту – не хотела, чтобы племянник начал орать. – Если бы я решил пилить вены, то только ложкой, – усмехнулся Логан, поняв, к чему клонит родственница. – Почему ложкой? – искренне изумилась женщина. – Потому что ею невозможно повредить вену, да и кожу тоже не разрезать, – вмешалась в разговор Меган, всё это время внимательно следившая за разговором. – Именно, – подтвердил Эверетт. – Но твоя рука. – Я случайно порезался. – Чем? – Стеклом, которое обнаружил в кладовке. Честное слово, у меня не было мыслей о суициде. Я не настолько глуп, чтобы устраивать сцены из-за расставания, пусть и с любимым человеком. Правда. Не люблю эту театральщину. – Тогда хорошо, – не очень уверенно произнесла Марлен. – Я, надеюсь, что у тебя, правда, всё будет здорово. – Спасибо. Логан улыбнулся тётушке. – В таком случае, я пойду спать. Завтра утром мы рано уезжаем, потому не вижу смысла засиживаться допоздна. Спокойной ночи. – И вам. – И тебе, мам, – отозвалась Меган. – Вам я тоже советую поскорее ложиться спать. Вы ведь проводите нас в аэропорт? – спросила мисс Мидлфорд, посмотрев внимательно сначала на дочь, а потом на племянника. – Мне не привыкать к тому, чтобы ложиться поздно, а вставать рано, – ответил Эверетт. – Так что, пожалуй, ещё немного посижу. У меня появилось несколько важных дел, связанных с профессиональной деятельностью, я хочу в них поскорее разобраться, не откладывая в долгий ящик. – Конечно, провожу, – ответила Меган, улыбнувшись. Хотя, её улыбку вряд ли можно было разглядеть под капюшоном... Когда Марлен всё же ушла, оставив их наедине, Меган едва не набросилась на родственника с расспросами. – Профессиональная деятельность, говоришь? Вроде до этого момента я слышала другую версию. – А как ты себе представляла мой разговор с твоей матерью? Ей я тоже должен был рассказать о похождениях Ванессы? Но, если Марлен обо всём узнает, она точно не сможет удержать язык за зубами, и тайна тайной быть перестанет. – То есть, ты мне ничего больше не скажешь? – Нет. – Хорошо. Тогда, может, объяснишь, что за кровь под раковиной? – Моя, скорее всего, – ответил Логан. – Или чужая. – Это чья? – мрачно поинтересовалась мисс Мидлфорд. – Крысиная. – Здесь есть крысы? – Одна точно была. – Надеюсь, ты не о Блэре. Эверетт нахмурился и посмотрел на девушку, как на идиотку. Вообще-то в его представлении она сейчас такой и была. Вряд ли умному человеку в голову могла прийти мысль, что он решил мстить за расставание подобными методами. – Дорогая моя, блесни-ка знаниями и скажи, сколько в организме человека литров крови? – Около пяти вроде... – И ты думаешь, что одна полоска на полу сопоставима с пятью литрами? Дура, нет? – Если бы я была дурой, я бы верила вашим сказочкам о том, что вы шарахаетесь по лесу только потому, что хотите надышаться свежим воздухом и поправить здоровье. А приходите, вымазавшись в грязи с головы до ног, только потому, что нормально ходить не научились, – зловещим шёпотом выдала Меган. – Так что это ты прекращай темнить и скажи, что происходит? Что-то мне подсказывает, что здесь не всё так просто, как ты хочешь всем доказать. – Ты находишься под впечатлением от ужастиков. Чаще смотри на ночь «Пилы», ещё не то привидится. – И тем не менее... – Разговор окончен, спокойной ночи, – отчеканил Эверетт, складывая ноутбук. Взяв все свои вещи, Логан молча покинул гостиную, чем только сильнее убедил Меган в том, что здесь что-то нечисто. И почему-то в мыслях снова всплыло воспоминание о встрече в самую первую ночь с девчонкой в белом. Могла ли она быть причиной беспокойства Эверетта? Могла ли именно она оказаться дочерью Ванессы, о которой сегодня рассказывал Логан? Меган не знала ответов на свои вопросы, но страх не отпустил, а лишь сильнее заключил в свои объятия.