Песнь ночи

Элиас Эйнсворт вместе со своей дочерью Элис Эйнсворт ворвались в дом. Элиас, не снимая верхней одежды, пробежал в свой кабинет и начал рыться в книгах, ища хоть какую-нибудь подсказку, чтобы найти исчезнувшую Аду. Элис же наблюдала со стороны. Она не хотела принимать в этом ни малейшего участия. Наоборот, она была даже рада, что такая проблема, как Ада, просто испарилась. Теперь всё будет как прежде. Отец снова будет её любить, считать единственным лучиком во тьме, а она будет послушно выполнять его поручения. Потом Адольф договорится с отцом, и Элис разрешат пойти в колледж. А там уже жизнь пойдёт своим спокойным и размеренным чередом. Главное, без криков и воплей какой-то недооценённой особы в роли Ады. Элиас: Нет! Не может быть! Она не могла пересечь черту так быстро! Чародей швырнул стопку книг в сторону, а Элис пришла в себя от мыслей в голове. Гневный, злой отец — страшный отец в любой ситуации. Отложив свой посох, Элис подошла ближе к отцу, чтобы успокоить его. Она приложила свою ладонь к его спине и обняла его левую руку. Элис: Что случилось? Элиас: Я не могу... мы её потеряли... Я думал, что с помощью призывного заклинания смогу вернуть её, но... какой же я дурак! Почему я решил покинуть вас, оставив в таком опасном месте?! Элис: Папочка, ты не виноват! Аде с самого начала здесь не нравилось. Может, пора уже отпустить её и принять то, что той Элен, которую мы с тобой знали, больше нет? Элиас, ничего не сказав в ответ дочери, лишь отмахнулся от её рук и направился в свою спальню наверху, захлопнув за собой дверь. Поддельное беспокойство Элис перешло в довольную, победную улыбку. Отец не в силах найти Аду, а значит — победа, и больше не будет никаких хлопот! Элис: Силки, в связи с этим трагическим случаем стоит убрать кровать Ады. Мы же не хотим, чтобы хозяин дома тосковал об утрате ещё одного любимого человека, верно? Так что, надо убрать всё, что ассоциируется с этой так называемой Адой. Только быстро, хорошо? Девчонка с улыбкой на лице убежала наверх, в свою комнату, оставив Силки с пустым взглядом наедине с тишиной.

***

Ада: Так ты ешь младенцев? Тисэ: Что ты, это привилегия Азриэля. Я предпочитаю глаза своих врагов. И сердца, а также мозги, ведь через них много можно узнать о носителях. Ада: А что ты вообще можешь рассказать о ведьмах? Тисэ: Ведьмы – это посланницы Его Величества Сатаны. В шестнадцать лет каждая юная ведьма должна отдать свою душу и тело на попечение владыки, до тех пор, пока не заберут её невинность. Но я к этим ведьмам не отношусь, да и под копыта какого-то козла я падать не намерена. Хотя, будь я шестнадцатилетней девицей, у меня не было бы выбора. Когда я попала в этот мир, я уже была обручена с кем-то... Проходя по площади, Тисэ и Ада услышали крик ужаса, который доносился от толпы людей, что привязали бедолагу к деревянному столбу, разведя под его ногами огонь. Тисэ: Пф, снова эти церковные фанатики! Наткнулись на очередного бедолагу, что по их мнению будет неплохим козлом отпущения. Стой здесь, а я пойду устрою им взбучку. Пока Ада стояла в непонимании, а её голова всё больше погружалась в вопросы, Тисэ взяла в руки секиру и направилась к толпе психов, что-то бубнивших себе под нос. С этими людьми было бесполезно вести разговор, их мозги были промыты библейскими промыслами. Толпа фанатиков, увидя перед собой юную ведьму, без всякого раздумия бросились на неё с факелами. Тисэ же не переживала, с таинственной ухмылкой она приближалась к толпе безумных людей. Взмах секиры – и через мгновение ока толпа людей были обезглавлены. Потребовалось меньше минуты, чтобы лишить их все жизни. Ада стояла в ступоре: она и раньше видела смерть, и многих сама порубила в клочья. Но этот момент казался иным. Закончив с работой, Тисэ сняла человека, что был привязан к смертельному столбу. К сожалению, мужчина задохнулся из-за дыма, и его тело бездушно упало вниз. Тисэ: Ну-ну-ну, тут очищать улицы и очищать. Что ж, у нас нет на это времени. Продолжим нашу экскурсию? Ада: Д-да... Ничего другого Ада сказать не могла, и словно пешка на шахматном поле, она последовала за улыбающей Хатори.