Ты не тот

От Игоря я ушёл, шатаясь и покачиваясь от усталости, часа через три, вытрахав его в разных позах до изнеможения. Когда я искал штаны, брошенные то ли в коридоре, то ли в спальне, он поднял голову с подушки. ‒ Ясь? Что ты ищешь? ‒ Штаны. ‒ Ты уходишь? ‒ Не хочу надолго оставлять Анселя одного. Он перенервничал. ‒ Ты ведь не делаешь этого? ‒ Чего? ‒ Не даёшь ему надежды? ‒ Ты меня совсем за животное держишь, что ли? ‒ вдруг разозлился я. ‒ Ансель может быть очень убедительным. И воспринять ваше нахождение вместе как шанс. ‒ Слушай, Милорадов, хватит меня поддевать. Насчёт Анселя мы всё выяснили уже давно, ещё в студии. Я с первого раза понял. Но я не понимаю, чего хочешь ты? Ревнуешь, что ли? ‒ Уходи! ‒ Так я и ухожу! Дай штаны найти. Штаны нашлись на столе. Я мог и так пойти, хер с ним, но в них была карточка магнитного ключа. Путаясь и запинаясь, я быстро натянул вещи и вышел, тихо прикрыв дверь до характерного щелчка. Внутри нарастало сложное чувство: нечто среднее между раздражением, надеждой и ликованием. Так мы просто трахаемся... Ну-ну. Зайдя в номер, я некоторое время стоял, прислонившись спиной к двери и пытаясь понять, что же имел ввиду Милорадов. Он не мог не видеть, как я отношусь к Арсу ‒ исключительно платонически. Но в который раз поднимал тему безысходности наших с ним возможных отношений. Сам не ам и другому не дам? Ансель спал, разметавшись и выкарабкавшись из одеял, по-детски приоткрыв рот. Я распустил ему ремень, стащил брюки, оставив в белье и рубашке. На рубашке лишь расслабил воротничок и расстегнул манжеты. Пиджак и галстук Анс снял ещё до ужина. Посмотрел в расслабленное нежное лицо и накрыл одним из одеял. Рухнул на соседнюю кровать и мгновенно уснул, истощённый сексуальным марафоном, и оставив все душевные метания на завтра.

***

Утром Ансель проснулся знаменитым. Он умудрился спасти Джона Эндлера. Миллионера, мецената, владельца заводов, газет, пароходов. Я слушал тараторящую в трубку девушку, что занималась нами от агентства, и не понимал, как охрана нас с Ансом не убила. Разве что растерялась. Рядом был только один телохранитель, которого я вырубил, а пока остальные протолкались через толпу, что собралась на зрелище, Анс уже занимался мужиком, а я его качал. Видимо, поняли, что убивать мы его не собираемся. Повезло нам. Джон Эндлер был из известной семьи, что стояла у истоков, и символизировал собой то, что называют old money. Закончил Йель по курсу экономики. После того, как отец отошёл от дел, Джон встал во главе корпорации "Эндлер" и успешно продвигал семейный бизнес. На презентации оказался, потому что хотел поговорить с Милорадовым насчёт серии снимков Норвегии. У Эндлера была своя галерея, и он планировал сделать тематическую выставку, посвящённую странам Скандинавии. Это была официальная версия. Но мне намекнули, что Эндлер открытый гей, ему понравилось фото, выбранное для рекламы духов, и он, узнав, что на презентацию приедет не только фотограф, но и модели, решил на неё заглянуть. Я смотрел на сонного Анселя, что пил кофе, закутавшись в огромный халат, и понимал, что его судьба круто изменилась, а он ещё даже об этом не подозревает. В том, что Эндлер заинтересовался именно Арсением Перовым, у меня сомнений не было. Запасть на меня мог исключительно Милорадов. Он был для этого достаточно сумасшедшим, как и его прототип ‒ Локи. Когда в номер деликатно постучали, я вышел, прикрыв дверь гостиной. На пороге стоял неизвестный мне мужик. Средних лет, невыразительной внешности, но с цепким волчьим взглядом. А вот и служба безопасности Эндлера пожаловала. ‒ Мистер Вьязминов, ‒ уточнил он, тщательно выговаривая мою фамилию. ‒ Да. ‒ Я из службы охраны мистера Эндлера, меня зовут Оливер, и я бы хотел поговорить с мистером Пьеровым. ‒ На какую тему? ‒ Мистер Эндлер хотел бы встретиться с мистером Пьеровым и его отблагодарить. ‒ Когда? ‒ Через пару часов. Это возможно? ‒ Да. Но я буду его сопровождать. ‒ Простите за личный вопрос, а кто вы мистеру Пьерову? Партнёр? ‒ Нет. У него сейчас нет пары. Я представитель его агента. ‒ Нет пары? ‒ Нет. Более того, никогда и не было, ‒ не совсем деликатно в отношении Анселя, но этот пенни стоило вкинуть. ‒ Но он предпочитает мужчин? ‒ Да. ‒ Благодарю вас за информацию. Хотел уточнить один момент. Перед посещением мистера Эндлера вас обыщут. Это приемлемо? ‒ Да. Я предупрежу мистера Перова. ‒ За вами пришлют машину. Закрыв дверь, я порадовался, что нам не выставили иск за сломанные рёбра мистера Эндлера, качал я его не щадя, или же за битое лицо охранника. Это был один из вариантов развития событий. Думаю, не будь у Эндлера изначальной личной заинтересованности в Анселе, так просто мы бы не отделались. Вздохнув, я пошёл сообщать принцессе, что его принц пришлёт белого коня через два часа.

***

Информацию о желании Эндлера Ансель воспринял совершенно спокойно. Его больше волновало, не написали ли по его поводу Кириллу. ‒ У Кира там ещё ночь, так что мы только ближе к вечеру узнаем, есть ли какие-то подвижки. Не переживай, всё будет хорошо. ‒ Слушай, а кто этот Эндлер? Чтоб не пугать Анселя, я решил не говорить всё сразу. ‒ Да у него журнал для мужиков, где будет реклама "Ганимеда". ‒ А как мне себя вести? ‒ Как обычно. Просто будь собой. ‒ Хорошо. ‒ Только нас проверят перед посещением. Это правило такое. ‒ Ладно. В наивности и невинности Анселя была своя прелесть. При условии, что люди, окружающие его, не желали ему зла. Но я потом поговорю с этим Эдлером, чтоб понимал, что Ансель не бесхозный мальчик и обижать его чревато. Впрочем, я уверен, его СБ уже знает о нас всё, что можно знать. Даже в соцсетях нас нашла. Я перед поездкой внимательно просмотрел профиль Арсения Перова, aka Ансель, и ничего криминального там не нашёл. Ссылки на песни, рекомендации фильмов, немного мыслей, немного фото. Не студийных, домашних или с учёбы в институте. Мне очень понравились те, где он в белом халате и шапочке на какой-то практике то ли по химии, то ли по хирургии. Белая шапочка ему очень шла. Свой профиль я тоже посмотрел и подчистил. Там, в основном, были ссылки на статьи по рациону, по витаминам и фото из качалки. Татуировки. А вот ссылки на политические обзоры и юмор, не всегда толерантный, я просто удалил. Когда я понял, что нам предстоит получение визы, подстраховался. Оказалось, не зря. ‒ Что мне надеть, как думаешь, Ясь? ‒ Что-то простое, но тяготеющее к классике. ‒ Хм. Значит чиносы, конверсы и рубашку поло. В дверь постучали, и я оставил Анселя в раздумьях перед раскрытым шкафом. На пороге стоял Милорадов. Безупречный и холодный, словно я не драл его несколько часов назад, вбивая в постель и дёргая за волосы. ‒ Вижу, ты в курсе. ‒ Да. ‒ Как он воспринял приглашение? ‒ Он ещё не понимает. Я не стал его глушить информацией о статусе спасённого. ‒ Правильно. ‒ Ты с нами? ‒ Меня не приглашали. А свои вопросы мы с Эндлером решили вчера. ‒ Что посоветуешь? ‒ Анселю - просто быть собой. Эндлер оценит его искренность и неискушённость. Тебе - держать руки при себе. Его телохранитель только сегодня пришёл в себя. ‒ Блядь. Это будет иметь последствия для меня? ‒ Нет. Охранник сам проебался. Профессионала вырубил модель. Это просто позор и конец карьере. Верх некомпетентности. Иска не будет. Эндлер вылечит его по контракту и распрощается. Так что и финансовых претензий никаких можешь не опасаться. ‒ Ты меня успокоил. Спасибо. ‒ Ясь... ‒ Да. ‒ Мы не только трахаемся. Ты мне небезразличен. Да неужели! Судя по виду Милорадова, эти слова ничего не значили для него. Он был так же спокоен и холоден. Только вот глаза потемнели, как тогда, в наш первый раз. Наш первый раз. Господи, я превращаюсь в... в романтичного мужика, который отмечает даты в календаре. С другой стороны, да и хер с ним! Если это делает меня счастливым, кто мне запретит? Кир мне всегда говорил, что если люди, осуждающие тебя, не приносят тебе денег, связей и не близки тебе, их мнение не имеет значения. Зависнув, я понял, что Милорадов ждёт от меня реакции. А я как всегда туплю, превращаясь в энта. Но энты хотя бы говорили! ‒ О... Я могу рассчитывать на... ‒ Поговорим, когда вернёшься, ‒ уклончиво ответил Игорь и ушёл, оставив меня застывшим в дверях столбом. Разговор оставил у меня странное послевкусие. Мне бы радоваться, что Игорь признал, что я не просто член, а личность, да ещё и ему небезразличная, но мне показалось, Милорадов просто мутит воду. И целью не является единение наших душ.

***

Я думал, нам позвонят снизу, от администратора, но за нами пришли. Двое охранников и Оливер. ‒ Ясь, что происходит? Почему их так много? ‒ Ансель жался ко мне. ‒ Эндлер не агент и не менеджер, а владелец. Естественно, у него есть охрана. Тот, кто тебя вчера оттолкнул, был его личным телохранителем. Это сопровождение не угроза, а знак внимания. Ты его спас, вообще-то. ‒ Смутно помню события, ‒ признался Арс. ‒ Помню только, как обрадовался, что пульс появился, а потом, что он задышал. Как его зовут, кстати? Спасённого? ‒ Джон. Простое американское имя. Оливер, поняв, что мы говорим о его клиенте, навострил уши. Надо будет при Эндлере только на английском между собой разговаривать, во избежание проблем. ‒ Анс, при них лучше говорить на английском. Неприлично шептаться, когда они не понимают. ‒ Ок. Плотной группой мы сели в лимузин и покатили. Ансель с любопытством смотрел в окно, Оливер наблюдал за ним, а я — за Оливером. У неприметного мужика с цепким взглядом оказалось сухое, очень крепкое тело, словно перевитое мышцами, судя по запястьям, шее и грудным мышцам, которые я отметил, когда он поправлял пиджак. И двигался он не как перегруженные мышечной массой охранники, а словно зверь. Хищник. Плавно, выверено, скупо расходуя энергию. Скорее всего, занимается какими-то восточными единоборствами. Этот человек опасен, и его безупречная вежливость не должна меня расслаблять. Впрочем, раз у Эндлера претензий к нам нет, то пока не стоит и напрягаться. "Расслабься-бди", как писал один фантаст про расу, что считала излишние эмоции вредным атавизмом, а экспансию называла дружбой. Видимо, Милорадов сильно ошарашил меня, раз такая чушь в голову лезет. Надо собраться! Мы остановились на территории госпиталя, шикарного современного здания, сделанного из стекла и металла, и такой же плотной группой поднялись на третий этаж, где были палаты. У одной из них стояло два человека охраны. Нас быстро и профессионально обыскали. Меня, кажется, немного опасались. Мы оставили охране телефоны и зашли в палату, больше похожую на дорогой номер в отеле. Тут Ансель начал что-то подозревать, притормаживая и путаясь в ногах. Но я легко подтолкнул его к Эндлеру, что сидел на специальной кровати с приподнятым изголовьем. На пальце у него был кардиомонитор, а под пижамной курткой плотная повязка из бинтов. Значит, ребра я ему всё же повредил. Вот, чёрт! Увидев Анселя, Джон улыбнулся, и я понял, что мужик пропал, судя по глупо-радостному выражению лица. Мало того, что мальчик красивый и его зацепил, так ещё и спас. Романтика! Я, наверное, так же смотрю на Милорадова. ‒ А вот и мой ангел! На этих словах Ансель выпал в осадок, смутился и попытался спрятаться за меня. Я выковырял его из-за спины и выставил перед собой, слегка наподдав сзади. ‒ Здравствуйте, мистер Эндлер, ‒ собрался он. Давай малыш, не тупи! Я пинков не пожалею. ‒ Зовите меня Джон, Арсьений. Это "Арсьений" звучало очаровательно. Эндлеру было тридцать три, и в нём причудливо смешались черты его предков. Я прочитал, что у него есть небольшой процент еврейской крови и испанской. Чёрные волосы, чёрные глаза, смугловатая кожа, чёткие черты лица, не идеальные, но привлекательные. Сейчас глаза блестели искренним интересом и возбуждением, что оживляло лицо, делая его более юным. "Арсьений" окончательно смешался. Видимо, не ожидал, что спасённый им окажется столь привлекательным. ‒ Мы зовём его Ансель. Думаю, вам будет проще произносить это имя, и Ансу комфортнее. ‒ О, простите, мистер Вьязьминов. Я так был поражён явлением ангела, что совершенно забыл про всех. ‒ Понимаю вас. Ансель ‒ звезда нашей студии. Я понимал, что Оливер доложил своему клиенту про то, что я для Анселя не партнёр, но всё равно удостоился внимательного оценивающего взгляда. Кажется, мистер Эндлер изволил ревновать. Етить-колотить, какие мы страстные! Пока я размышлял, Джону таки удалось втянуть в разговор Анселя, и через десять минут они увлечённо болтали об учёбе Анса на первом курсе меда. Я же сидел в сторонке и наблюдал, как профессионально Эндлер окручивает мальчика. Он уже слупил с него обещание об ужине, когда ему станет легче, убив, таким образом, двух зайцев: получив собственно ужин и возможность задержать Анселя в стране. Наш рейс был назначен на завтра. Когда Ансель забуксовал, Джон легко его уговорил, уточнив у меня, не против ли я ещё задержаться. Я был не против. Эндлер ещё и Милорадова приплёл, мол, у него есть к тому ещё разговор по поводу фотовыставки. И вот так замечательно складываются обстоятельства, что вроде как Анселю и отказывать неудобно. На ужин пригласили и меня, и я не отказался, собираясь "заболеть" прямо перед выездом. Эндлер мне понравился. Он вряд ли опустится до насилия, так как очевидно искренне заинтересован в Ансе. Анс для него точно не игрушка на одну ночь. Да и его социальный статус скорее ограничивает его, нежели даёт преференции. Репутация в мире больших денег зачастую важнее этих самых больших денег. Обратно мы ехали в полном молчании. Анс о чём-то думал, периодически бросая на меня задумчивые взгляды. Когда мы вернулись в номер, Оливер попросил меня переговорить наедине. Этот чувак тоже мне нравился всё больше. Эндлер совершенно определённо умеет выбирать себе приближённых. ‒ Мистер Вьязьминов, я хотел бы сделать вам предложение, ‒ мои брови взлетели вверх. Неожиданно! ‒ Мы узнали, что вы учитесь дистанционно на механико-математическом факультете, специализация "Защита информации". К тому же, вы удивили меня лично, и я бы не отказался иметь такого бойца в своей команде. ‒ В качестве кого? ‒ В качестве специалиста широкого профиля, ‒ обтекаемо и нихрена не понятно! ‒ Естественно, после прохождения обучения, которое занимает в среднем полгода. Но учитывая вашу специализацию, я бы рассмотрел возможность в том числе обучения вас, как специалиста по технике слежения и средств шпионажа. Хорошо, что передо мной не Милорадов. Мозги не утекали вниз и работали не в пример лучше. ‒ Я пока не собирался столь радикальным образом менять свою жизнь, ‒ деликатно отказался я. ‒ Понимаю, ‒ улыбнулся Оливер. Судя по всему, он предполагал мой отказ. ‒ Давайте сделаем так: моё предложение будет в силе три года, как раз, когда вы окончите ваше обучение. ‒ Как билет с открытой датой? ‒ Да. ‒ Хорошо, ‒ неожиданно согласился я. Кто знает, что будет через три года? Может, это будет лучшим из возможных вариантов? ‒ Благодарю вас за общение, мне было приятно иметь с вами дело. ‒ Взаимно! Оливер передал мне визитку с личным номером и е-мейлом, мы пожали руки и разошлись.

***

‒ Ясь. ‒ М? ‒ Ясь, а если мне понравился человек, это значит я ветреный? ‒ Нет, с чего ты решил? ‒ Ну.. Ты ведь знаешь, как я к тебе отношусь, и тут... Я... ‒ Арсюш, я однажды влюбился в двух девчонок. Одна была такая бойкая, весёлая, яркая, как коробка с фломастерами. А вторая нежная, деликатная, как акварель. ‒ И чем всё закончилось? Кого ты выбрал? ‒ Это не важно. Важно, что два человека могут нравиться одновременно. Это нормально. Главное им не врать, если не можешь определиться, а от тебя этого ждут, ‒ посмотрев на несчастное лицо Анса, я ляпнул: ‒ А выбрал я ту, что мне дала. ‒ Ясь! ‒ Ну, а что! Мне было семнадцать. Трахаться хотелось невыносимо! Ансель кинул в меня подушкой и взвизгнул, когда я засветил в него своей, падая с кровати. ‒ Развлекаетесь? На пороге стоял Милорадов. ‒ Сбрасываем напряжение. ‒ Как всё прошло? ‒ Неплохо. Мы здесь задержимся. ‒ Я в курсе, мне звонили из агентства. Они передали нас людям Эндлера. ‒ Ты не против? ‒ Нет. Мне с Джоном действительно надо подробнее обсудить работы, что будут выставлены в его галерее. Вы с ним встречаетесь завтра, насколько я понял? ‒ Да. Мы завтра. Слово "мы" я подчеркнул, давая понять, что никуда не поеду. Но Милорадов это понял как-то по-своему. Потому что раздул ноздри и поджал губы. ‒ Какие планы? ‒ Покормлю Анселя обедом и пройдёмся по городу. Хочешь с нами? ‒ Нет. Зайди ко мне после обеда, долго я не задержу. ‒ Хорошо. Я заказал обед в номер и, проследив, чтобы Ансель нормально поел, оставил его сёрфить в Интернете и ушёл к Милорадову. Дверь на стук открылась мгновенно, меня втянули в номер и прижали к двери. ‒ Так что это за "мы"? Эндлер купил вас оптом и будет трахать в постели по очереди или хочет оказаться между вами? ‒ прошипел Игорь мне в лицо, и я опешил. Я никогда не видел его таким злым.